0214: Возвращение предка в клан Учиха
По своей сути, Зецу — это живая, огромная информационная сеть. Чёрный Зецу был особенно хорош в этом: он мог идеально использовать корневую систему растений для передачи информации. Чёрный Зецу владел всем арсеналом Белого, но каждая его способность была несравнимо мощнее.
А вот Тоби — случай особый. Он — истинное Дитя Божественного Древа. Впрочем, и Мадара, и Обито признавали лишь его невероятную силу и пользу в качестве помощника, но по-настоящему не отделяли его от прочих Белых Зецу.
Возможно, Тоби — это именно тот Белый Зецу, которого на самом деле хотела создать Кагуя. Скорее всего, он — лишь полуфабрикат, переходная форма на пути к тому, чтобы стать Человеком Божественного Древа.
— Становится всё интереснее.
Каэдама Цукаса наблюдал за всем, ничего не упуская. Его внимание было приковано не только к трём Учихам, сошедшимся в противостоянии, но и к Мадаре, который был готов нанести удар в любой момент.
Сегодня ночью одному из этих гениальных соклановцев придётся дорого заплатить. Обито считал, что Итачи должен стать его источником чакры. Шисуи был уверен, что Обито пора ответить за своё безрассудство. А Мадара решил, что это идеальный шанс напасть на Обито и вырвать у него Вечные глаза.
На самом деле, Цукаса не догадывался о намерениях Тоби, но это не мешало ему, как и всегда, уделять ему особое внимание.
Как-никак, это было Дитя Божественного Древа, чей статус подтверждён в официальных датабуках. До того как клан Ооцуцуки начал часто наведываться в мир шиноби, Тоби был единственным в своём роде уникальным созданием. И лишь с появлением Людей Божественного Древа можно было бы по-настоящему оценить всю ценность «Дитя Божественного Древа».
Жаль, что к тому времени Тоби уже давно был мёртв, и ни у кого не было возможности полностью раскрыть его скрытый потенциал.
«Принцип рождения Людей Божественного Древа заключается в объединении божественной техники Когтяная Метка (кит. 爪痕) с Десятихвостым, — размышлял Цукаса. — Это заставляет зверя временно войти в особое состояние, позволяя ему создавать клонов под названием Грязные Когти (кит. 爪垢)».
Эти клоны обладали лишь инстинктом безудержного поглощения. Вцепившись в человека, они могли мгновенно высосать всю его чакру и поглотить его самого. После этого клон постепенно превращался в дерево, полностью заключая жертву внутри.
Затем Десятихвостый ассимилировал гены этих людей и, в конечном счёте, порождал их копии, каждая из которых обладала Риннеганом. Так и появлялись Люди Божественного Древа.
Взрослый Саске, Казамацури Моэги и другие потерпели неудачу, будучи поглощёнными Грязными Когтями, а Десятихвостый тут же создал их копии.
Принцип действия Грязных Когтей был схож с тем, как действовал Тоби: им обоим нужно было «поглотить» человека и объединиться с его генами, Кеккей Генкай и силой, чтобы раскрыть свой потенциал.
Однако по уровню интеллекта и самосознания Тоби был несравненно выше Грязных Когтей, которые являлись лишь человекоподобными зверьми, движимыми инстинктами. Он также превосходил их в удобстве и гибкости — хотя бы потому, что мог с лёгкостью менять поглощаемых индивидов, что делало его особенно уникальным.
Никто не знал, какого уровня могло достичь это хаотично развивавшееся Дитя Божественного Древа, если бы пошло по верному пути. Не знал и Цукаса, но это не мешало ему по привычке уделять Тоби должное внимание.
И чем дольше он наблюдал, тем больше понимал, что что-то не так.
Обито внезапно замер на месте. У него было не больше десяти секунд на атаку, иначе, когда прибудут остальные члены клана Учиха, шансов у него не останется.
— Вот оно что. Так вот в чём дело, — усмехнулся Цукаса.
В это же время Обито кипел от гнева!
«Тоби, что ты творишь?! Зачем пытаешься отобрать у меня контроль над телом?»
«Прости, Обито. Тебе не следовало тратить время на это».
«Что за чушь? Захватив Итачи, я получу глаза, которые никогда не ослепнут! А потом я добуду и Риннеган!..»
«Это неважно. Ты гораздо важнее всего этого. Я больше не могу ждать».
— За те годы, что мы провели вместе, было не то чтобы весело, но и не так уж плохо, — ответил Тоби. — Могу лишь извиниться. Ты подходишь лучше всех.
«Хмф, не знаю, что ты задумал, но не думай, что сможешь так просто меня контролировать!»
Тоби действительно собирался взять тело Обито под контроль и сбежать с помощью додзюцу Охируме, но столкнулся с яростным сопротивлением. Не сумев напрямую управлять «Глазом, отражающим сердце», он решил прибегнуть к более грубому способу.
И тут, на глазах у сбитых с толку Итачи и Шисуи, Тоби заставил тело Обито медленно погружаться в землю.
Но тот, кто уже давно наблюдал за ними из тени, решил действовать.
Пшшш!
