Я хочу научиться пути меча
Глава 870
В сердце старика внезапно поднялись бурные волны.
Но Мо Хуа всё ещё не осознавал этого.
Его руки были грязными, и он всё ещё копался в грязи и камнях на земле, зарывая сломанный меч глубже и устанавливая его вертикально, чтобы ветер не наклонил его.
Пока он не почувствовал за собой ужасающую и пугающую ауру.
Более того, эта аура стала крайне нестабильной из-за эмоциональных колебаний.
Внезапно вздрогнув, он оглянулся и увидел старика с длинной бородой.
Его глаза покраснели, и, казалось, в его глазах были тысячи энергий мечей, которые со свистом проносились мимо, сгущаясь в огромное и безграничное море мечей, словно мириады мечей, возвращающиеся к своему истоку.
Аура вокруг него также была наполнена яростной и убийственной аурой, ужасающей до крайности.
Тёмный свет мерцал, пустота была немного нестабильной, и появились трещины.
Ученик Мо Хуа был потрясен.
Он впервые столкнулся с ужасающей мощью культиватора стадии небесной пустоты.
Только тогда он осознал, насколько силён может быть по-настоящему высокоранговый культиватор, не сдерживаемый и высвобождающий всю свою мощь...
Разрыв в их рангах был слишком велик, и под такой мощью он был практически бессилен.
К счастью, седобородый старик долгие годы закалял сердце. Почувствовав неладное, он изо всех сил обуздал собственные эмоции.
Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем вся аура меча рассеялась, трещины в пустоте затянулись, а выражение лица старца вновь стало неподвижным, как спокойная бездонная вода.
Но внутри него что-то не давало покоя.
«Этот сломанный меч... откуда он у тебя?»
голос бородатого старейшины был хриплым и старческим, с нотками печали.
Сердце Мо Хуа ёкнуло.
Он тут же понял, что этот сломанный меч, вероятно, имеет необычное происхождение.
И что между этим "Сюанем" и этим предком, обладавшим выдающимися способностями к культивации и поразительным мастерством владения мечом, тоже могла быть какая-то неизвестная связь...
Мо Хуа на мгновение задумался, а затем осторожно заговорил: «Однажды я посетил небольшую рыбацкую деревню на берегу реки Туманных Вод, за пределами региона Цяньсюэ. В деревне есть скрытый, заброшенный Храм Бога реки. Внутри храма находится кровавый пруд. Этот сломанный меч лежит на дне пруда, разъеденный кровью».
«Храм Бога реки, кровавый пруд...»
Бородатый старик слегка нахмурился.
«Как ты туда попал?»
Мо Хуа ответил: «Я выполнял поручение секты. Торговцы людьми похитили двух детей из маленькой рыбацкой деревни. Даосский двор предложил вознаграждение, требуя учеников, владеющих техникой формирования. Мои техники формирования довольно искусны, поэтому я случайно последовал за ними. Я вошёл в Храм Речного Бога, задержал торговцев и случайно обнаружил кое-что в луже крови. Вытащив это, я обнаружил, что это был сломанный меч...»
Торговцы людьми, маленькая рыбацкая деревушка, награда от даосского двора.
Всё это было общеизвестно. У даосского двора были записи о них, и быстрая проверка их выявила бы.
Что же касается злобных пиявок, водных монстров, демонов и падших речных богов, то об этом никто, кроме него, не знал.
Старик на мгновение задумался, а затем спросил: «Откуда вы знаете, что владелец этого сломанного меча похоронен в этой гробнице?»
Мо Хуа не нужно было скрывать этот факт.
«В маленькой рыбацкой деревне до меня дошли слухи, и по одежде владельца этого сломанного меча я догадался, что это, должно быть, старейшина из моей секты Тайсюй».
«Я также проконсультировался со старейшинами секты, но не смог выяснить, кто владелец этого сломанного меча. Знаю лишь, что он, вероятно, освоил очень мощную технику меча, и…»
Мо Хуа сделал паузу, молча изучая стоявшего перед ним старика, и прошептал: «Меч жизни был сломан, а его фундамент поврежден».
«Поэтому я полагаю, что владелец этого сломанного меча, возможно, столкнулся с неизвестным могущественным врагом, пережил великую битву и умер от ран. Он был похоронен в этой гробнице вместе с другими старейшинами секты Тайсюй…»
Бородатый старик выглядел равнодушным, в его глазах читалось одиночество.
