0092: Буря, поднятая армией из одного человека

Наконец-то попался.

В схватке с противником уровня Эя, даже если тот ещё не достиг пика своей силы, нельзя было позволить себе ни малейшей оплошности. Один неверный шаг — и этот парень ускользнул бы.

Огромный призрачный силуэт Бога Смерти возник за спиной Каэдамы Цукасы. Протянувшаяся из его живота духовная рука прошла сквозь тело Эя, намертво вцепившись в его душу.

— Что это за тварь?! — Эй широко распахнул глаза, глядя на внезапно появившегося свирепого демона. Он инстинктивно попытался отступить, но понял, что его тело совершенно не слушается.

— Удивлён? — равнодушно произнёс Цукаса. — Превосходный шиноби всегда держит в запасе козырь. Я приберёг эту технику специально для того, чтобы поймать тебя. С этого момента твоя душа принадлежит мне. Как самое могучее тело сможет противостоять атаке на душу? Твой выдающийся Режим Чакры Стихии Молнии, может, и обеспечивает абсолютную защиту, но перед этим дзюцу он бесполезен.

Это была единственная слабость Режима Чакры: он не мог укрепить душу. Впрочем, техник, нацеленных непосредственно на душу, во всём мире шиноби можно было пересчитать по пальцам.

Эй чувствовал, как нечто внутри него медленно вытягивает призрачная рука, покрытая зловещими письменами, словно его самого разрывали на две части. Даже не будучи специалистом в техниках души, он мгновенно осознал: эта дьявольщина тащит его душу.

— И что с того?! Мне достаточно убить тебя! — прорычал Эй. — Неужели ты думаешь, что сможешь убить меня этим дзюцу, будучи мёртвым? Сколько времени у тебя осталось, когда я уничтожил твои внутренние органы?

Он с неимоверным усилием напряг мышцы. Каждое движение давалось так, словно он, шатаясь, нёс на себе гору. Одновременно он изо всех сил сопротивлялся мощи призрачной руки, пытаясь выиграть время.

Со стороны казалось, что они застыли в мёртвой хватке, а их слова звучали совершенно бессмысленно.

— Странно, почему они не двигаются... Что делает господин Эй?

— Убей же его! Отруби ему голову и закончи эту ужасную битву!

— Плохо дело, похоже, что-то пошло не так...

Учитывая взрывной характер Эя, одна лишь его неподвижность была тревожным знаком. Несколько ниндзя Облака тут же бросились вперёд, намереваясь помочь ему прикончить Цукасу.

ВЖУХ! ВЖУХ! ВЖУХ!

В тот же миг зомби, до этого стоявшие без движения, снова ринулись в атаку. Они мгновенно повалили ниндзя Облака на землю. Десятки других мертвецов с жадностью набросились на врагов, впиваясь в их плоть.

Душераздирающие крики пронзали до самого сердца. Разлетающиеся во все стороны куски плоти были подобны рушащейся воле к борьбе, а звуки жевания и глотания стали самой жестокой погребальной песнью, вновь низвергнув выживших из рая в ещё более глубокие пучины ада, отчего у них заледенела кровь в жилах.

— Почему эти трупы снова движутся?! Разве тот парень не мёртв?!

— Не паникуйте! Его внутренности уничтожены, но в крови ещё остался кислород, питающий мозг. Это может дать ему несколько десятков секунд жизни!

— Точно, так и должно быть... Но так ли это на самом деле? Почему тогда эти трупы смогли так точно атаковать именно наших людей?

— ...Неужели...

Пальцы Тороя дрогнули. Он направил лежавший на земле небольшой квадратный сюрикен в голову Песчаной бури Араки. Он знал, что Цукасе плевать на обычных зомби, но таким ценным экземпляром, как Араки, он точно не станет рисковать.

ВЗЗЗ!

Перед Араки взметнулся поток зыбучего песка, отбросив сюрикен в сторону.

— Чёрт, так и есть... Но как это возможно? Это точно было его настоящее тело! Обычный человек после такого ранения давно бы умер! — тяжело дыша, прохрипел лежащий на земле Торой с лицом, полным отчаяния.

Каждый из уцелевших почувствовал, как изнутри поднимается леденящий холод. Боевой стиль Цукасы выходил за рамки их понимания. Они понесли огромные потери в кровавой битве с армией мертвецов, были на грани полного уничтожения.

И вот, когда им казалось, что они наконец-то убили Цукасу, почему он не умер?

— Он не использовал медицинское ниндзюцу, и другие зомби не применяли ту технику переноса энергии... Так в чём же дело? Почему босс не размозжил ему голову, чтобы прикончить наверняка?

