Глубокие горы
Мо Хуа почувствовал холод в сердце и молча запомнил эти шестнадцать иероглифов.
Казалось, что эта карта была не пустяком — если не разобраться в ней до конца, это определенно станет серьезной скрытой угрозой.
Культиваторы живут за счет земли, максимально используя местные условия.
Рядом с Тунсянем не было ни плодородных Духовных Полей, ни бурных рек и морей, ни Духовных Зверей, подходящих для выращивания.
Близлежащие Свободные Культиваторы все должны были зарабатывать на жизнь в Большой Черной Горе.
А к югу от города Кузницы, Алхимические Лавки и даже Здание Фулу все зависели от Охотников на Монстров, которые охотились на Монстров, снимали с них плоть и кости для материалов, обеспечивая потребности Изготовления Артефактов, Алхимии и кулинарии.
Изучая Формирования, Мо Хуа также нуждался в сборе большого количества Крови Монстров для смешивания Духовных Чернил.
Все Культиваторы Тунсяня, будь то ради Даосской Культивации, производства или повседневной жизни, были тесно связаны с Большой Черной Горой.
Если в Большой Черной Горе таились глубоко укоренившиеся опасности, это было бы серьезной проблемой.
Впоследствии, пока Мо Хуа изучал Формирование Обратных Духов, всякий раз, когда у него было свободное время, он отправлялся в Большую Черную Гору. Всякий раз, когда он натыкался на уединенное или незнакомое место, он открывал карту грешного культиватора, чтобы сравнить местоположения, чтобы увидеть, сможет ли он найти места, отмеченные на карте.
Однако, после нескольких дней поисков он все еще ничего не нашел.
Чувствуя уныние, Мо Хуа поднял голову и увидел густой туман, окутывающий отдаленную область, скрывая слоистые хребты гор, блокируя солнечный свет, создавая туманный, неясный мир, где было непонятно, где заканчивается гора и начинается скала.
Это был глубокий лес Большой Черной Горы, также самая опасная часть Большой Черной Горы.
Говорили, что лес был непредсказуем и опасен, и Культиваторы, которые отправлялись туда, никогда не возвращались.
Когда Мо Хуа наблюдал за этим, он внезапно вздрогнул и вдохнул холодный воздух:
— Туман Черной Горы может скрывать глубокие логова…
Может ли место, отмеченное на этой карте, быть глубоким лесом Большой Черной Горы?
Веки Мо Хуа дернулись, когда он думал, что это все более вероятно.
Он был полностью знаком с Внешней Горой, и хотя он не мог сказать, что знал Внутреннюю Гору как свои пять пальцев, он все же был очень хорошо с ней знаком.
Если место, записанное на карте, действительно находилось в пределах Внутренней или Внешней Горы, то он определенно имел бы некоторое воспоминание.
Если не Внешняя Гора, не Внутренняя Гора, то это должен быть глубокий лес.
Грешный культиватор, который исчез без следа, глубокий лес, из которого никто не возвращался.
С догадкой, формирующейся в его сердце, холод охватил Мо Хуа.
Он поспешно использовал свою технику передвижения и побежал обратно в Тунсянь, прибыв запыхавшимся, чтобы найти Старейшину Юя и срочно спросить:
— Старейшина Юй, кто-нибудь когда-нибудь был в глубоком лесу?
Испуганный вопросом, Старейшина Юй воскликнул: — Почему ты спрашиваешь об этом? Глубокий лес опасен; ты не можешь туда идти.
Он подумал, что Мо Хуа любопытен и хочет поиграть в глубоком лесу.
— Я не собираюсь идти, я просто спрашиваю. — Мо Хуа перевел дух, — Правда ли, что как только Охотники на Монстров входят в глубокий лес, они никогда не возвращаются?
Видя серьезное выражение лица Мо Хуа и серьезный тон, Старейшина Юй понял, что это, вероятно, не пустяковое дело, и кивнул:
— Действительно, это так.
— С какого времени это началось?
Старейшина Юй нахмурился и подумал некоторое время, прежде чем сказать: — Это было, вероятно, около двухсот, может быть, более трехсот лет назад…
— Ты не уверен?
— Я прожил чуть больше двухсот лет, так как я могу быть уверен в событиях до этого? Я могу только полагаться на слухи.
Старейшина Юй погладил свою бороду, вспоминая прошлое, а затем продолжил:
— Кажется, что более трехсот лет назад, хотя глубокий лес был опасен, он все же был доступен.
— Доступен? — Мо Хуа был несколько удивлен.
Старейшина Юй кивнул: — Да, доступен, но с густым туманом, ядовитым миазмом и более сильными Монстрами, там было больше Зверей Второго Класса.
Думая дальше, Старейшина Юй добавил: — Хотя тогда это называлось глубоким лесом, на самом деле это была просто часть Внутренней Горы, за исключением того, что это была самая опасная часть Внутренней Горы. Но позже слишком много Охотников на Монстров вошли и никогда не вернулись, и постепенно никто не осмеливался идти. Глубокий лес Большой Черной Горы таким образом стал табу.
— Даже Культиваторы на стадии Установления Фундамента не осмеливаются войти?
Веко Старейшины Юя дернулось: — Даже те, кто на Установления Фундамента, не осмеливаются, потому что Культиваторы на этой стадии умерли там.
Глаза Мо Хуа расширились. — Даже Культиваторы Установления Фундамента могут умереть внутри?
Старейшина Юй кивнул.
