0080. Не используй эту технику…

Джирайя был в полном оцепенении.

Произошло то, чего он боялся больше всего: Риннеган Нагато оказался на виду у опаснейшего человека.

По первоначальному замыслу Джирайи, он не зря покинул поля сражений Второй мировой войны и на три года затаился в Стране Дождя. Всё это было ради того, чтобы вырастить из Нагато самостоятельного шиноби, способного постоять за себя хотя бы в такой маленькой стране.

Что значит «постоять за себя»? Проще говоря, если Нагато не столкнётся с кем-то чудовищно сильным, вроде Ханзо, и захочет сбежать, он сможет это сделать. Это и был бы показатель успеха.

Джирайя планировал за три года довести Нагато до такого уровня, и, если бы не непредвиденные обстоятельства, этого времени было бы более чем достаточно.

Благодаря Риннегану Нагато от природы владел всеми пятью стихиями. Он с лёгкостью осваивал и применял любое обычное ниндзюцу, что давало ему огромный тактический арсенал в бою, позволяя в любой момент использовать технику, подавляющую противника.

Добавьте к этому мощное зрение и сенсорные способности Риннегана, а также таинственные додзюцу, в существовании которых Джирайя был уверен, хоть и не знал их сути, — и Нагато мог бы процветать в такой маленькой стране, как Страна Дождя.

К тому же, у Яхико была светлая голова, и он умел принимать решения, что компенсировало нерешительность и робость Нагато. А с бумажным ниндзюцу Конан в качестве поддержки эта троица смогла бы твёрдо встать на ноги в нейтральной Стране Дождя, держась подальше от распрей Пяти Великих Наций и оставаясь незамеченной для опасных шиноби.

Это был идеальный план. Нагато уже почти закончил обучение и должен был набираться опыта в этой «деревне для новичков», прокачиваясь на местных заданиях. Но почему всё вдруг пошло наперекосяк?

Почему столько ниндзя из «Корня» явились в Страну Дождя целой группой? И как они вообще узнали о Нагато?

Джирайю захлестнула волна шока и ярости.

Данзо же, напротив, обуревали восторг и изумление.

По правде говоря, в его возрасте, пережив две мировые войны и проведя бесчисленные годы в тени, мало что в этом мире могло по-настояшему всколыхнуть его душу.

В последний раз он испытывал подобный восторг, когда узнал о технике Кисё Тэнсэй Каэдамы Цукасы.

— Неужели… Риннеган… — не удержался и произнёс подавленным голосом Данзо.

Уши Дзинаи дёрнулись, и он тут же перевёл взгляд на Нагато. Встретившись с этими необычными глазами, которые даже в тусклом свете дождливых сумерек излучали незримое давление, он тоже был потрясён.

Все ниндзя из «Корня» посмотрели туда же, и среди них прошло волнение.

— Риннеган?
— Это же просто легенда, глаза Мудреца Шести Путей?
— Раньше была легенда, а теперь — нет.

Дзинаи вынул свой меч и поднял его горизонтально, пресекая обмен информацией между бойцами. Глядя на Джирайю, он сказал:
— Теперь понятно, почему ты предпочёл покинуть войну, совершив поступок, равносильный предательству, и остался в Стране Дождя. Всё сходится. Ты замышлял заполучить Риннеган.
— Твой рот так воняет, ты что, перед приходом сюда дерьма наелся? Смотри не загрязни эту нейтральную страну, — огрызнулся Джирайя. — А я, между прочим, их учитель.
— Учитель или начальник — по сути, это лишь разные формы одного и того же замысла, — холодно хмыкнул Дзинаи. Он не верил, что Джирайя действовал бескорыстно.

На самом деле, поначалу у Джирайи и в мыслях не было ничего подобного в отношении троицы.

Когда он, Цунаде и Орочимару проиграли Ханзо, но получили его обещание, что Скрытый Дождь выйдет из войны, они собирались покинуть страну. Именно тогда Джирайя и встретил Нагато, Яхико и Конан. Ещё не зная о Риннегане, он, повинуясь какому-то внутреннему чувству и не слушая уговоров Орочимару и Цунаде, решил остаться и некоторое время их обучать.

Но тогда он вряд ли собирался задерживаться на три года — ведь Коноха всё ещё воевала со Скрытым Песком и Скрытым Камнем. Лишь когда он узнал о Риннегане Нагато, Джирайя поверил, что нашёл дитя из пророчества, и решил посвятить три года его воспитанию.

