Ожерелье

Экзамен по укрощению диких лошадей.

Студентам выдали лишь уздечку, чтобы надеть ее на голову лошади. Это означало, что они должны были сами накинуть узду и вскочить на коня без седла.

Для Сармиан это было чрезвычайно легкое испытание.

«Да, это как раз моя специализация!»

Эльфы — лесной народ. Они славятся своей искусной магией природы, но были сведущи и в других вещах. У них был талант к собирательству и охоте, а общение с духами или единение с животными и растениями — навыки, которым каждый эльф обучался естественным образом. Поистине универсалы.

Более того, она была из Имперского Спецназа. В Спецназ входили не только маги, но и рыцари, и паладины. Сармиан прошла ту же подготовку, что и они.

«Укротить такую дикую лошадь — пустяк».

На этот раз Сармиан была уверена, что займет первое место.

Топ-топ-топ-топ—

Лошади носились табуном. Студенты были в ужасе от вида бешеных скакунов. И неудивительно. Попади под эти копыта — и от тебя живого места не останется.

«Лобовое столкновение исключено».

Было бы безрассудством пытаться поймать несущуюся без остановки лошадь. Сначала нужно было выиграть время, чтобы подобраться поближе и установить связь. Сармиан огляделась. Не все лошади двигаются в табуне. Нужно было медленно приблизиться и найти уставших.

«Вон та подойдет».

Сармиан заметила лошадь, отдыхавшую чуть в стороне от табуна. Она медленно подошла к ней, стараясь не спугнуть.

Характерная черта эльфов — их гармония с природой. Сармиан смогла приблизиться к лошади без особого труда. Она нежно погладила ее по загривку.

«Вот так, хороший мальчик. Я тебя не обижу».

Сармиан погладила гриву лошади, чтобы успокоить ее. Та, казалось, была весьма утомлена — вероятно, уже успела набегаться. Похоже, это была предусмотрительность профессора Мукали. Он заставил лошадей безостановочно бегать еще до прибытия студентов, чтобы заранее их измотать. Даже те, что сейчас неслись табуном, могли выглядеть свирепо, но вскоре устанут и ослабеют.

«Для дварфа, ты не так уж плох».

Так Сармиан высокомерно оценила профессора. Она решила, что этого достаточно, и попыталась накинуть на лошадь уздечку.

Но—

И-и-иго-го—!

Испуганная уздечкой, поднесенной к самой морде, лошадь встала на дыбы. Опасаясь удара копыт, Сармиан быстро сотворила заклинание барьера и отступила.

И-го-го! Цок-цок-цок-цок—!

Тем временем лошадь унеслась со всех ног.

— Ах, нет!.. Какая жалость.

Она была так близка. Проблема была в том, что в конце она расслабилась, оценивая профессора-дварфа.

Отбросив разочарование, она огляделась. Другие студенты все еще толпились на краю поля, боясь попасть под копыта и стараясь уворачиваться.

«Хмф. Естественно».

Даже Ноа Эшборн еще не сдвинулся с места. Должно быть, он был напуган движением лошадей. Она расслабилась и не спеша начала искать другую.

Вскоре ее взгляд упал на крупного коня с блестящей серой шерстью. Сармиан подошла к нему — он лениво щипал траву — и снова медленно попыталась установить с ним связь.

«Хороший мальчик… я не причиню тебе вреда».

Она приложила больше усилий, чем в прошлый раз, закрыв глаза, чтобы почувствовать эмоции лошади.

Сколько времени прошло? Поглаживая гриву и устанавливая контакт, она в какой-то момент поняла, что лошадь перестала щипать траву и замерла.

«Какой послушный. Неужели наконец-то получилось?»

Она достала уздечку. И, мельком оглядевшись—

— Эх, ухнем!

Внезапно рядом появились люди, которые накидывали на лошадей уздечки и запрыгивали им на спину. И их было трое.

— О, работает!

— У меня тоже получилось.

Это были Ноа Эшборн, Ирина и Руди. Лошади перед ними стояли совершенно неподвижно.

«Как, черт возьми?!..»