Тело Тороя пробил озноб. Он инстинктивно посмотрел на бесстрастное лицо Араки. Встретившись с его тускло-серыми глазами, Торой, хоть и понимал, что взгляд мертвеца не сфокусирован, отчётливо осознавал — Араки всё это время не сводил с него глаз.

С такого расстояния Араки выглядел почти как живой человек, не считая сероватого оттенка кожи. Но это не было проблемой — это лишь доказывало, что Цукаса постоянно использовал технику переноса энергии, чтобы поддерживать тело Араки в идеальном состоянии.

«Неужели и я в будущем стану таким? Моё тело тщательно сохранят, а затем отправят убивать товарищей из деревни?» — с глубоким вздохом подумал Торой.

Ниндзя Облака не смели пошевелиться, их голоса дрожали от страха и растерянности.

Эй всё слышал, но его тело было сковано. С огромным трудом он дотянулся другой рукой до шеи Цукасы и начал медленно сжимать пальцы.

На это требовалось время.

— С такой раной использовать подобное запретное дзюцу, нацеленное на душу... Тебе тоже не поздоровится. Решил забрать меня с собой? Хм, смело, но я не позволю тебе этого сделать.

Вены на лбу Эя вздулись, по лицу градом катился пот. Он был напряжён и встревожен. Собрав все силы, он медленно сжимал ладонь, намереваясь оторвать голову Цукасы.

Если отделить голову от тела, он ведь не сможет больше управлять дзюцу, верно? И тогда это ужасное запретное искусство само собой развеется.

И окончательная победа останется за ним!

— Всё ещё не понял? Похоже, у тебя нет звериного чутья. Или ты понял, но не хочешь признавать реальность? Впрочем, неудивительно. Это тело ведь умерло совсем недавно, оно такое свежее.

Слова принадлежали Цукасе, но голос доносился с другой стороны.

Ещё один Каэдама Цукаса появился в поле зрения Эя. Он небрежно сидел на крышке гроба, свесив одну ногу. Его расслабленная поза напоминала зрителя, который только что насладился великолепным спектаклем и теперь смаковал послевкусие.

— Ты... — Эй стиснул зубы и снова повернул голову к Цукасе, стоявшему перед ним.

— Когда твоя слава и боевые заслуги растут, это приносит свои плоды. У меня появляется возможность изучать техники, которые раньше были недоступны, особенно в области медицинского ниндзюцу... Техника Мёртвой Души. Если ты собирал обо мне информацию, то должен был слышать, что это дзюцу позволяет в кратчайшие сроки изменять форму и внешность трупа, и даже заставить его сердце ненадолго забиться.

— Прошу прощения, — равнодушно продолжил Цукаса. — Я тут мимоходом подобрал одного из твоих павших товарищей и на скорую руку его переделал, чтобы он ненадолго заменил меня. После того как я в последний раз использовал Мерцание Пустоты, тот «я», которого вы видели, на самом деле был вашим недавно погибшим соратником. Если бы ты присмотрелся повнимательнее, то заметил бы швы на его затылке... Хотя сейчас ты и пошевелиться не можешь.

Лицо Эя стало пепельно-серым.

Все выжившие ниндзя Облака замерли в мёртвой тишине. С отчаянием они смотрели на окружавших их зомби, остро ощущая, что попали в ловушку, из которой нет выхода. Каждый труп скалил на них клыки, перепачканные кровью и ошмётками плоти, готовый в любой момент наброситься и разорвать на части.

— Мы проиграли, босс. Мы все проиграли. Возможно, нам с самого начала не стоило затевать эту операцию.

Торой вздохнул и отвёл руку медика, который всё ещё пытался его исцелить. Он беспомощно лежал на земле, глядя в бездонное ночное небо.

— Замолчи, Торой! Как ниндзя Облака, мы должны выполнять миссии деревни даже ценой жизни! Жертва — это честь! — яростно крикнул Эй.

— Да, ты прав. Я расстроен не из-за провала миссии, а из-за того, что мы с самого начала до самой смерти сражались с кучей трупов. Даже если бы мы их всех перебили, гордиться тут нечем, ведь настоящий враг остался невредим.

В последние мгновения своей жизни, пока его сознание ещё было ясным, Торой обрёл душевное спокойствие.

Ничего не поделаешь. Просто ничего не поделаешь. Как им было сражаться с таким противником, как Цукаса? Даже победив его, убить этого мастера пространственно-временных техник было почти невозможно. Он бы сбежал, а через пару минут собрал бы новую армию и вернулся. А их, живых, становилось всё меньше и меньше, в то время как враг, в некотором смысле, становился лишь сильнее.

