0048: Учитель, к нам приближаются чужаки

Каждый, кто хоть что-то слышал о Каэдаме Цукасе, знал – парень слаб здоровьем.
Особенно после войны с Скрытым Песком, когда та направила элитный отряд, чтобы схватить его, а Хатакэ Сакумо публично назвал Цукасу гением на глазах у многих шиноби. Слух об этом давно уже разлетелся по ушам.

Те, кто не воевал бок о бок с Цукасой, заинтригованные, выясняли: кто же он, этот новый гений, воссиявший во Второй Мировой? Узнав, что он мастерски управляет телами павших врагов, люди были поражены. Такой взрывной, запредельный секрет оставлял неизгладимое впечатление, его было невозможно забыть.

Не уйди Цукаса на пять месяцев в затворничество и усиленные тренировки – его слава была бы куда громче нынешней.

И вот теперь, Комацуто, сопровождая Цукасу в миссии, что обнаружил?
Выносливость Цукасы оказалась чудовищной!
Но как? Почему он вдруг стал таким?

Комацуто, шагая чуть сзади и сбоку, пристально наблюдал за состоянием Цукасы. Это была не игра. Он действительно не запыхался, двигаясь с пугающей легкостью.

А вот они трое – агенты «Корня», годами проходившие жестокие тренировки, – были измотаны вконец. Без срочного отдыха они вряд ли смогут показать достойный боевой уровень.

— Каэдама-сама, вы... кажетесь другим, — нарушил молчание Комацуто.
— Здоровье поправил?
— Я хотел сказать, что вы перестали скрывать свои истинные возможности, — уточнил агент.
— Хм, пожалуй, ты прав.

Цукаса промолвил это без особых эмоций и первым шагнул на территорию Страны Дождя.

С этого момента требовалась особая осторожность. Если их заметят шиноби Амегакуре – возникнут проблемы. Придется убивать свидетелей, иначе набежит подмога.

— Каэдама-сама, Страна Дождя – государство небольшое, но для четверых она все равно огромна, — спросил Комацуто. — С какого направления начнем поиск?
— С какого? Такой поиск будет неэффективен. Я намерен завершить задание быстро и вернуться к тренировкам.

Рука Цукасы скользнула вниз. Свиток призыва у пояса, вращаясь с огромной скоростью, оказался у него в ладони. Инерция раскрутила его в воздухе, свиток сам развернулся, обнажив ряды плотно начертанных иероглифов «Труп» (尸).

— Конечно, охватим все направления одновременно... Призыв!

Бум-бум-бум-бум!

Иероглифы «Труп» на свитке один за другим выпучились. Клубы белого дыма – и двадцать фигур один за другим материализовались из ничего, безмолвно выстроившись перед Цукасой. На каждом лице – пластиковая маска.

— Хм, выглядит неплохо, — усмехнулся Цукаса. — В последние дни я прикупил в деревне массу таких масок. Натянуть их на слуг – вполне сойдет. Хотя бы не придется лицезреть их физиономии.
— Двадцать...

Комацуто зафиксировал цифру в уме. Сила Цукасы явно возросла. Раньше он никогда не управлял двадцатью трупами разом.

Но в следующее мгновение агента поразило еще сильнее: Цукаса призвал еще двадцать!

Сорок?!

Всего за пять месяцев? Для подавляющего большинства шиноби этого срока едва хватило бы, чтобы освоить один новый мощный дзюцу, а уж о значительном приросте чакры и говорить не приходилось.

А Цукаса уже шагнул на новый уровень. Его запретное искусство наконец-то начало раскрывать клыки. И впервые клыки Шидона оскалились именно здесь, в Стране Дождя.

— Рассредоточиться!

Едва Цукаса отдал приказ, как все сорок зомби одновременно ринулись в разные стороны на огромной скорости. Каждый точно знал, какую область ему обследовать.

При этом Цукаса ни разу не отдал ни одной детальной инструкции. Это потрясло троих агентов «Корня» до глубины души. Они лихорадочно перебирали возможные объяснения, но так и не смогли понять, как Цукасе удалось это провернуть.

Ценность секретной техники Шидона была поистине неоценимой. Вряд ли даже Данзо-сама предвидел такое, подумал Комацуто.

Он также отметил про себя: Цукаса теперь мог посылать зомби выполнять команды на сверхдальние расстояния. Это означало, что с ним произошли невообразимые перемены, а сама система его секретного искусства стала еще более отточенной и непостижимой.

...

В это же время, примерно в 9 км от Цукасы, в глуши под проливным дождем.

Стоял одинокий дом. Джирайя закончил дневное обучение.

По сравнению с Конан и Яхико, он, несомненно, уделял больше внимания Нагато, постоянно находя возможность позаниматься с ним отдельно. И талант, который демонстрировал Нагато, неизменно поражал Дзирайю.

Врожденное владение всеми пятью природными трансформациями. Любое дзюцу любого элемента он схватывал на лету. Одно это было тем, чего обычный шиноби не достигал годами упорного труда, а то и за всю жизнь.

Пассивный навык носителя Риннэгана уже был потолком, недостижимым для простых смертных, сколько бы те ни бились. Жестокий разрыв в одаренности лишь укреплял веру Дзирайи: Нагато и есть дитя пророчества, о котором говорил Великий Мудрец-жаба!

— Учитель, — Нагато шел, опустив голову. Его дождевик плохо спасал от этого потока. Один брызги и парящая в воздухе влага пропитывали одежду под плащом насквозь. Но погода, сколь бы свирепой ни была, не могла стать оправданием для отмены тренировок. Это был вопрос выживания. Нагато смутно чувствовал, что Джирайя скоро уйдет. Один из Легендарных Саннинов не мог вечно скрываться под чужим именем в Стране Дождя, лишь обучая их.
— Война... — лицо Дзирайи стало серьезным. — У Конохи, конечно, проблем хватает, но фундамент крепкий. Главное – не наломать дров, а терпеливо ждать, когда ошибутся другие. Хотя это и означает, что еще больше людей станут разменными пешками на поле боя, погибнут за чужие промахи. В этом жестоком мире это... неизбежная плата.

Сам Джирайя понимал, как подло было бросить всё на полпути во время Мировой Войны. Но по сравнению с миссией обучения дитя пророчества, война померкла. Он верил, что поступил правильно. Это не было бегством или трусостью. Участие в войне не было единственным доказательством ответственности. Выбор обучать Нагато требовал куда большего мужества. Да, без его силы, уровня Кагэ, на поле боя погибнет больше товарищей. Но нынешние страдания – ради того, чтобы в будущем страданий стало меньше.

— Ты сможешь, Нагато. Если это ты... в будущем непременно... — Джирайя смотрел на спину Нагато, сердце переполняла огромная надежда.

— Учитель, — вдруг произнес Нагато, указывая в сторону. — Там что-то не так. Я чувствую... несколько необычных чакр. Они движутся сюда.
— Наверное, не шиноби Амегакуре. Ханзо Саламандра выбрал путь изоляции, не участвует ни в каких войнах. Скорее всего, опять бродячие ниндзя, — вздохнул Джирайя, уже собираясь двинуться на перехват.

Нагато вскрикнул от удивления:
— Странно! Еще несколько... людей? Появились буквально из ниоткуда. У них... очень странная чакра. И они вступили в противостояние с теми первыми.