Путь Убийства Богов
Глава 895
Он шёл по пути Постижения Дао через божественное сознание, был культиватором, преобразующим божественное сознание сливая с дао.
Он должен был строго требовать от себя.
Нужно стать сильнее.
Следует использовать злой плод как пробный маникен.
Он должен был считать Злого Бога своим главным противником.
Убийство злого плода — лишь малое достижение, убийство злого бога — вот что будет великим.
Всё, что ниже этого уровня, считалось неудовлетворительным.
Мо Хуа кивнул.
Сейчас, если взглянуть на созданную им технику — тысячекратное формирование меча, превращающее божественное сознание в меч и создающее «стиль Преращения Божественного сознания в Меч», — она, безусловно, сильна, но источник его силы был относительно слаб.
Против обычных злых духов она обладает колоссальной разрушительной силой.
Но если встретиться с существом ранга злого бога, то даже при победе не факт, что получится убить его.
Поэтому ему нужно было учиться дальше, освоить ещё более продвинутые техники меча, чтобы поднять мощь своего меча Божественного Сознания на новый ранг.
Самым сокрушительным стилем в истинной Технике Божественного Сознания в Меч был последний Стиль Божественного Сознания в Меч...
Меч Убивающий Душу.
(П.п Вообще-то вместо “Души” должно быть “Боги”, но звучит слишком заземлённо)
«Вот только…»
Мо Хуа нахмурился. Он достал бамбуковою дощечку древнего намерения, подаренные ему предком Дугу, взглянул на древние узоры меча на них, ощутил заключённое в них намерение меча и тихо пробормотал:
«Используй меч, чтобы закалить сознание и отсечь собственную душу...»
Каждый день — одно отсечение, один меч, ни дня перерыва.
Но после стольких дней, кроме того, что злой плод превратился в «черепаху, втянувшую голову», а его собственная божественная душа покрылась множеством ран, он не получил никакого особого прозрения.
Мо Хуа лишь смутно ощущал, что, похоже, он действительно практикует Меч, Убивающий Душу.
Однако правильно ли он делает, есть ли в этом результат, в чём суть стиля — он всё ещё не понимал.
Этот вопрос Мо Хуа изучал ещё несколько дней.
Но новых мыслей пока не появилось.
В итоге он вынужден был признать, что такие неизвестные и глубокие законы пути меча невозможно постичь, просто сидя в одиночестве.
Лучше честно пойти и спросить совета у предка Дугу.
Чтобы снова не ошибиться, если он не будет осторожен.
Предок не рассказывал ему о конкретных методах пути Меча, убивающего Душу, потому что тогда сила его меча божественного сознания была слишком мала.
Но теперь всё иначе.
Его техника Превращения божественного сознания в меч, основанная на формировании меча, уже претерпела преобразование.
Если теперь он обратится к предку, тот наверняка научит его большему…
...
И вот, несколько дней спустя, в горах Тайсюй, в запретной Гробнице Мечей, предок Дугу выглядел таким же здоровым, как и всегда, и Мо Хуа вздохнул с облегчением.
После этого предок Дугу прочитал Мо Хуа свою обычную лекцию о пути меча.
После этого Мо Хуа на мгновение остановился и тихо спросил:
«Предок, как ты практиковал Меч, Убивающий Душу?»
Предок Дугу слегка удивился, а затем спокойно взглянул на Мо Хуа, в его глазах промелькнула задумчивость.
Возможно, предыдущий вопрос Мо Хуа о Мече, Убивающем Богов, был просто из любопытства.
Но как он мог не понимать, что этот ребёнок уже начал изучать стиль Меча, Убивающего Богов?
Предок Дугу мысленно вздохнул.
За все долгие годы он впервые встретил человека, который мог так стремительно продвигаться в технике меча божественного сознания — почти словно за день проходил тысячу ли.
А ведь это — Истинная Техника о Превращении Божественного Сознания в Меч секты Тайсюй.
Это самая глубокая техника меча божественного сознания в секте Тайсюй, и, более того, — запретная техника меча…
Предок Дугу покачал головой.
Ладно…
Может, чудеса и вправду рождаются такими.
Он начал привыкать к этому.
Теперь, когда дело зашло так далеко, нет смысла больше скрывать последний стиль.
Предок Дугу слегка прищурился и спросил: «Бамбуковою дощечку, что я тебе дал, ты посмотрел?»