— Это не то, что они пропали? Они умерли внутри? — Мо Хуа выразил сомнение.
Логически говоря, пропажа не обязательно означала смерть. Как можно было быть уверенным, что они умерли в глубинах гор?
— Потому что их тела были найдены на внешнем краю глубоких гор.
Чем больше Мо Хуа слушал, тем более странным это казалось. — Кто умер?
Выражение Старейшины Юя стало сложным: — Бывший Главный Старейшина семьи Цянь.
— Семья Цянь? — Мо Хуа с трудом мог в это поверить.
Старейшина Юй слегка кивнул и объяснил Мо Хуа:
— Тогда, когда я был лишь незначительным Культиватором Очищения Ци, я слышал, что Главный Старейшина семьи Цянь вошел в глубокие горы и исчез без следа. Через полмесяца Патриарх семьи Цянь возглавил поисковую группу, решив найти его живым или мертвым.
— Главный Старейшина клана, с таким высоким статусом и властью, как он мог просто умереть неоднозначно. В то время семья Цянь уже обладала большой властью, имела много рук, поэтому они осмелились отправиться в горы, но даже тогда они не осмеливались быть неосторожными.
— От Установления Фундамента до Очищения Ци, почти все силы семьи Цянь мобилизовались. Культиваторы стояли плечом к плечу, образуя человеческую сеть, продвигаясь внутрь от окраин к глубоким горам. В конце концов, под деревом на краю они нашли тело мертвого Главного Старейшины семьи Цянь.
— Говорили, что его смерть была очень странной, отсутствовала рука, как будто откушенная Монстрами, но в конце концов это всего лишь слухи, и семья Цянь никогда не раскрывала причину смерти.
— А потом? — спросил Мо Хуа.
— После этого все закончилось ничем. Семья Цянь не осмелилась исследовать дальше. Со смертью Главного Старейшина на стадии Установления Фундамента и восстановлением тела, у них было какое-то объяснение. Чтобы отправиться дальше в горы, если они действительно столкнутся с какой-то великой опасностью, вероятно, семья Цянь была бы уничтожена.
Старейшина Юй казался несколько злорадным, но также немного сожалеющим.
Предположительно, он чувствовал злорадство по поводу смерти Главного Старейшины семьи Цянь и сожалел, что семья Цянь не столкнулась с полной катастрофой в глубинах гор.
Мо Хуа сказал: — После этого инцидента ни один Культиватор не осмелился снова войти в глубокие горы?
Старейшина Юй поправил: — Некоторые осмеливались, но никто не смог вернуться.
— В этом мире полно людей, которые либо дерзки, либо не знают своих пределов, как высококвалифицированные и смелые, так и глупые, которые не знают страха. Однако, кем бы они ни были, как только они вошли в глубокие горы, никто никогда не возвращался.
Взгляд Мо Хуа стал сложным, когда он медленно сказал: — Они вошли в горы по своей собственной воле?
Старейшина Юй улыбнулся и собирался сказать больше, когда его выражение внезапно изменилось. Улыбка исчезла, и он серьезно сказал:
— Ты… ты что-то знаешь?
Мо Хуа достал карту и передал ее Старейшине Юю, рассказывая о событиях, связанных с Лысым Туо и другими грешными культиваторами, включая шестнадцать иероглифов.
— Туман Черной Горы может скрывать бездну и чащу; полночь трижды, брось камень, чтобы спросить путь.
Старейшина Юй бормотал себе под нос, становясь все более встревоженным.
Его ум работал, когда его голос дрожал,
— Ты имеешь в виду, что глубокие горы Большой Черной Горы могут быть огромным логовом злодеев и что за последние двести-триста лет чрезвычайно злобные грешные культиваторы скрывались внутри?
Мо Хуа медленно кивнул.
Не в силах сдержаться, Старейшина Юй встал и начал ходить взад-вперед по залу, нахмурив брови.
После нескольких кругов ходьбы Старейшина Юй собрался с мыслями, снова сел, сделал глоток чая, чтобы успокоиться, и сказал глубоким голосом:
— Действительно, есть такая возможность…
— За последние двести лет, не говоря уже о Культиваторах из других регионов, даже Охотники на Монстров пропадали в глубоких горах.
— Бывшие старейшины Гильдии Охотников на Монстров, включая меня, раз за разом строго предупреждали не отправляться в глубокие горы, так как это часто приводит к катастрофе.
— Но были Охотники на Монстров, которые игнорировали наши советы, входили в глубокие горы и больше о них не слышали.
— Я ранее только злился на их глупость, не зная, живы они или мертвы, но теперь, учитывая все, я понимаю, что здесь много интриг.
— Те, кто мог стать Охотниками на Монстров, те, кто мог сделать себе имя во Внутренней Горе — разве кто-то из них не знает об опасностях Большой Черной Горы? Сколько из них не ценит свою жизнь до такой степени, что они глупо войдут в глубокие горы?
— Даже если они не ценили свою собственную жизнь, их жены и дети полагаются на них, чтобы зарабатывать Духовные Камни, охотясь на Монстров, чтобы выжить. Имея семьи, о которых нужно заботиться, как они могли безрассудно рисковать своей жизнью?
— Если бы они умерли, оставив вдов и сирот страдать ужасно, как они могли не знать об этом?
— Теперь кажется, что они не добровольно вошли в глубокие горы, они либо были захвачены, либо убиты, а затем унесены в глубины гор.
------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------