Обито издал истошный крик. Из его тела внезапно и без всякого предупреждения вырвалось множество чёрных стержней — острых, плотных, пронзивших насквозь даже белое тело Тоби, застав того врасплох.
— Что происходит? Шисуи, это твоя тайная техника? — вскричал поражённый Итачи.
Шисуи и сам с недоумением смотрел на происходящее. Он совершенно не ожидал такого странного поворота событий.
— Нет, это не я. Я не владею таким дзюцу.
Он понял, что между Обито и Тоби по неизвестной причине возник конфликт, и Тоби пытался утащить Обито с собой. Но в следующее мгновение они оба, кажется, подверглись атаке неизвестной техники... Неужели вмешался кто-то третий? Но кто?!
Именно в этот момент одна за другой стали появляться фигуры. Прибывшие на место Учихи быстро оцепили этот уединённый переулок.
Эти люди, изначально настроенные весьма грозно и готовые помочь Шисуи и остальным соклановцам сокрушить врага, ошеломлённо замерли, увидев происходящее.
«Несомненно, этот зелёный Сусаноо — додзюцу Шисуи. Неужели он может использовать Сусаноо, по силе не уступающее тому, что Хокаге-сама создаёт двумя глазами, всего одним?! Воистину гений клана!»
«Это... почему на земле лежит господин Обито? Судя по всему, он противник господина Шисуи, и Шисуи его одолел?»
«Эти странные чёрные стержни... это и есть додзюцу Шисуи?»
— Итачи, что здесь вообще происходит? Ты же должен был тренироваться с Шисуи, почему вы столкнулись с Обито?
На место прибыл лично Фугаку. Увидев эту сцену, он, с одной стороны, испытал облегчение, что с его сыном всё в порядке, а с другой — почувствовал надвигающуюся головную боль.
Даже самые недалёкие и вспыльчивые из присутствующих теперь стояли в замешательстве, не решаясь двинуться с места. Все примерно понимали, что произошло, но... почему?
— Отец, господин Обито хотел... — поспешно начал Итачи.
— Хотел провести с нами спарринг, чтобы помочь в тренировках. Верно ведь, Итачи? — прервал его Шисуи.
— Да, именно так. Но мы не знаем, почему господин Обито внезапно упал на землю.
Итачи и Шисуи ответили один за другим. Они не собирались на глазах у всех делать заявления, которые могли бы привести к расколу. Это навредило бы стабильности как клана, так и деревни. К тому же для Итачи всё это казалось слишком невероятным.
Обито назвал его реинкарнацией Индры и, ведя себя как ниндзя-отступник, напал на него. А Шисуи сказал, что сам напал на Четвёртого Хокаге, и тот в ответ вырвал у него глаз...
Даже высокий интеллект Итачи в этот момент дал сбой; его разум не успевал обрабатывать происходящее.
Неужели под маской мира и процветания скрывались такие тёмные течения? Он понял, что его прежние представления о клане и деревне были слишком поверхностны. Ему нужно было пережить ещё многое, прежде чем он сможет прийти к собственным выводам.
Крики Обито наконец стихли. Он тяжело дышал, и звук его дыхания походил на скрип сломанных мехов, отражая то ужасное состояние, в котором оказалось его истерзанное тело.
— Обито, мы все здесь. Что случилось? Кто на тебя напал?
Фугаку как глава клана без колебаний шагнул вперёд, намереваясь поближе рассмотреть чёрные стержни, пронзившие тело Обито.
— Прочь! Это не то, с чем может справиться такой бездарь, как ты! Это творения Стихии Инь-Ян, создавать их и управлять ими может лишь тот, кто соприкоснулся с силой Шести Путей! — из тела Тоби донёсся дрожащий от ярости голос Обито.
Теперь ему не нужно было гадать, почему Тоби внезапно предал его. Тоби был создан Мадарой из Демонической Статуи Внешнего Пути, а значит, это был его заговор!
«Тоби, не ожидал, что ты всё же останешься на стороне того человека. Он мёртв! Скоро я обрету силу, сравнимую с его, и смогу сделать всё, на что он был и не был способен! И ты предал меня?» — с горечью прошептал Обито.
— Это не я. Я собирался увести тебя из Конохи, но нападать не планировал, — ответил Тоби.
— Хорошо звучит, — усмехнулся Обито. — Но разве у тебя есть право принимать решения перед ним? В конце концов, ты всего лишь дешёвый инструмент.
— Обито, о ком вы говорите? — крикнул Фугаку. — Кто напал на тебя?
— Я.
Ледяной голос раздался из-за спин собравшихся. Несколько Учих резко обернулись и инстинктивно метнули кунаи, но в тот же миг их сбила с ног мощная воздушная волна. Кратковременный порыв ветра, порождённый почти осязаемой синей чакрой, отбросил их в стороны.
Взорам собравшихся предстала незнакомая фигура.
«Что за ужасающая чакра... Всем быть начеку! Боевое построение!»
Одного лишь взгляда на Мадару было достаточно, чтобы все присутствующие почувствовали гнетущее давление, словно они столкнулись с доисторическим чудовищем.