Он тщательно обдумал слова Мо Хуа. По ощущению, в них не было серьёзной лжи. Даже если юноша что-то и утаил, то немного.
Значит, эти слова очень близки к истинной причине и следствию.
Даже если что-то и скрывается, то, скорее всего, не так уж и много.
Старик с длинной бородой повернул голову и снова пристально посмотрел на Мо Хуа, особенно увидев его чистый нрав и ясный взгляд. Он вздохнул про себя.
В этом деле много совпадений.
Но, другими словами, это может быть своего рода судьба.
Бог послал ему это дитя сквозь все эти совпадения. Возможно, именно потому, что он думал о своём одиночестве и бесконечных страданиях, он послал ему эту реликвию Сюань'эр – этот сломанный меч, который он лелеял с детства и который сопровождал его в развитии и культивации.
Возможно, это милость небес.
Небеса всё ещё милостив к его старым костям, наполовину зарытым в землю, чтобы у него было о чём подумать в предсмертные дни.
Старик с длинной бородой медленно вздохнул.
Он повернулся к Мо Хуа и сказал:
«Этот сломанный меч очень важен для меня. Раз ты смог принести его в гробницу мечей, должно быть, в нём был проблеск судьбы».
«Я человек прямой. Есть вражда — я мщу. Но если есть благодеяние — никогда не люблю оставаться в долгу».
«Я обещаю отплатить за твою карму. В рамках морали и закона я исполню одно твоё желание».
«Говори, чего хочешь»
Тон бородатого старика был торжественным, словно это стоило тысячу золотых.
Мо Хуа был ошеломлён, потрясён.
Этот Предок стадии небесной пустоты из секты Тайсюй, пусть и запечатанный, но ужасающе могущественный, исполнит его желание?
Он и представить себе не мог, что этот сломанный меч может быть таким драгоценным. Но о чём же просить?
Мо Хуа был совершенно не готов, застигнут врасплох и немного смутился.
Бородатый старик не торопил Мо Хуа.
Такие вещи действительно требуют тщательного обдумывания.
Ученики обычно просят войти во внутренний двор, изучать наследие, занять место учителя, а если повезёт — со временем стать старейшиной, если достигнут золотого ядра.
Конечно, если бы Мо Хуа был действительно жадным и мечтал о том, чтобы стать главой секты Тайсюй, старейшина немедленно схватил бы его за шею и сбросил с дальней горы.
Мо Хуа, естественно, не имел об этом ни малейшего представления.
Хотя старик и не уточнил границы этого желания, очевидно, что не всё можно просить.
Если совсем потеряет чувство меры и станет требовать невозможного — добром это не кончится.
Нужно было и сохранить подобающую ученику скромность и стремление к росту, и в то же время не вызвать недовольства у этого старика, чтобы тот не решил, будто он слишком наглеет, требуя невозможного, — нельзя было и «великих обещаний» просить, будущих прекрасных, но сейчас недостижимых.
Мо Хуа на мгновение задумался, а затем торжественно произнёс:
«Предок, я хочу научиться пути меча!»
Предок Дугу слегка сдвинулись брови.
Для ученика желание учиться мечу — вполне нормально.
А ведь его собственные познания в искусстве меча вобрали в себя лучшее от всех школ, он сумел соединить и переплавить их в единое целое, глубокие и обширные, как море. Пусть и не слыханное прежде в истории, но во всём Государстве Цянь такие мастера встречались крайне редко.
Однако…
Предок Дугу взглянул на Мо Хуа, особенно на его хрупкое телосложение, скудную духовную ци и почти не ощущаемую ауру меча.
«Ты с детства… имел ли наследие пути меча?» — спросил Предок Дугу.
«Нет…» — честно ответил Мо Хуа.
Этот маленький секрет было невозможно скрыть.
«Есть ли у тебя основа в пути меча?»
«Нет».
«Вы когда-нибудь взращивали духовный меч?»
«Нет».
«Вы когда-нибудь посвящали себя культивации ци меча больше десяти лет?»
«Нет».
«Тогда... ты когда-нибудь развивал сердце меча?»
Мо Хуа снова покачал головой.
«Нет...»
И не только не имел, он даже не знал, что такое «сердце меча»...
Предок Дугу лишился дара речи.
И всё же... он по-прежнему хотел научиться техникам меча?
Старик помолчал мгновение, а затем вздохнул.
