Благоприятное знамение
Глава 976
«О чем вы говорите? Я что-то не совсем понимаю...» — с предельно серьезным видом лгал господин Сюнь.
Предок Оуян нахмурился: «Такой переполох, и не говори мне, что ты ничего не видел».
«Я был в уединении, но даже оттуда все было видно как на ладони: гигантское дерево, поднявшееся прямо из земли, и золотой свет, заливший весь горный хребет, озаряя черную ночь, словно яркий день...»
«И еще, что это было на дереве? Узоры формирований? Каждая ветвь — формирование, каждый цветок — узор?».
«Воистину невообразимо...»
«Я прожил так долго, но впервые вижу нечто подобное».
Предок Оуян впал в задумчивость: «Неужели кто-то из культиваторов совершает прорыв? Неужели это вызвало небесное знамение? Это поразительное Превращение Перьев или же ранг Небесной Пустоты, сокрушающий пространство?».
«Не похоже...» — Предок Линху из секты Чунсюй некоторое время размышлял, а затем покачал головой.
«Когда культиватор совершает прорыв, небесные знамения состоят из духовной ци или ци крови, но никак не из божественного сознания».
«Это верно, я никогда не видел, чтобы чье-то знамение состояло из божественного сознания...».
«Но в любом случае, — с серьезным выражением лица произнес Предок Линху, — тот, кто способен породить столь величественное, ослепительное и загадочное знамение, подобное расцветающему небесному золотому лотосу или мириадам техник, расцветающих на Древе Мира, определенно не заурядная личность. Это непременно "высший мастер", возможно, даже некий старший. Причем этот предшественник специализируется именно на пути божественного сознания, не следуя обычными тропами...».
«Разумно».
Двое других Предков один за другим кивнули в знак согласия.
Господин Сюнь чувствовал себя не в своей тарелке, не зная, как лучше начать разговор.
Если это знамение действительно устроил Мо Хуа...
Он ведь не может сказать этим трем Предкам ранга Небесной Пустоты, что «старший», о котором они говорят, — всего лишь маленький ученик на стадии Установления Фундамента....
Этим трем старикам тогда останется только сквозь землю провалиться от стыда...
Господин Сюнь слегка кашлянул и медленно произнес: «Не стоит так преувеличивать. Просто небольшая странность, не нужно поднимать шум из-за пустяков».
Брови Предка Линху дрогнули: «Раз брат Сюнь так говорит, значит, ему известно происхождение этого знамения?»
Предок Оуян и Предок Мужун тоже уставились на него.
Господин Сюнь оставался невозмутим.
Он понимал, что эти люди пытаются заманить его в ловушку и вытянуть информацию, поэтому, набравшись наглости, покачал головой и вздохнул:
«Не знаю. Стар я стал, глаза совсем не видят. Золотой свет вспыхнул, а когда я посмотрел, осталась лишь тень. Ничего не разглядел».
(П.п флеш бенг)
Предки, разумеется, не поверили ни единому слову.
Предок Оуян сказал: «О наследии горы Тайсюй ты заботишься больше всех. Стоит подуть малейшему ветерку, и ты узнаешь об этом первым. Кто поверит, если ты скажешь, что не знаешь?».
«Верно, ты к тому же постиг техники расчёта. Нам простительно не знать, но твои слова о неведении — это чистой воды самообман».
«Как бы там ни было, сегодня мы должны получить объяснение...»
Предок Мужун вел себя спокойнее и почти не открывал рта.
Однако Предки ветвей Тай'а и Чунсюй наседали довольно плотно.
Полуночный золотой свет, божественное дерево, уходящее в небеса, и потоки путей формирований, застывшие над горой Тайсюй.
Такое причудливое и странное событие заставляло Предков Тай'а и Чунсюй чувствовать крайнее беспокойство.
Им и думать не нужно было, чтобы понять: господин Сюнь наверняка что-то знает, просто не желает им рассказывать.
Тогда Предок Оуян произнес: «Сделаем так, брат Сюнь. Раз вы искусны в небесных тайн, то просчитайте причинно-следственные нити этого события, чтобы мы могли успокоиться».
