0274: Возвращение
Тёмной личности пришлось очень туго.
Пусть он и жульничал, черпая силу из мира гендзюцу и временно получая доступ к части его чакры, пусть Ишики и был заражён вирусом, вынужденный постоянно отвлекать силы на борьбу с ним, — он всё равно не был ему ровней.
За кратчайшее время его избили до полусмерти, но он действительно сумел замедлить Ишики, заставив того выделить часть сил на борьбу с ним.
Хотя, с точки зрения Ишики, в этом не было никакого смысла.
«Даже если я убью тебя, на Каэдаму Цукасу это никак не повлияет. Ты, как сгусток негативных эмоций, вряд ли обладаешь таким качеством, как верность. Значит... ты так отчаянно тянешь время, чтобы выиграть его для Каэдамы Цукасы?»
Ишики не собирался больше терять времени. Огромный мир Ограниченного Цукуёми уже превратился в бескрайнюю пустыню, полностью утратив свою ценность.
Хрусть!
Ишики протянул руку в возникший из ниоткуда портал, вырвал с Божественного Древа несозревший Плод Чакры и откусил кусок.
Он был хрустящим.
Но это не улучшило настроения Ишики. Съешь он этот плод или нет, тот всё равно достался бы Каэдаме Цукасе. Так что лучше съесть его самому, увеличить свою силу, а затем забрать с собой всё Божественное Древо.
«Пока с Тензо всё в порядке, ещё есть шанс всё исправить».
Ишики уже размышлял о том, что, вернувшись с этим Десятихвостым, ему придётся законсервировать своего изначального зверя, потому что второго Ооцуцуки, чтобы скормить его Десятихвостому, ему уже не поймать.
К тому же, даже если бы и поймал, в этом не было бы смысла. Неужели он заставит два Божественных Древа поглощать природную энергию одной планеты? Это была бы пустая трата ресурсов, и, скорее всего, не удалось бы вырастить даже один полноценный Плод Чакры.
Тёмная личность с холодной усмешкой наблюдал за ним, медленно вытирая чёрную кровь с уголка губ.
«Что, сдался? Всё-таки боишься смерти».
Ишики съел плод в три укуса и, пережёвывая, равнодушно взглянул на тёмную личность. Аура его чакры стремительно росла, сила заметно увеличивалась.
Тёмная личность покачал головой: «Мне нужно было лишь задержать тебя. А теперь мой оригинал освободился и собирается лично с тобой покончить».
«У него не хватит на это сил. Даже если мне осталось недолго, я и так превосхожу его по силе, а теперь у меня ещё есть Плод Чакры».
Ишики знал, что в действиях Каэдамы Цукасы есть что-то очень странное, но что именно — он узнает, когда увидит всё своими глазами.
Он не стал больше связываться с тёмной личностью, а взлетел в небо и, прикоснувшись к огромному Божественному Древу, не стал перемещать его в иное измерение. Не потому что не мог, а потому что это создало бы лишь новые проблемы.
Пространства, которые Ишики мог с лёгкостью открывать, без сомнения, были подчинёнными измерениями, привязанными к текущему миру. Уж точно не его личным, сопутствующим пространством-временем — такого просто не существовало.
В обычной битве перемещаться между основным миром и подчинёнными измерениями, сражаться и переносить предметы было проще простого. Именно так он и сдерживал Десятихвостого последнюю тысячу лет.
Но сейчас всё было иначе. Если он пересечёт границу параллельных миров и вернётся в свой изначальный, а потом захочет одним взглядом открыть портал и вытащить оттуда Божественное Древо...
Тёмная личность холодно усмехнулся, и его фигура начала медленно таять. Он отлично повеселился, и хотя его изрядно помяли, в целом он был доволен.
Окончательно разобраться с Ишики всё равно предстояло Каэдаме Цукасе.