Но Дзинаи, очевидно, в это не верил. Кто станет делать что-то без выгоды? Тем более ученик Хокаге, который самовольно покинул войну. Разве не потому, что обнаружил Риннеган и захотел присвоить его себе?

— Контролировать обладателя Риннегана — тоже отличный способ заполучить его, Джирайя. Кажется, я тебя недооценивал.

Дзинаи подал сигнал, приказывая всем приготовиться к бою.

Джирайя, взбешённый, принял боевую стойку.

— Вы, вонючие зазнайки из Конохи! — яростно закричал Яхико. — Вы хоть понимаете, что несёте? Только и слышно «замыслы», «корысть»! В этом мире ещё существует искренность, не всё измеряется выгодой, как у вас!
— Яхико, готовься к бою. С этими типами говорить бесполезно, — в Джирайе нарастала жажда крови.

Нагато, обладая самым острым восприятием, вздрогнул и тихо спросил:
— Учитель, вы собираетесь…
— Да. Я собираюсь убить их всех. Ни один из них не вернётся отсюда живым.

Широкая и мощная спина Джирайи ростом в метр девяносто дарила Нагато невероятное чувство безопасности. Ничто так не успокаивало его, как исходящая от учителя смертоносная аура.

«Значит, учитель Джирайя не такой, как они говорят, у него нет злых умыслов, и он не охотится за моим Риннеганом», — подумал Нагато.

На уродливом от злости лице Яхико появилась вымученная улыбка:
— Это в духе учителя Джирайи. Я знаю, как тяжело вам далось это решение, но, если подумать, это действительно лучший выход. Мне жаль, что вам придётся поднять руку на товарищей из своей деревни.

«Сердце Джирайи, должно быть, разрывается от боли», — был уверен Яхико. Убив столько шиноби из своей деревни, да ещё и из «Корня», во главе которого стоит влиятельный человек, он станет стопроцентным предателем.

Стоило им начать, и пути назад уже не будет. Останется лишь одно — убедиться, что ни один живой свидетель не вернётся в Коноху.

Взмах!

Джирайя стремительно сложил печати.

— Ниндзюцу: Техника Львиной Гривы!

Его длинные белые волосы внезапно начали расти, подобно лианам устремляясь к ниндзя из «Корня».

— Рассредоточиться! — крикнул Дзинаи.

Бойцы «Корня» разбежались в стороны, но, приземлившись на землю, обнаружили, что по обеим сторонам уже расставлены ловушки.

Грубые ловушки — просто ямы с острыми кольями на дне и несколькими взрывными свитками.

Но весьма эффективные. Угодившему туда живому существу был конец.

Более того, Джирайя, ожесточившись, обхватил волосами двух ниндзя «Корня» и на месте задушил их. Затем, мотнув головой, он хлестнул волосами по горизонтали, заставляя приземлявшихся бойцов падать прямо в ловушки.

Бум! Бум! Бум! Бум!

Раздалось несколько взрывов, и ещё один ниндзя из «Корня» погиб.

— И это всё? Ваша подготовка ограничилась таким уровнем?

Дзинаи, вложив чакру в свой клинок, одним ударом разрубил волосы Джирайи. Его голос был ледяным, он нисколько не беспокоился о смерти подчинённых.

Всего в Страну Дождя вошло двадцать пять бойцов «Корня». Десять отправились отвлекать Ханзо, а из пятнадцати оставшихся погибли трое самых слабых. Это не было большой потерей.

В этот момент в бой вступили Яхико и Конан. Бумажное ниндзюцу последней заставило даже Данзо взглянуть на неё повнимательнее.

— Неудивительно, что вы смогли расставить столько взрывных свитков. Оказывается, у вас есть шиноби особого типа, что сражается с помощью талисманов, — Дзинаи приземлился на землю и молниеносным выпадом нацелил свой меч в шею Джирайи.

Множество бойцов «Корня» сгруппировались вокруг, но не стали бездумно атаковать различными техниками. Им нужно было захватить Нагато живым.

Остальные могли и умереть. Даже Джирайя. Если представится возможность, они убьют и его.

«Корень» действует по принципу «сначала казнь, потом доклад». Данзо дал на это особое разрешение.

А что скажет Третий Хокаге, когда узнает об этом? Об этом можно не беспокоиться. Захватив Нагато и убив Джирайю, Данзо просто не допустит, чтобы Третий Хокаге узнал о произошедшем.

Данзо собирался забрать Риннеган себе!

«Даже трёхтомойный Шаринган позволяет использовать такое додзюцу, как Изанаги. Говорят, у Мангекьё Шарингана тоже есть свои уникальные техники… Какими же будут техники Риннегана? Я с нетерпением жду этого».

