0009: Шодайме
Хоть все и кричат про «Волю Огня», именно потому, что она не воплощена до конца, шайка под предводительством Третьего Хокаге и талдычит о ней без устали.
А уж в таком месте, как отдел обработки тел, где всё предельно деликатно и где эта самая Воля Огня нужна как воздух, достаточно одного слабовольного предателя — и ущерб будет неисчислим.
На следующий день Каэдама Цукаса прибыл в восточную лощину 44-го тренировочного поля Конохи.
Место больше напоминало гигантское кладбище, где зола витала круглый год. Повсюду стояли безымянные памятники павшим, земля была усыпана увядшими цветами.
Цукаса распахнул дверь отдела. Несколько ворон, испуганных шумом, взметнули клубы пыли из-под карниза.
Что ж, первое впечатление у Цукасы сложилось отвратительное.
По логике, отдел, специализирующийся на обработке тел, должен соответствовать высочайшим санитарным стандартам — быть чем-то вроде крупной больницы.
А здесь всё было устроено как крематорий «Корней».
«Ну конечно, вскрывают только ниндзя из других деревень… Мелкой сошке вроде меня всё равно не попасть в секретные лаборатории, где препарируют своих», — подумал он.
Цукаса вручил документы о переводе и последовал за сотрудником к начальнику, попутно оценивая взглядом это новообразованное подразделение.
Деревня еще толком не разобралась, как системно готовить медиков-ниндзя, не то что выделять достаточное количество квалифицированных кадров для изучения тел вражеских шиноби.
«Уже давно не было новичков, а уж тем более направленных такой важной персоной, как господин Торунэ», — раздался голос.
Шлёп! Ниндзя преклонных лет, явно среднего возраста, скальпелем вскрыл грудную клетку шиноби из Сунагакуре. Он наблюдал, как темно-красная кровь капает в эмалированную миску, и слушал её монотонное падение, словно оно шептало что-то зловещее.
Цукаса слегка склонил голову: «Вы, должно быть, господин Морино Исукэ? С сегодняшнего дня я ваш подчинённый. Похоже, отдел испытывает нехватку кадров».
«Вместе с тобой нас уже пятеро — и то много. Больше — расточительство. Пусть лучше на фронте служат или в госпитале», — ответил Морино Исукэ. — «Твоё рабочее место — в специальной клеточной комнате. Первое задание: отполировать головы, доставленные вчера. Особенно из Сунагакуре — эти любят тканью прикрывать свою жалкую шевелюру».
Пальцы Цукасы скользнули по холодным металлическим биркам на столе для тел. Три тела, аккуратно укрытые белым саваном. У последнего из-под ткани торчали пальцы ног, а в ногтях застряли характерные для Страны Ветров песчинки.
«Понял, господин Морино. Служа деревне, я часто имел дело с телами», — ответил Цукаса.
Это была его стихия. Чувствовал себя как дома.
Он приподнял угол савана. Лицо шиноби из Песка навеки застыло в маске ужаса, правая рука почернела от огненного ожога — идеальный материал для отработки Пути Мертвеца.
Войдя в рабочий ритм, Цукаса продемонстрировал впечатляющее мастерство — если дело не касалось расхода чакры, он всегда выдавал отличный результат.
Здесь было достаточно материала, просторное помещение и сцена, где он мог в полной мере проявить свои способности.
Временами Цукаса отдавал нежити команды, заставляя её выполнять различные действия. Это не вызывало у коллег особого удивления.
Все знали, что Цукаса практикует Технику Мёртвой Души (Шикон Дзюцу). Во всей Конохе таких мастеров — раз-два и обчёлся.
Впрочем, честным и светлым личностям в отделе обработки тел делать нечего. Настоящие праведники светятся на поле боя, а не копаются во вражеских трупах.
«Иногда попадаются образцы уровня джоунина… Но тел с Улучшенным Геномом (Кеккей Генкай) всё нет», — с сожалением пробормотал Цукаса, снимая маску после обработки очередного тела.
Морино Исукэ холодно заметил: «Наши на поле боя зорко следят за врагами с Улучшенным Геномом. Враги делают то же самое. Ни одна деревня не допустит утечки этих наследственных способностей — лучше уничтожить тело на месте, чем позволить противнику завладеть им. Видал ты когда-нибудь на поле боя врага с Доудзюцу, вроде Шарингана или Бякугана?»
