0204: Защита Джигена пала
Из-за вмешательства Каэдамы Цукасы траектория судьбы на этой временной линии уже исказилась до неузнаваемости.
С одной стороны, это было хорошо — значит, Цукаса непрерывно влиял на этот мир, искривляя предначертанный ход событий. Но был и недостаток — колоссальный коллапс.
Если бы скорость, с которой Цукаса наращивал свою силу, опережала скорость распада судьбы, пусть даже на волосок, он смог бы удержать все изменения в мире под контролем. Но если бы случилось наоборот... всё было бы кончено.
Джиген начал действовать на тридцать с лишним лет раньше, чем в изначальной временной линии. Если бы на этом переломном этапе Цукаса потерпел неудачу или, того хуже, погиб, миру шиноби действительно пришёл бы конец.
Если падёт Цукаса, кто сможет остановить Джигена? Никто. Нагато определённо не ровня ему. Эдо-Мадара? Эдо-Хаширама? Тем более невозможно. Им и с этой второй формой Джигена едва ли справиться, а уж когда Джиген эволюционирует до Ишики, они будут уничтожены в мгновение ока.
— Ты всё ещё не понял, Нагато? — через марионетку раздался голос Цукасы. — Пока я жив, какой бы опасной и ужасной ни была ситуация, всё ещё есть шанс исправить её… С помощью тайных техник Стихии Трупов я могу раз за разом воскрешать таких, как вы, покуда ваши души не уничтожены Джигеном. Но если я умру, и кто-то другой будет возвращать вас к жизни техникой Кишо Тенсэй, то сколько живых придётся принести в жертву, чтобы воскресить таких могущественных шиноби, как вы?
К тому же, эти люди не смогли бы действовать как единое целое, их техники не удалось бы идеально синхронизировать. Малейшее отклонение — и техника воскрешения провалится.
— Красиво говоришь, — холодно ответил Нагато, — но в итоге ты просто используешь нас как свои пешки! Ты втянул в это не только нас, но и весь мир шиноби.
— В определённом смысле ты прав. Но у меня есть выбор. А у тебя? У этого мира? — Голос Цукасы стал ледяным.
Если в этот момент у Джигена не останется противников, его угроза для мира шиноби станет смертельной.
Кагуя уже никогда не сможет вырваться из своей печати. Джиген станет непобедим и сможет, заставив Орочимару работать на себя, беспрепятственно искать новые сосуды. Как только он завершит ритуал переселения и вернёт свою пиковую силу, он сможет начать взращивать Божественное Древо.
Наруто и Саске ещё не выросли, так что Мудрецу Шести Путей придётся вмешаться лично, но даже он не обязательно окажется ровней Ишики.
В это время Джиген задумчиво провёл рукой по шее, ощупывая трещину.
— Твоя сила велика, но, похоже, она ложится ещё более тяжким бременем на твоё тело. Какая польза от мощи, которую нельзя высвободить по своему желанию? Уж лучше Мангекьё Шаринган.
Мадара, чьё тело быстро восстанавливалось, хоть и был потрясён, сохранял своё ледяное самообладание.
— От долгого использования Мангекьё Шарингана слепнут, но это можно исправить, пересадив другую пару глаз. Твоё же тело от долгого использования просто рассыплется, и ты умрёшь окончательно. Так ведь?
— Хм, достаточно лишь как можно скорее убить тебя, а затем какое-то время отдохнуть, и эти повреждения полностью восстановятся, — безразлично ответил Джиген. Такой будничный, деловой тон был высшим проявлением его высокомерия.
Он был уверен, что сможет быстро разделаться с Мадарой, а затем спокойно восстановиться. Захоти он спрятаться и залечить раны, в огромном мире шиноби для него нашлось бы бесчисленное множество укрытий.