Они с трудом разработали тактику, и казалось, что она сработала. Но настоящее тело Цукасы всё это время пряталось, подставив вместо себя двойника, на которого ещё и наложили неизвестное запретное дзюцу, способное обездвижить даже такого непобедимого воина, как Эй.

— Пространственно-временное ниндзюцу, запретная техника, способная сковать нашего босса, и бесстыдное использование Техники Мёртвой Души для создания подменыша из тела нашего же павшего товарища...

Это была безвыходная ситуация. Тройная защита. По крайней мере, в хаосе битвы с участием нескольких сотен человек они были абсолютно бессильны против Цукасы.

Он устал. К чёрту всё, пусть мир горит синим пламенем. Торой за всю свою жизнь не участвовал в подобном сражении! Он перерыл бы все хроники войн шиноби, но ни о чём подобном даже не слышал!

Впрочем, если подумать с другой стороны, будущие поколения ждёт адская жизнь. Им придётся постоянно сталкиваться с такими войнами... Хотя он этого уже не увидит. Разве что глазами трупа.

— Не стоит отчаиваться. Ваши тела станут моими самыми надёжными соратниками и будут сражаться вместе со мной до тех пор, пока мир шиноби не будет уничтожен. Конечно, большинство из вас сойдёт с дистанции — либо ваши головы будут размозжены, либо вы станете расходным материалом для исцеления других зомби.

Цукаса спрыгнул с гроба и медленно произнёс:

— Но, в конце концов, вы всё равно бы умерли. Я же позволю вам увидеть куда более далёкие горизонты. Вы должны сказать мне спасибо.

— Пошёл ты к чёрту! Я никогда не стану твоей марионеткой и уж тем более оружием для нападения на мою деревню! — взревел Эй.

В этот момент он, сам того не осознавая, испугался. Не смерти — как шиноби и будущий Райкаге, Эй давно был готов к ней. Но мысль о том, что его тело попадёт в руки Цукасы и будет снова и снова использоваться...

Он не сможет умереть спокойно!

Он никогда не допустит, чтобы такое произошло!

— Человек из клана Йотсуки, если ты станешь моим слугой, я буду приносить тебе в жертву бесчисленные трупы, чтобы ты вечно оставался в наилучшей форме. Поверь, пройдёт совсем немного времени, и твоё тело, впитав столько жизненной силы, «эволюционирует»... Песчаная буря Араки, который попал ко мне одним из первых, по силе уже превзошёл себя при жизни.

Цукаса небрежно указал на неподвижного Араки. Это было его самое выдающееся творение на сегодняшний день — вечно здоровый, вечно смотрящий вдаль.

Более того, при длительном «уходе» его физическая сила постоянно росла. Кто знает, может, однажды он преодолеет свой предел и достигнет уровня Каге.

— И ещё кое-что. Даже если бы ты атаковал не подменыша, созданного Техникой Мёртвой Души, а моё настоящее тело, такое ранение не убило бы меня.

Цукаса посмотрел на своего двойника.

Пробита грудь? Все зомби на поле боя — расходный материал для Кисё Тэнсэй. Пока у него есть достаточно жизненной силы, такая рана, не способная убить его мгновенно, — сущий пустяк.

Эй наконец-то сломал шею двойнику, но это уже ничего не меняло.

Он опустил взгляд и увидел, что часть его души уже была вырвана.

— Хмф, этого недостаточно, чтобы убить меня... — прохрипел Эй, отчаянно сопротивляясь.

— Я и не собирался убивать тебя одним ударом. Использование этого дзюцу через труп сильно ограничивает его эффект, но этого будет достаточно, чтобы ты запомнил урок на всю жизнь. Это абсолютное дзюцу, которому не осмелился бы противостоять даже Ханзо.

Цукаса сложил печати:

— Запечатать!

ВЖУХ!

Бог Смерти с нетерпением выхватил танто из своих уст, высоко занёс его и, на глазах у обезумевшего от ужаса Эя, нанёс сокрушительный удар!

Не раздалось ни звука. Тело Эя осталось невредимым, но он всем своим существом ощутил, что навсегда лишился чего-то жизненно важного!

Тело Эя снова могло двигаться, но его правая рука стала невыносимо тяжёлой и безвольно повисла, словно чужая.

Он видел, как на его правой руке проступили те же зловещие письмена, что и на руке Бога Смерти. Но стоило ему моргнуть, как они исчезли. Он знал — это не было иллюзией.

— Верни мою руку!!!

