0180: Отправляйся в мой мир и пополни кадровый резерв
Один возраст, оба владеют Мангекьё Шаринганом, но опыт, психология и сила, казалось, находятся на совершенно разных уровнях.
Когда Обито заполучил заветный Мангекьё Шаринган, пусть и всего один, его сердце уже бешено колотилось.
— Правая половина твоего тела, похоже, серьёзно пострадала, поэтому её восстановили с помощью клеток Белого Зецу. К счастью, Шаринган уцелел… Наверное, это дело рук Мадары. В вашем мире, боюсь, только он владеет подобными биотехнологиями.
Обито подавил внутреннее ликование и посмотрел на свой прежний, ослепший глаз, который только что извлёк. Без малейшего сожаления он сжал кулак и раздавил его.
Брызнувшие капли крови залили руку и, стекая по тыльной стороне ладони, закапали на землю.
— Хоть этот глаз и был полностью выведен из строя из-за использования Изанаги, я не могу позволить, чтобы он кому-то достался. Лучше уничтожить.
Обито посмотрел на своего двойника в маске, на лице которого застыло потрясение с ноткой ужаса, и ощутил глубокое удовлетворение.
О да, вот оно, это чувство. Небрежно, с ошеломляющей силой отнять то, чем противник так гордился, а затем с подчёркнутым безразличием уничтожить то, что ему было дорого.
Этот вкус был слишком хорош, от него невозможно было отказаться. Унизить другую версию себя, особенно ту, что совсем недавно смотрела на него свысока, — от этого чувства Обито был на седьмом небе от счастья.
Он поступил абсолютно правильно, решив пожертвовать одним Мангекьё Шаринганом ради этой рискованной игры. И он выиграл!
— Я уже чувствую твою силу зрачков. Совсем скоро этот глаз станет Вечным Мангекьё. Я найду ему достойное применение. Ты увеличил мою мощь как минимум в несколько раз! — объявил Обито.
— Хм, в несколько раз? Какая самоуверенность. Всего лишь глаз, который не ослепнет, а сколько пафоса.
Человек в маске поднялся, раздавил покрытую трещинами тигровую маску и открыл левый глаз, всё это время скрытый под ней — обычный Шаринган с тремя томоэ. Хотя в бою на уровне Каге он и не обладал решающей силой, базовые способности к предвидению у него всё же были.
— Прежде чем ты умрёшь, я хочу спросить: ты ведь тоже собирался завершить план «Глаз Луны»? Какова была твоя цель? — медленно спросил Обито.
Человек в маске пытался выиграть время. Помолчав несколько секунд, он ответил:
— Проще говоря, я презираю лицемерие этого мира, поэтому хочу создать мир, в котором будет Рин. Где каждый сможет…
— Рин? Нохара Рин? И в такой момент ты, ублюдок, всё ещё бормочешь имя этой ничтожной девчонки? Обычная, донельзя заурядная женщина, и она так тебя пленила? В таком случае, когда ты пробудил свой Мангекьё…
— Верно. Я получил Мангекьё Шаринган, когда увидел смерть Рин своими глазами.
Обито сорвался. Он неверяще уставился на своё второе «я» — оказывается, он всё же переоценил широту его души.
— …Я должен убить тебя. Собственными руками! Но раз уж ты на пороге смерти, так и быть, расскажу. Моё додзюцу называется Охируме. Оно гораздо сильнее твоего Камуи. Левый глаз создаёт чёрные дыры, а правый позволяет мне управлять ими по своему желанию.
Обито посмотрел на своего двойника обоими глазами.
— Иными словами, левый глаз обеспечивает нижний порог моей силы, а правый — безгранично поднимает её верхний предел.
Управлять движением чёрной дыры, её размером и даже силой гравитации — возможности правого глаза были поистине огромны.
А самое прекрасное было в том, что после создания чёрной дыры левым глазом больше не нужно было тратить на неё силу зрачков. Вся нагрузка по управлению ложилась на правый глаз, который никогда не ослепнет.
Это позволяло максимально продлить жизнь левого глаза. По крайней мере, теперь не придётся, как раньше, с трудом создав чёрную дыру, использовать её лишь на мгновение, практически как одноразовый приём.
— Вот оно что. Охируме… Твои левый и правый глаз соотносятся как Аматэрасу и Кагуцучи.
Человек в маске тут же провёл эту аналогию.
Владея только Аматэрасу, можно лишь поджигать то, на что смотришь, но дальнейшее управление неугасимым чёрным пламенем невозможно. К тому же, нагрузка на глаза огромна — нельзя же постоянно использовать Аматэрасу, чтобы покрыть всё поле боя, иначе ослепнешь.
Но с Кагуцучи можно по своему желанию управлять уже созданным пламенем и даже комбинировать его с Сусаноо.
Неудивительно, что уверенность Обито взлетела до небес. Вечный правый глаз действительно творил чудеса.
