Мы не можем проиграть

Каждому из нас определили роль.

Как только с этим было покончено, мы приступили к тренировкам.

Студенты третьего и четвертого курсов на выходные отправились в ближайшее подземелье для настоящей полевой практики, а мы получали прямые наставления от профессора.

И наставления эти были суровыми.

— Стоп! Виталий, здесь ты должен выходить вперед. Ты должен принять удар на себя, чтобы твои товарищи могли устоять.

— Я-я?

— Разве не ты согласился быть на передовой?

— Даже если я на передовой, я все равно маг. Я никак не смогу физически выдержать ваш телекинез, профессор… — Роптал Виталий.

Но его слова не возымели действия.

Обычно маги не принимают на себя удары врагов на переднем крае. Однако наша команда состояла сплошь из магов, так что кому-то нужно было выйти вперед.

И Виталий был тем, кто согласился взять на себя эту роль.

— Мы ведь уже все решили? Ты должен идти первым.

— А что, если меня ранят?

— Разве Ноа не владеет целительной магией? — Спросил профессор Камил, глядя на меня.

Я пожал плечами и ответил.

— Владею. По крайней мере, с переломами справлюсь…

— Этого достаточно. Если сломаешь кости — просто терпи. Начнем снова.

— Что?

Вуууун—

Профессор Камил активировал свой телекинез. Модель рыцаря, управляемая его силой, устремилась вперед с огромной скоростью.

Хоть манекен и не был на коне, его натиск был сравним с кавалерийской атакой.

Бам—!

— Гах!

Виталий попытался остановить модель своей собственной магией телекинеза, но его мастерства не хватило, чтобы блокировать удар.

Его сбило с ног, и он отлетел в сторону.

Пока Виталий был в воздухе, Ирина и Сармиан одновременно применили свои заклинания, атакуя профессора Камила.

— Буйный Вихрь!

— Ледяной Шип!

После их одновременного залпа я с небольшой задержкой выпустил свое заклинание.

— Электрошоковая пуля!

Однако телекинетический щит профессора Камила был настолько прочен, что ни одна из наших атак не достигла цели.

Профессор снова подготовил модель рыцаря.

— Хорошо, еще раз!

И снова манекен ринулся в атаку.

На этот раз вперед шагнул Барен.

Поняв, что телекинез бесполезен, Барен использовал магию земли, чтобы возвести стену, но это было бессмысленно.

Хотя земляная стена и обладала хорошими защитными свойствами, ее положение было зафиксировано в момент сотворения.

Модель рыцаря, увидев стену, просто изменила направление и устремилась к нам.

Сармиан и Ирина уже произносили свои следующие заклинания.

Пока я размышлял, не вмешаться ли и не заблокировать ли удар, Барен бросился вперед.

Тудум—!

— Ургх!

Он покинул безопасное укрытие своей стены и пожертвовал собой, чтобы защитить нас.

Благодаря самопожертвованию Барена мы с Сармиан и Ириной смогли завершить свои заклинания и нанести удар.

Хотя мы все еще не могли пробиться к профессору Камилу, он нас похвалил.

— Превосходно. Хорошая синергия магии.

— Синергия?

Каждый из нас просто готовил свою магию независимо. Мы не согласовывали свои действия.

Но объяснение профессора Камила было иным.

— «Ледяной Шип» Ирины — это заклинание, которое разбрасывает множество ледяных осколков в сторону цели. А «Электрошоковая пуля» Ноа — тоже снарядного типа. Оба они сильно подвержены влиянию ветра. Так что они получают дополнительное ускорение от порыва ветра Сармиан.

А.

Когда Ирина и Сармиан колдовали одновременно, ледяные осколки, созданные Ириной, летели с большей скоростью из-за магии ветра Сармиан.

То же самое произошло и с моей Электрошоковой пулей.

В частности, некоторые ледяные осколки наложились на магию Сармиан, создав эффект, схожий с заклинанием Третьего Круга «Ледяной Шторм».

Профессор Камил продолжил хвалить.

— Особенно учитывая, что Ноа, похоже, хорош и в магии огня, вы можете еще эффективнее использовать ветер. Так что Ирина и Ноа должны вести основные атаки, а Сармиан — поддерживать их. Также рассмотрите возможность использования сильного ветра, чтобы ослепить врага.

— Так точно! Поняла.

Я думал, Сармиан может обидеться, что ее назвали поддержкой, но она ответила с удивительной дисциплинированностью.

Странно, но перед профессором Камилом Сармиан всегда вела себя так.

«Неужели она и вправду связана со Спецназом?»

Отныне я точно буду обращаться к Сармиан на «вы».

