0212: Все эти глаза — мои!
— Наконец-то... получилось! Столько времени и сил... Я упустил охоту на Джигена и захват Десятихвостого, но то, что я получил взамен, меня не разочаровало.
Ради этого мгновения Каэдама Цукаса ждал слишком долго.
Связать воедино два великих гендзюцу — задача не из простых. Даже с силой Драконьего Источника это было трудно. Одно только это действие поглотило колоссальное количество чакры, истратив более половины всех его запасов и приблизившись к критической отметке в 80%.
Если бы у него не получилось, Цукасе пришлось бы отдать приказ шиноби Конохи совершить массированную вылазку, чтобы захватить новую партию пленных для экстренной подпитки. Конечно, можно было бы поймать и нескольких Хвостатых Зверей в качестве батареек, но это бы спровоцировало Джигена и Мудреца Шести Путей. А в нынешней, крайне запутанной ситуации Цукаса стремился избегать любых неконтролируемых переменных.
Пусть Джиген и казался доведённым до предела и готовым вот-вот рассыпаться, на самом деле ему требовалось лишь десять с небольшим дней, чтобы полностью восстановиться. Что до Мудреца Шести Путей, то он продолжал наблюдать со стороны, вероятно, всё ещё ожидая взросления нынешних реинкарнаций Индры и Ашуры.
Пока мир не окажется на грани уничтожения, Мудрец вряд ли передаст свою силу кому-то постороннему. Скорее всего, он предпочтёт отдать её перерождениям своих сыновей.
К счастью, всё увенчалось успехом.
— На практике «Ограниченное Цукуёми» оказалось куда более сложным, чем я предполагал. Реально существующий мир гендзюцу... даже с его несовершенными законами, для меня он оказался невероятно огромен...
Цукаса был более чем доволен результатом. По его ощущениям, он мог в любой момент появиться в мире Ограниченного Цукуёми, если бы только захотел.
Разумеется, лишь в виде духовного тела, но и этого было достаточно. К тому же его тёмная личность, которую он оставил в «Цукуёми Пустоты», теперь могла свободно входить в Ограниченное Цукуёми и проявлять там всю свою силу!
Стоило Цукасе пожелать, и они с тёмной личностью могли бы поменяться местами. Тогда его настоящее тело смогло бы войти в Ограниченное Цукуёми, ведь, в конце концов, это был реально существующий параллельный мир.
А раз он может попасть туда, значит, может в любой момент оказаться на временной линии аниме. С этого момента тревоги о смерти для него больше не существовали.
Даже те самые Ооцуцуки не смогли бы так просто пересечь временные линии, чтобы выследить его. Не говоря уже о том, что для его полного уничтожения им пришлось бы истребить каждого зомби до единого и уничтожить всё живое.
Это была вечная жизнь и подлинное бессмертие.
— Что ж, пришло время сместить фокус внимания...
Взгляд Цукасы охватил всю Деревню Скрытого Листа. Стоя на вершине Резиденции Хокаге, он наблюдал за шумом внизу.
Всё то, о чём с таким волнением кричали шиноби, даже грядущая война между двумя мирами гендзюцу — для него всё это было мелочью.
Он сверкнул глазами, и Мангекьё Шаринган, вырванный у Обито из аниме-хронологии, активировал Камуи. Пространство в точке, на которой сфокусировался его взгляд, исказилось и, наконец, открылся пространственный тоннель.
Цукаса шагнул внутрь и в следующее мгновение оказался в Храме Нака.
— Пришли в мою деревню, но вместо того чтобы явиться ко мне, направились в такое место... Вы что-то обнаружили? Ещё и Нагато с собой прихватили?
Цукаса смотрел на двух обладателей Риннегана перед собой.
— Такое пространственно-временное додзюцу очень похоже на техники Джигена... Откуда ты достал ещё и этот Мангекьё Шаринган? — выражение лица Нагато изменилось.