Видя, что господин Сюнь снова хочет уклониться от ответа, Предок Чунсюй произнес низким голосом:
«Брат Сюнь, теперь, когда наши три ветви объединились, нам надлежит действовать сообща. Если ты будешь что-то скрывать от нас, это неизбежно охладит наш пыл и нанесет урон дружбе между тремя ветвями...»
«В любом случае, сегодня вы должны дать нам какой-то ответ...»
Эти слова звучали уже официально, и, поскольку в качестве аргумента приводилось единство трех ветвей, отказаться было практически невозможно.
Предок Мужун также ждал его ответа.
Расспросы трех культиваторов ранга Небесной Пустоты создавали огромное давление.
Господин Сюнь тихо вздохнул.
С каждым разом заметать следы за этим ребенком, Мо Хуа, становилось все труднее и труднее.
Если бы он сам не был Предком секты Тайсюй, он бы, пожалуй, уже не справился.
И это при том, что Мо Хуа сейчас всего лишь на ранге Установления Фундамента.
Господин Сюнь боялся даже представить, каких высот он достигнет и какую кашу заварит, когда станет Золотым Ядром или достигнет Превращения Перьев.
«Ладно, я посчитаю».
Господину Сюню оставалось только пойти на компромисс.
Он заново расставил компас, выстроил небесные стволы и земные ветви, пять стихий и восемь триграмм, затем сложил печати руками, направляя определённое течение ци, позволяя компасу самому войти в резонанс и запустить обращение причин и следствий.
Господин Сюнь хмурился и выглядел крайне серьезным, как будто действительно занимался «расчетами», но в душе он лихорадочно соображал, какой бы предлог придумать.
Если бы это было обычное знамение, все было бы просто.
Но он опасался, что если это знамение действительно вызвано формированием Золотого Ядра божественного сознания Мо Хуа, то любое расследование приведет к мальчику.
Если правда о том, что он преодолел ограничения Небесного Дао на ранге Установления Фундамента и сформировал Золотое Ядро божественного сознания, выплывет наружу, это подвергнет Мо Хуа смертельной опасности.
Он сейчас всего лишь на уровне Установления Фундамента и не сможет защитить себя.
«Нужно найти причину...»
Господин Сюнь перебирал компас, его мысли тоже вращались.
Вдруг его сознание дрогнуло, ладонь слегка задрожала, и компас остановился.
Господин Сюнь погрузился в раздумья, словно действительно что-то вычислил...
«Ну что?» — Предок Оуян невольно занервничал.
Господин Сюнь, наполовину с сомнением, наполовину с облегчением, произнес: «Согласно причинно-следственным нитям небесных тайн, это знамение является "благоприятным знаком" для нашей секты Тайсюй...».
«Благоприятное знамение?»
Все три Предка застыли в изумлении.
Господин Сюнь торжественно кивнул и уверенно подтвердил: «Это предвестие "благоприятного знамения" для нашей секты Тайсюй».
«И в чем же заключается эта благодать?»
«Золотой свет по всему небу, цветущее божественное дерево — разве это не благодать?»
«Но... есть ли подобные примеры в записях секты? И на кого, на что или на какое событие падет это знамение?».
«Сложно сказать, небесные тайны безграничны, за один раз всего не высчитать, но это определенно благодать», — отрезал господин Сюнь.
«Ты это сказал — что не сказал вовсе», — заметил Предок Линху.
Господин Сюнь с чувством произнес: «Таковы небесные тайны: они мимолетны и туманны, их нужно постигать самому. Если постигнешь — поймешь, а если нет — сколько ни говори, яснее не станет».
«Ты...»
Предку Тай'а нечего было возразить.
Слова господина Сюня были двусмысленными: вроде бы он что-то сказал, а вроде и ничего.
Но, как ни странно, в его словах была своя логика.
Ибо причинно-следственные нити небесных тайн и вправду являются вещами глубокими, загадочными и трудноуловимыми. То, что он смог рассчитать хотя бы «благоприятное знамение», уже было неплохим результатом.
«Но ведь не бывает дыма без огня, откуда взяться благодати?»
«Это не беспричинно...» — взор господина Сюня стал острым.
Предок Оуян вздрогнул: «Что ты имеешь в виду?»