«Да», — кивнул Мо Хуа.
«Что ты видел?»
«На бамбуковых дощечках есть узоры меча, и в этих узорах — намерение меча».
«Ты знаешь, что это за намерение меча?»
Мо Хуа на мгновение задумался, а затем покачал головой. «Я знаю только, что намерение этого меча очень древнее и глубокое. Оно не выглядит сильным, но, похоже, содержит в себе… некую первооснову пути меча?»
Иначе было бы невозможно ранить злого плода.
Предок Дугу слегка нахмурился.
Даже первооснову пути меча он смог разглядеть…
--------
Кто мастер этого ребёнка, и откуда у него такие глубокие прозрения?
Предок Дугу на мгновение задумался, медленно кивнул и снова спросил: «А знаешь ли ты, что это за первооснова пути меча?»
Мо Хуа покачал головой.
Он этого не знал.
Изначально он был «слеп к пути меча», хотя в последние дни многому научился у Предка Дугу.
Но до уровня, на котором можно прозреть источник пути меча, ему ещё очень далеко.
Предок Дугу кивнул, его лицо было серьёзным, и медленно произнёс:
Эта первооснова пути меча имеет чрезвычайно древнее происхождение. Ещё во времена, когда секта Тайсюй не была разделена на три секты, из одного древнего ‘Божественного Меча’ была извлечена крошечная частица Дао меча — нить сути пути меча.
С тех пор поколения предков и мастеров секты Тайсюй вкладывали в эту нить всю свою жизнь, всё своё понимание пути меча.
«Десятки поколений культиваторов и тысячи лет упорного труда наконец-то вывели это бесценною «первооснову пути меча».
Предок Дугу произнёс глубоким голосом: «И эту первооснову пути меча также можно назвать...»
Сердце Мо Хуа дрогнуло, когда он услышал это, и необъяснимый термин всплыл в его голове:
«Поток меча?»
Предок Дугу поднял глаза на Мо Хуа, в его взгляде мелькнуло удивление, затем он одобрительно кивнул:
«Верно. Это и есть Поток меча — исток всей совокупности пути меча нашей секты, источник всех техник меча!»
Сердце Мо Хуа дрогнуло.
Поток Меча...
Выходит, всё это время, каждый день, когда он постигал и использовал его, чтобы рассечь собственную душу, он изучал нечто бесценное — сам Поток меча?
Неудивительно, ведь эта вещь была древней и непостижимой, невероятно таинственной и могла даже разрушить злой плод.
И такую драгоценность предок Дугу доверил именно ему.
Хотя, точнее говоря, не доверил, а лишь «одолжил» для временного изучения, — но даже это говорило о его великом доверии.
Мо Хуа был глубоко тронут.
В то же время он испытывал смешанные чувства.
Он — мастер формирований, но до сих пор ещё не постиг «Поток формирований», а уже освоил «Поток меча».
Это, пожалуй, немного своего рода… «перевёрнутая небесная гармония».
Тогда какая же связь между этим Потоком меча и стилем "Убивающий Душу“? — спросил Мо Хуа.
Предок Дугу спросил: «Вы следуете пути Постижения Дао через божественное сознание, значит, должен понимать, что такое злые духи и демоны. А знаешь ли ты, что такое "боги“?»
Мо Хуа медленно кивнул.
Он был слишком хорошо знаком с богами.
У него было несколько богов «друзей»
: «старый друг» Повелитель Желтой Горы
; маленький друг, Маленькая Серебряная Рыбка
; и «плохой друг», Великий Злой Бог Пустоши.
И именно его злой плод теперь паразитировал в его душе.
Предок Дугу понятия не имел, насколько обширны связи Мо Хуа с богами.
Он лишь кивнул и сказал:
«Хорошо, что ты это понимаешь, не придется мне долго объяснять. В этом мире вещи, рожденные из божественного сознания — злые духи, призраки, демоны — бесчисленны. А над всеми этими злыми сущностями еще стоят более высокие существования: например, боги неба и земли, падшие злые боги, древние сущности дао и даже области…»
(П. п. Пытался перевести последнюю строчку как мог. Могу предположить, что речь идёт о: даосах, Небесном Демоне, Четырёх Божественных Зверях или Четырёх Опасностях — Хунь Дунь, Цюн Ци, Тао У и Тао Те)
Предок Дугу сделал паузу, не сказав больше ни слова. После минутного молчания он продолжил:
“Демоны, призраки, злые духи — они смущают человеческий разум и пожирают сознание.”