Пока атакующая группа получала похвалу, наши два танка, задыхаясь, прибежали обратно.

Барен, похоже, отделался легкими ушибами, применив прием для смягчения падения, а вот Виталию, видимо, повезло меньше.

Должно быть, он подвернул лодыжку, когда упал, так как прибыл, прихрамывая.

— Н-ну как мы? — Спросил Виталий.

Профессор Камил покачал головой и ответил.

— Я, собственно, и не ожидал, что вы выдержите атаку. Вам нужно лишь выиграть для нас одно мгновение. Этого достаточно, чтобы выполнить свою роль.

Иными словами, он называл их живыми щитами.

— Прошу прощения?

— Но ваши основы слишком слабы. Особенно у тебя, Виталий.

— ......

Виталий не смог ничего ответить.

Что касается физических возможностей, оценка профессора была верной.

— Вам двоим следует пройти дополнительную физическую подготовку.

— Физическую подготовку?..

— Отправляйтесь в лабораторию профессора Мукали.

Я кивнул.

Уж кто-кто, а профессор Мукали наверняка за короткое время превратит этих ребят в людей с крепким телосложением. Конечно, соответствующая мышечная боль им тоже будет обеспечена.

Я спросил профессора Камила о том, что беспокоило меня на протяжении всей этой специальной тренировки.

— Профессор.

— Да, говори, Ноа Эшборн.

— Я слышал, что состязания по обмену, в которых мы участвуем, основаны на исследовании подземелий. Но почему мы учимся только сражаться с рыцарями, а не исследовать подземелья?

На практических занятиях мы боролись с моделями рыцарей и проходили тренировки, подобные нынешней. На теоретических занятиях нам приходилось изучать тактику атак и фехтование рыцарей.

Мы не узнали ничего ни о монстрах, ни о структуре подземелий.

Профессор Камил ответил так, будто я спросил нечто очевидное.

— Самое опасное в подземелье — это всегда люди. Особенно люди из других отрядов. Гораздо больше людей получают травмы от конфликтов с другими группами, чем от монстров или ловушек. И если эти противники из Рыцарской школы… — Профессор Камил сжал кулак. — Мы никогда не должны проигрывать.

Будучи сам выпускником Магической академии, профессор Камил питал к Рыцарской школе нешуточную враждебность.

***

Рыцарская школа на юго-западе Империи.

Теологическая школа на северо-востоке.

И Магическая академия, расположенная рядом со столицей, в центре.

Местом встречи трех школ был горный хребет Аремория, в трех днях пути к югу от столицы.

Хребет Аремория не отличался особой высотой, зато тянулся очень далеко.

Эта длинная горная цепь, преграждающая путь на юго-запад, служила географической границей между юго-западной частью Империи и другими регионами.

Традиционно, на юго-западе Империи, за горами Аремория, было много рыцарских семей, в то время как на севере — много магов.

Огромные равнины, простирающиеся на юго-западе, — плодородные земли.

Там часто можно было встретить дворян, ставших крупными землевладельцами, которые расширяли свое влияние через территориальные войны или дуэли — сражения между людьми.

В лесах и горах северной и восточной частей Империи, напротив, часто появлялись различные подземелья и монстры. Жители северо-востока обладали обширными магическими знаниями, полученными в борьбе с ними.

Вот почему там было много магов.

— Понятно. Я впервые направляюсь на юго-запад.

— На юго-западе много великих семей, которые так и не добрались до центра. Это потому, что их владения велики и плодородны. Семья Милио тоже оттуда. — Объяснила Ирина.

Мы ехали к хребту Аремория в карете.

По мере приближения даты состязаний мы выехали из академии тремя днями ранее. Всего было восемь экипажей: семь профессоров, ведущих нас, две кареты, груженые различными зельями и артефактами, и по одной карете на каждый курс.

Первокурсников было относительно мало, так что нам достался экипаж поменьше, но места все равно было вдоволь.

Нам, студентам, приходилось читать в карете книги.

Книги, содержащие базовые знания о состязаниях по обмену.

«— Прочтите это в дороге».

Эта книга, брошенная нам с этими словами, была всем нашим обучением по части подземелий.

«Все остальное было о том, как сражаться с рыцарями».

Так или иначе, необходимость читать в карете у некоторых вызвала жестокую морскую болезнь.

В то время как я, Ирина и Барен чувствовали себя хорошо, Виталий и Сармиан не выдержали.

Треск—

Виталий, открыв окно, вдохнул свежего воздуха.

— Хах… Ах!

Окружающий пейзаж, когда мы въехали на горную дорогу, был полон пышных деревьев.

Щебетание птиц на пологом подъеме и постепенно меняющие цвет листья возвещали о приближении осени.