Эй пробил живот двойника другим кулаком, но это было бесполезно. Труп был лишь проводником, а часть его души уже давно находилась в желудке Бога Смерти.

Он попытался атаковать Бога Смерти, отчаянно высвобождая силу Стихии Молнии, но не мог причинить ему ни малейшего вреда. Огромный демон казался лишь призрачным миражом, не существующим в реальности.

— Ты запечатал мою руку? — процедил Эй. Ну и что? Режим Чакры Стихии Молнии не требует ручных печатей, а его обычные атаки обладают чудовищной разрушительной силой. Даже без одной руки он всё ещё мог использовать 80% своей мощи!

— Это ещё не конец. Я всего лишь лишил тебя руки. Я не отпущу тебя так просто.

Цукаса тут же изменил последовательность печатей, применяя Технику Омертвения и направляя её прямо на руку Эя!

Рука, лишённая души, не только не могла складывать печати, но и не пропускала чакру. Режим Чакры Стихии Молнии, естественно, не мог полноценно покрыть её, из-за чего рука стала бесполезным, мешающим придатком. Но именно это и стало для Цукасы брешью для вторжения Техникой Омертвения.

Пробить мощную, несокрушимую броню из молний было трудно, но после удара Поглощающей Печати Мёртвого Демона всё изменилось.

Эй почувствовал, что с его правой рукой что-то не так. Нечто чужеродное стремительно распространялось от неё по всему телу.

— Ты... ты хочешь превратить меня в своего живого мертвеца?

Молнии вокруг тела Эя вспыхнули с новой силой, но было очевидно, что это ненадолго. Он уже потратил слишком много чакры, а рана на душе была куда мучительнее физической усталости, заставляя его испытывать невыносимую боль.

— Босс, беги! — внезапно крикнул Торой. — Мы ещё можем сражаться! Если ты захочешь сбежать, он тебя не поймает!

— Замолчи! Ты хочешь, чтобы я стал трусом, бросившим своих товарищей?!

— Умереть легко, но что будет после смерти? Враг использует твоё тело, чтобы атаковать деревню! Деревня заплатит огромную цену, чтобы убить тебя, но не причинит Цукасе ни малейшего вреда! Это невыгодная сделка, ты же не позволишь врагу провернуть такое, верно? — с горечью произнёс Торой.

— Господин Торой прав, бегите!

— Господин Эй, пока вы живы, есть надежда! Вы должны отомстить за нас!

— Верно! У Шидона наверняка есть слабость! Когда вы вернётесь, вы сможете даровать нам вечный покой!

Выжившие ниндзя Облака один за другим закричали, бросаясь в самоубийственную атаку на толпу зомби.

— Сделай это, босс, — произнёс Торой свои последние слова. — Кто-то должен донести информацию о Шидоне до деревни. Только ты можешь это сделать, иначе мы все погибнем напрасно!

Сердце Эя разрывалось на части, по щекам текли слёзы.

— Ах вы, несносные ублюдки... Я подвёл вас!

ТРЕСК!

Эй выбрал направление и ринулся в прорыв, превратившись в ослепительную вспышку молнии, которая быстро исчезла в ночи.

Цукаса не стал его останавливать. Во-первых, это было бы трудно. Во-вторых, теперь в этом не было необходимости.

«Эксперимент можно считать удачным. По наитию разработал новую технику...»

Цукаса задумчиво смотрел на удаляющуюся световую точку.

Каким бы несокрушимым ни был враг, после Поглощающей Печати Мёртвого Демона у него обязательно появится уязвимость, давая Цукасе больше возможностей для атаки.

А если пойти дальше и использовать Технику Омертвения одновременно с Печатью... Если бы только можно было направить секретные техники Шидона прямо в тело врага через духовную руку Бога Смерти.

Цукаса проигнорировал предсмертную агонию ниндзя Облака, ему даже не было интересно слушать их бессвязные крики. Он поднял голову и посмотрел на Бога Смерти.

«...»

Бог Смерти проглотил кусок души, посчитав, что явился не зря, и, полностью проигнорировав Цукасу, поглотил и его волю, после чего его огромное духовное тело медленно рассеялось.

«Хм, с головой у него не всё в порядке, сам он мне помогать не станет», — Цукаса отбросил эту мысль. Придётся думать самому. Должна же быть какая-то зацепка, которая станет ключом к этой новой технике.

Вскоре последние ниндзя Облака лежали на земле. Некоторые уже превратились в зомби, другие ещё цеплялись за жизнь.

— Какая выдержка. Каждый элитный джоунин — легенда мира шиноби. Видеть это — истинное наслаждение.

Цукаса подошёл к Торою, не скупясь на похвалу.

