0228: Люди Божественного Древа: Оноки и Джирайя
Появился неизвестный мужчина, и до этого бушевавший Десятихвостый тут же затих.
Бушующие небеса и дрожащая земля на мгновение успокоились, но было ясно, что Десятихвостый лишь копит в себе ещё более свирепую силу.
«Кто он такой? Раз Десятихвостый так на него реагирует, похоже, они враги».
Сердце Четвёртого Райкаге дрогнуло. Он не смел проявлять ни малейшей беспечности. В последнее время в мире шиноби то и дело появлялась всякая непонятная нечисть, заставляя действовать с предельной осторожностью, а уж тем более сейчас, когда этот незнакомец вызвал у Десятихвостого столь странную реакцию.
За последние несколько лет произошло слишком много битв, превосходящих всякое воображение. Каждая из них меняла ландшафт на огромных территориях, а разрушения простирались на сотни, а то и тысячи километров. Сражение, разгоревшееся в одной стране, неминуемо приносило беду соседним.
И хотя Четвёртый Райкаге не всегда понимал, кто именно сражался, это не мешало ему осознавать: мир стал совсем не таким, каким он его знал.
Внимание Оноки было приковано к седовласому мужчине в руках незнакомца: «Если я не ошибаюсь, это же Джирайя, один из Трёх Саннинов. И надо же, в каком он виде…»
Джирайя — общепризнанный силач. Оноки, хоть и не сталкивался с ним в бою напрямую, понимал, что для победы над ним потребуется немало усилий.
Но такой могучий шиноби оказался в руках этого мужчины, который, несмотря на свою вежливую внешность, источал ледяное безразличие, и тот тащил его, просто схватив за шею?
Мабуи, которую Четвёртый Райкаге всё ещё держал на плече, быстро доложила: «По данным разведки, Каэдама Цукаса, воскрешённый Мадара и Нагато встречались в Конохе, где между ними произошёл конфликт. Теперь ясно, что они, вероятно, обсуждали не проблему Десятихвостого, а то, как противостоять этому человеку!»
Глаза Джирайи с трудом приоткрылись. «Это вы… Бегите… Вам не одолеть это чудовище».
«Он прав. Кроме вас четверых, все мы — и я, и Десятихвостый — в ваших глазах чудовища. Вы охотитесь на моего Десятихвостого без моего разрешения, и я не могу так просто вас отпустить», — спокойно произнёс Джиген. С момента своего появления он вёл себя так, будто был естественным центром всеобщего внимания.
У Райкаге и Оноки на лбу выступил пот, а Мабуи и вовсе дрожала всем телом, не смея пошевелиться. Даже без боя они ощущали огромное давление, от которого, казалось, перехватывало дыхание.
«Вы владеете пространственно-временными техниками и заявляете, что пришли "вернуть" Десятихвостого… Полагаю, вы и есть тот, с кем всё это время сражался Каэдама Цукаса и его люди? — Оноки старался говорить спокойно. — И в той битве, что разрушила Страну Рисовых Полей, вы тоже принимали участие».
Джиген равнодушно скользнул взглядом по Оноки и тут же повернулся к Десятихвостому. Вот его главная цель.
«Хотя я и выпустил Десятихвостого по необходимости, я надеялся извлечь из этой ошибки пользу и выманить парочку надоедливых личностей, чтобы с ними покончить. Но они так и не клюнули».
Джиген с досадой подумал, что очень надеялся, что Каэдама Цукаса, сломя голову, примчится захватывать Десятихвостого. Джиген, уже восстановивший силы, мог бы мгновенно оказаться на месте и убить его.
Даже если не убить, то хотя бы тяжело ранить.
А если не Цукасу, то хотя бы Нагато — забрать у него Риннеган, и тогда вопрос воскрешения Кагуи будет решать уже он.
Но никто так и не появился, клюнула лишь всякая мелочь из разных деревень, что сильно разочаровало Джигена.
«Нужно вернуть тебя в клетку, сейчас не время для твоих буйств… Решим всё по-быстрому, пока не вмешались другие».
Джиген уже усвоил несколько горьких уроков. Каким бы высокомерным он ни был, теперь он действовал с долей осторожности. Прошлая битва с Мадарой и Нагато, едва не закончившаяся для него смертью, преподала ему ценный урок и показала важность сражения в полную силу.
Шух!
На теле Джигена тут же проступили узоры, а на лбу вырос закрученный рог. Хотя объём его чакры и не мог сравниться с Десятихвостым, одного его присутствия было достаточно, чтобы воздух вокруг застыл.
Он снова вошёл во вторую стадию, протянув руку к Десятихвостому, но тот и не думал подчиняться. Он был заточён больше тысячи лет и, наконец вырвавшись на свободу, оказался на планете, полной туземцев, некоторые из которых обладали чакрой. Их сила была ничтожна, и это было идеальное место, чтобы восстановить силы.
