0250: Официальное рождение
Мир Ограниченного Цукуёми был окончательно разорён. Истерзанный столкновением двух миров, теперь он стал ареной для смертельной схватки двух Джигенов, и его сотрясали непрекращающиеся катаклизмы.
Обычный подчинённый мир не мог выдержать таких разрушений. Никто не мог с уверенностью сказать, останутся ли в Ограниченном Цукуёми после этой битвы места, пригодные для жизни простых людей.
Конечно, тех, кто вторгся сюда из «Цукуёми Пустоты», такие пустяки не волновали. Подавляющее большинство из них считали Ограниченное Цукуёми всего лишь очередным миром гэндзюцу. Каэдама Цукаса создал его невероятно реалистичным, и они воспринимали его исключительно как арену для выполнения заданий, где для достижения цели все средства хороши.
В конце концов, по-настоящему умереть они не могли.
В худшем случае, если Ограниченное Цукуёми будет уничтожено, Каэдама Цукаса наверняка найдёт способ его восстановить. Перезапустить, продолжить с текущего момента, добавить новый контент — для него это не должно было составить труда.
Но Цукаса не мог.
«Какое захватывающее зрелище. Однако, используя лишь первую стадию, вы не можете раскрыть всю свою мощь. Так что же вы собираетесь делать? Мне не терпится увидеть», — размышлял Цукаса.
Он полностью наслаждался зрелищем, не заботясь о последствиях. Если бы это помогло устранить Джигена, он был готов пожертвовать миром Ограниченного Цукуёми. В конце концов, его главная ценность заключалась в том, чтобы стать перевалочным пунктом, трамплином, который позволил бы Цукасе свободно перемещаться между манга-хронологией и аниме-хронологией.
Связь уже была установлена, Драконий Источник — под его контролем. Ограниченное Цукуёми как мир объективно существовал, он не мог просто так исчезнуть, а его координаты Цукаса уже запомнил.
Если бы с помощью этого мира можно было избавиться от двух Ооцуцуки, Цукаса не колебался бы ни секунды.
Как и ожидалось, ни один из Джигенов не решался переходить ко второй стадии, поэтому им пришлось искать иные способы решить проблему.
Решение Джигена из аниме-хронологии состояло в том, чтобы призвать Десятихвостого.
Едва коснувшись земли, гигантский зверь издал безумный рёв и тут же принялся вырывать из своего тела удерживающие его чёрные колья. Он слишком долго ждал этого момента.
«У тебя что, нет своего Десятихвостого? Похоже, моя ставка сыграла. Хоть мы оба и попали в этот мир, ограничения, наложенные на тебя, оказались строже, чем на меня. Видимо, тот чужак готовил эту ловушку в первую очередь для тебя», — произнёс Джиген из аниме, паря рядом со зверем. Его интеллект позволил ему мгновенно прийти к такому выводу.
«Раз уж ты подал мне запасной вариант, так и быть, скажу. Я сейчас не могу призвать Десятихвостого, ни в одном из миров. Но как только я одолею тебя, всё изменится», — ответил Джиген.
Он действительно был доволен. Уничтожить противника и получить дополнительного Десятихвостого — ни один Ооцуцуки не отказался бы от такого.
Хоть их яростная битва и длилась недолго, за каждую секунду они обменивались сотнями ударов и уже прекрасно понимали уровень сил друг друга.
Несмотря на внешнюю схожесть и одинаковые способности, между ними всё же были мельчайшие различия. И пусть эти различия были незначительны, их можно было использовать.
Аниме-версия Джигена уступала своему двойнику. Именно поэтому он первым не выдержал и призвал Десятихвостого, прекрасно понимая, что освобождённый зверь начнёт атаковать без разбора. Десятихвостому было всё равно, что перед ним два Джигена — он видел лишь Ооцуцуки, и ему было неважно, кого из них сожрать.
Но внеся в битву хаос, аниме-версия Джигена получала шанс переломить ход сражения. В противном случае его судьба была предрешена.
Десятихвостый вырвал последний кол из своего тела. Десять его хвостов яростно хлестали воздух, порождая бесчисленные вихри, которые мгновенно вызвали природные катаклизмы и до неузнаваемости изменили окружающий мир.
«Сражаться одновременно с тобой и с Десятихвостым действительно доставит мне некоторые неудобства. Но и тебе придётся несладко. Использование силы, которую ты не контролируешь, не даст тебе возможности меня одолеть», — холодно произнёс Джиген, не торопясь атаковать зверя, даже когда тот замахнулся на него одним из хвостов.
Одним ударом ноги Джиген отбил хвост Десятихвостого. Этот, казалось бы, простой обмен ударами в тайдзюцу прогремел, словно взрыв Шара Хвостатого Зверя. Грохот был такой силы, что у наблюдателей вдалеке лопнули барабанные перепонки, и они закричали от боли.
Ещё более хаотичная битва только начиналась.
Каэдама Цукаса сохранял терпение. Он прекрасно понимал, что если не произойдёт ничего непредвиденного, победителем выйдет Джиген из манга-хронологии. Битвы в манге зачастую были более напряжёнными, что отражалось во многих деталях.