— Тот, кто стоит передо мной, — это твоё настоящее тело или двойник, созданный Техникой Мёртвой Души? — спросил Торой.

— Кто знает? Я надеюсь, что однажды все мои трупы станут моими двойниками. Это будет высшая стадия Мерцания Пустоты, но до этого ещё далеко.

Цукаса вздохнул. Честно говоря, он до смерти завидовал технике Мадары — Лимбо: Граничная Тюрьма (яп. Ринбо: Хэнгоку).

Простейшая Техника Замещения — это дзюцу ранга D, использующее бревно. Более продвинутая версия позволяет использовать живых существ, например, снежных кроликов.

Средний уровень — это Техника Замещения в стиле Орочимару, создающая материального двойника.

А на вершине — Лимбо: Граничная Тюрьма. Она не просто создаёт несколько теней, а по сути, копирует самого пользователя, в несколько раз увеличивая его боевую мощь. Кроме того, это идеальная техника замещения, позволяющая в момент атаки мгновенно меняться местами с тенью, подставляя её под удар.

Да, этот эффект был схож с Мерцанием Пустоты Цукасы — и перемещение в пространстве, и замещение.

Единственное отличие заключалось в том, что количество теней было ограничено, а количество зомби у Цукасы — практически бесконечно. Пока у него не кончится чакра, он мог использовать бесчисленное количество мертвецов, чтобы принимать на себя удары врага.

К тому же, тени должны были периодически возвращаться к основному телу, а зомби Цукасы — нет. Если бы у него было достаточно чакры, он мог бы меняться с ними местами даже за тысячи километров.

Если в будущем Мерцание Пустоты достигнет своего предела, объединив в себе преимущества Лимбо: Граничная Тюрьма и сохранив способность зомби существовать независимо... это будет вершина искусства, настоящее произведение.

Жаль только, что до этого как до луны пешком.

— Какие грандиозные амбиции. Надеюсь, у тебя ничего не выйдет, иначе этот мир ждут большие неприятности, — сказал Торой, всё ещё выискивая возможность нанести последний удар, но Цукаса не дал ему такого шанса.

Клинок Дзинаи пронзил его сердце, остановив его жизнь в этот самый миг. Душа ушла, но тело останется надолго.

Вскоре Торой снова встал на ноги. Цукаса заботливо подозвал нескольких зомби из Облака, которые по очереди использовали Кисё Тэнсэй, чтобы залечить все его раны.

Теперь Торой, не считая порванной одежды, выглядел совершенно невредимым. С застывшим выражением лица он стоял на месте.

— Я подготовлю для тебя гроб высшего качества, в котором будешь лежать только ты. Если ты однажды станешь совсем бесполезен, я уничтожу и этот гроб.

Цукаса относился к своим элитным джоунинам с огромным уважением, стремясь максимально удовлетворить их эмоциональные потребности и соблюсти все ритуалы.

Думая об этом, Цукаса считал себя очень хорошим человеком.

— Что ж, на этом битву можно считать оконченной.

Цукаса огляделся, осматривая разорённое поле боя. Множество бесполезных тел, сваленных в кучи, безмолвно свидетельствовали о жестокости сражения.

Спустя некоторое время наконец-то прибыли люди из Конохи.

— Господин Каэдама? Я заметил здесь вспышки боя и немедленно поспешил сюда. Неужели вы в одиночку убили всех этих врагов?

— Похоже, это враги из Облака, но судя по следам битвы и количеству тел...

Каждый прибывший с ужасом смотрел на эту чудовищную сцену. Хотя Цукаса уже убрал всех пригодных для использования зомби, оставшиеся на земле ошмётки и части тел вызывали дрожь.

Вспоминая недавний грохот, было очевидно, что это была не просто стычка. Можно было только догадываться, что здесь произошло.

— Прибыли? Немного медленно, но это не ваша вина. Даже я не ожидал, что так быстро разобью вражеский отряд вторжения. Зря торопились.

Цукаса увидел Инузуку Цуме и сразу понял, что это патрульный отряд Конохи.

Следом за ними прибывали всё новые и новые шиноби, и все они были потрясены до глубины души.

— Согласно плану, я должен был сдержать врага и дождаться вашего подкрепления, — равнодушно сказал Цукаса. — Но, кажется, я немного перестарался. Кроме парня из клана Йотсуки, который сбежал в одиночку, все остальные триста ниндзя Облака погибли здесь.

Количество трупов на поле боя не дотягивало до трёхсот, но среди присутствующих не было дураков. Все понимали, что Цукаса забрал всех, кого можно было использовать, и, естественно, не стали задавать лишних вопросов, чувствуя лишь растущее благоговение.

