Индивидуальный подход

Миха Твинтэйл не могла поверить своим глазам.

«Это вообще возможно?»

То, что сейчас выводил Ноа Эшборн, было подробным решением формулы, которую преподавали на третьем курсе студентам, специализирующимся на магии иллюзий.

Она называлась «Формула преобразования объема иллюзорного тела» — базовая формула в системе магии иллюзий, которая не была бы слишком сложной, если изучать ее в правильном порядке.

Если изучать в правильном порядке.

Этот порядок включал в себя предметы, преподаваемые на втором курсе, такие как «Призыв иллюзорных тел на основе электронного сознания Фишера» и «Формула расчета объемного соотношения на основе структуры маны».

Конечно, теоретически эти формулы можно было вывести из формул первого курса.

«Теоретически это возможно…»

Теоретически, если тщательно развивать формулу шаг за шагом, ее можно было преобразовать в последовательность формул первого курса.

Но это было возможно лишь в теории.

«К тому же, это обратное вычисление».

Обратное вычисление означало именно то, о чем говорило название — вычисление в обратном порядке. Выяснение исходной формулы по результату.

Это было в несколько раз сложнее, чем создание результатов с помощью прямого вычисления.

«И он сделал это за такое короткое время?»

Прошло меньше минуты с того момента, как Ноа Эшборн заметил магический круг, до того, как он создал гигантскую руку.

За это время он смог распознать часть формулы, проявленной частицами маны, разложить ее на основы, немедленно провести обратные вычисления и найти ключевую переменную?

Это была поистине невероятная способность.

«Не только вычислительные способности, но и точное суждение, смелость и хладнокровие. У него есть все».

Глаза профессора Михи вспыхнули красным огнем от невыразимой жадности.

Сама того не осознавая, профессор Миха облизнула губы и произнесла:

— Ну... ну, превосходно.

Ее голос прозвучал слишком высоким.

— А, это… кхм.

Ей так много хотелось сказать. Она изо всех сил старалась унять свое волнение. Казалось, если она не будет осторожна, то бессознательно применит заклинание очарования.

Наконец успокоившись, она взяла в руки перо.

Затем она начала объяснять, подчеркивая каждую формулу, написанную Ноа.

— Теперь. Посмотри внимательно на эту часть. Этот процесс переноса константы измерения дельта-преобразования. Когда ты переводишь фазу из одного измерения в множественное расширение, получается вот так, и если скопировать отсюда сюда и вставить вот так, фазы накладываются друг на друга и могут взаимоуничтожиться… так что это можно упростить до вот этой формулы. Это называется формулой фазового преобразования, и ты будешь изучать ее на втором курсе.

Она с энтузиазмом объясняла, как формулу, выведенную Ноа, можно было рассчитать более простым способом.

Хотя вывести ее, используя только базовые формулы, было возможно, методы применения были настолько сложны, что их преподавали только на втором и третьем курсах.

— И вот эту часть можно сделать проще вот так… если развернуть эту часть, получится вот это, но можно легко рассчитать с помощью фазового преобразования и сразу получить этот результат. Что думаешь?

Ее объяснение стало необычайно длинным, так как она в ускоренном темпе преподавала то, что следовало изучать в течение второго и третьего курсов.

Но Ноа Эшборн просто кивал.

Профессор Миха напряженно вглядывалась в лицо Ноа, пытаясь понять, действительно ли он все понимает.

Но на лице Ноа промелькнули нотки оставшихся вопросов.

Миха спросила.

— Тебе что-то непонятно?

— Эм… тогда почему в магическом круге, который вы показывали, эта часть формулы была не в упрощенной форме, а развернута таким сложным образом?

— Ох… ты и это заметил?!

Михе Твинтэйл хотелось плясать от радости.

Подумать только, студент заметит такое!

Она только что показала Ноа, как решить формулу упрощенным способом.

Но в ее магическом круге некоторые процессы были развернуты до своих исходных базовых форм, и на то была причина.

— Это потому, что… перед фазовым преобразованием, вот эта часть. Здесь происходит трансформация переменной, которую нужно использовать и в других магических кругах.

Вес правой руки, которую Ноа Эшборн вырастил в круге иллюзий, увеличился, чтобы соответствовать ее объему.

Другими словами, измененная Ноа переменная также влияла на вес. Чтобы добавить формулу для этого, ту часть нельзя было упрощать.

— Так что если соединить это с магическим кругом вот так, можно изменить не только объем, но и вес. Формула, подключенная отсюда, активирует тактильные ощущения с помощью частиц маны… хм, этого ты еще не должен был изучать.