Обито медленно двинулся к человеку в маске.
— Я знаю, что твой оставшийся Шаринган с тремя томоэ ещё может один раз использовать Изанаги. Но я знаю эту технику лучше тебя, так что оставь надежду. Изанаги не позволит тебе, умерев в этом пространстве, возродиться в реальном мире. Шаринган с тремя томоэ на такое не способен.
— Не оставляешь мне ни единого шанса, да? Не хочешь рассказать мне о своём мире? Ты, кажется, не раз упоминал некоего Каэдаму Цукасу. Ты ведь боишься его, не так ли?
Человек в маске продолжал отступать, перепрыгивая по многочисленным кубам в этом измерении. Он явно не собирался сдаваться без боя.
— Об этом нечего говорить, — холодно ответил Обито. — У тебя всё равно не будет шанса его увидеть. Сейчас ты для меня бесполезен. Лучше умри поскорее. Я воспользуюсь твоим глазом, чтобы как следует изучить твой мир. Мне любопытно посмотреть, что это за мир и как он связан с этим вашим «Ограниченным Цукуёми»…
У него было предчувствие, что Каэдама Цукаса не только знал о существовании этого мира, но и заранее исследовал его. Иначе откуда ему было знать, что Драконий Источник поможет им пересечь временную линию? И… знал ли Цукаса о существовании Ограниченного Цукуёми?
«Этот тип определённо многое от меня утаил, но это было ожидаемо», — молча подумал Обито.
— Всё ещё собираешься бегать, как крыса? Какое разочарование. Твой дух так же слаб, как и твоя сила. Оставлять тебя в живых — значит позорить моё имя.
Обито потерял терпение. Из его тела тут же вырвались бесчисленные древесные ветви, явно с намерением ограничить пространство для манёвра. Его двойник лишился способности к неосязаемости; если его схватит Стихия Дерева, даже на одно мгновение, — это верная смерть.
Если бы не желание сберечь силу левого глаза, Обито давно бы одним взглядом создал чёрную дыру и покончил с ним. Но он не мог этого сделать. К тому же, сила зрачков в его новом правом глазу ещё не полностью слилась. Внезапный контакт двух столь мощных сил не мог пройти гладко, и Обито постоянно ощущал в новом глазу распирание и острую боль.
Слияние сил явно требовало больше времени. Неизвестно, сколько ещё это займёт.
Человек в маске поднял голову и посмотрел на стремительно разрастающиеся древесные ветви, отрезающие ему пути к отступлению. Его лицо помрачнело, но тут же нахмуренные брови разгладились.
— Я надеялся вытянуть из тебя побольше информации, но ты оказался на удивление осторожен, совершенно лишён самодовольного высокомерия. Какая жалость.
Человек в маске остановился и холодно произнёс:
— Что ж, на этом пока всё. Береги мой глаз. Я скоро приду за ним, чтобы вернуть его законному владельцу.
— Хм, ты спятил? Тебе больше некуда бежать.
— Это ты так думаешь. Раз у тебя был Тоби, которого ты мог использовать, то ты должен понимать, что Зецу, который может мне помочь, — это не только Тоби.
Вжух!
Прямо перед человеком в маске из ниоткуда возникла воронка. Чёрная точка в её центре стремительно расширялась вместе с вращением!
Обито изумлённо посмотрел на внезапно открывшийся пространственный разлом. Чёрный Зецу, прикрепившись к левой половине чьего-то тела, использовал Мангекьё Шаринган, чтобы сотворить эту технику!
— Какаши?! Моя версия из этого мира отдала левый Мангекьё Шаринган Какаши?!
Обито обезумел от радости.
Так значит, левый глаз другого «я» не был уничтожен? А почему он у Какаши… да всё та же старая песня: его двойник якобы умер, но на самом деле выжил, был спасён и промыт мозгами Мадарой. Обито слишком хорошо знал эту схему.
— Похоже, у тебя была интересная жизнь. Раз Какаши получил твой… нет, мой глаз, неважно, отдал ты его добровольно или Какаши вырвал его сам, я верну его.
Обито холодно проводил взглядом своего двойника, которому удалось сбежать. Затем его левый глаз создал чёрную дыру, поглотившую его самого, и он тоже покинул измерение Камуи.
Какаши был в полном замешательстве. Он всем сердцем рвался на передовую, чтобы вместе со взрослыми сражаться с Девятихвостым и спасти деревню.
Но в мгновение ока из-под земли выскочило чёрное существо, подобно тени накрыло левую половину его тела и силой заставило его активировать Шаринган.
К ещё большему изумлению Какаши, он отчётливо почувствовал, как изменился его левый глаз — три томоэ, бешено завращавшись, слились в новый узор!
Всплыли воспоминания, давно похороненные в глубинах сознания: тот день, когда он собственными руками убил Нохару Рин. Тогда его левый глаз, залитый горячими слезами, претерпел эту трансформацию, но с тех пор ему ни разу не удавалось вернуть то чувство.