Сердце Данзо пылало. Он был уверен, что это станет его сильнейшим оружием, которое позволит ему выйти из тени и повести Коноху к победе над другими деревнями.

Что какой-то рыжий мальчишка может понимать в Риннегане? Скорее всего, он даже не разобрался в его додзюцу, не говоря уже о том, чтобы их использовать.

Множество фигур ринулись в атаку. Хотя сторона Джирайи и захватила инициативу, они быстро оказались в проигрышном положении.

Ничего не поделаешь. Если бы он один сражался с таким количеством ниндзя «Корня», было бы проще. Но сейчас ему приходилось защищать Нагато, Яхико и Конан, и он не мог сражаться в полную силу.

Действия Нагато удивили всех. Он с лёгкостью использовал техники разных стихий и с ясной головой всегда применял нужную стихию в нужный момент, заставляя атакующих его бойцов «Корня» отступать.

Джирайя был несказанно рад.

«Отлично, раз так, я тоже могу немного развязать себе руки. Техника Призыва!»

Джирайя призвал несколько жаб, которые вступили в бой и на короткое время стабилизировали ситуацию.

Он и сам был на уровне Каге, с проработанной боевой системой, включающей дальний и ближний бой, тайдзюцу и ниндзюцу. К тому же, на его стороне сражались жабы с горы Мьёбоку, так что он не был обречён на одиночную битву. Можно сказать, Джирайя был идеальным ниндзя без слабых мест, за исключением нелюбви к гендзюцу.

Именно таким и должен был быть шиноби, о котором мечтали в Конохе, — совершенный воин. Но сейчас этот совершенный воин уровня Каге сражался с ниндзя из «Корня».

Время от времени падал очередной боец «Корня», но Яхико и Конан тоже получили ранения. Численное превосходство противника было неоспоримым.

Вокруг бушевали техники стихий Воды, Молнии и Земли. Шум стоял невероятный. Данзо постепенно терял терпение. Наконец, он перестал отсиживаться в стороне и применил своё коронное дзюцу — стихию Ветра.

— Стихия Ветра: Вакуумная Волна!

Данзо выдохнул мощный порыв ветра, который пронзил стоявшую перед ним жабу. Затем он оттолкнулся от её головы и, используя эту силу, устремился к Нагато.

— Такая стихия Ветра… ты — Шимура Данзо! Как такой человек, как ты, оказался здесь?! — Джирайя был ошеломлён. Это дало Дзинаи возможность с мечом наперевес приблизиться вплотную, вынудив Джирайю применить «Ниндзюцу: Игольчатый Дзидзо».

Его волосы превратились в острые иглы и, продолжая расти, надёжно укрыли его самого, а затем вытянулись дальше, защитив Яхико и его друзей от атаки с одного из флангов.

Хлоп!

Данзо сорвал с лица маску и бросил её на землю.
— Джирайя, твои действия равносильны предательству. Ты обнаружил Риннеган, но не доложил деревне. Пришлось мне лично прибыть в Страну Дождя, чтобы всё выяснить. Хирузену должно быть стыдно, что он вырастил такого ученика.
— Сразу начинаешь вешать ярлыки и ставить себя на пьедестал морали. Это в твоём стиле… Предатель я или нет, решать только Третьему старику. Ты не Хокаге, у тебя нет на это права. И я не обязан отчитываться перед тобой о своих действиях. Война окончена, и я больше не твой подчинённый.

Джирайя не поддался на провокацию, его взгляд становился всё холоднее.
— Должен ли я гордиться тем, что заставил такого гордеца, как ты, скрывать своё истинное лицо?
— Не заблуждайся. Я сделал это не из-за тебя. И даже не из-за Риннегана. Я сделал это ради Каэдамы Цукасы. Впрочем, это уже неважно. Когда есть возможность получить Риннеган, ни ты, ни Каэдама Цукаса уже не так важны, как раньше, — сказал Данзо.
— Каэдама Цукаса… опять он… Мои жабы собрали в Стране Дождя кое-какие слухи об этом пареньке. Кажется, он стал довольно неплохим шиноби? Что, он тоже, как и я, «предаёт деревню», раз уж тебе, главе «Корня», пришлось лично взяться за дело?

Джирайя сыпал колкостями, а его мозг лихорадочно работал, взвешивая последствия убийства Данзо. Но тут он застыл в изумлении.

Он увидел трёхтомойный Шаринган в другом глазу Данзо.