Хотя, возможно, и кажется, что мечта о том, чтобы этот ребёнок достиг успеха на пути меча, учитывая его скромные способности, сама идея «обучения мечу» не была ошибочной.
Хорошие или плохие способности, высокий или низкий талант не являются оправданием.
Любого, кто готов усердно трудиться и стремиться к прогрессу, следует поощрять.
На протяжении десятков тысяч лет истории культивации есть примеры того, как люди с низкими способностями, благодаря упорному труду, становились превосходными культиваторами меча.
Более того, воспользовавшись этой кармической возможностью,
Он принёс меч, а он сам передаст ему техники меча.
Это было идеальным исполнением кармы.
Ранг культивации этого ребёнка был низким, а владение мечом – слабым.
К тому же, этот ребёнок слабо развит и едва разбирается в пути меча — даже если научить его чему-то самому простому, он сможет пользоваться этим всю жизнь.
Старейшина Дугу на мгновение задумался, затем огляделся, изучая некоторые даосские и боевые техники для Мо Хуа.
Он сказал:
«Я посвящу тебя в технику Меча Парящего Иллюзорного Потока, где меч и тело сливаются в единое целое, позволяя одновременно атаковать и защищаться, легко наступать и отступать».
Мо Хуа обдумал это и покачал головой.
Его техника движения и так была достаточно хороша. Если он добавит к своей технике движения запретною технику, например, Технику Мини Метеорита, то изучение техники меча, объединяющей её, будет несколько излишним.
«Тогда я научу тебя технике меча Шести Меридианов Чунлин. Эта техника меча унаследована от секты Чунсюй и основана на развитии ци меча. Хотя её сила невелика, она мягче и менее обременительна для тела».
Мо Хуа всё ещё качал головой.
Ци его меча и так была слаба, поэтому её развитие было бесполезно.
«Тогда я научу тебя технике меча Тайсюй Блуждающего Дракона.
Эта техника меча невероятно сильна, но пока не проявляется на стадии установления фундамента.
Достигнув стадии золотого ядра или даже стадии Превращения Перьев, ты сможешь пролететь на мече тысячу миль, а твоя ци меча будет подобна дракону. Это одна из основных техник нашей секты Тайсюй, и её можно передать только прямым потомкам Внутренней секты. Твоя ситуация особенная, поэтому я могу сделать исключение и на этот раз обучить тебя».
Техника меча Тайсюй Блуждающего Дракона…
Мо Хуа был потрясён.
Название звучало впечатляюще.
Но и освоить его было сложно. По-видимому, для этого требовались не только огромная духовная ци и хороший меч, но и глубокие познания в пути меча.
Он ничем этим не обладал.
Хотя техника меча впечатляла, она была явно ему не по плечу.
Мо Хуа покачал головой.
Бородатый старик наконец потерял терпение и нахмурился. «Ты не хочешь учиться этому, ты не хочешь учиться тому. Так скажи мне, какую технику меча ты хочешь освоить?»
Мо Хуа почувствовал себя немного виноватым.
Поначалу он думал, что старик упомянет эту технику, избавив себя от необходимости спрашивать и выдавать свои скрытые мотивы.
Но теперь это казалось невозможным.
Техника Божественного сознания в меч была табуирована в секте Тайсюй и, вероятно, больше не будет передаваться.
Старик вряд ли предложили бы ему обучиться.
Техника Божественного сознания в меч секты Тайсюй была захоронена в Гробнице Мечей.
Только этот старейшина находился в Грабнице Мечей. Это означало, что единственным истинным мастером этой техники меча в секте Тайсюй, вероятно, был этот предок, живший до него.
Дойдя до этого момента, я не мог позволить себе быть вежливым.
Раз уж так, медлить нельзя.
Надо использовать шанс, пока старец благодарен за возвращённый обломок меча.
Если я продолжу беспокоиться и упущу этот уникальный шанс, другого шанса у меня может и не быть.
«Предок, я хочу научиться...»
Выражение лица Мо Хуа стало решительным, взгляд засиял, когда он произнес слово за словом:
«Истинною технику меча божественного сознания Тайсюй!»
Голос его был звонким, отразился в ночной тишине среди Гробницы мечей.
Атмосфера замерла.
Старик с длинной бородой замолчал, на миг он даже помутился.
И словно вспомнил…
сотни лет назад, казалось, в таком горном лесу, и его любимый внук посмотрел на него вот так, твердым взглядом, и сказал, что хочет научиться... Технике Божественного сознания в Меч секты Тайсюй.