В лунном свете его фигура стала отчётливо видна.
«Эй, посмотрите на него! Всё тело в трещинах, это эффект какой-то техники?»
«Это же... Нечестивое Воскрешение!»
Большинство не узнали в нём воскрешённого, но Фугаку понял всё с первого взгляда. Ощущая исходящую от него колоссальную угрозу, он, хоть и был потрясён, постарался сохранить спокойствие.
— Кто ты такой? Назови себя!
— Учиха... Мадара.
Мадара стоял, скрестив руки на груди. Его длинные волосы развевались от потоков синей чакры, исходящих от его тела. Тяжёлый взгляд его Шарингана с тремя томоэ заставил всех присутствующих Учих активировать свои собственные додзюцу, но даже так они чувствовали невыносимое давление.
— Учиха Мадара?!
— Невозможно! Он умер сорок лет назад! Его убил Первый Хокаге в Долине Завершения! Как ты можешь быть им?!
— Но такая ужасающая сила взгляда... обычный Шаринган на такое неспособен...
«Глава клана упомянул Нечестивое Воскрешение? Тогда всё сходится. Это действительно господин Мадара».
Дряхлый старейшина Сецуна, известный как радикал ещё со времён Второго Хокаге, пережил правление Третьего и, получив шанс на продление жизни, каким-то чудом дожил до наших дней.
Сгорбившись, Сецуна прохрипел:
— Нечестивое Воскрешение — это запретная техника, разработанная Вторым Хокаге. Она позволяет призывать души мёртвых из Чистого Мира обратно в мир живых. Кажется, для этого требуется огромная жертва. Второй давно запечатал это дзюцу, но теперь, похоже, кто-то им воспользовался и воскресил даже господина Мадару.
— Старейшина Сецуна, вы уверены, что это Учиха Мадара?
— Разумеется. Кто ещё, кроме него, может обладать такой силой взгляда? Даже в форме с тремя томоэ он ощущается не слабее Мангекьё Шарингана, — ответил Сецуна. — Судя по его внешности, он умер в очень преклонном возрасте. Значит, тогда, в Долине Завершения, он не погиб, а каким-то образом выжил и обманул и Первого, и Второго.
— А я погляжу, кто тут у нас. Сецуна, никак? Ещё жив, значит? — холодно бросил Мадара. — Похоже, ты неплохо устроился в деревне под управлением Каэдамы Цукасы. Прожил долгую жизнь.
— Возможно. Лишь те, кто принёс пользу Хокаге, заслуживают право на продление жизни. В моём нынешнем состоянии у меня вряд ли будет много шансов отличиться, так что через пару лет Хокаге-сама, скорее всего, от меня избавится, — ответил Сецуна, давно готовый к такому исходу.
Этот Четвёртый Хокаге, Каэдама Цукаса, не отличался терпимостью к бесполезным людям. Он мог походя бросить кусок хлеба, и если ты мог работать — хорошо. Если нет, то он, конечно, не стал бы тебя устранять, но и не проявил бы особой заботы из-за какой-то там «Воли Огня», товарищества или стараний.
Честно говоря, такой Хокаге был Сецуне по душе. К тому же Цукаса сокрушил наследие Первого, захватив власть путём переворота, и с помощью абсолютной военной мощи и обещания бессмертия подчинил себе всю аристократию, даймё, шиноби и простой народ. Это вызывало у Сецуны искреннее восхищение.
Жаль только, что когда он получил шанс на продление жизни, он был уже слишком стар и не мог выдерживать тяжёлые бои. Дальнейшее продление жизни было бессмысленным.
Однако появление «Цукуёми Пустоты», казалось, дало ему небольшой шанс: за выполнение заданий в виртуальном мире тоже можно было получить продление жизни. Но старость есть старость, и Сецуна не питал особых надежд.
Поэтому, увидев воскрешённого Мадару, он не испытал особых эмоций.
— Господин Мадара, кто воскресил вас? И зачем он послал вас напасть на Обито? И эта техника Стихии Инь-Ян...
— Мной никто не управляет. Все мои действия подчинены лишь моей собственной воле. У меня нет никакого желания тратить время на таких ничтожеств, как вы. Я просто пришёл забрать силу, которую когда-то отдал.
Узор в глазах Мадары изменился, и он, активировав Мангекьё Шаринган, создал полу-Сусаноо. Взмахнув катаной, он выпустил ударную волну, которая разметала толпу и расчистила пространство, сравняв с землёй ближайшую стену.
В этот момент вернулся ушедший ранее Нагато. Он на высокой скорости приблизился к Мадаре и, приземлившись рядом, нахмурился:
— Слишком много шума. Устраивать такое в квартале клана Учиха — значит навлечь на себя лишние проблемы. Деревня не может не отреагировать.
Мадара подошёл к поверженному Обито и, глядя на него сверху вниз, ответил, не оборачиваясь:
— Все жители этой деревни вместе взятые не ровня мне. Разве что Каэдама Цукаса доставит мне некоторые хлопоты... Обито, пришло время тебе вернуть свой долг. Даже если ради этого придётся пожертвовать жизнью.