— …Шаринган? Да ещё и трёхтомойный? Даже в клане Учиха такие глаза — редкость. Как он попал к тебе?! Шимура Данзо, ты безумец, как ты мог…

Джирайя внезапно замолчал. Ведь сейчас он сам делал то же самое — поднимал руку на товарищей, и отступать он не собирался.

— Этот мир сошёл с ума. Это и есть Шаринган, о котором говорил учитель? Но он у этого старика… У меня такое чувство, что у каждого здесь размыты понятия о добре и зле, — Яхико тоже был потрясён. Он не верил, что Данзо мог получить этот глаз законным путём.

Услышав это, Данзо медленно произнёс:
— Не стоит удивляться, юноша из Страны Дождя. Мир по своей сути сер, и каждый человек тоже. Ты просто погрузился в сладкие грёзы, сотканные для тебя Джирайей, и не видел реального положения дел. Но я могу дать тебе такую возможность.
— Ха, красиво говоришь! А сам разве не хочешь заполучить Риннеган Нагато? Если мы тебя послушаем, боюсь, твой здоровый глаз очень скоро превратится в Риннеган! — Яхико встал перед Нагато. Он знал, что тот нерешителен, и не собирался давать врагу шанса переубедить его словами.

Джирайя с удовлетворением посмотрел на эту сцену. Именно такого союза он и желал: товарищи доверяют друг другу и своими сильными сторонами компенсируют слабости других.

— Поверхностно.

Данзо покачал головой.
— Этого обладателя Риннегана зовут Нагато? Если бы я мог взять такого человека в свои ученики, зачем мне вырывать его глаза? То, что я мог бы сделать с его Риннеганом, почему бы просто не воспитать его и не позволить ему сделать это самому с помощью пары его глаз?

Он и вправду не собирался сразу же вырывать глаза.

Риннеган — вершина Трёх Великих Додзюцу, легендарные глаза. Их повторное появление, казалось, подтверждало, что Мудрец Шести Путей был реальным человеком, а не мифическим персонажем.

В таком случае, есть ли какая-то тайная связь между этим Нагато и Мудрецом Шести Путей? Реинкарнация? Отец и сын? Учитель и ученик? Какая бы из версий ни была верной, в этом определённо крылась какая-то важная тайна.

Пока он не разберётся в этой скрытой нити мира, пока не убедится, что Нагато не способен раскрыть силу Риннегана, Данзо не станет прибегать к такому недальновидному шагу, как вырывание глаз.

Предположим, ему всё же придётся это сделать. Это могло произойти лишь в нескольких случаях.

Во-первых, если силу Риннегана может использовать не только Нагато, но и любой, кто завладеет глазами. Но Данзо ничего не знал о Риннегане, а в Конохе не было никаких записей о его пересадке, так что действовать наобум было бы безрассудно.

Во-вторых, если мировоззрение Нагато отклонится от нужного курса, и Данзо не сможет заставить его действовать по своей воле. Тогда останется только забрать глаза.

В-третьих, если Риннеган обладает какой-то техникой, ради которой Данзо будет готов пойти на убийство курицы, несущей золотые яйца.

Впрочем, Данзо подумал и решил, что это маловероятно. Больше всего ему нужны были долголетие и сила.

Пока есть Каэдама Цукаса, он теоретически мог обладать долгой жизнью, сохраняя при этом своё нынешнее пятидесятилетнее тело, что было вполне приемлемо. А с достаточным количеством времени сила сама будет расти по мере тренировок.

Даже если Риннеган, как следует из его названия, действительно дарует способность к реинкарнации и воскрешению мёртвых, для Данзо это не было предметом первой необходимости.

К тому же, Данзо и без подсказок понимал, что цена за использование такой техники должна быть огромной. Если бы ему это понадобилось, он предпочёл бы воспитать Нагато и заставить его сделать это.

— Иди ко мне, Нагато. Какой смысл следовать за таким глупцом, как Джирайя? Иди ко мне! Я — один из высших чинов Конохи. Стань моим единственным учеником, и вся деревня будет принадлежать тебе.

Данзо протянул руку к Нагато.
— Ты владеешь техниками всех стихий, но выучил слишком мало дзюцу. Если захочешь, я обучу тебя всем техникам Конохи, включая самые опасные и могущественные запретные дзюцу! Обладая Риннеганом, ты должен знать их все. Твои мечты, всё, что ты ценишь, будут защищать все шиноби Конохи. Твою волю будут исполнять десятки тысяч ниндзя Страны Огня, рискуя своими жизнями. Просто кивни, и всё это станет твоим.

