0187: Глаза Шисуи и решительная зачистка

Незаметно для всех, Обито вернулся в свой родной мир.

Никто не знал, чем он занимался в своё отсутствие. Конечно, все понимали, что он — единственный шиноби уровня Каге в клане Учиха, его главная опора и залог прочного положения в Деревне Листа, но до круглосуточной слежки за ним дело не доходило.

Да и возможности такой ни у кого не было. Стоило Обито облачиться в Белого Зецу или активировать Охируме, как он мог отправиться куда угодно.

— Эй, что стряслось? Похоже, отряд понёс потери. Стандартная команда из четырёх человек, а вернулось только двое… И даже командир, джоунин, пропал.

— Это Шисуи вернулся. Выглядит потрёпанным… Как же так? Это же «Шуншин» Шисуи! Пусть он и молод, но уже признанный гений клана. Многие говорят, что он станет следующим после Обито, кто пробудит Мангекьё Шаринган.

Как только отряд Шисуи появился в деревне, прохожие то и дело останавливались, удивлённо глядя на идущего впереди юношу.

Шисуи был очень популярен в Конохе. Даже те, кто не был шиноби, наслышаны были о его таланте, который невозможно было скрыть. Многие шептались, что клан Учиха специально выкупил для него доступ к Технике Летящего Бога Грома, чтобы его прозвище «Шуншин Шисуи» было оправданным во всех смыслах.

Но сейчас… его одежда была изорвана и покрыта пылью, а на теле виднелись глубокие рваные раны. Даже после экстренной помощи ирьёнинов на коже остались бледные шрамы.

— …В целом, всё было так. Враг оказался крайне странным, я никогда не видел подобных ему. Даже с Техникой Летящего Бога Грома мне удавалось лишь держать дистанцию и уходить от атак.

Шисуи низко опустил голову. Хотя он изо всех сил старался сохранять спокойствие, в его голосе отчётливо слышалось подавленное напряжение:
— Капитан Декаи был убит этим существом. Всё произошло так быстро, что я даже не успел среагировать.

— Вот как. Даже сейчас, когда деревня доминирует над остальными Скрытыми Деревнями, время от времени появляются непростые противники, способные нанести нам урон…

Среди присутствующих в зале заседаний первым слово взял Фугаку, вступаясь за Шисуи:
— А ведь Декаи в своё время много сражался вместе с Минато Намиказе под командованием Джирайи. Подумать только, что он так погибнет.

Шикаку, не поднимая головы, с головой ушёл в бумаги. Четвёртый Хокаге отсутствовал, его советник Обито тоже исчез, поэтому множество вопросов приходилось решать ему, созывая совещания.

В любой другой деревне такое положение дел неминуемо привело бы к политическим интригам. Кто знает, не станет ли временный управляющий, такой как Шикаку, использовать своё положение для личной выгоды, стягивая к принятию решений лишь глав дружественных кланов, чтобы обогатить их? А если набраться смелости, то можно и переворот устроить — это идеальная возможность захватить власть и всё перестроить под себя.

Но в Конохе это было бесполезно. Точнее, после прихода к власти Каэдамы Цукасы подобные политические уловки и мелкие интриги потеряли всякий смысл. И дело было не в его выдающихся управленческих способностях, а в простой истине…

Каэдама Цукаса был сильнее всех. Настолько сильнее, что мог в одиночку сокрушить любого. Вне зависимости от того, насколько хаотичными становились внутренние распри в Конохе, он мог схватить всех за головы и заставить служить великому Четвёртому Хокаге до последней капли крови.

И кроме того, у Каэдамы Цукасы в руках было то, от чего не мог отказаться никто — осязаемая выгода.

— Это ведь не такая уж и большая проблема, верно? Декаи был опытным шиноби, так что воскресить его стоит. Даже если никто не захочет оплачивать его возвращение очками заслуг, когда Хокаге-сама освободится, он, скорее всего, вернёт его к жизни мимоходом. А долг деревне Декаи сможет отдавать постепенно.

Чоуза с хрустом разжевал чипсы, заставив остальных участников совещания одарить его укоризненными взглядами. Впрочем, уже то, что Чоуза мог так долго сидеть и заниматься делами деревни, было достижением. Перекус для пополнения энергии — вполне разумная причина.

Никто не проявил особого волнения из-за смерти Декаи. Наоборот, атмосфера была крайне расслабленной. Кое-кто даже попытался отхватить у Чоузы пару чипсов, что, разумеется, не удалось.

Шисуи молча слушал их разговоры и споры из-за закусок. Кто-то уже переключился на обсуждение изменений на фронтах войны с другими деревнями. И только капитана джоунинов Декаи не обсуждал никто.

Раньше смерть джоунина была событием, требующим личного внимания и разбора полётов от Хокаге. Но сейчас в этом не было нужды. Коноха побеждала, побеждала и снова побеждала.

Шисуи опустил голову ещё ниже. Он не чувствовал облегчения — наоборот, на душе стало ещё тяжелее.