В то время он был мягкосердечен и возлагал на него чрезвычайно высокие надежды, поэтому нарушил запрет секты и тайно обучил его.
И тогда...
он ошибся, очень ошибся.
В сердце старика вспыхнула беспомощная горечь.
Он заставил себя подавить все воспоминания и мысли прошлого и с лёгким чувством подавленности всмотрелся в Мо Хуа:
«Секта Тайсюй издала указ о неразглашении. Откуда ты знаешь название этой техники?»
Мо Хуа почувствовал себя немного виноватым.
«Я... подслушал от старейшин...»
«Зачем ты хочешь изучить эту технику меча?»
«Потому что... она звучит мощной...» — прошептал Мо Хуа.
И она действительно была мощной.
Бородатый старик был ошеломлён своим несколько ребяческим ответом, но его больше не волновало, есть ли у Мо Хуа скрытые мотивы.
Тем не менее, он всё ещё холодно отказывался: «Если хочешь изучить другие техники меча секты Тайсюй, включая некоторые техники Тай'а и Чунсюй, я могу тебя научить, но не этой. Ты не сможешь ей научиться».
«Потому что это слишком опасно?» — спросил Мо Хуа.
Веки бородатого старика слегка дрогнули.
«Ты всё знаешь?»
«Да», — кивнул Мо Хуа.
«Говорят, что эта техника меча сосредоточена на намерение меча, сражается сознанием и убивает божественной душой. Поэтому она чрезвычайно смертоносна и рискованна. Если не быть осторожным, божественная душа может быть повреждена, и её будет трудно восстановить».
Даже о божественной душе знает…
Глаза бородатого старика слегка прищурились.
Надо будет выяснить позже, какой старейшина оказался таким болтуном.
«Ты всё знаешь и всё же осмеливаешься учиться?» — спросил бородатый старейшина.
«Именно потому, что знаю, я и хочу учиться!» — буднично ответил Мо Хуа.
«Предок, ты должен был заметить, что мои духовные корни слабы, и в сочетании с моей врождённой слабостью организма я значительно уступаю другим как по крови, так и по духовной ци».
«Но таковы небеса. У каждой слабости есть свои преимущества. Моя кровь и духовная ци не так хороши, но есть одно НО…»
Мо Хуа скромно, но, с ноткой высокомерия:
«Моё божественное сознание очень сильно!»
«Благодаря своему сильному божественному сознанию я подумываю освоить Технику меча Божественного сознания!»
Взгляд бородатого старика слегка сузился.
Игра на сильных сторонах и избегание слабостей – это разумно.
Однако, каким бы сильным ни было божественное сознание культиватора, на стадии установлением фундамента, насколько оно может быть сильнее на самом деле…
Бородатый старейшина отбросил эту мысль.
Он освободил своё божественное сознание и ощутил ауру божественного сознания Мо Хуа.
Внезапно его глаза замерцали, и через мгновение он медленно спросил: «На каком узоре находится твоё божественное сознание?»
«На вершине Девятнадцати Узоров», – ответил Мо Хуа.
На мгновение старик подумал, что ослышался.
Он нахмурился и сказал: «Раскрой своё божественное сознание в полной мере».
Мо Хуа кивнул и повиновался, высвободив своё божественное сознание на вершине Девятнадцатой узоров без тени утайки.
Взгляд бородатого старика стал острее, когда он ощутил это божественное сознание, приближающееся к пределу стадии установления фундамента.
Он раньше не исследовал это, но смутно подозревал, что божественное сознание Мо Хуа было чем-то особенным.
Однако, каким бы особенным оно ни было, оно было лишь божественнім сознанием молодого ученика стадии установления фундамента.
Он был Предком стадии небесной пустоты, человеком с огромным опытом, повидавшим всё в жизни.
Но это...
культиватор на средней стадии установления фундамента, с божественнім сознанием на вершине Девятнадцати узоров?
Он никогда в жизни не видел ничего подобного...
Бородатый старик на мгновение замер в недоумении.
«Ты...»
Мо Хуа немного оговорился: «Предок, я следую пути Доказывающим Дао через божественное сознание».
«через божественное сознание...»
(П.п немного поменял теперь "постижения Дао через божественное сознание" а слишком часто я менял)
Старик услышал эти давно забытые слова и погрузился в воспоминания.
Неудивительно...