На мгновение сердце Нагато действительно дрогнуло — слишком уж прекрасную картину нарисовал Данзо. Но это было лишь мимолётное волнение, даже не симпатия.

— Шимура Данзо… это ведь ты привёл войска Конохи в Страну Дождя и развязал Вторую мировую войну шиноби, верно? — внезапно спросил Нагато.

Данзо кивнул.
— Верно, это сделал я. Коноха должна покорить другие деревни. Всё должно принадлежать Конохе, и тогда больше не будет войн.
— Тогда всё ясно. Мои родители погибли в этой войне, развязанной вами. Их убили ваши же ниндзя из Конохи… Раньше, благодаря учителю Джирайе, моё мнение о Конохе изменилось. Я даже собирался отказаться от мести и стремиться к более великой мечте. Но ты напомнил мне, что Коноха осталась той же, и те, кто совершил преступления, по-прежнему занимают высокие посты.

Лицо Нагато исказилось. Он вспомнил тот кошмарный день, когда его родители, чтобы добыть еды для выживания, вынуждены были рискнуть и выйти наружу. Их обнаружили и на месте убили ниндзя Конохи.

И хотя ниндзя тут же извинились, сказав, что не ожидали увидеть мирных жителей в зоне боевых действий, какой в этом был смысл? Людей уже было не вернуть!

— Нагато… — Джирайя с тревогой посмотрел на состояние ученика. Его раздирали противоречия. Он хотел, чтобы Нагато шёл своим путём, не поддаваясь чужому влиянию и неся перемены в мир, но не хотел, чтобы ради этой цели он нападал на Коноху.

Тем более что между Нагато и Конохой стояла кровная месть за родителей.

— Вот как? И это единственная причина? — на лице Данзо не дрогнул ни один мускул, а в глазах читалось явное разочарование. — Ты, обладатель Риннегана, возможно, второй Мудрец Шести Путей, сомневаешься во мне из-за такой мелочи?
— И этой причины недостаточно?!

Нагато вдруг впал в ярость. Его лицо исказилось, сердце бешено заколотилось, и он тяжело задышал.
— Это были мои мама и папа!
— Бывшие родители, всего лишь. Судя по твоей внешности, ты, вероятно, потомок клана Узумаки. Значит, как минимум один из твоих родителей бежал в Страну Дождя после уничтожения Страны Водоворотов… Хотя я не понимаю, как ты, будучи потомком Узумаки, получил Риннеган, это определённо не связано с твоей кровью.

Что за шутки. Если бы у клана Узумаки был такой кеккей генкай, как Риннеган, то он должен был быть и у клана Сенджу, ведь эти два клана были кровно близки и во многом могли считаться одним целым.

Даже такой могущественный шиноби, как Хаширама Сенджу, владел лишь стихией Дерева, и это не имело никакого отношения к Риннегану. Какой-то потомок Узумаки уж точно не мог получить Риннеган благодаря своей крови — этот анализ Данзо считал очень логичным.

Риннеган, вероятно, вообще не был кеккей генкай. Чтобы получить такие глаза, возможно, требовалось вмешательство чего-то вроде судьбы.

Видя, что Нагато вот-вот выйдет из себя и, рыча, сложит печати для какой-то опасной техники, Данзо, не дожидаясь, пока Джирайя его остановит, холодно произнёс:
— От твоих умерших родителей ведь остались останки? Хотя бы косточка? Так воскреси их, и всё. Такое простое дело стало предлогом для твоей злости на меня. Ты и вправду ещё неопытный юноша без собственного мнения, которого Джирайя сбил с пути.

Движения Нагато замерли, выражение его лица застыло.

Воскресить? Такое… возможно?

— Эй, Данзо, ты слишком легко говоришь о воскрешении. Не слишком ли жестоко обманывать Нагато такими детскими уловками? — сурово произнёс Джирайя. — Ты говоришь, что для воскрешения нужны лишь останки. Неужели ты имеешь в виду ту технику, что оставил Второй Хокаге? Ты совсем спятил! Это не воскрешение! Нагато, он тебя обманывает!
— Техника Нечистивого Воскрешения — неплохое запретное дзюцу, способное призвать душу мертвеца из Чистого Мира в мир живых и таким образом достичь цели воскрешения. Но я говорю не об этом и не ценю эту технику.

Голос Данзо был абсолютно спокоен. Он говорил о воскрешении так, будто это было всё равно что сорвать сорняк у дороги.

К тому же, он всё равно не смог бы освоить Нечистивое Воскрешение. Эта техника была слишком сложна для изучения. Даже Орочимару, изучавший её несколько лет, кажется, так и не овладел ею.