Как и предсказывал Цукаса, эта битва, хоть и не изменила кардинально соотношение сил между Конохой и Облаком в глобальном масштабе, стала для Облака болезненным ударом. Уничтожение трёхсот шиноби, гибель элитного джоунина вроде Тороя и бегство Эя — всё это было крайне унизительно.

Но с точки зрения одного лишь Цукасы, эта битва произвела на мир ошеломляющее впечатление. Он действительно сделал это — в одиночку уничтожил элитный отряд Деревни Скрытого Облака!

Семнадцатилетний Каэдама Цукаса уже обладал способностью стать армией из одного человека, способной в одиночку вести войну среднего масштаба!

Мир шиноби никогда не видел подобных ниндзя. Появление такого человека, подкреплённое столь весомыми боевыми заслугами, вызвало огромный резонанс и принесло Цукасе небывалый престиж.

С этого дня он официально перешёл на новый уровень. В устах большинства он стал «господином», и люди подсознательно начали воспринимать его как могущественного ниндзя уровня Хокаге. И хотя в бою один на один он ещё не достиг этого уровня, его способность управлять армией мертвецов во многих ситуациях делала его даже более полезным, чем Каге!

В этом и заключалась ужасающая сила армии из одного человека.

— Шидон... Где предел этой техники? Деревня, по сути, получила армию, не знающую страха смерти, — прошептала потрясённая Инузука Цуме, с недоверием глядя на Цукасу, который отряхивал пыль с одежды.

Этот парень, Каэдама Цукаса, всего два года назад был слабаком, а теперь сиял так ярко. Каждый шаг его пути был виден как на ладони, и именно поэтому это так шокировало.

Жители Конохи чувствовали, что стали свидетелями стремительного взлёта, наблюдая, как гений превращается в ослепительную звезду деревни.

— Прости, не смогли остановить того парня.

Прибыл и Като Дан со своим отрядом. Они устроили засаду на востоке Страны Огня, планируя перекрыть врагу путь к отступлению через северо-восточный аванпост.

Като Дан выглядел немного потрёпанным, на его одежде виднелись следы взрывов — верный признак того, что он использовал свой Кеккей Генкай Стихии Взрыва.

— Этот парень бежал слишком быстро, его было не остановить! — пожаловалась Цунаде. — Дан потом даже использовал свою секретную Технику Духовной Трансформации, но всё равно не смог его догнать!

— Что поделать, — с горькой усмешкой сказал Като Дан. — Вначале я пытался остановить его лично, но этот ниндзя Облака очень силён, и я немного пострадал.

Использовав Стихию Взрыва, он, кажется, лишь слегка ранил правую руку противника? Но тот факт, что Цукаса заставил такого сильного врага панически бежать с, по-видимому, искалеченной рукой, да ещё и попутно уничтожил триста ниндзя Облака... какой же силой он обладал?

— Вы все отлично поработали, — улыбнулся Цукаса. — То, что один враг сбежал, — не имеет значения. Сегодняшний успех — это заслуга каждого из вас. Спасибо вам.

Инузука Цуме и другие члены патрульного отряда стояли в замешательстве. Они ничего не знали заранее, просто выполняли приказ деревни — усилить патрулирование и быть в полной боевой готовности.

Кстати, не так давно уже была подобная ситуация с повышенной боевой готовностью, которая так же внезапно и необъяснимо была отменена, оставив всех в недоумении.

Но кто бы мог подумать, что сегодня произойдёт такое грандиозное событие? Каэдама Цукаса в одиночку уничтожил отряд вторжения Облака! Не маленький отряд, а целый войсковой отряд!

— В этом нет ничего особенного, — с восхищением сказал Като Дан. — Главное — это ты. Я не ожидал, что ты в одиночку закончишь эту войну... Я думал, твоя задача — лишь задержать врага.

— Да, изначально я так и планировал. Но целью врага был джинчуурики Девятихвостого. Когда я вступил в бой, меня охватил гнев. Мысль о том, что я могу послужить деревне, придала мне сил, и я, кажется, немного перестарался, чуть не перебив их всех.

Цукаса вздохнул:

— Но, к счастью, всё прошло гладко, и миссия выполнена идеально.

Что до сбежавшего Эя? Изначально на это никто не обратил внимания. Из трёхсот человек сбежал лишь один — это была безоговорочная, оглушительная победа. Даже самый придирчивый критик не нашёл бы, к чему придраться, все были слишком ошеломлены.