Сам не зная когда, он заметил, что взгляды людей на смерть изменились. Прощание с ушедшими стало чем-то обыденным, почти незначительным. Словно чья-то могучая длань стирала важнейшую часть их эмоций, превращая её в пыль.

Шисуи продолжил отчёт:
— У врага был Кеккей Генкай Стихии Дерева, а также Бьякуган.

— Бьякуган? — шум в зале мгновенно стих. Хиаши повернулся к Шисуи, удивлённо переспросив: — Ты уверен, что это был Бьякуган?

— Да. И он активировал его, переключившись с обычных глаз. В этот момент на его теле появились странные татуировки…

— Достаточно, больше не говори. Я понял, — резко прервал его Хиаши. Этой информации было достаточно, чтобы сделать вывод. Очевидно, это был ещё один, подобный Хамуре. Такой враг был не по зубам клану Хьюга, с ним мог справиться только сам Цукаса.

Шисуи снова замолчал, затем поклонился и медленно покинул зал.

Под покровом ночи он шёл по оживлённой улице, но гнетущее настроение отделяло его от шумной толпы, заставляя чувствовать себя чужим.

Внезапно кто-то как будто случайно толкнул его. Шисуи слегка изменился в лице и свернул в другую сторону.

Двое шли всё дальше и дальше, в более безлюдные места, и наконец остановились.

— Судя по твоему виду, ты наконец понял, что старик не обманывал тебя. Если такой человек, как Каэдама Цукаса, и дальше будет править деревней, он исказит сознание каждого и превратит всех в чудовищ.

Незнакомец сложил печать, и с тихим хлопком Техника Превращения развеялась.
— Он бездумно играет с жизнью и смертью, превращая всех подданных в своих рабов — вот чем на самом деле занимается Цукаса. Посмотри на этих живых людей! Они не более чем запасные тела для его армии зомби. Человеческая воля с самого начала была ему не нужна.

— Даже так, я тебе не доверяю, Данзо. — Шисуи поднял голову. Его глаза были алого цвета, а узор из трёх томоэ в них начал меняться.

— …Мангекьё Шаринган… Невероятно. Твой талант сравним с талантом Обито, а может, даже превосходит его. Пробудить эти глаза в одиннадцать лет…

Взгляд Данзо сверкнул, полный алчности и зависти.

С тех пор как Цукаса совершил переворот, Данзо, сбежавший с помощью Изанаги, скрывался по всему миру шиноби. Ему приходилось прятаться не только от ниндзя Конохи, но и от постоянно растущей армии зомби. Но такой человек, как Данзо, никогда бы не сдался и уж тем более не ушёл бы на покой в каком-нибудь захолустном городке. Он всегда искал свой шанс.

И наконец он его нашёл. Учиха Шисуи. Юноша, чьи эмоции настолько переполняли его, что практически смыли весь здравый смысл, стал для Данзо идеальным объектом для промывки мозгов.

«Будь я всё ещё советником Хокаге, мне хватило бы пары слов, чтобы заставить такого, как Шисуи, служить мне. Не пришлось бы так напрягаться», — с ненавистью подумал Данзо. Без власти и положения любое дело давалось с трудом.

Но ещё не поздно, раз ему попался такой глупец, как Шисуи.

— А я не доверяю тебе, — повторил Шисуи.

— Тебе и не нужно доверять мне! И никому другому! У тебя должна быть своя воля. Раз уж ты пробудил собственный Мангекьё Шаринган, у тебя появилась сила, способная изменить положение дел в деревне! — с трудом сдерживая рвение, прошипел Данзо.

— Одна пара Мангекьё Шаринганов сделает меня шиноби уровня Каге, но этого недостаточно, чтобы Хокаге-сама обратил на меня внимание… Однако, чтобы заставить его изменить некоторые свои взгляды, этого должно хватить, — почти шёпотом пробормотал Шисуи, словно боясь, что его кто-то услышит.

— О? «Глаза, что отражают душу»… Так какую же технику ты обрёл?

— Котоамацуками…

— Никогда не слышал. Какой от неё толк?

— Этого тебе знать не нужно. Я не стану тебе доверять и буду действовать согласно своей воле.

Шисуи покачал головой. Да и станет ли он вообще что-то делать — это другой вопрос.
— Уходи, пока я не передумал. Если тебя обнаружат, ты здесь и умрёшь.

— Хмф. Подумать только, член клана Учиха проявляет сочувствие к такому, как я.

— Можно и так сказать. Ты был тенью, что защищала деревню, и твой огромный вклад — неоспоримый факт.

Шисуи оставил Данзо, полностью поглощённый мыслями о Котоамацуками. Если это гендзюцу так сильно, как он думал, то оно станет идеальной техникой… В конце концов, он не верил, что сможет противостоять Каэдаме Цукасе с помощью додзюцу другого типа.

Даже пространственно-временное не поможет. Неужели оно может быть сильнее, чем у Обито? Не говоря уже о том, что у Обито вдобавок есть сила Стихии Дерева. А вот гендзюцу — совсем другое дело.

Он медленно возвращался в квартал клана. Будучи потомком Учихи Кагами и обладая собственным талантом, он, разумеется, не испытывал недостатка в деньгах и жил в хорошем доме.