Поведение Данзо на мгновение ошеломило Джирайю и остальных.

— У меня есть техника, которая также может воскрешать мёртвых. Узумаки Нагато, если ты захочешь, я воскрешу для тебя твоих родителей, чтобы избавить тебя от недовольства мной. А через несколько лет, когда ты станешь достаточно сильным, ты сможешь стать следующим Хокаге Конохи. Тогда ты сможешь воскрешать кого захочешь. Все твои сожаления будут исправлены, а все мечты — исполнены.
— Такой техники не может существовать! Её нет даже в Свитке Печатей! — недоверчиво воскликнул Джирайя.
— Это потому, что ты невежественен. Техника, обращающая вспять жизнь и смерть, уже в моих руках.

Данзо снова протянул руку к Нагато.
— Иди ко мне. Иди сюда.
— Я потомок Узумаки?.. И к тому же…

Нагато был перегружен информацией. Он растерянно и беспомощно посмотрел на Джирайю.

Джирайя не доверял Данзо. Как ни крути, он считал, что тот лжёт. Техника воскрешения, обращающая вспять жизнь и смерть… это было просто… Постойте!

— Данзо, та техника, о которой ты говоришь, неужели она связана с тем шиноби, что использует Шидон, Каэдамой Цукасой? Ты лично пришёл в Страну Дождя, потому что хотел разведать информацию о нём и заполучить его технику воскрешения, верно?

Джирайя вспомнил свою встречу с Каэдамой Цукасой. Тогда они не поладили и едва не подрались.

Даже сейчас Джирайя относился к Цукасе с огромной настороженностью. Он до сих пор не понял, с кем тот тогда сражался. Слишком много было загадок.

А теперь в это дело впутался ещё и Данзо, который, возможно, нацелился на Цукасу…

Неужели за те два с лишним года, что он отсутствовал в деревне, появился настолько примечательный человек? Может, он и не был так уж силён, но его Шидон привлекал всеобщее внимание.

Данзо проигнорировал Джирайю и пристально смотрел на Нагато.

— Откажись, Нагато, — прямо сказал Яхико. — Я не верю, что этот скрытный тип надёжнее учителя Джирайи. Даже если и воскрешать твоих родителей, мы можем попросить учителя Джирайю найти того Каэдаму Цукасу, а не полагаться на Данзо! А что касается становления Хокаге в Конохе, ты же не принял это всерьёз?

Яхико не верил ни единому слову Данзо.

— Хорошо, тогда я отказываюсь, — тут же ответил Нагато.
— …Ты, обладатель Риннегана, слушаешься какого-то простолюдина. В твою голову вбили слишком много лишних мыслей, и ты не можешь ясно судить своими глазами. Что ж, тогда мне придётся силой доставить тебя обратно и заставить своими глазами увидеть всё, что я тебе описал. В будущем ты поймёшь.

Данзо бросил взгляд на Яхико. Ему очень хотелось контролировать этого парня с помощью гендзюцу Шарингана, но Джирайя всё время был начеку.

— Дзинаи, в атаку! Остальные не важны, живы они или мертвы — всё равно. Но Нагато нужно доставить в деревню живым, — приказал Данзо и сам бросился вперёд.

Серьёзный Данзо, чьё тело ещё не было изменено клетками Хаширамы и множеством Шаринганов, проявил всю решимость Тени Шиноби и первым ринулся в бой.

— Учитель, я хочу использовать одну технику, но не уверен, какой будет эффект, — сказал Нагато, собираясь, повинуясь инстинкту Риннегана, призвать что-то.

Казалось, всё достигло точки невозврата.

Но в этот самый момент прибыл Ханзо с сотней своих ниндзя, окружив Джирайю и людей Данзо.

— Ханзо Саламандра, похоже, ты так и не усвоил урок. Хочешь развязать войну между Конохой и Скрытым Дождём? Что ж, я готов принять вызов.

Данзо оставался холоден, даже сейчас жалея, что не успел взять Нагато под контроль.

Он ведь говорил правду и действительно был готов воспитывать Нагато как своего преемника — хотя сначала пришлось бы промыть ему мозги, ведь Джирайя уже вложил в него слишком много всякого мусора.

Он мог стать единственным учеником Шимуры Данзо, мог в будущем, как обладатель Риннегана, претендовать на пост Четвёртого Хокаге и, скорее всего, преуспел бы. Почему Нагато отказался?

Сам Нагато ни черта не понимал. Во всём виноват Джирайя, который испортил такое важное дело, что даже Ханзо успел прийти.