И вот теперь оно вернулось. Подчиняясь странному существу, он использовал додзюцу Мангекьё Шарингана!
— Ты кто такой?! Почему ты можешь так умело управлять моим глазом?! — Какаши отчаянно сопротивлялся, но был совершенно бессилен против контроля Чёрного Зецу.
— Ты ещё не достоин знать, кто я, — холодно ответил Чёрный Зецу. — Если бы тот парень не был таким мягкосердечным и не искал постоянно отговорки, чтобы не забирать этот глаз, ты бы уже давно был мертв. Тот, кто даже не из клана Учиха, не способен раскрыть истинную силу этого глаза! Впрочем, хорошо, что мы не сделали этого раньше. Теперь это стало нашим спасением.
Какаши был потрясён и разгневан, но злость внутри Чёрного Зецу кипела ещё сильнее!
Собрав воедино всю информацию, можно было с уверенностью сказать одно… появились другой Тоби и другой Обито! Гости из параллельного мира!
Это полностью выходило за рамки планов Чёрного Зецу. Кто, чёрт возьми, мог подумать, что нагрянут какие-то типы из параллельного мира и всё испортят? Обито дерётся с Обито, причём пришелец уделывает местного по всем статьям!
Никакого преимущества своего поля, это вообще нормально?
Дело дошло до того, что ему пришлось лично вмешаться и силой заставить Какаши использовать Камуи для спасения.
С активацией Камуи фигура человека в маске исказилась в вихре и вновь появилась во внешнем мире.
— …Обито?! Ты — Обито, так ведь? Ты жив! Что здесь происходит?!
Какаши оцепенел. Он неверяще смотрел на этого измождённого человека. Левая половина его тела, которая должна была быть раздавлена валуном, теперь была цела — если не считать того, что левая часть лица выглядела морщинистой и невероятно старой.
А в пустой глазнице не было глаза.
В одно мгновение Какаши проанализировал ситуацию и понял, что Обито столкнулся с могущественным врагом и, похоже, лишился глаза.
— Это ты, Какаши… я же говорил тебе не открывать рот по пустякам… То, что я не убил тебя тогда, было правильным решением. Благодаря тебе я смог сбежать. А значит, пришло время вернуть мне твой глаз.
Человек в маске тут же протянул руку, чтобы вырвать левый глаз Какаши. Хотя левый глаз Камуи был в основном техникой дальнего действия, он мог быть полезен не только для атаки врагов, но и для самозащиты.
Например, можно было одним взглядом открыть пространственный портал и войти в него, переместившись в пространстве. Возможно, это было не так прямолинейно, как телепортация самого себя, но вполне годилось.
В тот момент, когда его рука устремилась к левому глазу Какаши, капли пота со лба Хатаке уже падали на землю.
И тут в дело вмешался тот, кто уже давно за всем наблюдал.
Шух!
Движение человека в маске резко замерло. Ему показалось, что он оказался под взором гигантских глаз, а на его лбу замерцал странный узор.
— Что это такое?
Чёрный Зецу, управляя Какаши, попытался дотронуться до узора, но не нащупал ничего постороннего. Мигающий узор, казалось, был соткан из света, падавшего на Обито.
В одно мгновение холодный пот пропитал одежду человека в маске. Эта сила зрачков…
— Ещё один Мангекьё Шаринган?!
— Верно. Действительно, ещё один Мангекьё Шаринган. Мы, кажется, видимся впервые, но, полагаю, не в последний раз, Обито.
Из-под земли медленно показалась фигура Каэдамы Цукасы.
Чёрный Зецу тут же заставил Какаши принять боевую стойку. Сила Камуи в левом глазу уже была наготове, чтобы в любой момент разорвать этого человека на две части.
— Ещё один непонятный тип. Обито, кто это? — спросил Чёрный Зецу.
Человек в маске стиснул зубы:
— Если я не ошибаюсь, это тот, кто и вызвал все эти перемены. Каэдама Цукаса!
Кто?
Чёрный Зецу на миг замер. Он ожидал услышать какое-то громкое имя, но это ему было совершенно незнакомо.
— Ясно, — сказал Чёрный Зецу. — Что тебе о нём известно? Нам ведь придётся с ним драться? И этот узор у тебя на лбу… что-то не так.
— Это додзюцу. Ты попал под действие моей техники и теперь тебе недолго осталось, Обито. Этот мир слишком сложен и лжив для тебя. Почему бы мне не отправить тебя в одно место, где ты принесёшь гораздо больше пользы… Мне как раз нужно пополнить свой кадровый резерв.
Каэдама Цукаса смотрел на этих людей, стоявших перед ним без всякой защиты, и внутренне усмехался. В той временной линии, из которой он прибыл, никто бы не осмелился вот так «в открытую» стоять перед ним.