Джиген никогда и не думал, что сможет усмирить Десятихвостого словами. С ним в звериной форме договориться было невозможно, только грубая сила. За последнюю тысячу лет он не сидел сложа руки и немало покопался в этом звере.
Не только для того, чтобы насильно им управлять, но и для того, чтобы его наследник, получивший печать Карма, смог совладать с Десятихвостым, даже не обладая силой самого Джигена.
«Гр-р-р-р-р-р…»
Десятихвостый яростно замахал хвостами и издал оглушительный рёв. Ураганный ветер разнёсся по округе, а сам зверь ринулся на Джигена, собираясь раздавить его одним ударом.
Но уровень тайдзюцу Джигена был на вершине этого мира, и даже Десятихвостый не смог бы одолеть его таким способом. Впрочем, Джигену и не нужно было вступать с Десятихвостым в рукопашную схватку.
«Не использовал Шар Хвостатого Зверя. Похоже, ты немного поумнел. Но это ничего не меняет. Возвращайся туда, где тебе и место».
Джиген, всё ещё держа Джирайю, вскинул другую руку. В небе над Десятихвостым тут же открылся пространственный тоннель, из которого выпал гигантский чёрный куб. Он, словно гора, рухнул на зверя, заставив того пошатнуться. Затем Джиген разжал ладонь, и огромное тело Десятихвостого тут же сковали бесчисленные цепи, мгновенно стянувшись.
«Это же… Стиль Печати: Несокрушимые Алмазные Цепи клана Узумаки?»
«Нет, что-то другое… А эта техника с чёрными кубами… я слышал о ней. Так это он её использовал! Ты же говорил, что Десятихвостого запечатал Мудрец Шести Путей. Неужели этот тип и есть Мудрец?!»
«Откуда мне знать!»
Оноки и Райкаге с трепетом наблюдали, как Джиген медленно затаскивает Десятихвостого в портал. Одно лишь отчаянное сопротивление зверя сотрясало землю, но для Джигена это было ничем.
Когда огромный пространственный тоннель закрылся, он наконец запихнул монстра в другое измерение, отрезав его от реального мира.
Чудовище, вызвавшее катаклизм, исчезло, и камень, давивший на сердце, будто бы упал. Но давление, исходившее от Джигена, стало ещё сильнее. Они не были Каэдамой Цукасой, у них не было ни сил, ни уверенности, чтобы противостоять Джигену, о котором они почти ничего не знали.
«Форма его тела изменилась, и он одной рукой укротил Десятихвостого! Да что он за тварь такая?!»
Оноки и Четвёртый Райкаге переглянулись, и в глазах друг друга увидели лишь смертельный ужас.
Неужели Каэдама Цукаса всё это время сражался с противником такого уровня? Они были совершенно в другой лиге!
Джиген не стал нападать сразу. Он обратился к ним: «Я основал организацию "Кара", и мне не хватает людей. Как насчёт того, чтобы вы трое присоединились ко мне? Хоть вы и слабы, но если присягнёте мне на верность, я найду способ сделать вас сильнее».
У него было несколько божественных техник, которые как раз можно было передать членам организации, чтобы эти слабаки мгновенно обрели внушительную силу и полезные способности, которые могли бы ему пригодиться.
Но никто не принял его приглашение. Без малейших колебаний Четвёртый Райкаге и Оноки бросились бежать. Не стоит винить их в промедлении — они просто не ожидали, что Джиген так быстро разделается с Десятихвостым.
Они надеялись собрать побольше информации для будущего, но теперь, если они допустят ошибку, никакого будущего у них не будет.
Джирайя скривил губы и, сплюнув кровь, прохрипел: «Не знаю, зачем я тебе понадобился, но, похоже, других ты уже не поймаешь».
Этот негодяй уничтожил Гору Мьёбоку, и неважно, каковы были его цели, — всё, что мог сделать Джирайя, это попытаться ему помешать.
Джиген покачал головой: «Я не собирался их ловить. У меня даже не было мыслей их убивать».
«Ты, мясник, устроивший резню на Горе Мьёбоку, ещё и лицемерно заявляешь о своей доброте?»
«Это лишь ваша, людей-аборигенов, точка зрения. Я всегда был весьма терпим к слабым муравьям».
С этими ледяными словами Джиген, неся Джирайю, рванул вперёд, словно снаряд. В его поле зрения Четвёртый Райкаге, нёсший на плече человека, уже превратился в движущуюся молнию и стремительно удалялся.
Оноки же летел на высокой скорости в сторону Деревни Камня. Он был потрясён, но не думал, что умрёт от руки Джигена, ведь... он умел летать!
Причём быстро! Это была редчайшая способность в мире шиноби!