— Как оживлённо. Высший чин Конохи сражается с учеником Хокаге, и уже есть жертвы… Кто-то из вас предал Хокаге? — Ханзо оглядел поле боя и едва не рассмеялся.

И Джирайя, и Данзо были его старыми знакомыми, и с обоими у него были счёты. Видеть, как эти двое убивают друг друга, было для Ханзо истинным наслаждением.

Лишь после этого Ханзо уделил немного внимания троице и, увидев Нагато, уже не мог отвести взгляд.

— Риннеган?!

Ханзо был в шоке. Эта штука действительно существует?

— Отойди, Ханзо. Это не то, на что ты имеешь право посягать. Это вещь Конохи, и человек, обладающий этими глазами, тоже из Конохи.
— Не говори так самоуверенно. Этот человек, должно быть, гражданин моей Страны Дождя. Хотя не знаю, когда он успел последовать за Джирайей. Но я должен поблагодарить тебя, Джирайя. Ты нашёл для меня выдающегося шиноби.

В душе Ханзо зародилась жадность, и инстинкт подсказывал ему забрать Нагато. Но он медлил с решением.

Причина была проста: в этот период Ханзо уже начал становиться более осторожным.

Будучи лидером маленькой страны и воочию увидев масштабы войны между великими деревнями и их нескончаемый поток гениев, пыл Ханзо начал угасать.

Через несколько лет он станет ещё более осторожным, полностью закроет Страну Дождя, запретит въезд чужакам и выезд своим. Нарушителей ждёт смерть.

Ханзо, обладая силой мирового уровня, в будущем будет относиться к своей безопасности с маниакальной тщательностью. Даже его доверенные лица не смогут приближаться к нему и будут докладывать, находясь за ширмой.

Конечно, это можно было понять и по-другому: Ханзо был опорой Страны Дождя, и ради неё он не мог позволить себе пасть. Поэтому он старался избегать любых рисков и не оставлять никаких уязвимостей.

Но сейчас Ханзо ещё не дошёл до такой крайности, поэтому лично отправился на поиски Джирайи и Данзо.

— Обладатель Риннегана — ученик Джирайи, а значит, он в любом случае человек Конохи, внучатый ученик нынешнего Хокаге! — холодно сказал Данзо. — Ты не имеешь права его задерживать ни под каким предлогом, иначе это будет объявлением войны Конохе, и тогда я лично поведу армию шиноби на тебя.

Ханзо окончательно убедился в решимости Данзо и уже собирался отказаться от Риннегана, чтобы сбросить с себя эту проблему.

Да, для Ханзо Риннеган был проблемой. Получив его, он не обязательно обрёл бы счастье, а лишь привлёк бы неусыпное внимание великих деревень. Потеряв его, он, наоборот, оказался бы в большей безопасности.

Таков был политический принцип Ханзо.

— Хорошо, тогда я не буду вмешиваться в ваши внутренние разборки ниндзя Конохи. Кому бы в итоге ни достался Риннеган, вы должны покинуть эту страну, — Ханзо пошёл на уступку.

— Нет! Ты должен помочь мне захватить Риннеган! — резко заявил Данзо.

— …? Ты же только что говорил, что это ваши дела, и не велел мне вмешиваться?
— Если ты поможешь мне, значит, ты поможешь Конохе.
— Тогда я выступлю против ученика Хокаге. Кто знает, может, Джирайя станет Четвёртым Хокаге?
— Ты поможешь мне убить Джирайю, а потом поможешь мне и моему ученику стать Четвёртым Хокаге, и всё будет в порядке.
— ???

Ханзо посмотрел то на Данзо, то на Джирайю, и у него поднялось давление.

Не вмешиваться нельзя. А если вмешаться и помочь Данзо убить Джирайю? Тогда он всё равно привлечёт внимание Конохи.

— Господин Ханзо, вы прекрасно знаете, чего стоят слова Тени Шиноби. Но я другой, я сдержу слово. Если вы поможете мне сдержать Данзо, я немедленно покину эту страну со своими учениками, — воспользовался моментом Джирайя.

Ханзо погрузился в молчание. Через несколько секунд он вздохнул:
— Что ж, тогда прости… Джирайя!

Он выхватил свой серп и метнул его в сторону Джирайи.

— Ханзо, ты с ума сошёл!
— Да, я сошёл с ума. Может, мне вообще не следовало в это ввязываться, а просто позволить вам, чужакам, убивать друг друга в моей стране. Тогда и не было бы сейчас этих проблем.