Он в полной мере настрадался от пространственно-временных техник и уже давно загорелся желанием заполучить подобные способности. Но он не знал, с чего начать, и потому вернулся к проверенному пути — отчаянным попыткам раскрыть скрытую силу Риннегана.
Вот только была одна проблема: сам Мадара, который обучал его, не смог пробудить в этих глазах способность открывать пространственные порталы. Какие у Нагато были шансы на успех?
И вот теперь Цукаса, как ни в чём не бывало, явил ему новый Мангекьё Шаринган. Это ещё сильнее угнетало Нагато. Главным образом потому, что у таких людей, как Цукаса, казалось, вовсе не было предела. Он всегда был способен в самый неожиданный момент вытащить из рукава нечто новое, вызывая у окружающих...
Зависть.
Да, именно зависть. Нагато гордился своим Риннеганом, но в то же время испытывал странную ревность к додзюцу Цукасы.
— Лишь похоже, не более. Если говорить начистоту, до уровня Джигена ему далеко, — небрежно бросил Цукаса.
Порталы Джигена действительно открывались и закрывались мгновенно, что позволяло ему с молниеносной скоростью сбегать прямо посреди боя. Дальнее Камуи на такое не способно, а вот ближнее — другое дело. Способность перемещать атакованную часть тела в другое измерение была весьма интересной, но для телепортации всего тела целиком эта техника была слишком медленной.
Впрочем, неважно. Цукаса с самого начала не возлагал на Камуи особых надежд. После того как глаз Шисуи был израсходован, не ходить же с пустой глазницей? Так что он просто использовал то, что было под рукой.
Но чем более легкомысленным был его тон, тем мучительнее становилось на душе у Нагато, который совсем недавно воочию видел мощь Джигена.
— У тебя есть Риннеган, — спокойно сказал Цукаса. — По своей природе эти глаза обладают пространственно-временными способностями. Потренируешься немного, и, возможно, сможешь, как и я, с лёгкостью перемещаться на сверхдальние расстояния.
Он намеренно не упомянул Мадару, потому что тот был мертвецом и уже никак не мог стать сильнее.
— Будем надеяться. Для начала я попробую научить его открывать Лимбо: Граничную Тюрьму. Если копать дальше, возможно, и пространственно-временные техники проявятся, — сказал Мадара. — Но, судя по всему, в отличие от нас, у тебя всё получилось. Ты так долго возился, и всё для того, чтобы соединить два мира гендзюцу? Похоже, ты тоже решил отклониться от пути, который я для тебя уготовил, и отказался от Бесконечного Цукуёми.
Говоря это, Мадара неотрывно разглядывал левый глаз Цукасы, всматриваясь в незнакомый узор. Он ломал голову, но так и не мог понять, откуда у Цукасы взялся этот настоящий Мангекьё Шаринган.
Поначалу Мадара даже подозревал, что этот глаз — подделка. Уж больно Цукаса был одержим «Цукуёми Пустоты» и «Ограниченным Цукуёми» и даже умудрился их соединить.
Но, убедившись, что с глазом всё в порядке, он переключился на другую теорию: Цукаса опять тайно воспользовался Шкатулкой Высшего Блаженства и просто загадал себе это додзюцу. Однако в левом глазу не ощущалось той непреодолимой ауры греха и скверны.
Неужели во всём клане Учиха, помимо Обито и Шисуи, нашёлся кто-то ещё, кто тайно пробудил Мангекьё? Но у кого бы хватило для этого способностей?
— Бесконечное Цукуёми, говоришь... Мадара, раз ты пришёл сюда с Нагато и так долго здесь простоял, значит, в глубине души у тебя уже есть ответ, не так ли? Или хотя бы подозрение?
— Верно. Такая судьбоносная, абсолютная техника ни в коем случае не должна иметь изъянов и недостатков. Но я всё ещё не разгадал несколько загадок. Повторный взгляд на эту плиту лишь подтвердил мои догадки.