«Нужно как можно скорее выяснить, кто он такой. Если не получится, придётся связаться с Конохой!»
Оноки летел против ветра, его лицо постоянно менялось в цвете. Даже в его преклонном возрасте он никогда не сталкивался с таким странным и могущественным противником, который будто бы возник из ниоткуда. Может, это какой-то древний артефакт? Но он смог пленить Десятихвостого, причём с поразительной лёгкостью…
Какая у него связь с Мудрецом Шести Путей? Может, он один из врагов, побеждённых Мудрецом в прошлом? Древний воин из давно забытой эпохи?
Оноки не знал ответов. Он уже начал прикидывать, какую выгоду можно извлечь, сообщив об этом Конохе. Наверняка Каэдама Цукаса будет очень заинтересован в том, что кто-то захватил Десятихвостого.
Но в следующее мгновение Оноки понял, что его планам не суждено сбыться. Прямо перед ним возник портал, из которого шагнул Джиген, преграждая ему путь.
К ужасу Оноки, Джиген тоже парил в воздухе.
«Владеет пространственно-временными техниками, да ещё и летает! У него вообще есть слабые места?!»
Оноки тут же сменил направление, собираясь нанести пробный удар своей техникой Расщепления.
«Не используй ниндзюцу!» — собрав последние силы, прокричал Джирайя, выплёвывая куски внутренних органов. — «Его ранит только сендзюцу! Любую атаку ниндзюцу он поглотит!»
Вжух!
Оноки уже выпустил свою Стихию Пыли, и Джиген в одно мгновение поглотил её без остатка. Оноки побледнел: «Способность, похожая на додзюцу Риннегана? Да кто ты такой, чёрт возьми?!»
«Моё имя — Ооцуцуки Ишики. Тело, которое я использую, зовётся Джиген. Ты отверг моё приглашение, так что придётся заставить тебя служить мне иным способом. Хотя изначально ты и не входил в мои планы».
«Почему я? Вон тот здоровяк куда лучше подходит. Он ещё и человека на себе тащит. Почему ты не погнался за ними?» — Оноки, стараясь сохранять самообладание, без зазрения совести попытался перевести стрелки.
Джиген холодно ответил: «Подчинённый, умеющий летать, будет весьма полезен».
«Хмф, тогда расскажи о своей организации "Кара". Что я получу, если вступлю, и каковы будут мои обязанности?»
«В этом больше нет необходимости. Ты упустил свой шанс стать членом "Кары". Теперь ты станешь моим Человеком Божественного Древа».
Джиген мгновенно оказался перед Оноки и с абсолютной, грубой силой нанёс удар ногой.
К счастью, Оноки успел прикрыться Каменным Кулаком. К тому же, его невысокий рост уменьшил площадь удара, и техника поглотила часть силы. Но даже так удар сломал ему несколько рёбер.
Слишком быстро. Слишком сильно. Ключевое — это было чистое тайдзюцу!
Оноки выплюнул полный рот крови и, описав в воздухе дугу, рухнул на землю.
Не победить. Абсолютно невозможно.
Ниндзюцу поглощается, в тайдзюцу его разносят в один удар, от которого невозможно увернуться. И это не считая его пространственно-временных техник!
Оноки никогда не встречал такого противника. Даже Мадара, Хаширама или Каэдама Цукаса вряд ли были настолько сильны.
Не победить. Не сбежать.
«Ещё жив? Я намеренно сдерживался и не бил по жизненно важным органам. Пока в тебе теплится хоть искра жизни, ты представляешь ценность».
Джиген посмотрел на распростёртого на земле Оноки и взмахом другой руки притянул его тело к себе, схватив в воздухе.
«Таким образом, у меня есть материал для двух Людей Божественного Древа… Для начала создам двоих».
Большее количество могло доставить хлопот. Джиген не был уверен, что сможет заставить этих существ, созданных из слияния людей и силы Десятихвостого, подчиняться его приказам.
У каждого Человека Божественного Древа был свой характер и свои наклонности, и их нельзя было контролировать лишь на основе отношений "создатель-создание".
В оригинальной хронологии Кодо, унаследовавший силу, волю и статус Ишики, использовал божественную технику «Когтевая Метка» в сочетании с Десятихвостым для создания Людей Божественного Древа. Но он не то что не мог ими командовать — они едва не забили его до смерти, как собаку, и лишь благодаря милости одного из них, сохранившего сознание Десятихвостого, Кодо остался жив.
Хотя Джиген был сосудом Ишики, а Ишики — чистокровным Ооцуцуки высокого ранга, у него не было власти управлять Людьми Божественного Древа, порождёнными Десятихвостым, одними лишь словами.
Поэтому нужно было действовать постепенно. Для начала он попробует создать двоих, использовав Джирайю и Оноки.