Но, немного подумав, он покачал головой. «Превращение божественного сознания в меч — это техника меча, отличная от простого постижения Дао через божественное сознание. Ты ничего не знаешь о пути меча, поэтому я не могу тебя научить. Даже если бы знал, ты бы не научился».
Мо Хуа тут же ответил: «Я научился!»
«Научился?»
Бородатый старик был ошеломлён.
Мо Хуа собирался сказать, что освоил и стиль Превращения сознания в Меч, и Стиль меча Шокирующего Душу, но внезапно вспомнил, что злой плод паразитирует в нём, запечатывая его душу. Он не мог использовать Шокирующий Дух и не мог демонстрировать стиль Превращения сознания в Меч публично.
Если бы он утверждал, что овладел им, но не мог им воспользоваться, его бы наверняка сочли лжецом.
Более того, он освоил технику «Божественного сознания в меч» без всякого обучения, что было равносильно «украдке» мастера. Он подумал, не обидит ли это старика.
Поэтому он замялся: «Я имел в виду… я обязательно смогу выучить!»
Бородатый старик пристально посмотрел на Мо Хуа, а затем слегка покачал головой.
«Эта техника меча — не шутка».
«Ученик понимает».
«Если ты ошибёшься в своем развитии, в лучшем случае твой божественный сознание будет повреждёно, в худшем — твоё море сознания будет разбито».
«Ничего страшного».
«В бою малейшая ошибка может разбить твою божественною душу или даже осквернить её злом...»
«Я не боюсь».
Что бы ни говорил бородатый старик, Мо Хуа был полон решимости учиться.
Бородатый старик не винил Мо Хуа; напротив, он испытывал чувство разочарования.
Тогда Сюань'эр был таким же упрямым, умоляя его научить его Божественному сознанию в меч, и никакие уговоры не помогли бы.
Сердце старика смягчилось.
Что, если… я просто научу его?
Но основы на пути меча у ребёнка были такими слабыми.
Как он вообще мог этому научиться?
Опираясь исключительно на божественное сознание, чтобы достичь просветления и постичь технику меча?
При этой мысли старик внезапно испытал проблеск просветления.
Постижения Дао через божественное сознание!
Божественное сознание!
Техника Меча Божественного сознания Тайсюй включает в себя два ключевых подхода: путь божественного сознания и путь меча.
Поскольку культиваторы, достигшие божественного сознания, были редки, секта Тайсюй ранее занималась этой Техникой Божественного сознания в меч как чистой «техникой меча», пренебрегая элементом «божественного сознания» в технике меча.
Превращения божественного сознания в меч действительно связано с развитием намерения меча, но его не следует сводить просто к «намерению меча».
Сфера, охватываемая понятием «божественное сознание», гораздо глубже, чем «намерение меча».
И без развития божественного сознания, как можно по-настоящему развить божественное сознание в технику меча?
Сердце старика дрогнуло.
Он понял, что подход секты Тайсюй к этой технике меча, вероятно, был искажён с самого начала, сосредоточившись исключительно на развитии намерения меча, не отдавая приоритет божественному сознанию.
Это почти равносильно тому, как если бы они «отрезали себе руку», пытаясь овладеть истинной техникой превращения Божественного Сознания в меч.
Возможно…
позволить культиваторам, идущим по пути Постижения Дао через божественное сознание, практиковать Технику Превращения божественного сознания в меч, откроет новый мир?
Старик не мог отвести взгляд от Мо Хуа, и его некогда мёртвое сердце снова зажглось.
Он хотел передать эту технику больше, чем кто-либо другой.
Но это желание он сдерживал сотни лет.
Он молча смотрел на Мо Хуа, наконец вздохнув.
Он понимал, что если всерьез обучить этого ребенка технике превращения Божественного Сознания в меч, это, без сомнения, навредит ему.
Эта техника меча была палкой о двух концах.
Чем убийственее она для врага, тем опаснее для себя.
За годы её применения бесчисленное множество одарённых культиваторов меча погибло из-за этой техники.
Он не хотел видеть ещё одну.
Мо Хуа словно прочитал мысли старика и сказал: ««Предок, люди всё равно умрут…»
Бородатый старик слегка опешил, не понимая, что имеет в виду Мо Хуа.
Глаза Мо Хуа заблестели, и он продолжил:
«Не стоит переставать жить только потому, что в конце умрешь».
«Точно так же, каким бы опасным ни был путь меча, нельзя прекращать практиковать его только потому, что он опасен».