Цукаса пожал плечами. В будущем Ао будет сражаться с ниндзя Конохи, имея Бякуган (Доудзюцу), но эту мысль он оставил при себе.
Морино Исукэ вдруг что-то вспомнил: «Кажется, в прошлом году на поле боя в Стране Дождя после ожесточённой схватки пропали без вести несколько членов клана Учиха. Тогда господин Орочимару и другие готовы были перевернуть всё вверх дном… Возможно, Амэгакуре заполучила Шаринган (Доудзюцу)».
«Но ведь Саннины положили конец войне с Амэгакуре? После войны были переговоры — наверняка глаза вернули», — предположил Цукаса.
Хотя он точно знал, что это невозможно.
И дело вовсе не в Хандзо. Скорее всего, это был Мадара Учиха.
В прошлом году Дзирайя остался в Стране Дождя обучать Нагато. Это означало, что Риннеган попал к тому гораздо раньше.
Лишившись Риннегана, Мадара нуждался в замене — в других Шаринганах.
«Война… Люди думают, что знают правду, а реальность развивается совсем по-другому», — подумал Цукаса.
Всякий раз, вспоминая, как Мадара Учиха, Чёрный Зецу (Куро-дзэцу), Хагоромо Ооцуцуки и его потомки на Луне тайно наблюдают за изменениями в мире шиноби, Цукаса невольно поражался сложности этого мира.
Впрочем, эти персонажи были для него недосягаемы. Пока что он был всего лишь генином, занятым подпольным развитием, и все его мысли крутились вокруг смены тела.
Время шло. Казалось, эти несколько человек из отдела обработки тел были забыты всеми. Кроме периодически доставляемых трупов, представлявших некоторую ценность, никто о них не вспоминал.
Лишь когда они представляли регулярные отчёты о результатах исследований, внося крошечный вклад в тогдашнюю биотехнологию, они могли доказать свою полезность.
Цукаса так и не увидел тела ниндзя с Улучшенным Геномом, хотя внимательно изучал все доставленные сюда тела.
«Значит, существует более высокий, более секретный отдел, где изучают самые ценные тела с Улучшенным Геномом?» — пришёл он к выводу.
Цукасу это не удивило.
С тех пор как Наваки Сенджу (внук Первого Хокаге, младший брат Цунаде) погиб у Орочимару на глазах, потрясённый Саннин окончательно встал на путь поиска бессмертия.
Учитывая цепь тёмных дел, произошедших в короткий мирный период между Второй и Третьей Мировыми Войнами Шиноби, Цукаса был почти уверен, что Орочимару и Данзо уже объединили усилия.
«После Второй Мировой Войны, стремясь усилить боевую мощь перед новым витком войн, деревня официально запустила проект по изучению клеток Шодайме. Его Улучшенный Геном (Кеккей Генкай) даровал ему невероятную жизненную силу и способность к регенерации. Для экспериментов использовали шиноби и жителей Конохи, что привело к огромным жертвам».
«Раз уж дело дошло до прямых экспериментов над людьми, значит, деревня уже давно получила все необходимые предварительные результаты исследований».
Их нынешняя работа с телами, все собранные ими данные, в конечном счёте станут кирпичиками, из которых через несколько лет сложится фундамент для масштабных экспериментов над людьми.
Клетки Шодайме… Его Улучшенный Геном… При одной мысли об этом на лице Цукасы появилось выражение страстного желания.
Никто не понимал лучше Цукасы, каково это — мучиться в немощном теле. Никто не жаждал сильнее заполучить тело, кипящее жизненной силой, словно обладающее врождённым Улучшенным Геномом.
У обычного жителя мира Наруто — 130 триллионов клеток. А сколько же их у ниндзя, практикующего чакру и закаляющего тело? А у кланов Сенджу и Узумаки, чьи Улучшенные Геномы даровали им феноменальную жизненную силу? И уж тем более… у Хаширамы Сенджу?
Абсолютное количество — это абсолютная сила. Без врождённого потенциала Улучшенного Генома, дарующего достаточную жизненную силу, все усилия напрасны.