«Эти злые духи созданы сознанием. Кровь, ци и духовная ци не могут причинить им ни малейшего вреда».
“Лишь божественное сознание, преобразованное в меч, способно их рассечь.”
“Но над всеми злыми духами еще стоят боги неба и земли. Даже божества могут пасть и принести несчастья людям.”
«Человек может разрубить демона, злого духа, призрака… но способен ли он разрубить самого бога?»
Предок Дугу посмотрел на Мо Хуа.
Мо Хуа помедлил: «Должно быть… можно?».
Но Предок Дугу покачал головой и сказал: «Человек есть человек, бог есть бог. Сила человеческого божественного сознания не может рассечь бога».
Мо Хуа был ошеломлён.
Он задумался и почувствовал, что что-то не так.
Если сила человеческого божественного сознания не способна убить бога, тогда как был убит Повелитель Желтой Горы?
Если так, то разве злые боги этого мира не непобедимы?
Они могут сколько угодно творить зло среди людей, а культиваторы не смогут сопротивляться.
Этого предок не мог не знать…
Мо Хуа снова обдумал слова предка Дугу, а затем медленно произнёс:
«Сила человеческого божественного сознания не может рассечь бога, поэтому… нужно, чтобы человеческое божественное сознание, с помощью особых методов, превысило предел ‘человека’. Тогда… можно убить бога?»
Предок Дугу поднял бровь, глубоко посмотрел на Мо Хуа и кивнул:
«Верно!»
«Человек — это человек, бог — это бог. Их божественные сознания — вещи совершенно различной природы».
«Но природа благородного человека не отличается; он способен учиться у других».
«Раз люди не способны сокрушить богов, значит, нам следует учиться у них, постигать их и опираться на пути неба и земли, законы всего сущего, чтобы создать техники, изменять свое божественное сознание — и тем самым разрубить бога!»
«Вот что называется Стиль Убивающего Душу/Бога!»
Голос предка Дугу прозвучал громко и решительно.
Мо Хуа молча размышлял.
Боги благословенны небом, рождаются с Дао.
Культиваторы же изначально слабы, но через обучение, постижение и заимствование Дао способны разрубить даже бога.
В каком-то смысле, это и есть настоящее — слабый побеждает сильного, человек убивает бога, человек одолевает небо…
Сердце Мо Хуа дрогнуло.
Но как именно «постичь Дао и убить бога» оставалось загадкой.
Сможет ли он постичь стиль меча Тайсюй, позаимствовать изначальный путь меча и убить злого бога?
Как он мог постичь его? Как он мог его заимствовать?
Увидев это, Предок Дугу сказал: «Ты помнишь, что я рассказывал тебе о секрете культивации меча, чтобы Убивающего Душу?»
Мо Хуа кивнул: «Используй меч, чтобы закалить дух и отсечь свою душу».
«Эти восемь слов – ключ».
Предок Дугу сказал: «Человеческие божественное сознание не может убить богов, поэтому мы должны "заимствовать" законы великого Дао, "заимствовать" могущественную силу первоосновы».
«Но первооснова пути меча — это несравненная тайна, её нельзя обрести, просто произнеся её».
««Поток меча» секты Тайсюй основан на частице сущности Дао, содержащейся в древнем божественном мече. Поколения культиваторов питали его своим пониманием пути меча, и лишь так он стал первоосновой, способной " убивать богов"!»
«С этой первоосновой культиваторы секты Тайсюй могут ‘заимствовать’ силу первоосновы пути меча, чтобы убивать тех богов, которых обычный человек не может даже ранить».
«И эта первооснова принимает форму Потока меча Тайсюй».
“Культиваторы секты Тайсюй, постигая этот поток и заимствуя силу первоосновы пути меча, закаляют свои души мечом — это и называется ‘закалять дух мечом’.
Мо Хуа понимающе кивнул и спросил: «А как же самоотсечённие души?»
Предок Дугу спросил: «Ты что-нибудь постиг из Потока Меча Тайсюй?»
Мо Хуа слегка смутился: «Нет...»