Взять, к примеру, Саске. В манге его Риннеган имел девять томоэ, а в аниме — только шесть. То же самое с Аменотеджикарой: в манге Саске мог меняться местами с пустым пространством, что он и делал в боях с Мудрецом Шести Путей Мадарой, Кагуей и Мудрецом Шести Путей Наруто, появляясь в нужном месте из ниоткуда.
Но в аниме всё было иначе. Там были тонкие различия. Например, в битве с Наруто в Режиме Мудреца, чтобы оказаться за его спиной и атаковать, ему пришлось использовать Аменотеджикару, поменявшись местами с Шаром Поиска Истины позади Наруто. В манге же Саске просто появился за спиной Наруто без всяких посредников.
Битва двух Джигенов проходила по тому же сценарию. Различия были настолько незначительны, что они могли сражаться очень долго, прежде чем определился бы победитель. Но если битва затянется, проиграет именно Джиген из аниме.
С течением времени трёхсторонняя битва между двумя Ооцуцуки и Десятихвостым становилась всё более ожесточённой. Все трое были покрыты ранами, но сражение продолжалось.
Наконец, аниме-версия Джигена не выдержала. Его двойник атаковал преимущественно его, что было ожидаемо, но и Десятихвостый направлял большую часть своих ударов на него. Из-за этого аниме-Джиген получил больше ран и был вынужден раньше перейти во вторую стадию. Сила Кармы была высвобождена, и на его голове вырос спиралевидный рог.
Его глаза тоже изменились: один стал Бьякуганом, а второй приобрёл характерный для Ишики узор. Физические характеристики возросли, но это было бесполезно, потому что его противник тоже перешёл во вторую стадию.
«В таком состоянии мы оба не сможем долго сражаться. Нужно всё решить быстро. Победитель посадит Божественное Древо в обоих мирах, согласен? Другими словами, я унаследую твою волю и твоего Десятихвостого», — сказал Джиген.
Он обеими руками схватил хвост Десятихвостого, резко развернулся и, раскрутив гигантское тело зверя, со всей силы швырнул его в своего двойника.
Аниме-Джиген, увидев летящую на него тушу, немедленно использовал Дайкокутэн, призвав с небес гигантский куб, который придавил тело Десятихвостого.
В следующую секунду он ударил зверя ногой, подбросив его в воздух и отправив кувыркаться в сторону своего двойника.
Десятихвостый становился всё более яростным. Хотя эти атаки и не наносили ему серьёзного вреда, невозможность поглотить Ооцуцуки, находящихся так близко, сводила его с ума. Инстинкты захлёстывали остатки разума.
Среди бесконечного рёва он начал формировать ужасающих размеров Шар Хвостатого Зверя. Хотя это было бесполезно — если бы он мог убить Джигена, то не провёл бы столько времени в заточении.
Но этого было достаточно, чтобы ещё больше истощить силы двух Джигенов, заставляя их в режиме второй стадии поддерживать высокий уровень мощи, из-за чего на их телах появились первые трещины.
Для аниме-версии Джигена это было в новинку, но Джиген из манги уже проходил через это и, не колеблясь ни секунды, воспользовался моментом. Он применил Сукунахикону, чтобы сжать Шар Хвостатого Зверя до размеров маленького шарика, а затем ударом ноги отправил его в полёт.
Одновременно он открыл портал, который поглотил Шар, и тут же создал второй портал рядом со своим двойником.
Шар Хвостатого Зверя взорвался прямо на теле аниме-версии Джигена. Всё произошло в одно мгновение, но этого хватило, чтобы чаша весов в этой битве окончательно склонилась в одну сторону.
Трещины на теле аниме-Джигена стали ещё больше.
«Слишком много сомнений. Твоё внимание на мгновение отвлеклось из-за повреждений этого изношенного тела, и это дало мне прекрасную возможность», — произнёс Джиген с неизменным выражением лица. По сути, на этом этапе исход битвы был предрешён. Аниме-версия Джигена проиграла один ход и оказалась в полностью пассивной позиции.
«Воскресай сам, а затем пусть Десятихвостый тебя сожрёт», — холодно приказал Джиген.
Аниме-версия Джигена ледяным тоном ответила: «Чтобы Десятихвостый съел меня как Ооцуцуки, я должен полностью воскреснуть в этом теле. Но когда я воскресну, я с лёгкостью одолею тебя в твоём нынешнем состоянии. Если только ты тоже не воскреснешь!»
«Значит, договориться не удалось. Неудивительно, ведь ты — это я. При любой возможности ты предпочтёшь сам продвигать план по взращиванию Божественного Древа».
«Не строй из себя победителя. Я ещё не проиграл».
«Это временно».
Джиген просто закрыл глаза. Он ни за что не стал бы принудительно воскресать, чтобы сражаться с двойником насмерть. Даже если бы он победил и скормил его Десятихвостому, что дальше?
Сосуд в лице Тензо ещё не созрел и был непригоден. К тому же, Каэдама Цукаса жадно наблюдал со стороны. Даже если Джигену удастся справиться с двойником, ему придётся сражаться с Цукасой, изо всех сил защищая плод своей победы — Десятихвостого.