Но эта магия находилась в области, которую нельзя было вывести исключительно из формул, изученных Ноа.

Это означало, что ему придется изучать совершенно новые формулы.

Профессор Миха больше не могла сдерживаться.

— Просто стань моим студентом-исследователем.

— Не хочу.

— Нет, ну почему!

Миха умоляла Ноа, который решительно сопротивлялся.

— Почему ты все время отказываешься? Не мог бы ты хотя бы раз попробовать, прежде чем решать? Почему ты так против даже простого опыта, почему?

К сожалению, Миха Твинтэйл не знала, что у Ноа уже был опыт аспиранта.

Ноа посмотрел прямо в глаза профессору Михе и четко заявил:

— Я просто хочу выпуститься и сразу устроиться на работу.

Миха разочарованно схватилась за лоб.

«Талант, который мог бы оставить след в магии иллюзий!..»

Профессор Миха была в отчаянии.

Она предложила Ноа:

— Тогда давай сделаем так. Не становись студентом-исследователем, просто учись у меня.

— Разве это не то же самое, что быть студентом-исследователем?

— Нет, это другое. Я просто буду тебя учить, хорошо? Ты же так же учился магии усиления зрения у Мукали? Точно так же можешь учиться у меня магии иллюзий.

Ноа Эшборн, казалось, заинтересовался предложением и на мгновение задумался.

Миха подтолкнула его.

— Что думаешь?

— …хм.

Немного поколебавшись, Ноа с беспокойством спросил Миху:

— Это, случайно, не незаконное частное репетиторство?..

— Какое еще незаконное репетиторство? Я просто предлагаю учить своего же студента!

***

Вернувшись в общежитие после частного урока профессора Михи, я заметил, что все мои друзья смотрят на меня странными взглядами.

— Ого, он вернулся.

— О чем он говорил с профессором?

— Может, он перескакивает через курс? Третий Круг — это же уже уровень третьекурсника, верно?

— Так… досрочный выпуск? Кто-нибудь вообще выпускался досрочно из магической академии Астран?

— Нет, никогда… хотя я слышал, такое иногда случается в магической академии Скита в Магическом Герцогстве.

— Но они все потом становятся исследователями в Магической Башне.

— Вот как… тогда Ноа тоже станет исследователем?

Я понятия не имею, какие на этот раз поползли слухи и как они привели к разговорам о Третьем Круге и досрочном выпуске.

Руди поприветствовал меня и спросил:

— Ноа. Что происходит? Что сказала профессор? Ты правда перескакиваешь через курс? Это значит, мы больше не будем учиться вместе?

— О чем ты говоришь?

— Остальные говорят, что ты можешь выпуститься досрочно, потому что у тебя Третий Круг…

— У меня Третий Круг?

Вот это новость.

Если бы у меня уже был Третий Круг, это было бы прекрасно. За мной бы охотились как за одним из величайших магических талантов мира.

Хотя исследовательские лаборатории и так отчаянно пытаются меня заполучить…

— У тебя не Третий Круг?

— Нет. Я все еще на Втором.

— Тогда как ты сделал эту гигантскую ладонь? — С любопытством спросил меня Норка.

Ирина рядом с ним тоже навострила уши, готовая услышать мой ответ.

Что мне делать?

Рассказать все как есть?

Пока я размышлял, Руди первым предложил свою догадку.

— Это, должно быть, магия усиления тела, верно?

Поскольку моя рука внезапно выросла, это могло так выглядеть. Но реальность была иной.

«Сколько же маны понадобится, чтобы сделать руку такой большой?»

Вероятно, для этого потребовался бы как минимум Третий Круг, как и говорили остальные.

Обеспокоенный тем, что пойдут еще более странные слухи, если я буду молчать, я решил рассказать им все в точности, как было.

— Эм-м… вы ведь знаете, что профессор использовала магию иллюзий, да?

— Да.

— Эту магию иллюзий составляет формула, и чтобы ее увидеть…

То, что я сделал, было, короче говоря, своего рода хакерством. Нашел уязвимость в симуляции профессора и изменил переменные.

Но объяснение этого процесса шаг за шагом оказалось довольно долгим и сложным.

Более того, в отличие от объяснения профессору, друзьям мне приходилось объяснять, подстраиваясь под их уровень понимания, что делало объяснение еще длиннее.

— Так вот, процесс развертывания этой формулы… вы следите за мыслью?

— Д-да.

— П-понимаю.

— Итак, подставив сюда предыдущую формулу… я и нашел переменную. Я тогда не знал, но оказалось, что это переменная, увеличивающая размер руки.