— В то время как Магическая академия свободолюбива, Рыцарская школа полна людей, которые живут и умирают ради чести и дисциплины. Говорят, их хорошо провоцировать, упоминая их фамилии. — Сказала Ирина, читавшая книгу.

Интересно, кто написал это обязательное к прочтению руководство. Каким-то образом даже здесь были инструкции по борьбе с рыцарями.

Прочитав еще немного и проехав дальше, мы наконец увидели нашу цель.

Ущелье Кантуа на хребте Аремория.

Хоть хребет и не был особенно высок, он был чрезвычайно длинным.

И на этой длинной горной гряде, естественно, были глубокие и труднопроходимые участки.

Ущелье Кантуа было именно таким местом.

Окружавшие его, словно ширма, отвесные скалы производили ошеломляющее впечатление даже издалека. Крутые серые утесы и водопад, срывающийся с высоты, вдалеке выглядели как картина.

— Что ж, мы прибыли.

Мы остановились у входа в ущелье.

Это место славилось своими многочисленными подземельями. Говорят, здесь до сих пор много неисследованных.

Конечно, мы должны были исследовать только проверенные из них.

Кареты, остановившиеся на поляне у входа в ущелье, разместились и выгрузили своих пассажиров.

Когда мы вышли, то обнаружили, что прибывший ранее гость приветствовал профессоров, как старых знакомых.

— Добро пожаловать, профессор Камил.

— Рад вас видеть, барон Блэр.

Человек, которого назвали бароном Блэром, был рыцарем в серебряной кольчуге и шляпе, украшенной перьями. Длинный меч у его левого бедра исключительно ярко блестел в ножнах, что говорило о его знатном происхождении.

Он снял перчатки и протянул руку для рукопожатия профессору Камилу.

— Вы и в этом году опоздали. Несмотря на то, что находитесь ближе всех.

— Мы прибыли вовремя. Разве не Рыцарская школа вечно приезжает раньше, затевая какие-то интриги?

— Интриги? Какие интриги? Мы просто приезжаем пораньше, чтобы познакомиться.

— Так вы уже встретились с профессорами из Теологической школы?

— Они сразу же удалились для молитвы, как только прибыли.

Напряжение между ними было нешуточным.

Хотя хребет Аремория действительно был ближе к Магической академии, чем к Рыцарской школе, ущелье Кантуа находилось на северной стороне хребта.

Рыцарской школе, ехавшей с юга, приходилось пересекать горный массив, что делало их путь более чем вдвое длиннее нашего.

И все же они прибыли первыми и теперь упрекали нас в опоздании.

С другой стороны, Магическая академия на самом деле не опоздала к назначенному времени. Более того, Рыцарская школа часто приезжала раньше, чтобы сговориться с Теологической, вот почему профессор Камил сделал такое замечание.

— Хмф. Я слышал, ваши первокурсники в этот раз весьма выдающиеся.

— Разумеется. Можете ожидать многого.

— Вы уверены? В прошлом году вы выступили просто жалко.

— ......

Похоже, прошлогодние первокурсники — наши нынешние второкурсники — потерпели поражение от Рыцарской школы.

Должно быть, это правда, судя по тому, что профессор Камил не смог ничего возразить.

— Не буду отрицать, что традиционно первокурсники, как правило, проигрывают Рыцарской школе. Но в этом году все будет иначе.

— О, неужели? Из-за того гения из семьи маркиза Белруна?

На это профессор Камил лишь усмехнулся.

Похоже, новости обо мне еще не дошли до Рыцарской школы на юго-западе.

— Увидите, когда придет время. Только не проиграйте в соревновании первокурсников, которое до сих пор было вашей единственной гарантированной победой.

Я никогда не видел, чтобы профессор Камил так разговаривал. Он всегда был образцом манер и дисциплины. Соперничество с Рыцарской школой, должно быть, действительно меняет людей.

Их взгляды сошлись в напряженном противостоянии.

Но тут…

Треск-тресу—

К месту прибыло еще несколько карет.

Рыцарская, Магическая и Теологическая школы уже были здесь — кто еще мог приехать?

— А, прибыла специальная школа-наблюдатель этого года. — Сказал барон Блэр, указывая на флаги на каретах. — Академия Альянса Семи Королевств.

— Значит, они прибыли.

Академия Альянса Семи Королевств.

Кареты, каждая под своим флагом одного из семи королевств, одна за другой останавливались.

Среди них был и знакомый флаг королевства Сейодин.

И человек, вышедший из кареты под этим флагом, обладал до странности знакомым лицом.

«Этот человек?..»

Наши взгляды на мгновение встретились.