«Великое Дао возвышенно и глубоко. Большинство культиваторов могут так и не достичь его при жизни, умирая на полпути. Но те, кто искренне стремится к бессмертию, не откажутся от своих поисков и не будут следовать Великому Дао».
Глаза Мо Хуа были ясными и яркими, как звёзды.
Бородатый старик был потрясён.
Этот ребёнок…
откуда у него взялось это чистое «Даосское сердце»?
Старик на мгновение задумался, его настроение постепенно успокоилось, взгляд стал серьёзным, и он медленно спросил:
«Как тебя зовут?»
Мо Хуа почтительно ответил: «Меня зовут Мо Хуа, предок».
Мо Хуа…
Старик повторил это про себя и кивнул:
«Хорошо, обещаю, я научу тебя превращению божественного сознания в меч!»
Мо Хуа выглядел обрадованным и быстро ответил: «Спасибо, предок!»
Старик сказал: «Сегодня уже поздно, можешь возвращаться. Отныне каждые семь дней я буду брать тебя к этой гробнице меча в горах, чтобы ты вместе со мной постигал истинною технику превращения божественного сознания в меч».
«Насколько хорошо ты сможешь это освоить, зависит от твоего понимания и удачи».
«Но должен сказать заранее: если однажды я обнаружу, что твоя техника меча далека от истины, или ты жесток и беспощаден, и используешь меч по своему усмотрению, или ты используешь эту технику меча во зло, я непременно уничтожу фундамент твоей техники божественного сознания в меч и изгоню тебя из секты Тайсюй».
Лицо Мо Хуа посерьезнело, и он торжественно кивнул:
«Предок, я запомню это».
Бородатый старик взглянул на Мо Хуа.
Видя его серьёзное выражение и прямоту, он слегка кивнул.
«Хорошо, я провожу тебя. Когда ты выйдешь, запомни: никому не рассказывай о том, что здесь произошло».
«Помните, все. Это касается ваших родителей, родственников, братьев и всех, кто принадлежит к секте Тайсюй».
«Да!»
Мо Хуа торжественно кивнул.
Бородатый старик замолчал.
Его костлявые руки рассекли воздух, разрывая его на части. Затем он схватил Мо Хуа и бросил его внутрь.
Ошеломлённый и дезориентированный Мо Хуа вернулся в покои учеников.
На земле лежали остатки его наполовину развёрнутого формирования.
Всё, что только что произошло, казалось, будто сон.
Мо Хуа ущипнул себя за щёку, испытывая лёгкую боль, явно не дремлющий. Затем его глаза заблестели.
Наконец-то...
Я смогу познать истинною технику превращения своего божественного сознания в меч!
...
И в этот момент, у гробницы мечей на дальней горе, бородатый старик сел, думая о правильности своего решения.
Но, возможно, это был его последний шанс, его последняя попытка в этой жизни...
Попробовать иной путь — использовать культиватора, который идёт по пути Постижения Дао через божественное сознание, для изучения превращения Божественного Сознания в меч.
Культиватор, что идет по пути Постижения Дао посредством божественного сознания, редки, а саженец с такой необычайной божественным сознанием – ещё реже.
Если упустить такую возможность, то можно больше никогда не встретить такого в этой жизни, а то и в двух.
«Мо Хуа…»
Бородатый старик снова пробормотал имя, затем достал кусок бамбука, обтесал его в бамбуковый меч и вырезал на нём слова «Мо Хуа».
С тяжёлым сердцем он вложил бамбуковый меч в курган перед собой.
Этот курган был уникальным: в нём было множество бамбуковых мечей, носящих имена многих культиваторов.
Эти имена были известны только ему, и они будут похоронены вместе с ним в земле, навсегда утраченные.
Бамбуковый меч с именем «Мо Хуа» был обычным, и стоял в конце ряда.
Старик с длинной бородой просто выполнял свою работу.
Но когда этот бамбуковый меч был вставлен в гробницу мечей, в запретной зоне ци меча внезапно вспыхнула, и сломанные мечи, зарытые в гробницы мечей, издали низкий гул.
Древнее намерение меча, казалось, пробуждалось, превращаясь в клубы белого дыма, поднимающиеся из иссохших гробниц и гробниц мечей, переплетаясь друг с другом и сливаясь в великолепное облако меча.
Зрачки предка Дугу задрожали, и он на мгновение забыл дышать.
В сердце, которое на протяжении столетий было спокойно, возник невероятный шок.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------