Почему не можешь

Беспроводной душ — изделие, которое произвело фурор на мировом рынке предметов роскоши.

Этот душ, созданный с использованием камней маны, прежде применявшихся лишь в качестве оружия государственного значения, символизировал конец эпохи конфликтов и начало рывка в эру мира.

Исчезнут ли войны на самом деле и наступит ли мир, было неведомо, но именно так это воспринимала публика.

Совместный продукт Грандара, славящегося созданием уникальных артефактов, и Шарнеля, мастера-кузнеца, известного тем, что изготавливал лишь самые изысканные предметы роскоши.

Всего в мире их было четыре экземпляра, и Ошуин раздобыл один из них с огромным трудом. Ему едва удалось заполучить тот, что каким-то образом попал на вторичный рынок из Империи, да еще и с переплатой.

— Вы знаете, что это? То, что называют Беспроводным душем.

— Беспроводной душ?

— Н-неужели это он? Тот самый знаменитый?..

Собравшиеся здесь аристократы и члены королевских семей происходили из весьма впечатляющих родов. Любой, кто посещает балы, наслышан о подобных предметах роскоши раньше прочих. Именно эти, чувствительные к веяниям моды люди, могли оценить истинную ценность такого артефакта.

Ошуин с гордостью продемонстрировал предмет и сказал.

— Видите этот синий камень маны, инкрустированный здесь? А если вот так нажать...

Жур-жур—

— Вода льется как раз с таким напором, чтобы было удобно мыться.

— О-о-о... и впрямь камень маны.

— А вот здесь, внизу, можно увидеть клеймо мастера Шарнеля.

— Поразительно. Как вам вообще удалось его достать?

— Не спрашивайте. Я и сам добыл его с огромным трудом. Ха-ха.

Ошуин был весьма доволен. Внимание, прикованное к Ноа Эшборну, возвращалось к нему. И хотя несколько юных леди все еще оставались возле того красавца, плененные аурой его таланта, этому скоро придет конец.

«Хмф. Каково тебе, Капелла? Это мой козырь. И я-то знаю, что наездник дрейка, которым ты так гордишься — подделка».

Теперь ему оставалось лишь разоблачить Ноа Эшборна, доказать, что он — самозванец.

Он искоса взглянул на короля Сейодина. При виде Беспроводного душа на лице монарха отразилось легкое недовольство, но он, видимо, все еще веря в того фальшивого наездника, старался сохранять невозмутимость.

Ошуин забрал свой душ и направился к Ноа. Он намеревался сорвать маску с самозванца.

***

Толпа вокруг меня постепенно редела.

Хотя на самом деле не совсем. Просто исчезли те, кто глазел на меня, как на панду в зоопарке, но людей вокруг все еще оставалось много. Почти все — юные аристократки. Среди них затесались и несколько принцесс из разных королевств.

— Первокурсник магической академии Астран? Как кто-то в вашем возрасте смог укротить дрейка?..

— Где находится поместье Эшборнов? Не могли бы вы как-нибудь пригласить меня к себе?

— Этой зимой я планирую посетить южные прибрежные города Империи. Не посоветуете какие-нибудь хорошие места?

Что это вообще такое? Типичный бал?

Поток реплик, открыто выражающих интерес, не иссякал. Их было так много, что я едва успевал отвечать. Мной интересовались даже дамы, которые выглядели лет на пять старше меня — то есть, те, кому было уже за двадцать.

Но я, Ноа Эшборн, отказал даже принцессе из королевской семьи Сейодин, когда та прямо попросила меня о танце. Такие уловки на меня не действуют.

Кроме того, мне было не до них. Ко мне кто-то приближался.

Я улыбнулся окружавшим меня дамам и сказал.

— Прошу прощения. Кажется, идет важный гость.

— Боже мой. Кто же может быть важнее нас?..

Ко мне шел принц из соседнего королевства, Ошуин. Подойдя, он сразу же обратился ко мне.

— Рад знакомству. Я принц Ошуин из королевства Калеман.

— Для меня честь познакомиться с вами, Ваше Высочество.

Я склонил голову в знак приветствия. Похоже, принцы его возраста пользовались уважением даже у принцев и принцесс других стран. При его появлении дамы разошлись, не выказав ни малейшего недовольства. Казалось, по рангу он был здесь самым влиятельным лицом после короля и королевы Сейодина.