Господин Сюнь веско произнес: «У всего этого есть причина. В незримом мире существует причинность, которая подтолкнула три наши секты к слиянию, заставив нас, разделенных на тысячи лет, снова объединиться в один поток, вернуться к единому корню».
«Это отнюдь не совпадение».
«И теперь, когда наши три секты стали единым целым, над горой Тайсюй явилось знамение: ночь превратилась в день, расцвело золотое дерево. Разве это не доказывает, что наше решение объединиться было верным?».
«Возможно, настанет день, когда мы действительно сможем возродить славу древней великой секты и, следуя воле пути Небес, стать величайшей сектой в Регионе (Обучения) Цянь!».
Господин Сюнь говорил воодушевленно, рисуя перед ними заманчивые перспективы.
Предок Оуян и остальные на мгновение действительно были потрясены.
«Значит, это и вправду... знак возрождения нашей секты Тайсюй и союза трех ветвей... благоприятное знамение?».
Господин Сюнь кивнул: «Именно так».
Предок Оуян замолчал.
После таких слов господина Сюня ему было трудно продолжать расспросы.
Главным образом потому, что это сияющее золотом знамение с потоками законов действительно нельзя было назвать иначе как благоприятным.
Лицо господина Сюня слегка побледнело, как будто недавние расчёты истощили его божественное сознание.
Теперь он выглядел утомленным и невольно вздохнул.
«Годы берут свое, дух уже не тот. Стоило немного посчитать, и силы на исходе...».
Все поняли, что господин Сюнь вежливо просит их уйти.
Им было неловко продолжать дотошные расспросы.
Господин Сюнь и впрямь был очень стар, а расчёты небесных тайн действительно чрезвычайно расходует божественное сознание.
«Брат Сюнь, спасибо за труды...»
«Мы больше не будем вас беспокоить, берегите себя».
Предок Оуян и двое других обменялись вежливыми фразами, после чего один за другим разорвали пустоту и исчезли.
Предок Мужун уходил последним.
Он посмотрел на господина Сюня и, поколебавшись мгновение, все же спросил: «Старший брат, действительно ли все в порядке?»
Господин Сюнь бросил на него внимательный взгляд и едва заметно кивнул: «Будь спокоен».
«Хорошо».
Предок Мужун кивнул и тоже исчез, используя технику перемещения в пустоте.
Трещины в пространстве затянулись, и в комнате воцарилась тишина.
Господин Сюнь облегченно выдохнул и через некоторое время не удержался от внутреннего монолога:
«Ранг Установления Фундамента, а божественное сознание уже в сформировало Золотое Ядро... Да еще и это знамение божественного сознания между небом и землей, которое, без сомнения, вызвал этот ребенок...».
Господин Сюнь покачал головой.
«Я-то думал, что тот мальчишка по фамилии Чжуан уже был величайшим исключением из правил, но и помыслить не мог, что ученик, которого он взял — такой с виду неприметный и тихий — незаметно для всех станет настолько "пугающим"...»
«Эта ветвь секты и вправду порождает одних лишь "монстров"...».
«И если считать по старшинству, то Мо Хуа — это их последний, припрятанный на самый крайний случай "монстр"...».
...
Секта Тай'а.
После ухода от господина Сюня Предок Оуян и Предок Линху снова собрались вместе.
«Благоприятное знамение... Он действительно это рассчитал?»
«У меня такое чувство, что он все это просто выдумал на ходу».
«Кто знает. Мы ведь не изучали небесные тайны и причинность, так что верим ему на слово».
«И что теперь делать?»
Предок Линху из секты Чунсюй тихо вздохнул: «Пусть будет так».
Предок Оуян нахмурился: «И мы не будем расследовать дальше?»
Предок Линху покачал головой: «Тай'а кует духовные мечи, Чунсюй взращивает ци меча, а Тайсюй воплощает намерение меча. С древних времен любые предзнаменования удачи или беды по части небесных тайн ложились на плечи ветви Тайсюй: они должны были предупреждать, прозревать и отсекать их».
«Ни ты, ни я не сильны в пути божественного сознания».
«Раз он говорит, что это благодать, значит, так оно и есть».
«В конце концов, три секты теперь едины: у нас общий успех и общее поражение. Если будет выгода — мы не в проигрыше, а если беда — им тоже не сбежать».