Мизуки некоторое время осторожно наблюдал, а затем обратился к Ишики:
«Господин Ишики, судя по всему, как нам теперь вернуться? Перемещение между параллельными мирами ведь требует огромного количества чакры, не так ли? Вы ведь обязательно возьмёте меня с собой?»
«Именно поэтому я и съел Плод Чакры. И чтобы восполнить затраты на перемещение, и чтобы подготовиться к битве после возвращения».
Ишики раскрыл ладонь и притянул Мизуки к себе. С небольшим усилием он заставил на теле Мизуки проявиться множество узоров.
Сила Белой Кармы была высвобождена в огромном объёме, быстро превысив максимальный порог, который Мизуки когда-либо открывал сам!
Мизуки был в ужасе. Он отчётливо чувствовал, как его «я» исчезает, стремительно уступая место Ишики!
«Господин Ишики! Я ещё могу быть полезен, у меня есть Божественная техника Когтяной Метки! Я смогу создать для вас ещё больше Грязи Когтей и Людей Божественного Древа!» — в ужасе закричал Мизуки.
«Я не собираюсь тебя убивать, мне просто нужно проверить координаты параллельного мира», — равнодушно произнёс Ишики. — «Я смог попасть сюда, только определив точные координаты по Белой Карме на твоём теле. На всякий случай, для возвращения она тоже понадобится».
Что до того, чтобы просто запомнить координаты родного мира... это невозможно. Это было не перемещение в подчинённое измерение, а прыжок в параллельный мир. Разве можно было твёрдо запомнить путь после одного-единственного путешествия?
Возможно, Шибай и мог, но Ишики знал, что ему это не под силу. У него не было способности взирать на параллельные миры из высшего измерения, а значит, и возможности запомнить их координаты.
Надёжнее было вернуться тем же путём: из Ограниченного Цукуёми в Цукуёми Пустоты, а оттуда — в изначальный мир. Белая Карма Мизуки была лишь подстраховкой на случай, если Каэдама Цукаса вдруг решит устроить какую-нибудь пакость и Ишики окажется в безвыходной ситуации.
А то, что тело Мизуки может не выдержать такой нагрузки и он умрёт на месте... Ишики это совершенно не волновало.
После возвращения он воскреснет в теле Тензо, мгновенно вернув себе всю свою былую мощь. Божественное Древо будет у него, и никто в мире шиноби не сможет ему помешать. Никто.
«Если посчитать, Орочимару уже должен был вырастить Людей Божественного Древа. Интересно, насколько сильно они успели разрушить мир шиноби... Когда я воскресну, мне придётся их остерегаться».
Ишики, не обращая внимания на крики Мизуки, серьёзно размышлял.
Инстинкт Людей Божественного Древа — поглощать Ооцуцуки и возвращать их силу Десятихвостому. Если он завершит своё перерождение, то станет единственной целью для них — чистокровным Ооцуцуки.
Кроме того, возвращение с Божественным Древом из параллельного мира могло вызвать непредсказуемую реакцию его собственного буйного Десятихвостого. Это тоже было скрытой угрозой, так что зверя придётся и дальше держать взаперти.
Размышляя, Ишики, схватив Мизуки и Божественное Древо, покинул этот мёртвый мир.
Мгновенное исчезновение Древа оставило на земле гигантскую воронку. Если заглянуть внутрь, можно было увидеть следы, оставленные в земле его мощными корнями.
С уходом Ишики и остальных блокада Ограниченного Цукуёми мгновенно исчезла, и люди из Цукуёми Пустоты тут же хлынули внутрь, с ужасом оглядывая открывшуюся им картину.
«Что это за место?!»
«Я не вижу ни единого зелёного ростка, никакой жизни... только пустыня и камни!»
«Прошло всего шесть лет, это не так уж и долго, почему этот мир превратился в такое?!»
«Ха-ха-ха, наверное, это такая злая шутка господина Хокаге. После великой битвы он специально превратил этот мир в пустыню...»