Он лишь уловил намёк на древним намерении меча. Если бы предок не упомянул об этом, он бы не понял, что это первооснова пути меча.
Он долго пытался постичь это, но, по сути, так и не понял никакого пути меча.
«Это не твоя вина...» – вздохнул старейшина Дугу.
«Не говоря уже о тебе, в твоём возрасте, даже достигнув Ранга Золотого Ядра, я не мог этого понять».
«Не только не понять — я даже не мог увидеть суть…» – вздохнул предок Дугу.
«Это ведь древний поток меча секты Тайсюй — первооснова пути меча, близкий к самому дао»
«Те, кто создал и взращивал эту первооснову, – как минимум, предки секты Тайсюй из прошлых поколений, достигшие ранга небесной пустоты и выше».
«Как обычные культиваторы могут освоить столь глубокий поток меча?»
«Даже если ученик — гений меча, но слишком молод, мало времени посвятил пути меча, ранг низок, масштаб ограничен — он всё равно не сможет постичь истинное значение потока меча».
«Если передача так сложна, что ученики не могут её усвоить, а постичь можно лишь достигнув ранга превращения перьев или небесной пустоты — то, как бы она ни была прекрасна, она всё равно обречена исчезнуть».
«Поэтому предшественники секты Тайсюй нашли другой путь и придумали метод, близкий к «обману»… отсечению собственной души!»
Мо Хуа был потрясён.
Предок Дугу медленно продолжал старческим голосом:
«Обычный человек хочет научиться быть святым. Но святые обладают благородными добродетелями и дальновидностью, в то время как обычные люди ограничены, опутаны мирскими желаниями и страдают ограниченностью мышления. Как бы они ни старались, им никогда не стать святыми. Что же он будет делать?»
Предок Дугу сказал: «Единственный путь — рассечь себя, чтобы стать святым!»
«Отсечь малое ‘я’, чтобы достичь великого ‘я’».
«Полностью забыть себя, отсечь свою мелочность и низость, отбросить мирские желания, отбросить предрассудки и сразу стать "святым"».
«Что бы ни думал святой, я буду думать так же, и что бы ни делал святой, я буду делать то же самое, тогда я естественным образом стану святым».
«Вот что значит — отсечь малое ‘я’, чтобы стать святым.
«То же самое верно и для самоотсечения души на пути меча...»
«Ты — "обычный человек" на пути меча, и ты хочешь стать "святым" на пути меча».
«Но твои знания слишком поверхностны, твои мысли запутаны, твоё сердце слабо, и ты погряз во всевозможных ошибочных предрассудках относительно пути меча. Захотеть стать "святым" так же трудно, как и вознестись на небеса. Даже если ты ошибёшься, ты окончательно погибнешь и никогда не достигнешь вершины пути меча».
«Раз так — значит, нужно рассечь себя!»
«Отрежь свои мысли, предрассудки, заблуждения, невежество, узкие видения своего эго. Подражай «святым», размышляй о «потоке меча», приблизься к сути пути меча и запечатлей эту суть в своей душе, достигая истинного единства человека и меча, души и Дао, и завершая преображение своей души на пути меча».
«Отсечь малое ‘я’ — стать святым».
«Отсечь мелкое Дао — достичь великого Дао пути меча!»
«Отсечь себя — стать святым, отсечь душу — достичь Дао!»
Слова предка Дугу гремели в ушах, будто гром, что пробуждает спящего.
Мо Хуа внезапно понял, словно его осенило откровение. Он был необъяснимо потрясён и долго не мог успокоиться.
Он принял слова предка Дугу близко к сердцу, тщательно обдумывая их.
Но не успел он сосредоточиться, как услышал сильный кашель.
Мо Хуа поднял взгляд и увидел предка Дугу, который, стиснув руками рот и нос, нахмурился и сильно кашлял.
Мо Хуа тут же что-то понял и обеспокоенно произнёс:
«Предок, твоя старая рана…»
Предок Дугу махнул рукой, постепенно приходя в себя, но взгляд его потускнел. Голос его был тяжёлым, и он ответил: «Ничего страшного, это обычное дело…»
Он ответил, что это обычное дело, но Мо Хуа никогда не видел предка таким изнурённым, как сегодня.
Он был словно… старик, измученный и смертельно больной.
Мо Хуа почувствовал острую боль в сердце.