Он улыбнулся и спросил:

— Ваше имя Ноа Эшборн?

— Да, верно. Я Ноа Эшборн, второй сын графа Пирса Эшборна из Империи.

— Вот как? — Он зловеще усмехнулся. — А вы знаете, насколько серьезным преступлением является выдача себя за имперского аристократа?

Самозванство?

«Я знаю одного парня, который из-за этого крупно влип».

Нейриан. Друг, который был приспешником Короля Демонов, но притворился сыном аристократа, чтобы скрыться в магической академии, прежде чем его «принудительно перевели». Скорее всего, «принудительно перевели» в мир иной...

Но Ошуин, вероятно, спрашивает не о нем. Он думает, что самозванец — я?

— Я?

— Хе-хе, уж вы-то должны знать лучше всех, не так ли?

Он вынул что-то из-под полы своего камзола и показал мне. Странный предмет, похожий на чайник. Возле крышки был вставлен какой-то маленький синий камушек.

Он продемонстрировал мне эту вещь и спросил с намеком.

— Ноа Эшборн. Вы узнаете это?

— Впервые вижу.

— Возможно. Хоть это и сделал директор магической академии, в которой вы учитесь, вещь настолько редкая, что вы могли о ней и не знать.

— Директор Грандар?

— Да. Это шедевр Грандара. Знаете, как он называется?

— Понятия не имею.

— Это то, что известно как Беспроводной душ. Он весьма знаменит среди аристократии. И мне странно, что вы, называя себя студентом этой академии, никогда о нем не слышали.

— Что? Это Беспроводной душ?

Что за чушь он несет, утверждая, будто это — оно? Теперь, приглядевшись, я заметил, что синий камень на крышке действительно напоминает камень маны. Он был таким маленьким и невзрачным, что я его даже не признал. Это лишь доказывало, насколько высококлассный камень маны достался мне.

Пока я стоял с недоверчивым выражением лица, Ошуин уверенно продолжил.

— Простому студенту, возможно, и невдомек о такой дорогой вещи. Но я думаю иначе. Я считаю, что вы на самом деле не студент магической академии.

— Что?

— Притворяться бесполезно. Правда все равно выйдет наружу.

— Мне кажется, вы что-то не так поняли. И этот душ...

Не успел я договорить, как он развернулся и быстро зашагал прочь.

«Что за бред?»

Как бы то ни было, Ошуин, похоже, считал меня самозванцем. При этом сам размахивал подделкой.

Я быстро сообразил, что он задумал.

После того как Ошуин Калеман удалился, ко мне, словно избавившись от смутьяна, снова прильнули несколько юных аристократок. Но я отказывал всем, кто просил меня о танце.

«Я все равно танцевать не умею».

Пока что я просто наблюдал за другими. Все они из богатых семей, наверняка с детства обучались бальным танцам. Все уверенно двигались в парах под музыку в центре зала. Если бы я к ним присоединился, то лишь выглядел бы нелепо. К тому же, я не хотел ни с кем связываться, вступая в танец. Можно подумать, от одного танца ничего не случится, но я не хотел давать им ни малейшего повода.

Однако проблема пришла с другой стороны.

После того как множество леди, получив мой холодный отказ, отступили, на меня постепенно начали коситься мужчины. Даже те, кому было под тридцать.

«И что теперь?»

В конце концов, ситуация обострилась.

Внезапно кто-то бросил в меня белую перчатку.

— Я Сиверс Грэйхем, старший сын герцога Грэйхема. Я первым положил глаз на леди Аркин, так что вызываю вас на дуэль! Выходите, Ноа Эшборн!

Я посмотрел на бросившего перчатку — мужчину лет двадцати с небольшим. Он тяжело дышал и был крайне возбужден.

«Сиверс Грэйхем? Леди Аркин? Кто все эти люди?»

Из его путаной речи я понял лишь то, что Сиверсу нравится леди Аркин. Но какое это имеет ко мне отношение?

Я вернул ему перчатку.

— Похоже, произошло недоразумение. Я не знаю, кто такая леди Аркин.