Мадара ничего не ответил. Истинный смысл слова «измотать» стал ему предельно ясен. Он признал, что стоящий перед ним противник — сильнейший из всех, кого он когда-либо встречал. Странное додзюцу, невероятное тайдзюцу…
Что до гендзюцу, о нём можно было забыть. Все присутствующие обладали мощными глазами, дающими максимальную защиту от иллюзорных техник.
«Но сперва стоит кое-что проверить».
Мадара быстро сложил печати:
— Стихия Огня: Великое Огненное Уничтожение!
Огромный поток пламени вырвался из его рта, накрывая всё вокруг. Но Джиген лишь поднял руку и с помощью Кармы полностью поглотил нескончаемый огненный вал.
Увидев своими глазами, как Карма поглощает энергию, Мадара обрёл уверенность.
Он снова призвал Сусаноо, но на этот раз не Завершённую форму, а двуликую, четырёхрукую версию. Четыре руки стремительно складывали печати.
— Использование Завершённой формы Сусаноо — слишком большая нагрузка для тела, в котором я сейчас нахожусь. Так что для тебя сойдёт и это.
Тенгай Шинсей!
С небес обрушилось колоссальное давление. Свистящий, вытесняемый воздух превратился в ужасающую ударную волну. Если поднять голову, можно было увидеть, как исполинская махина стремительно несётся вниз с неостановимой мощью, словно небесная кара.
Падение такого метеорита вызвало природные катаклизмы, которые затронули обширные прилегающие территории. Все, кто это чувствовал, бледнели от ужаса. Даже за тысячи километров можно было смутно ощутить это удушающее давление, от которого волосы на теле вставали дыбом, а шестое чувство отчаянно било тревогу.
— Какого чёрта?! Что это за техника — призвать метеорит из космоса? Чем-то похоже на технику Хамуры!
Даже Обито был встревожен. Он ошеломлённо смотрел вдаль. На горизонте появилась чёрная точка, которая неумолимо росла, медленно падая на землю. Её масштаб казался даже больше, чем у той атаки, что использовал Хамура.
«Хоть он и призвал всего один метеорит, а не устроил бомбардировку, как Хамура, разрушения от этого единственного камня точно будут куда страшнее!»
В глазах Обито мелькнул ужас. Что за чертовщина? Хамура уже мёртв, так кто же сотворил это сейчас?
Он не знал о технике Мадары Тенгай Шинсей. Разумеется, Мадара не стал бы посвящать Обито во все тайны Риннегана.
Обито немедленно призвал одного из Белых Зецу, чтобы узнать подробности. Лишь тогда он услышал, что Эдо-Мадара и Нагато отправились сражаться с Джигеном, и от изумления у него отвисла челюсть.
— Проклятье, почему о таком важном деле мне не доложили?! — взревел Обито.
— Ты забыл? — ответил Белый Зецу. — Ведь это ты запретил нам тебя беспокоить. К тому же, господин Мадара не приказывал мне связываться с тобой, так что я тем более не мог сделать этого по своей инициативе.
— ...
Обито в очередной раз поразился скудоумию Белого Зецу. Да, он был поглощён Ограниченным Цукуёми, пытаясь найти там реинкарнацию Индры. В конце концов, это всего лишь иллюзорный параллельный мир, так что можно было наблюдать и направлять события как угодно.
Но нападение Эдо-Мадары на Джигена — если бы у Белого Зецу был хоть какой-то мозг, он должен был немедленно сообщить ему!
— Бесполезный кусок мусора, с тобой я разберусь позже! — холодно бросил Обито. — Техника призыва метеорита… это может быть либо додзюцу Джигена, либо додзюцу Риннегана Мадары…
— Что будем делать, Обито? — спросил Тоби. — Прервём исследование Ограниченного Цукуёми? Поможем господину Мадаре?
— Помочь? Чем? Сила моих глаз никак не может слиться воедино, даже использование Охируме приносит невыносимую боль. Какой от меня будет толк? Раз уж они уже начали, то остальное меня не касается. Вот когда я обрету Вечный… нет, Риннеган, всё изменится.