Неизвестно когда прибыл и Намикадзе Минато. Он понял, что всё уже закончилось, и увидел, как толпа окружила Цукасу, восторженно выкрикивая его имя.

«Опоздал? Впрочем, это и понятно, деревня наверняка уделяет особое внимание защите джинчуурики Девятихвостого... Да и я всё ещё недостаточно быстр», — с лёгкой досадой подумал Минато. Расспросив окружающих, он быстро узнал, что произошло, и был поражён.

«Один... решил исход боя с тремястами ниндзя Облака? И среди врагов был сильный шиноби из клана Йотсуки?»

Минато был глубоко потрясён. Он чувствовал, что ему ещё многого не хватает, и нужно тренироваться ещё усерднее. Если посчитать, Джирайя-сенсей скоро должен вернуться, не так ли?

Некоторые шиноби добровольно остались убирать поле боя, с содроганием разбирая завалы.

— Ужас какой, ни одного целого тела. Земля вся изрыта воронками.

— Естественно! Все целые тела стали силой господина Каэдамы! Хех, так им и надо, этим ублюдкам из Облака! Нечего было на нас нападать! Вот и получили по заслугам!

— Господин Каэдама теперь один может удерживать целый фронт, верно? Если снова начнётся война, с таким ниндзя, как он, давление на нашу деревню уменьшится, а на врага — возрастёт.

— После этой битвы сила господина Каэдамы, должно быть, стала ещё больше. Раз Облако осмелилось послать сюда такой отряд, среди них наверняка было много сильных шиноби.

Ниндзя Конохи, испытывая благоговение, возбуждённо переговаривались. Многие молчали, но жадно ловили каждое слово.

Когда Цукаса вернулся в Коноху, в здании Хокаге горел свет.

— ...Вот так всё и было, господин Хокаге. К счастью, я не посрамил вашу честь, — доложил Цукаса, опустившись на одно колено.

— Вот как, Цукаса. Твои действия превзошли все мои ожидания. После этой ночи ты станешь знаменитым и могущественным шиноби, — сказал Третий Хокаге, тоже удивлённый. Он смотрел на стоявшего перед ним юношу.

Неужели он так незаметно вырос до такого уровня? Поистине поразительный потенциал.

— Это всё благодаря неустанной поддержке и воспитанию деревни, — почтительно ответил Цукаса. — Без деревни я бы не смог изучить столько техник и уж тем более не получил бы доступ к такому высшему запретному дзюцу, как Поглощающая Печать Мёртвого Демона. Без этого у меня не было бы нынешней силы. Для меня честь — использовать силу, полученную от деревни, чтобы помочь ей.

— Там, где танцуют листья, рождается пламя. Глядя на тебя, я понимаю, что все эти годы поступал правильно, — Третий Хокаге становился всё более доволен.

Какими бы ни были глубинные мотивы Цукасы, по крайней мере, на поверхности все его действия соответствовали правилам деревни. А ко всем, кто готов был следовать правилам, Третий Хокаге относился с нескрываемым одобрением.

Он знал, что и Данзо, и Орочимару втайне занимались тёмными делами, но никогда ничего не говорил. Кто-то должен был взять на себя бремя тьмы и превратить её в силу, укрепляющую деревню.

Теперь к ним просто добавился ещё и Каэдама Цукаса. Учитывая характер Третьего Хокаге, он вполне мог это стерпеть.

— Каэдама Цукаса, через несколько дней я официально назначу тебя элитным джоунином. С этого момента ты фактически станешь одной из опор деревни.

— А? Не слишком ли это быстро? Великая война шиноби уже закончилась, и такое прямое назначение...

— Это, наоборот, воодушевит людей. Многие будут брать с тебя пример. Помни о своих истоках. Даже если ты не сможешь вечно стоять в лучах славы, не позволяй своей душе погрузиться во тьму, — улыбка Третьего Хокаге была очень доброжелательной.

Цукаса тут же согласился. Обещания ничего не стоят.

— И ещё одно. Я уже некоторое время размышлял об этом, и сейчас, думаю, настал подходящий момент, — Третий Хокаге раскурил трубку. — Ты уже можешь стать наставником отряда и заняться воспитанием достойных преемников.

— Наставником отряда... Понятно. Значит, и я достиг того возраста, когда могу набирать подчинённых, — улыбнулся Цукаса.

Он не возражал, так как это был необходимый этап.

Более того, отношения между наставником и тремя его подопечными по своей сути были отношениями начальника и подчинённых. То, что они будут называть его «сенсей», не означало, что он действительно будет считать их своими учениками. На словах — да, но по факту — это были отношения вышестоящего и нижестоящих.