— Т-ты!.. — Его лицо побагровело от гнева. — Ты не знаешь Шеннон Аркин, которая приглашала тебя на танец?

— Я отказал всем. Так что, что бы там между вами ни было, разбирайтесь, пожалуйста, сами.

— Что?! Играть с сердцем леди, негодяй!..

К слову о бесчестии, не большее ли бесчестие для взрослого мужчины старше двадцати вызывать на дуэль пятнадцатилетнего первокурсника? Эти аристократы, похоже, совсем не понимают значения этого слова.

Остаток его тирады я проигнорировал.

Проблема была в том, что его примеру последовали и другие мужчины, тоже вызывая меня на дуэль.

«Я был неосторожен».

Аристократическое общество — это не только танцы и выпивка. Дуэли за честь, по-видимому, были обычным делом в высшем свете. Находилось много желающих вызвать кого-то на поединок, чтобы поднять свою репутацию или произвести впечатление на дам.

Разумеется, я демонстративно отказывал всем, но чем больше я это делал, тем громче становился шепот за моей спиной.

— Почему он от всего отказывается?

— Может, вся эта история с наездником дрейка — выдумка?

— Да ладно, его же сам король пригласил.

— Все равно подозрительно. Не танцует, дуэлей избегает.

— Один аристократ из Калемана говорит, что он, может, и не студент вовсе.

— Говорят, он не узнал предмет, сделанный директором академии Астран.

— Неужели он пошел на обман, лишь бы попасть на бал?

Я догадывался, кто стоял за этими вызовами и странными слухами.

«Этот ублюдок Ошуин Калеман».

Не ожидал я, что мужчина его лет опустится до таких мелких пакостей. Если он и впрямь считал меня самозванцем, почему бы просто не пойти к королю и не заявить об этом прямо? Но на это ему, видимо, не хватило духу. Не хватило смелости спросить хозяина вечера в лицо: «Вы что, наняли подделку?»

Поэтому он прибег к распространению грязных сплетен.

Я старался избегать поединков, чтобы не ввязываться в эту жалкую драму, но чем больше я уклонялся, тем сильнее росло подозрение, что я — фальшивка.

«К тому же, я всего лишь первокурсник. Что мне делать, если меня вызовет на дуэль полностью обученный рыцарь старше двадцати?»

Пока я размышлял над решением, из толпы легкими шагами вышла принцесса Амелия.

— Кхм, сын графа Эшборна.

— Да, принцесса.

— Я слышала слухи, что вы наездник дрейка. Это правда?

— Да, это так, принцесса.

— Но кое-кто говорит, что вы самозванец. Что вы даже не сын графа Эшборна.

— Я — настоящий Ноа Эшборн, и я действительно укротил дрейка.

— Тогда покажи нам дрейка!

Не говорите с такой детской непосредственностью. Мы посреди бала — как я сюда приведу Биама из дрейкарни?

«Стоп».

Минутку. А почему бы и нет?

Король Сейодина, который меня пригласил, хотел видеть именно Ноа Эшборна, наездника дрейков. Ему самому, должно быть, нынешняя ситуация крайне неприятна.

Я бросил взгляд на помост. Выражение лица короля, сидевшего в своем кресле, было крайне недовольным. Ему было бы неловко самому вмешиваться и публично заявлять, что слухи — ложь. Он, вероятно, предпочел бы, чтобы я решительно победил в дуэли...

«Но я все еще первокурсник».

Победить обученного рыцаря сложно. Естественно, король тоже ищет способ подтвердить мою личность.

Я прошептал принцессе Амелии.

— Пожалуйста, подойдите к Его Величеству и скажите, чтобы он выпустил моего дрейка. Тогда Его Величество все поймет.

— Так ты покажешь нам дрейка?

— Разумеется.

Принцесса Амелия взволнованно побежала к королю. Она что-то прошептала ему, и тот, кажется, отдал какие-то распоряжения солдатам.

«Мне выйти на террасу и позвать Биама?»

Но король, похоже, хотел чего-то более драматичного.

Внезапно двери бального зала распахнулись, и вбежавший солдат закричал.

— Ваше Величество! Дрейк, прибывший вчера, сбежал!

Ну-ну. Он в открытую готовит для меня сцену.