Присмотревшись, она поняла, что это были те самые лошади, которые только что довольно яростно брыкались. Как такие скакуны могли стать такими смирными? Они застыли, словно мыши перед змеей.

Она почувствовала эмоции лошадей.

«Они боятся?»

И она поняла, что это был страх. То же самое было и с конем рядом с ней. Конь, с которым она только что устанавливала связь, дрожал от страха, глядя на Ноа и его друзей. Вот почему он перестал щипать траву и замер.

«Этого не может быть!..»

Управлять лошадьми с помощью страха? Она и подумать не могла, что они используют такой метод. Но еще более шокирующим было то, что этим методом воспользовались трое. Ноа Эшборн мог быть исключением, ведь сам директор Грандар хвалил его как талантливого. Но чтобы и двое других так легко преуспели — она не могла понять, что это за академия.

***

Запах Биама определенно сработал. Когда мы приблизились, лошади застыли на месте, не в силах пошевелиться. Словно окаменели.

Возникла даже небольшая проблема: они продолжали стоять как вкопанные даже после того, как мы накинули уздечки. Пришлось пнуть их в бока и изо всех сил крикнуть «Но!», чтобы заставить их скованно зашагать.

— Ах вы, негодники! Какой трюк вы провернули на этот раз? — Пожаловался профессор Мукали, но доказательств не было. То, что он дварф, не означало, что у него нюх, как у животных. Будь на его месте профессор Миха, может быть…

В общем, благодаря этому мы все получили высший балл. А студенткой, получившей второй по величине балл, была Сармиан.

Ирина посмотрела на Сармиан, появившуюся после нас с оседланной лошадью, и тихо сказала.

— Так быстро укротила. Как и ожидалось, у эльфов хорошее сродство с животными.

Ну, поскольку мы использовали трюк с запахом дрейка, Сармиан, по сути, была той, кто укротил лошадь быстрее всех по-настоящему. Этот комплимент, вероятно, включал в себя и такой смысл, но, честно говоря, из уст того, кто получил высший балл, это было ничем иным, как провокацией. Я слышал, как Сармиан скрипнула зубами.

А уголки губ Ирины, приподнявшиеся на 0,1 миллиметра, определенно были победной улыбкой, а не плодом моего воображения.

Следующим был долгожданный экзамен по телекинезу. Профессор Камил имел обыкновение проводить на предыдущих экзаменах состязания, где студентам приходилось метать друг в друга железные шары. Студенты нервничали, не зная, какой тест он придумает на этот раз.

Местом для испытания профессор Камил выбрал берег озера. Озеро было таким большим, что даже если бы все первокурсники собрались одновременно, они не смогли бы заполнить всю береговую линию.

— Э-это… место тренировок нашего общества. — Пробормотал студент из Общества выживания на воде.

Я задавался вопросом, зачем академии такое огромное озеро, но даже в моей прошлой жизни было немало учебных заведений с озерами на территории кампуса.

«Возможно, это необходимо при практике магии стихии воды».

Но сейчас было занятие по телекинезу. Мы не могли понять, какое отношение телекинез имел к этому озеру.

Профессор Камил объяснил студентам:

— Экзамен по телекинезу будет состоять в метании водяных шаров.

От железных шаров до водяных. Уровень опасности теста внезапно ощутимо снизился. Студенты, которые были очень напряжены, просияли при упоминании водяных шаров.

— Водяных шаров?

— Звучит весело.

— Лето скоро, будет освежающе.

— Но где шары?

Последний вопрос был по делу. Экзамен — метание водяных шаров, но самих шаров не было. Профессор Камил ответил на это, продемонстрировав магию сам.

— Теперь вы можете использовать в телекинезе конвергенцию и дивергенцию. В частности, конвергентный телекинез будет часто использоваться при управлении различными объектами. И при деликатном проявлении этого контроля.

Профессор Камил с помощью телекинеза поднял воду из озера.

Вшууух—!

Значительное количество воды поднялось в воздух, словно в невидимой корзине. На вид — более ста литров. Масса воды зависла в воздухе, и телекинез профессора Камила придал ей округлую форму. Получился водяной шар без оболочки.