Самолюбие Обито было уязвлено, он был крайне раздосадован. Он даже пяткой чувствовал, что к этому делу так или иначе приложил руку Каэдама Цукаса, или, по крайней мере, сыграл роль подстрекателя.
Впрочем, смерть Джигена была выгодна всем. Никто не хотел, чтобы подобный сверхсильный Ооцуцуки разгуливал на свободе.
— Моё духовное тело в Ограниченном Цукуёми тоже топчется на месте. Что-то здесь не так, — нахмурился Обито.
Длинные белые волосы Мадары развевались на яростном ветру.
— Это техника самоубийства. Как ты собираешься с ней справиться? Сбежишь с помощью пространственно-временного додзюцу? Советую тебе сразу открыть два портала, чтобы одновременно увести и сосуд, и Орочимару. Если будешь переносить их по одному, я убью второго, как только ты заберёшь первого.
Мадара говорил холодно, но его взгляд был отчётливо направлен на Орочимару, отчего тот почувствовал, как по спине пробежал мороз.
Очевидно, Мадара считал, что, если Джиген решит избежать удара Тенгай Шинсей, он в первую очередь спасёт Тензо, а затем Орочимару. И в это краткое мгновение Мадара прикончит Орочимару.
Как только Орочимару умрёт и попадёт в Чистые Земли, ни Нечистивое Воскрешение, ни Кишо Тенсэй больше не будут подвластны Джигену.
А без гениального учёного вроде Орочимару Джигену ещё очень долго не видать второго сосуда. Разве что он отыщет юного Амадо и потратит несколько десятков лет на его обучение.
На Якуши Кабуто рассчитывать не приходилось. Он был шиноби Конохи и находился под присмотром Якуши Ноно. Его научный талант ещё не был известен миру, так что Джигену и в голову не пришло бы нацелиться на него.
— Неплохое додзюцу. Но ты меня недооцениваешь. Чтобы справиться с этим, мне не нужно никуда бежать.
Джиген поднял голову к небу. Узор в его глазу в форме восьмиконечной звезды снова дёрнулся. Сукунахикона вновь была активирована, и летящий с небес Тенгай Шинсей начал уменьшаться.
Хрусь!
Ценой этого стало появление ещё большего числа трещин на его животе. Применение одной и той же техники, но с разной интенсивностью, налагало на тело разное бремя.
«Вот он, шанс».
Глаза Мадары сверкнули.
Нагато, который уже незаметно вошёл в Режим Мудреца, идеально уловил этот сигнал.
— Стихия Огня: Огненная Пуля!
Нагато выплюнул мощный огненный шар, который с рёвом понёсся вперёд.
На этот раз Джиген не стал поглощать атаку с помощью Кармы, а стремительно отступил, уклоняясь от огненной техники Нагато с помощью тайдзюцу.
— Хм, так и есть. Прямо как я и предполагал на счёт джинчуурики Десятихвостого. Значит, ты не можешь противостоять урону от сендзюцу? Лучшим способом справиться с ним было бы твоё додзюцу, уменьшающее объекты, но ты им не воспользовался, предпочтя отступить…
Мадара практически полностью разгадал Джигена. Он понял, что его противник находится в крайне плохом состоянии.
Сколько ещё раз он сможет использовать своё додзюцу? Ему хватит, чтобы меня прикончить, но если мы с Нагато объединимся… мы сможем его измотать!
Риннеган Мадары впился в отступающего Джигена. Он тут же двинулся с места, и в тот же миг тень, созданная им с помощью Лимбо: Граничная Тюрьма, устремилась к Джигену.
Таким образом, два старческих тела Эдо-Мадары атаковали в момент, когда Джиген использовал своё додзюцу. А Нагато, объединивший Риннеган и Режим Мудреца, доведя своё тайдзюцу до предела, в идеальной синхронизации тоже бросился в атаку.
Таков был план Мадары.