Выражение лица Мадары было невероятно мрачным, словно у демона, мечущегося в темноте. В нём читалась неописуемая жестокость и злоба от пошатнувшейся веры.
Если надписи на плите верны, то почему Мудрец Шести Путей, оставив так много слов, не потрудился записать то, что больше всего волнует исполнителя этого плана?
Например, почему он сам не использовал Бесконечное Цукуёми? И каково было его истинное происхождение... Если бы он упомянул хотя бы слово «Ооцуцуки», Мадара без колебаний довёл бы свой план «Глаз Луны» до конца!
— Возможно, это ловушка, подстроенная кем-то другим, но я пока не понимаю, в чём она заключается. Я стану джинчуурики Десятихвостого, выращу Божественное Древо, пробужу третий глаз и через луну наложу гендзюцу на весь мир. Я не вижу, на каком из этих шагов может быть подвох, — с мрачным лицом произнёс Мадара.
— В этом и есть главная проблема, — сказал Цукаса. — В нашу эпоху, когда Ооцуцуки уже вышли на сцену, логика повествования, записанная на плите, устарела. Это пережиток былой эпохи. Если взглянуть на них с современной точки зрения, несостыковки видны невооружённым глазом. Так что ты собираешься делать? Присоединишься к моему «Цукуёми Пустоты»?
— ...Эта шутка не смешная. Я буду наставлять Нагато в тренировках, а затем найду способ прикончить Джигена. Что бы я ни решил делать дальше, устранение Джигена — в любом случае верный шаг.
— Хорошо. Когда будешь готов, приходи ко мне. Но ты же знаешь, если я берусь за дело, плата будет очень высокой.
Мадара тут же понял, что Цукаса имеет в виду — воскрешение с помощью Кишо Тенсэй.
Как только он воскреснет, он потеряет эту пару фальшивых Риннеганов. Ему придётся либо заранее вырвать глаза у Нагато, либо раздобыть себе пару глаз уровня Мангекьё, чтобы пользоваться ими первое время.
Но даже заполучив глаза, главной проблемой останется захват маленького Десятихвостого и запечатывание его в своё старческое тело. Это самый сложный шаг, и именно он не позволял Мадаре вырвать Риннеган Нагато.
Если старый Мадара действительно заберёт глаза Нагато, воскреснет и пересадит их себе, а попытка стать джинчуурики Десятихвостого провалится, то путей к отступлению у него не останется. Кому ещё он сможет доверить этот Риннеган, чтобы тот вернул его к жизни молодым с помощью Техники Небесного Воскрешения?
И кто вообще знает, сможет ли этот недоразвитый Десятихвостый без формы Божественного Древа превратить его в того самого джинчуурики, на которого он рассчитывал?
Малейшая ошибка — и всё рухнет, он может даже умереть на месте. Поэтому, хорошенько всё обдумав, Мадара решил действовать более осмотрительно. И подходящая цель для этого уже была... Обито.
Парень, который вот-вот должен был обрести — а может, уже и обрёл — Вечный Мангекьё.
Глаза уровня Вечного Мангекьё, да ещё и с Охируме — супер-пространственно-временным додзюцу. Мадара не мог и представить себе новые глаза, которые бы устроили его больше.
Что? Обито — его преемник? Как уже говорилось, он почти забыл, что у него вообще был какой-то преемник. А раз преемник стал бесполезен и, похоже, обзавёлся собственными идеями, от него можно просто избавиться. В конце концов, он всего лишь пешка.
Стоит Обито остаться одному, и Мадаре понадобится сложить всего одну печать, чтобы вывести его из строя. Когда он пересаживал Обито клетки Белого Зецу, то изрядно поработал над его телом, нашпиговав его своими метками, словно решето. Причём Обито не мог их обнаружить, ведь для этого Мадара использовал техники Стихии Инь-Ян!