Он был предком ранга Небесной Пустоты, человеком непревзойдённой самоотдачи, но отдал все свои силы секте, но продолжал жить, лишь для того, чтобы быть похороненным заживо в гробнице, подобно этим сломанным мечам, разбросанным по земле…
Мо Хуа почувствовал острую боль.
Предок Дугу почувствовал чувства Мо Хуа, его взгляд постепенно смягчился, и он прошептал: «Всё в порядке».
Мо Хуа выглядел немного обеспокоенным.
Предок Дугу помолчал, а затем спросил: «Ты понял, что я только что сказал?»
Мо Хуа наконец переключил внимание и мягко кивнул.
Через мгновение в его сердце зародилось сомнение.
Мо Хуа нахмурился и спросил: «Предок, если отсечь малое ‘я’ и достигнуть Дао, если отсечь своё ограниченное понимание меча, разве тогда всё, что я учил прежде, не будет зря?»
Предок Дугу покачал головой и сказал: «Если нет малого ‘я’, то нечего и отсекать — как тогда появится великое ‘я’?»
«Так же и с мечом — не изучая его, ты не имеешь даже малейшего понимания меча, и значит, тебе нечего рассечь, ты не сможешь продвинуться и постичь первооснову Дао пути меча».
«Иными словами: без малого ‘я’ нет великого ‘я’, без своего скромного пути меча невозможно постичь Поток Меча».
«Малое ‘я’ низменно, полно желаний и неведения, но оно — необходимое условие для становления святым».
«Путь, что ты сам развиваешь, хотя и поверхностен, но он — ступень к постижению пероосновы пути меча…»
«По сути, все основы пути меча секты Тайсюй предназначены для того, чтобы культиваторы могли развивать «малое «я» и, в конечном итоге, использовать его для отсечения, приблизиться к первооснове пути меча и достичь Дао…»
«Вот оно что…» — сердце Мо Хуа содрогнулось, и он наконец понял.
Такой истины он бы никогда не догадался сам.
Культивировать собственный путь меча — лишь для того, чтобы потом его отсечь…
Мудрость предков поистине глубока.
Мо Хуа на мгновение задумался, но выражение его лица изменилось, и он внезапно понял:
Нет!
Отсечение собственной души – это ли суть «отсечения»?
Значит, он…
Мо Хуа слабо спросил: «Предок, отсечение собственной души – это… использование намерения меча, чтобы «отсечь» свою душу?»
«Использовать намерение меча, чтобы отсечь свою душу?»
Предок Дугу опешил, нахмурился: «Человеческая божественная душа чрезвычайно хрупка, как её можно отрезать?»
«Как в мире может быть такой глупец, который действительно «отсечёт» свою душу?»
Мо Хуа: "…"
Он не хотел признавать, что он именно этот 'глупец'.
Оказалось, он снова всё понял буквально.
Отсечение собственной души не означает, что он действительно «отсечёт» свою душу.
Он ошибся, поняв всё буквально…
Мо Хуа невольно вздохнул.
Увидев Мо Хуа в таком состоянии, Предок Дугу задумался, а затем застыл в удивлении.
«Ты бы не...»
«Нет!»
Мохуа решительно отказался признавать себя глупцом.
Предок Дугу молча смотрел на него.
Мо Хуа робко спросил: «Предок, если «отсечь» свою душу, что бы произошло?»
«По-настоящему отсечь свою душу...»
Предок Дугу вздохнул, нахмурившись.
Только он собрался заговорить, как его лицо застыло.
Его старческое лицо, черты мгновенно исчезли, словно слой белой человеческой кожи.
Наложились различные образы лиц, проявляясь одно за другим.
Но это прошло без звука, очень быстро, всего на мгновение, и снова стало обычным.
Когда Мо Хуа заметил что-то неладное и поднял взгляд, лицо Предка Дугу осталось прежним, даже выражение не изменилось.
«Отсечь свою душу – это не страшно…» – начал Предок Дугу.
Мо Хуа был ошеломлён: «Всё в порядке?»
Предок Дугу кивнул: «Я же говорил, ты не такой, как другие: то, чему другие не могут научиться, ты можешь; пути, недоступные другим, ты можешь пройти. Так же и самопоражение судьбы: другим невозможно, но тебе — можно…»
«Единственная проблема в том, что отрезать себе душу не так-то просто. Нужно постичь особые методы».