Настоящие отношения учителя и ученика — это как у Джирайи и Минато, или у Майто Гая и Рока Ли.

— Господин Хокаге, кто будет в моём отряде? Уже решено?

— Ещё нет. Нужно посмотреть, кто будет в ближайших выпусках, и подумать, кто может подойти к твоему стилю. Так они смогут научиться у тебя большему и быстрее вырасти, — успокоил его Третий Хокаге. — Не торопись, это не обязательно произойдёт в ближайшее время.

— Вот как. Тогда я полностью полагаюсь на ваше решение, господин Хокаге. На самом деле, я и сам очень хочу передать свои секретные техники Шидона надёжному преемнику. Просто не знаю, кто достоин такой чести. Если не найду сегодня, то, может, в следующем году или через год... Годы идут, и рано или поздно кто-нибудь, соответствующий моим требованиям, обязательно найдётся, верно? — усмехнулся Цукаса.

Как и ожидалось, на следующий день вся Коноха взорвалась.

Армия из одного человека, уничтожившая отряд вторжения Облака из сотен шиноби; молодой лидер клана Йотсуки, бросивший своих людей и сбежавший в одиночку... Любая из этих новостей по отдельности могла бы стать сенсацией в деревне.

По всей Конохе только и говорили об этом. На лицах людей читалась гордость за свою деревню. Как же хорошо, что в деревне появился такой особенный ниндзя! Коноха, без сомнения, — деревня номер один в мире шиноби, где сильные воины появляются один за другим!

Эта новость из Конохи быстро распространилась по другим городам Страны Огня, а затем и по всему миру шиноби.

Деревня Скрытого Облака была пригвождена к позорному столбу в качестве фона. Те, кто был в курсе, понимали, что Эй, сбежавший в одиночку, нёс на себе тяжкое бремя и должен был выполнить эту трудную миссию. Те же, кто не знал, подсознательно считали этого члена клана Йотсуки трусом, бросившим сотни товарищей. Бесполезный слабак!

Весь мир шиноби громко смеялся над Деревней Облака.

— Деревня Облака? Ха-ха-ха, я слышал, эта деревня славится своим единством, и вот к какому результату это единство привело?

— Смешно! Расхождения между рекламой и реальностью — это нормально, но я не ожидал, что они будут настолько велики! Больше не буду заказывать миссии у Облака. Лучше обращусь в Коноху, найму их ниндзя. Пусть это и дальше, и дороже.

— Клан Йотсуки... Второй Райкаге был убит братьями Кинкаку и Гинкаку. Третий Райкаге после прихода к власти выглядел многообещающе, но кто бы мог подумать, что будущий Четвёртый Райкаге окажется таким ничтожеством? Был разбит Каэдамой Цукасой и с позором бежал!

Любой, кто хоть немного разбирался в политической структуре Деревни Облака, знал, что пост главы деревни был практически частной собственностью клана Йотсуки. Даже думать не нужно было, чтобы догадаться, кто станет будущим Четвёртым Райкаге.

— Каэдама Цукаса... Я слышал, у этого человека есть прозвище «Гуль»? Не знаю, откуда оно пошло, но многие странствующие торговцы говорят об этом. Говорят, он один может собрать бессмертную армию. Сражаться с таким врагом — это, должно быть, настоящий кошмар.

— Сражаешься до изнеможения и в итоге понимаешь, что убивал лишь тех, кто и так уже был мёртв. Хочешь убить самого Цукасу, а он оказывается мастером пространственно-временных техник. Это просто ужасно.

Имя Конохи вновь прогремело на весь мир шиноби. Всё больше людей стекалось в деревню — туристы, торговцы, заказчики миссий, — принося Конохе нескончаемый поток доходов.

Экономика процветала как никогда раньше, превосходя все предыдущие периоды. Бюджет был полон, и огромные средства вкладывались в образование, технологии и оснащение ниндзя.

Это был благотворный цикл, на который другие деревни смотрели с завистью, но, как бы они ни ревновали, им приходилось признать, что нынешняя Коноха, похоже, вошла в период своего расцвета.

Но это не могло продолжаться вечно. Не бывает вечно процветающих деревень. Рано или поздно Коноха достигнет своего пика и начнёт угасать. Вопрос лишь в том, когда этот момент наступит.

Поэтому все деревни шиноби тайно начали наращивать мощь, вступая в ещё более агрессивную гонку вооружений. Все исследования, способные повысить боевую мощь, были запущены. Все средства для увеличения численности ниндзя были задействованы. По всей стране до предела выжимались людские, материальные и финансовые ресурсы, чтобы воспитать как можно больше шиноби.