Когда я закончил объяснение, выражения лиц моих друзей были не очень-то радостными.

У Руди глаза пошли кругом.

— Уф, я ничего не понял.

— Эм… так ты все это проделал за 30 секунд? — Недоверчиво спросил меня Норка.

Я кивнул.

Рядом с ним Ирина тоже кивнула и сказала.

— Да. Я поняла. Все идеально поняла.

…не думаю.

Ирина избегала моего взгляда и сменила тему.

— М-мне нужно пойти сделать домашнее задание по основам формул.

Сказала, что пошла делать домашку, но, скорее всего, она собиралась изучать формулы, о которых я упоминал. Ее тяга к знаниям проистекала из ее характера, из желания казаться знающей.

Я окликнул Ирину, держа в руках лист бумаги, исписанный решением, которое я набросал, объясняя все друзьям.

— Ирина. Вот.

— Да?

— Возьми. Можешь выбросить, если не нужно.

Она с трудом сглотнула, принимая лист с решением, и пробормотала.

— …я просто проверю, правильно ли решение, а потом выброшу.

Ну конечно. Учись усердно.

***

После одного инцидента методы преподавания были кардинально изменены, но это не обязательно было плохо.

В отличие от занятий по элементальной магии, занятия по основам магических чар и создания предметов стали даже более умеренными.

— П-поскольку до сих пор мы изучали м-материалы, необходимые для зачарования и экстракции сущностей, с-сегодня мы будем создавать простые артефакты с помощью этих м-материалов. — Начала свое объяснение профессор Амелин своим характерным заикающимся голосом.

«Если профессор заикается, значит, взрывов не будет».

Профессор Амелин переставала заикаться только тогда, когда взрыв был неминуем или уже происходил.

На самом деле, когда дело касалось взрывов, она приходила в восторг и начинала говорить быстрее.

Но, и наоборот, когда профессор заикалась, это означало безопасность.

Сегодняшнее занятие было безопасным.

— Эт-это материал из панциря Транкла, который мы изучали в прошлый раз. Вы м-мешаете его с экстрактом Цветка-Зеленой-Капли, чтобы с-сделать чернила.

Следуя объяснениям профессора, студенты рефлекторно открыли свои сборники рецептов, чтобы свериться с инструкциями.

Это была заслуга профессора, которая обучала через взрывы.

Убедившись, что инструкции соответствуют руководству, студенты измельчили панцири Транкла и смешали их с экстрактом Цветка-Зеленой-Капли, чтобы приготовить реагент.

Тем временем профессор начала раздавать белые браслеты.

— Т-теперь вы будете вырезать ф-формулы на этих браслетах с помощью сделанных вами чернил. П-пожалуйста, подбирайте интервалы так, чтобы формула соединялась в начале и в конце и была р-равномерного размера.

Заглянув в сборник рецептов, я увидел, что мы делаем простой защитный артефакт.

Причина, по которой студентов заставили создавать защитные артефакты именно в это время, вероятно, заключалась в том, чтобы у них был инструмент, который они могли бы использовать немедленно.

«Она говорит нам защищаться самим?»

— То, что вы делаете — это з-защитный браслет. Это одноразовый артефакт, который может защитить вас от сильных ф-физических воздействий или магии.

Кто-то поднял руку и спросил в ответ на слова профессора:

— Он может защитить и от взрывов?

— К-конечно! К сожалению.

Что именно в этом печального, профессор?

Речь профессора внезапно ускорилась.

— Но он бесполезен против чрезвычайно мощных или цепных взрывов. После очень сильного взрыва всегда следует остаточная ударная волна, которая приходит, когда эффект одноразового артефакта уже закончился. То же самое и с цепными взрывами. Также трудно защититься от стихийной магии вроде огненных шаров. Огненные шары вызывают взрывы при попадании в цель и оставляют пламя в окружающей области, а браслет не может защитить от ожогов от этого пламени.

Ни единого заикания, лишь плавная, отточенная речь.

Кто вообще спрашивал про взрывы?

Профессор продолжила свое объяснение.

— Так что если сделать его из более качественных материалов, чем этот браслет, можно создать артефакт, который будет действовать почти постоянно, а не один раз. Конечно, материалы, способные постоянно выдерживать взрывы, чрезвычайно трудно достать.

Хм-м.

Сделать артефакт из лучших материалов?

Так уж вышло, что у меня были материалы получше.

«У меня есть тот камень маны с фестиваля».

Артефакт, который сможет выдержать даже цепные взрывы.

Разве это не самый необходимый артефакт для выживания в этом мире?