Предок Оуян некоторое время размышлял, а затем произнес: «Ничего другого не остается...»
Оба Предка замолчали, погруженные в свои мысли.
Через некоторое время Предок Оуян с серьезным видом добавил:
«Не скрою от тебя, брат Линху, в последние дни я чувствую какое-то неспокойствие на сердце. Кажется, скоро... произойдет что-то из ряда вон выходящее».
«Нынешняя ситуация и так полна скрытых течений, и если случится что-то крупное, это неизбежно вызовет бурю. Сможет ли тогда секта уцелеть — большой вопрос...».
Предок Линху тоже нахмурился.
Когда культивация достигает их уровня, порой приходят предчувствия «познания воли небес».
Он тоже часто испытывал нечто подобное.
Поэтому, увидев внезапное знамение на краю неба, он ощутил сильную тревогу.
Но истинный смысл этого знамения оставался загадкой.
Они не могли его постичь, а господин Сюнь хранил молчание.
Предок Линху погрузился в раздумья и беспомощно произнес: «Будем решать проблемы по мере их поступления... Надеюсь, это знамение и впрямь несет благодать...»
Предок Оуян кивнул и тоже вздохнул: «Будем надеяться».
Вот только оба Предка, как ни ломали голову, так и не смогли понять, откуда в секте Тайсюй могло взяться это «благоприятное знамение»....
...
В покоях учеников.
Мо Хуа сидел на кровати, подперев подбородок рукой, и все еще пытался разобраться в некоторых вещах.
Он потихоньку съел божественную сущность, его божественное сознание незаметно сформировало Золотое Ядро — по идее, все это должно было остаться его «маленьким секретом».
«Как господин Сюнь умудрился заметить неладное?».
«И почему он спрашивал меня о знамении?»
«Разве при формировании моего Золотого Ядра возникло знамение?».
Мо Хуа подумал об этом и сам покачал головой: «Откуда у меня взяться знамению?».
Более того, если бы знамение действительно было, разве оно могло пройти бесшумно?
Мо Хуа повернул голову и посмотрел в окно на гору Тайсюй.
В обители царила тишина, горный лес замер, лишь изредка проносился легкий ветерок.
Ночь была мирной и спокойной.
В покоях учеников тоже было очень тихо.
Все ученики, включая Юй'эра, мирно спали, кто-то читал при свечах, кто-то бродил во сне — ничего необычного.
Мо Хуа покачал головой.
«Господин Сюнь — Предок ранга Небесной Пустоты, его божественное сознание непостижимо глубоко, так что нет ничего странного в том, что он узнал о моем Золотом Ядре...».
Мо Хуа перестал зацикливаться на этом и сосредоточился на планах после достижения божественным сознанием уровня двадцати узоров.
Во-первых, разумеется, нужно хранить это в тайне и не позволять никому узнать о том, что его божественное сознание сформировало Золотое Ядро.
Об этом особо предупреждал господин Сюнь.
Мо Хуа осознал, что теперь он — «редкий экземпляр».
Если его обнаружат, то вполне могут поймать и разрезать на кусочки ради исследовательского труда на тему «Как культиватору ранга Установления Фундамента преодолеть ограничения ранга и первым делом сформировать Золотое Ядро божественного сознания».
Заинтересует ли эта тема других — вопрос спорный, но сам Мо Хуа точно нашел бы ее крайне любопытной.
Во-вторых — изучение предельных формирований из двадцати и более узоров.
Он давно хотел взяться за них, и теперь наконец-то мог исполнить свое желание и хорошенько во всем разобраться.
С этого момента его мастерство в формированиях поднимется на новую ступень, он преодолеет предел второго ранга и начнет исследовать область предельных формирований, выходящую за рамки обычных областей.
А предельные формирования закаляют божественное сознание гораздо сильнее обычных.
Следовательно, изучая их, его божественное сознание сможет шаг за шагом становиться еще сильнее.
В-третьих — исследование пути божественного сознания.
Мо Хуа чувствовал, что его нынешнее божественное сознание устроено слишком сложно: тут и постижение дао, и божественные ранги, и преображение божественного сознания, и божественная сущность, и качественные изменения....