Говоривший это и сам себе не верил.
Слухи об истинной природе Ограниченного Цукуёми множились, и сейчас это уже не было секретом. Всё больше людей понимало, что это — реально существующий, но в целом более слабый параллельный мир.
Хотя никто не понимал, как они, входя в мир гендзюцу, могли сражаться с реальным миром. Но это была тайна более глубокого уровня. Может, этот параллельный мир и сам был реальной иллюзией?
Но теперь, шесть лет спустя, этот мир был очевидно мёртв.
Ни растений, ни животных, ни людей. Всё умерло.
«Кто-то загрузил фото воронки! Эта огромная дыра... её оставил какой-то гигантский столб?»
«Хм, наверное, это и есть Десятихвостый. Оружие клана Ооцуцуки для выкачивания природной энергии из планет! Действительно, злобный клан из-за пределов мира!»
«Нельзя так говорить. Ведь был и Мудрец Шести Путей, который защитил мир шиноби. Кажется, именно его сыновья и основали профессию ниндзя».
Состояние Ограниченного Цукуёми вызвало огромный резонанс, сравнимый по ажиотажу с «Турниром гениев мира шиноби». Это заставило людей ещё глубже осознать, насколько ужасающими могут быть последствия битв уровня Шести Путей. В случае поражения финал будет катастрофическим.
Так вот, значит, в чём необходимость отбора гениев...
«Этот отборочный турнир, по сути, не имеет большого значения. В первую очередь он подготовлен для Наруто и Саске. Эти двое отличаются от всех остальных», — спокойно произнёс Каэдама Цукаса, сидя в кресле с чашкой чая.
Два Человека Божественного Древа, с холодными лицами, поначалу не проявляли никакого интереса к этому своеобразному экзамену на чуунина — они считали это просто очередным способом Каэдамы Цукасы собирать урожай.
Ведь Ограниченное Цукуёми было закрыто, а значит, исчез постоянный канал, который стимулировал сбор чакры. Вполне логично, что Цукаса, освободившись, придумал что-то новое.
Но всё изменилось, когда он упомянул Наруто и Саске.
«Всего лишь очередные реинкарнации чакры тех двоих. Их предел, боюсь, будет даже ниже, чем у Хаширамы и Мадары. Что в них такого особенного?» — холодно бросил Обито.
Сильнее, чем легендарный дуэт, усмиривший мир шиноби? Те двое стояли на абсолютном пределе сил под уровнем Шести Путей. Разве Наруто и Саске смогут достичь силы, равной силе Ооцуцуки? Это просто смешно.
Обито достиг уровня Шести Путей, лишь став Человеком Божественного Древа. Сам Каэдама Цукаса добился этого, лишь безумно поглощая всевозможные виды чакры и в итоге став неполным джинчуурики Десятихвостого.
Другие пути — это либо получить Карму Ооцуцуки и стать их запасным сосудом, либо...
«Даже если Наруто и Саске объединят в себе Силу Всего Сущего, и оба овладеют Мокутоном и Риннеганом, они в лучшем случае станут лишь вторым Мадарой, неспособным противостоять Ооцуцуки. А ведь они даже до Мадары не дотянут», — презрительно фыркнул Обито.
Каэдама Цукаса ничего не ответил. Шин, владеющий Божественной техникой Десяти Направлений, тоже молчал.
«Скоро ты всё узнаешь. В определённом смысле, позволить этим двум юношам проявить свой талант даже важнее, чем убить одного Ооцуцуки. Конечно, сейчас, когда появилась возможность решить обе проблемы разом, нужно сделать и то, и другое».
«Тогда почему просто не убить всех запасных сосудов Джигена?»
«Убить его — не конечная цель, а лишь этап на пути к достижению цели более важной».
Каэдама Цукаса медленно поднялся.