Ниндзюцу не работает, гендзюцу бесполезно, значит, бой нужно закончить с помощью тайдзюцу!
Как долго продержится испещрённое трещинами тело Джигена в ближнем бою? Скорее всего, от нескольких ударов оно рассыплется, как керамика!
Вшух!
Два Мадары действовали в безупречной связке. От атаки первого Джиген уклонился точным движением головы, но теневой Мадара тут же нанёс удар ногой, целясь в грудь противника. Джиген, в свою очередь, отбил тень ответным ударом — хоть у него и не было Риннегана, его собственное додзюцу и восприятие позволяли без проблем видеть теневого клона.
В этот самый миг подоспел Нагато.
— Лягушачья Ката!
Нагато нанёс удар. Разумеется, он не попал по Джигену, но выражение лица того мгновенно изменилось, когда он почувствовал, как по его животу пришёлся удар невидимой силы!
Словно невидимый кулак нанёс ему внезапную атаку.
Это была одна из техник Режима Мудреца, позволяющая управлять природной энергией, и в ближнем бою она была невероятно эффективна.
Но что было ещё невероятнее — Нагато активировал способность Пути Асуры, и на его теле выросло множество дополнительных рук. В сочетании с непредсказуемой Лягушачьей Катой это позволило ему продемонстрировать немыслимый уровень боевой мощи в тайдзюцу.
— Вот оно что. Я был невежественен. Оказывается, природную энергию можно использовать и так.
Лицо Джигена исказилось. Град ударов от трёх противников обрушился на него, и его могучая фигура с оглушительным грохотом врезалась в землю.
В одно мгновение Джиген оказался в крайне невыгодном положении, на грани получения серьёзных травм.
— Подумать только, меня загнали в такое положение.
Джиген сражался в ближнем бою с двумя Мадарами. Каждое мгновение было наполнено интенсивным обменом ударами. Хоть Мадара и был в своём старческом теле, и его тайдзюцу уступало тому, каким он владел в молодости, совместная атака двух идеально скоординированных копий доставляла Джигену серьёзные проблемы.
Ведь и его собственное состояние было далеко не лучшим.
Обычно, как только на его животе появлялись трещины, ему следовало отступать и восстанавливаться как минимум десять дней.
— Твои глаза сильны, но не настолько, как я себе представлял. Вряд ли они могут сравниться с моим Риннеганом.
Вшух!
Мадара и Нагато схватили Джигена за плечи с обеих сторон, а теневой Мадара с силой ударил ногой его в грудь, с грохотом впечатывая поднимавшуюся фигуру обратно в землю.
Путь Ада!
Мадара и Нагато не обменялись ни словом, но с поразительной синхронностью применили одну и ту же технику, пытаясь вырвать душу Джигена. Мгновенная убийственная техника, применённая сразу двумя, по идее, должна была вытянуть душу из любого врага.
Но выражения их лиц резко изменились!
Душа… не двигалась!
— Глупцы, — прорычал Джиген. — Вы, два презренных полукровки-туземца, пытаетесь вырвать душу Ооцуцуки? Её «вес» вам не под силу.
Его самообладание дало трещину. Лицо исказилось, утратив былое безразличие. Трещины с живота уже стремительно расползались по груди и вот-вот должны были соединиться с теми, что были на шее.
Это доказывало, что врождённое высокомерие Ооцуцуки было лишь следствием их превосходства. Стоило этим низшим существам, запертым на какой-то планете, ранить их, как они ничем не отличались от обычных людей — точно так же впадали в ярость.
Лицо Нагато стало свирепым. Он увидел шанс отомстить за Яхико и, освободив одну руку, воскликнул:
— Вот как? А если так? Техника Призыва!
Появилась Демоническая Статуя Внешнего Пути.
Тут же её пасть распахнулась, и из неё вырвался призрачный дракон. Это была…
Запечатывающая Техника Девяти Призрачных Драконов!