«Особые методы?»
«Да» — Кивнул предок Дугу.
«Нужно постичь путь».
«Постичь путь?»
Мо Хуа полюбопытствовал: «Какой путь?»
Взгляд предка Дугу был серьёзным, и он медленно произнёс: «Путь Безжалостия».
«Путь Безжалостия?»
(П.п или путь "Путь бесстрастия")
Мо Хуа постепенно нахмурился, и чем больше он слушал, тем больше он терялся.
Предок Дугу произнёс с безразличным выражением лица, без тени печали или радости:
«Самое важное в Мече, Убивающий Душу, – это слово «убивать».
Причина, по которой он может убивать богов, заключается в том, что он содержит в себе силу первоосновы и интегрирован в путь «Уничтожения».
(П. п. Сложно понять, о каком пути идёт речь, но это может быть “Уничтожения”, “Убийства” или “Безжалостия”).
«Путь уничтожения, как следует из названия, — это отрезать чувства и желания».
«Отрезать все мирские привязанности, достичь состояния бесстрастия и бесжелания, бескорыстия и безмыслия, только так можно полностью поразить всё, постичь высший путь меча и смертным сознанием поражать богов».
«Это называется Высшим Путём Отсечения Эмоций…»
Мо Хуа был потрясён.
Высший Путь Отсечения Эмоций…
Прежде чем он успел подумать, Предок Дугу продолжил:
«Это великий закон Дао. Если ты по-настоящему будешь развивать его и интегрируешь в Дао пути Меча, опустошая свой разум и отсекая своё эго, ты достигнешь единства человечества и Дао, интегрируя закон уничтожения. Используя своё тело и душу как меч, твоя острота будет непревзойдённой. Ничто в этом мире не будет несокрушимым!»
Предок Дугу посмотрел на Мо Хуа: «Хочешь учиться?»
Мо Хуа медленно кивнул, сердце его забилось.
«Да!»
Глаза предка Дугу загорелись, когда он похвалил: «Твой талант поразителен; он не должен пропадать зря. Я научу тебя Высшему Пути Отсечения Эмоций и научу постижению этого великого закона…»
Предок Дугу протянул иссохший палец и коснулся лба Мо Хуа.
В ту же секунду в сознии Мо Хуа хлынуло непостижимое озарение, смешанное с изменениями великого Дао и дальними звуками сферы, наполняя его разум.
Там содержались невероятные методы постижения пути.
Мо Хуа почувствовал ясность разума, почти сливаясь с источником и Дао, погружаясь в глубочайшее понимание.
Тайный путь навсегда отпечатался в его сердце.
Он медитировал, не ведая времени, затем медленно открыл глаза, в которых на мгновение была пустота, после чего вернулся в реальность.
«Ты всё запомнил?» — спросил Предок Дугу.
Мо Хуа кивнул.
«Да».
Предок Дугу опустил взгляд, возлагая большие надежды на Мо Хуа.
Он произнёс глубоким голосом: «Учись усердно и постигай как следует. То, что я передаю тебе, – это высшее Великое Дао. Постигни это Дао, преврати его в меч, и твой путь меча достигнет вершины, сокрушая всех существ в мире!»
Мо Хуа воспрянул духом.
Он трижды поклонился Предку Дугу и почтительно сказал: «Спасибо за обучение».
Предок Дугу кивнул, а затем удовлетворённо вздохнул: «Кроме тебя, мне больше некого учить…»
Мо Хуа снова поклонился Предку Дугу.
Предокк Дугу сказал: «Хорошо, возвращайся и хорошенько изучи».
«Да», – ответил Мо Хуа.
Предок Дугу разорвал пустоту и отправил Мо Хуа обратно в покои учеников.
После того, как Мо Хуа ушёл, в запретной зоне…
Ночь была глубокой, лунный свет был холодным, а гробница мечей была безлюдной.
Предок Дугу остался один, неподвижно сидящий, словно глиняная или каменная статуя.
Через мгновение Предок Дугу внезапно пришёл в себя, огляделся вокруг, а затем взглянул на небо. Поняв, что Мо Хуа отослали, его зрачки резко сузились.
«Чему же именно... я его только что научил?»
«Нет… что именно я передал этому ребёнку…»
Лицо Предок Дугу дрогнуло, и холод пробежал по его сердцу.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------