Обо всём, что произошло в Ограниченном Цукуёми, он уже знал от своей тёмной личности. В целом, он был доволен, особенно тем, что Ишики так и не смог до конца избавиться от вируса зомби. Это было ещё лучше — на избавление нужно время, а времени у Ишики сейчас было в обрез.
«С каждой секундой, что вирус разъедает тело нового Ооцуцуки, вероятность благоприятных мутаций растёт. Мало-помалу, это рано или поздно вызовет лавину, которая накроет всех Ооцуцуки».
Вероятно, Ишики тоже использовал эту возможность, чтобы как можно детальнее проанализировать вирус и подготовиться к своему идеальному воскрешению. Его новое тело не должно было так легко поддаться этой заразе.
«Он здесь. Через минуту Ишики появится в Стране Воды», — подняв голову, произнёс Шин. — «Эта битва неминуемо приведёт к падению Страны Воды. Этот мир снова будет серьёзно разрушен».
«Неважно. Население одной только Страны Огня уже давно превышает общую численность населения мира шиноби в изначальной линии судьбы», — сказал Цукаса. — «В остальных странах тоже осталось несколько десятков миллионов человек. Этого достаточно. Всего лишь кучка расходных материалов».
Он думал о том, чтобы покончить с Ишики в Ограниченном Цукуёми, но, поразмыслив, решил всё же сразиться в мире шиноби. Где именно — было не так уж важно. Главное было в том, чтобы, убив Ишики, одновременно заставить Мудреца Шести Путей использовать свой запас силы Шести Путей.
Кроме того, Ооцуцуки могли поглощать природную энергию, но и он мог использовать её, войдя в Режим Мудреца, и применить сендзюцу против Ишики.
«Он здесь», — произнёс Цукаса. Его Цукуёми Пустоты уже засёк передвижение Ишики.
Два Человека Божественного Древа тоже пришли в движение и последовали за Цукасой в портал.
В Стране Воды Ишики с первого взгляда увидел, как Хаширама и Мадара сражаются с Тензо.
Грохот!
Огромное Божественное Древо с оглушительным рёвом рухнуло на землю. Его ужасающие корни тут же впились в почву, жадно поглощая окружающую природную энергию, словно бездонная пропасть.
Все, кто находился поблизости, отчётливо ощутили, как утекает жизненная сила. Это была ужасающая реальность медленной смерти этой земли.
«Господин Джиген... нет, господин Ишики!» — на лице Тензо отразилась сложная смесь восторга и потрясения. Он, конечно же, видел, что Ишики воскрес из тела Джигена. Он не мог поверить, с какой же непреодолимой угрозой столкнулся Ишики, раз ему пришлось пойти на принудительное воскрешение ради обретения силы.
В то же время он был безмерно рад появлению Божественного Древа. Это означало, что для этого мира начался обратный отсчёт!
«Я знал, что вы непременно добьётесь успеха! Прошу, немедленно воскресните в моём теле! Я готов пожертвовать всем, чтобы стать сосудом для достижения вашей цели!»
Тензо тут же выразил свою преданность, готовый без колебаний отдать себя в жертву Ооцуцуки. Эта предельная пылкость и верность трогали до глубины души.
Чем больше Мадара смотрел на Тензо, тем большее отвращение тот у него вызывал. Этот парень был полностью промыт Ооцуцуки, но при этом обладал невероятной силой. Они с Хаширамой вдвоём никак не могли его одолеть!
Теперь, когда Ооцуцуки вернулся, да ещё и после принудительного воскрешения, у них большие проблемы!
Мадара мгновенно прикинул варианты: либо бежать, либо звать на подмогу. Вдвоём им точно не справиться с Ооцуцуки.
«Ого-о~ Так вот как выглядит Ооцуцуки, сородич Мудреца Шести Путей. И у него, оказывается, есть Бьякуган~» — Хаширама сделал вид, будто всматривается вдаль, и издал удивлённый возглас.