«Хм?»

Внезапно Шисуи уловил слабое движение. Он тут же сорвался с места и с невероятной скоростью замелькал по кварталу, раз за разом совершая рывки, чтобы не упустить подозрительную фигуру.

— Белый Зецу? А, так это господин Обито. Я уж было подумал, что враг пробрался…

Увидев Белого Зецу, Шисуи уже было вздохнул с облегчением, но тут же его лицо переменилось. Его взгляд упал на левый глаз Белого Зецу.

— …Мангекьё Шаринган… Почему он у Белого Зецу? — изумился Шисуи.

Губы Белого Зецу изогнулись в широкой, жутковатой ухмылке.
— Надо же, меня заметили, едва я начал действовать. Но это ведь не страшно, правда, господин Обито?

Вшух!

Белый Зецу сверкнул глазом, создавая чёрную дыру, из которой вышел Обито.

— В своё время Кагами был гением. Его потомок — тоже гений. Если Шисуи через несколько лет заведёт детей, они, вероятно, тоже будут гениями. Это скрытая угроза.

В списке Обито такие гении высшего ранга, как Шисуи, подлежали «зачистке».

Шисуи достал кунай, настороженно спросив:
— О чём вы говорите? Я не совсем понимаю. Вы выполняете какое-то особое задание?

— Ты тоже часть этого задания, Шисуи. Раз уж ты нас увидел, то скрывать больше нечего… Деревне Листа не нужны потомки от настолько одарённых людей, как ты! Белый Зецу, действуй.

Обито холодно следил за каждым движением Шисуи и, естественно, заметил на его кунае метку пространственно-временной техники. Он тут же понял, что Шисуи овладел Техникой Летящего Бога Грома.

Такой талант поразил даже Обито и лишь укрепил его в намерении выполоть этот сорняк.

— Падай. Как могут три томоэ противостоять Мангекьё? Ты попал в моё гендзюцу, как только посмотрел на меня. Какой бы быстрой ни была твоя техника, разве она может быть быстрее взгляда? — Белый Зецу зловеще ухмыльнулся и бросил на Шисуи взгляд, но тот остался недвижим.

— Такая сила… Ты тоже пробудил Мангекьё Шаринган? — шокировано воскликнул Обито, глядя на Шисуи с нескрываемой опаской.

Этому парню всего одиннадцать! Чертовщина какая-то!

Сам Обито пробудил глаза во многом благодаря наставлениям Мадары. А кто вёл Шисуи? Разве был у него наставник уровня Мадары? Выходит… талант Шисуи превосходит его собственный!
Единственное, что радовало Обито — у Шисуи не было кровных родственников, а значит, он никогда не сможет обрести Вечный Мангекьё Шаринган.

— Устранить его напрямую, — глухо приказал Обито.

Белый Зецу немедленно активировал додзюцу Охируме. В воздухе появилась микроскопическая чёрная дыра, нацеленная прямо на Шисуи, готовая в одно мгновение уничтожить его репродуктивные органы.

Однако восприятие Шисуи позволило ему не только ясно увидеть эту чёрную дыру, но и среагировать. С его поразительной скоростью он одним мерцанием исчез с места, уклонившись от атаки.

«Что они пытаются сделать?»

Шисуи был в недоумении. Он всё ещё не понимал, что задумал Обито. Инстинктивно он ощутил холод, но в то же время не было чувства смертельной угрозы. Очень странно.

Белый Зецу оказался в тупике.
— Что делать, Обито? Если мы нападём на него, то поднимем на уши весь твой клан.

— Тогда не обращай на него внимания. Мы оба владеем пространственно-временными техниками, он нас всё равно не остановит. А ты — используй мой глаз как следует.

Решимость Обито убивала всякое сомнение. Он не мог допустить появления ещё одного Мангекьё Шарингана. Чёрт его знает, какие непредсказуемые техники могут пробудить эти «глаза, отражающие душу».

Они вдвоём шагнули в чёрную дыру и исчезли. Шисуи тут же бросился в погоню, но, очевидно, у него не было заранее расставленных меток Техники Летящего Бога Грома по всему кварталу. Ему приходилось полагаться только на «Шуншин», но эта скорость не шла ни в какое сравнение с Охируме.

В итоге, пока Шисуи добирался до места, Обито и Белый Зецу уже делали своё дело и исчезали.

— Я так и не понял, что они делают… Нападают на членов клана? Явно нет. Максимум, что они делают — заставляют их нахмуриться от какого-то неприятного ощущения. Что, чёрт возьми, происходит?

Чем дольше Шисуи наблюдал, тем больше запутывался. Он никак не мог решить, стоит ли ему вмешиваться, и в итоге Обито с Белым Зецу просто водили его за нос по всему кварталу. Он суетился, метался, но по факту так ничего и не добился.

Шисуи, в конце концов, ещё не был закалён жестокостью мира шиноби. Ему и в голову не могло прийти, что Обито проводит тотальную стерилизацию всего клана, пытаясь прервать на корню самый неконтролируемый фактор в мире.