Структура божественного сознания культиватора на самом деле довольно проста.
Фундамент божественного сознания, хоть и глубок, но тоже достаточно ясен.
Но Мо Хуа сейчас был одновременно и человеком, и шел путем бога, что означало смешение двух структур, отчего в голове воцарился хаос.
Многие концепции божественного пути и знания о божественном сознании требовали систематизации.
Нужно было заново спланировать, как его божественное сознание будет развиваться в будущем.
Предстояло сделать еще очень многое, но прежде нужно было закончить дела в городе Одинокой Горы...
Мо Хуа тщательно обдумал все эти вопросы и после этого позволил себе хорошенько выспаться.
На следующий день Мо Хуа, как обычно, отправился на занятия вместе с другими учениками.
Хотя господин Сюнь велел ему не раскрывать свою истинную силу, Мо Хуа не мог сдержать улыбки при мысли о том, что его божественное сознание уже достигло двадцати узоров — уровня Золотого Ядра. Даже походка его стала более уверенной.
«Младший Старший Брат, ты выглядишь... как-то иначе...» — вполголоса заметил Чэн Мо во время обеда.
«Разве?» — Мо Хуа моргнул глазами.
Чэн Мо кивнул, не в силах точно объяснить свои ощущения.
Казалось, Мо Хуа стал «глубже» и «сдержаннее», чем раньше.
Что бы он ни делал, от него не исходило ни малейшего колебания ауры.
Он стал напоминать тех старейшин или наставников, которые ходят совершенно бесшумно и внезапно материализуются перед тобой именно в тот момент, когда ты отвлекся во время медитации.
Одним словом, он стал еще более непостижимым...
Мо Хуа сказал: «Это нормально, когда божественное сознание сильное».
Чэн Мо кивнул и с восхищением произнес: «Младший Старший Брат, твое божественное сознание сейчас ведь на уровне девятнадцати узоров, верно?».
Мо Хуа кивнул: «Примерно так».
Всего-то на один узор больше девятнадцати.
Чэн Мо не скрывал зависти: «Эх, когда и у меня будет такое же сильное божественное сознание, как у тебя».
Ситу Цзянь вставил: «Ложись спать, во сне у тебя будет все что угодно».
Сидящие рядом ученики не удержались от смешков.
Чэн Мо слегка рассердился: «Ситу, ты опять подкалываешь!».
Ситу Цзянь отхлебнул чаю и с невозмутимым видом спросил: «Подкалываю? А где тут подколка?».
«Ладно, давай позже устроим тренировочный бой на мечах и выясним, кто из нас сильнее!»
«Ты разве не проиграл мне вчера?»
«Это я просто проявил неосторожность, а ты меня перехитрил!»
«Не умеешь — учись, проиграл — тренируйся, и не ищи оправданий».
«Ситу, лучше бы ты у младшего брата учился чему-нибудь хорошему, хотя бы формированиям. Прошу тебя, только не учись у него этой манере болтать...».
«А я буду...»
...
Группа ребят весело шумела и спорила, атмосфера была живой и радостной.
Мо Хуа прищурился и улыбнулся, но в этой улыбке внезапно промелькнула необъяснимая грусть.
Его божественное сознание достигло ранга Золотого Ядра.
Но из девяти лет обучения в Регионе (Обучения) Цянь пошел уже восьмой год, и осталось всего чуть больше года.
Через год ему и этим младшим братьям, возможно, придется разойтись в разные стороны.
Все они прибыли из разных уголков Девяти Континентов, чтобы учиться в Континенте Цянь. Стоит им расстаться — и они разлетятся, словно звезды по небу, разделенные бескрайними просторами. Кто знает, когда они увидятся вновь.
И неизвестно, представится ли еще когда-нибудь возможность вот так, всей толпой братьев по секте, собраться вместе, шуметь, спорить, пить вино и радоваться жизни.
Порой самая обычная и неброская дружба оказывается самой драгоценной.
И когда она уходит, вернуть ее, боюсь, уже невозможно.
Мо Хуа тихо вздохнул и сделал глоток чая.
Вкус чая был густым и сладким, но в нем проступали едва заметные нотки горечи...
(П.п хех, таки сегодня выплюнул главу)
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.