Мадара решил устроить охоту на Обито. И хоть он не произнёс этого вслух, Цукасе было достаточно одного взгляда, чтобы примерно угадать его мысли.
— Хех, похоже, ты и сам без устали строишь весьма осуществимые новые планы... Нагато, присматривай за своим партнёром. Он никогда не был спокойным малым.
Цукаса усмехнулся. Что за шутки? Глаза Обито уже давно были зарезервированы им!
Его «Цукуёми Пустоты» было далеко от завершения. Чтобы оно действительно стало всеобъемлющим, работало без разбора и позволяло каждому входить и выходить по желанию, самым надёжным способом было создать собственную маленькую луну и запустить её в небо в качестве носителя техники!
Цукаса не хотел доверять создание такой важной опорной сети Нагато. Во всяком случае, он пока не планировал вырывать его Риннеган. А значит, остальное становилось предельно ясным: либо отправиться в аниме-хронологию и забрать глаза тамошнего Нагато, либо взрастить Обито и позволить ему обрести Вечный Мангекьё.
Но окончательное решение Цукасы было... он заберёт их все.
Не стоит забывать, что Цукаса отделил от себя тёмную личность, которая служила воплощением его воли, исполняя роль гейм-мастера и управляя всё более разрастающимся и усложняющимся миром гендзюцу.
Тем более сейчас, когда была установлена связь с Ограниченным Цукуёми. Если Цукаса действительно сможет полностью поглотить этот мир своим «Цукуёми Пустоты», это будет означать, что он сотрёт границу между иллюзией и реальностью. Фактически он овладеет иной версией Изанаги — неполной, но доступной для бесконечного использования.
Любой объект, находящийся в этих двух «лунных мирах», Цукаса сможет вытащить в реальный мир. Ведь в Ограниченном Цукуёми уже случались странные события, вроде кратковременного обмена телами между местной Сакурой и Сакурой из аниме-хронологии.
От дырявой, как решето, временной линии аниме можно было ожидать чего угодно.
К тому же, теоретически, он и его тёмная личность могли меняться местами. А значит... ему нужно две пары Риннеганов! Одна — для контроля над иллюзорным миром. В случае необходимости тёмная личность тоже сможет использовать настоящий, подлинный Риннеган и появиться в одной из двух временных линий, чтобы помочь Цукасе в его действиях.
Кроме того, Цукаса действительно с особым интересом смотрел на редчайшее додзюцу Охируме. Если он упустит его сейчас, второго шанса может и не быть — Сарада, скорее всего, не родится, а если и родится, её жизнь будет совершенно иной, характер изменится, и пробудить именно Охируме она вряд ли сможет.
Обито в этот момент и не подозревал, что находится в крайней опасности, но отчётливо осознавал, что проблемы уже на пороге. Кто бы мог подумать, что этот псих Цукаса соединит два мира гендзюцу?!
Ещё и организовал этих людей, чтобы они вторглись из «Цукуёми Пустоты» в Ограниченное Цукуёми? Чёрт побери! Толпа иллюзорных людей отправляется воевать в другой, реально существующий мир-иллюзию. Проиграют — получат лишь ментальную травму, от которой можно оправиться за некоторое время. А если выиграют? Неужели смогут получить реальные тела в мире Ограниченного Цукуёми?
«Управлять реальным телом с помощью иллюзорного сознания, такое вообще...»
Обито вспомнил странное слово, которое обронил Цукаса — «залогиниться». Наверное, это оно и имело в виду?
— Обито.
В этот момент Тоби вдруг неожиданно заговорил:
— Твой план полностью провалился, не так ли? Ты больше не можешь искать реинкарнацию Индры в Ограниченном Цукуёми прежними методами. Почему бы не попробовать другой способ? Я сам применю технику Ограниченного Цукуёми и отправлю твоё настоящее тело в тот мир.
Первой реакцией Обито было удивление, потому что Тоби никогда не предлагал таких чётких и ясных планов действий.