Это также поднимало другой вопрос: даже если он принудительно воскреснет, его жизнь продлится всего несколько дней. Хватит ли такого Ооцуцуки, чтобы скормить его Десятихвостому и заставить того эволюционировать в Божественное Древо? Или процесс остановится на полпути?
Джиген никогда не пробовал такого, и раз уж обычные методы не работали, оставалось только ждать.
Ярость Десятихвостого — мелочь, можно просто уклоняться и копить силы.
Теперь уже аниме-версия Джигена начала испытывать тревогу. Он заподозрил, что его двойник замышляет какой-то коварный план. Неужели он собирается тянуть время, пока наблюдающий со стороны Цукаса не умрёт от старости?
«Ты знаешь его лучше. Какая сила у него ещё есть?» — спросил он, глядя в сторону Цукасы.
Но Цукаса лишь с улыбкой покачал головой: «Очень могущественная сила, которую ты пока даже представить себе не можешь… Он уже создал организацию и начал набирать людей для проведения исследований, а ты всё ещё отсиживаешься в храме. Ты отстал от него слишком сильно, и у тебя нет ни единого шанса его догнать».
Аниме-версия Джигена погрузился в молчание, а затем спросил: «Ты начал пересаживать своим подчинённым Синдзюцу? Где ты нашёл таланты, способные успешно провести такую операцию?»
У него самого, можно сказать, не было ни одного подчинённого. Он и не планировал никого нанимать. Если бы не вмешательство Цукасы, он бы начал действовать лишь много лет спустя.
В этот момент Десятихвостый издал яростный рёв. Оба Джигена одновременно атаковали, выпустив множество чёрных кольев, которые вонзились в тело зверя, пригвоздив его к земле.
«Есть ли успешные образцы?»
«На данный момент один. Через несколько лет, возможно, будет ещё один».
«Невероятно, тебе действительно удалось… Тело Ооцуцуки Шибая было разобрано и изучено нами, потомками. Интересно, что бы он подумал, узнав об этом в другом измерении».
Аниме-версия Джигена был поражён. Его двойник в этом аспекте опередил его на много шагов. Он начал подозревать, что его противник прекратил бой, посчитав его бессмысленным, не потому, что решил выжидать, а потому, что ждал подкрепления.
«Согласно моим расчётам, модифицированные люди, овладевшие Синдзюцу, должны обладать ужасающей силой. Каждый из них будет превосходить нас. Ты ждёшь их поддержки?» — спросил он.
«Сложно сказать».
Джиген бросил взгляд в сторону: «Вон тот парень, тот слабак, которого контролирует Цукаса, обладает Синдзюцу "Когтяная Метка". Но он совершенно бесполезен. Даже если он временно выживет, в этой жестокой эпохе ему не уцелеть».
Неужели даже обладатель Синдзюцу так слаб?
Выражение лица аниме-версии Джигена стало серьёзным. Такое пренебрежение заставляло поверить в его слова, но… это всё равно казалось немыслимым.
Сейчас он ещё не думал о Людях Божественного Древа. Ведь одни только модифицированные люди, владеющие Синдзюцу, уже представляли собой ужасающую силу. В оригинальной временной линии Джиген даже специально запечатывал особо неконтролируемых индивидов и всеми силами скрывал информацию об их существовании.
Лишь перед самой смертью, последним усилием воли он сообщил об этом своему наследнику. Это показывало, насколько сильными и непредсказуемыми Джиген считал людей, владеющих Синдзюцу.
Что же до Людей Божественного Древа… Если даже модифицированные люди с Синдзюцу были сильнее его, способные справиться с любым врагом, то не было никакой необходимости создавать Людей Божественного Древа — это абсолютное оружие войны.
Даже создание одного такого существа привело бы к последствиям, куда более ужасным, чем действия любого модифицированного человека.
Орочимару с нескрываемым восторгом смотрел на дерево перед собой. Это было дерево, в которое превратилось существо из «Грязи Когтей» после поглощения Оноки.
«Господин Орочимару, у вас есть способ контролировать Человека Божественного Древа? Так же, как вы контролируете ниндзя, призванных Нечистивым Воскрешением?» — спросил Тензо, глядя на Орочимару. Пусть у Эдо Тенсэй и были серьёзные недостатки, но в случае с Человеком Божественного Древа даже самый плохой способ контроля был лучше, чем его полное отсутствие.
«Абсолютно никакого, — с восторгом ответил Орочимару. — Если бы Людей Божественного Древа можно было так легко контролировать, думаешь, Джиген доверил бы всё это мне? Именно потому, что прямого контроля нет, он так жаждет их появления».
Тензо всё ещё был полон тревоги. Его шестое чувство всегда было точным. Джиген ушёл в неизвестном направлении, и именно в этот момент появился Человек Божественного Древа… Если Орочимару воспользуется этим и провернёт что-то, он может и не заметить.
В этот миг дерево зашевелилось. Из ствола медленно начала появляться фигура. Это был маленький старик, очень похожий на Оноки. Когда он открыл глаза, стало ясно, что это была пара Риннеганов.