— Вот так вы можете делать водяные шары.

Затем профессор Камил сделал жест, будто бросая шар. Водная масса, сохраняя свою круглую форму, полетела к противоположному берегу озера и ударила в деревянную мишень, которую профессор установил заранее.

Бум—!

Это была скорее водяная бомба, чем шар. Огромная масса воды взорвалась, превратив местность вокруг мишени в море.

Профессор Камил снова обратился к студентам.

— Экзамен будет проходить в три этапа. Первый — создание водяного шара. Если вы сможете поднять воду из озера, придать ей форму шара и заставить его парить в воздухе, вы проходите. Второй этап — отправить водяной шар к мишени. Студенты, прошедшие эти два этапа, перейдут к турниру, где будут соревноваться, попадая друг в друга водяными шарами.

В конце концов, это было соревнование по метанию водяных шаров с помощью телекинеза. Студенты, которые не могли даже сделать и бросить шар, отсеивались заранее. Это означало, что к турниру соберут только элиту.

— Экзамен начинается. Лимит времени — тридцать минут. Сделайте водяной шар в течение тридцати минут.

Как только профессор Камил закончил говорить, студенты выстроились вдоль берега и начали произносить формулы телекинеза, обращенные к воде. Одновременно раздался гул голосов восьмисот студентов.

А затем…

Плюх—

Шлеп—

Водяные массы размером с бейсбольный мяч взлетали в воздух, но вскоре в них появлялись дыры, и вода выливалась.

«Это будет нелегко».

Создание водяного шара с помощью телекинеза требует очень тонкого контроля маны. Если для разрушения шара сжимающим телекинезом достаточно применить грубую силу, то для создания водяного шара нужно приложить абсолютно одинаковое усилие со всех сторон. Если баланс силы хоть немного нарушен, или если телекинез распределен неравномерно…

Кап-кап-кап—

Вода просачивается, как из проколотого шарика.

Конечно, для меня это не было особенно сложным. Микроконтроль маны был областью, в которой я был уверен. Я легко сделал водяной шар и отправил его вперед. При броске я мог легко нацелить его на мишень на другом берегу, управляя направлением взглядом.

Вжух-шлеп—!

Водяной шар ударил в деревянную мишень и взорвался. Я стал первым студентом, прошедшим оба этапа одновременно.

Но это было лишь мое предположение.

— Студент Ноа. Вы только что использовали магию Второго Круга, не так ли? — Цказал на меня профессор Камил.

Управлять телекинезом с помощью взгляда считалось магией Второго Круга. Я естественно кивнул.

— Да.

Тогда профессор Камил вручил мне черное, зловещего вида ожерелье-цепь и сказал.

— Это артефакт, который запечатывает кольца маны выше Второго Круга. Этот экзамен должен проводиться честно, с использованием только магии Первого Круга. Наденьте это ожерелье и попробуйте еще раз.

— А, понятно.

Я прошел первый этап, но для второго использовал магию Второго Круга, так что он был не засчитан. Я послушно выполнил его указание. В любом случае, я был уверен в своем контроле над телекинезом и до освоения управления взглядом, так что это не имело значения.

После того как я надел ожерелье и вернулся на свое место, профессор Камил обратился к остальным студентам:

— На этом занятии следует использовать только мана-контуры Первого Круга. Так что студенты, достигшие Второго Круга и выше, должны надеть это ожерелье. Студентка Сармиан?

Сармиан уже была известна как маг Второго Круга. Вероятно, поэтому профессор Камил назвал ее имя первым.

Тут…

— Так точно! — Сармиан вскочила, как солдат, и громко ответила. Затем она по-военному четко подошла к профессору Камилу и получила ожерелье.

Ирина тоже подняла руку и сказала.

— Профессор. Мне тоже нужно ожерелье.

— О, неужели студентка Ирина тоже прорвалась на Второй Круг?

— Да.

— Поздравляю. Пожалуйста, возьмите ожерелье.

— Спасибо.

Ей вручили ожерелье-пропуск для магов Второго Круга. Увидев это, глаза Сармиан расширились от удивления.