— Ты прав, — сказал Ханзо. — Словам Тени Шиноби нельзя верить. Но Тень Шиноби действительно способен привести сюда армию и напасть на Страну Дождя. Он на это способен. А ты — нет.
— Данзо не Хокаге! Мой учитель — Хокаге!
— Данзо может сначала сделать, а потом получить одобрение Хокаге. А ты можешь?
— Что это за бредовая логика!

Услышав это, Джирайя понял, что переговоры окончены. На душе у него было горько. Кто бы мог подумать, что способ заставить такого сильного воина, как Ханзо, подчиниться — это низкий моральный порог и хорошие отношения с Хокаге?

Действительно, Джирайя снова от всего сердца почувствовал, что не подходит на роль Четвёртого Хокаге. Политика — такая утомительная вещь. Оказывается, хорошие отношения с верховным лидером важнее справедливости, принципов и способностей.

Данзо несколькими фразами принудил к сотрудничеству такого могущественного ниндзя, как Ханзо. Джирайя даже не знал, что сказать.

— Нагато, Яхико, Конан, я сейчас создам вам возможность для побега. Если вы останетесь, то не только погибнете, но и станете для меня обузой, — сказал Джирайя, стоя к ним спиной.

— Учитель…

Они поняли, что Джирайя собирается пожертвовать собой, чтобы задержать врагов и дать им время сбежать.

Слёзы тут же навернулись им на глаза. Они ненавидели свою слабость, и ещё больше ненавидели себя за то, что навлекли на учителя Джирайю такую беду!

— Учитель, вы против стольких врагов, в конце концов… мы не можем бросить вас и сбежать! Если умирать, то вместе… — дрожащим голосом сказала Конан.
— Не волнуйся, Конан. Я ведь Жабий Отшельник, меня не одолеть этим парням. Ещё посмотрим, кто кого убьёт, — Джирайя повернул голову и, несмотря на проливной дождь, улыбнулся.

— …Понятно, учитель. Нагато, Конан, держитесь за мной. Мы должны выжить, чего бы это ни стоило, — Яхико первым принял решение. В такой отчаянной ситуации другого выхода не было. Если нужны были жертвы, то пожертвовать можно было всеми, кроме Нагато.

— Ора-ора-ора!!! Настало время великого Джирайи показать всю свою мощь! И Тень Шиноби, и Полубог — все падут к моим ногам! Жаль только, что свидетелей этого зрелища маловато.

Джирайя, встав на спину жабы, затряс волосами и принял эффектную позу.

Все смотрели на него. Никто не произносил ни слова. Атмосфера была невероятно тяжёлой и печальной. Яхико, Нагато и Конан чувствовали такую боль, будто их сердца вот-вот разорвутся.

«Раз так, я тем более должен попробовать использовать ту технику призыва… Что же она призовёт?»

Нагато, всё это время молчавший, под пристальными взглядами всех присутствующих решительно начал складывать печати.

Его действия привлекли всеобщее внимание.

— Нагато, что ты… — с недоумением спросил Джирайя.
— Учитель, я хочу попробовать. Если получится, это точно переломит ситуацию. Я должен верить своим глазам и силе, которую они мне дают, — громко сказал Нагато.

— Интересно, неужели это додзюцу Риннегана? — пробормотал Данзо.
— Но по печатям это похоже на технику призыва. Какая связь между додзюцу Риннегана и призывом? — размышлял Ханзо.

Данзо и Ханзо внимательно следили за ним.

Наконец, в тот момент, когда Нагато уже собирался применить технику…

Бум!

Из-под земли внезапно вырвалась чёрная тень. От столь яростного движения её и без того полуразложившееся тело начало распадаться на части. Падая, эта фигура из последних сил сложила печать единственной уцелевшей рукой.

В следующий миг разлагающееся тело мгновенно исчезло.

На его месте возникла фигура в божественном одеянии. Широкие полы мантии медленно опускались. Он протянул руку и схватил Нагато за сложенные в печати руки, прерывая его технику.

— Ещё не время использовать эту технику, Нагато… можно тебя так называть? Ситуация ещё не безвыходная. К тому же, в своём нынешнем состоянии ты не сможешь её контролировать. Если применишь её силой, можешь столкнуться с последствиями страшнее смерти.

Нагато смотрел на человека перед собой, ошеломлённый.
— Ты… кто? — растерянно спросил он.
— Я? Хм, как бы это объяснить… Скажем так, я почувствовал, что здесь происходит что-то интересное, и решил заглянуть.

Каэдама Цукаса оглядел всех присутствующих.
— Правда, я не ожидал, что здесь будет так оживлённо.