0260: Жизнь и смерть — мелочи, не имеющие отношения к финалу Железного Треугольника
— Как такое возможно? Пересадить Мангекьё Шаринган кровного родственника... это же бред! Ты хочешь таким способом спровоцировать войну между братьями? У тебя ничего не выйдет!
Первым вскипел Наруто. То, что Саске его раздражал, было правдой, но и то, что его тянуло к Саске, — тоже было правдой. Словно некий инстинкт заставлял его быть рядом.
Но он бы ни за что не позволил Чёрному Зецу сеять рознь столь жестокими словами!
— Стихия Дерева: Техника Резки! — выкрикнул Наруто, и из его ладони вырвался острый шип, но Чёрный Зецу холодно хмыкнул и швырнул вперёд взрывную печать, которая мгновенно уничтожила древесный отросток.
— Братик... — Саске сперва тоже не поверил, но, увидев, что Итачи, стоящий перед ним, не стал сразу же отрицать эти слова, выражение его лица постепенно застыло, а затем сменилось крайним недоверием и всепоглощающим страхом.
Вырвать Мангекьё Шаринган кровного родственника и пересадить себе, чтобы обрести вечнозрячие глаза? Для Саске это было слишком жестоко.
С самого его рождения Деревня Скрытого Листа была сильнейшей в мире ниндзя. Ни одна другая деревня не могла с ней сравниться. Под руководством Четвёртого Хокаге, Каэдамы Цукасы, Коноха одерживала победу за победой. Она была непобедима не только в реальном мире, но и освоила мир гендзюцу, размыв грань между жизнью и смертью.
В мировоззрении Саске просто не существовало понятия о том, чтобы свои могли совершать столь жестокие поступки по отношению к своим.
— Спокойно, Саске. Словам врага верить нельзя, — ровным голосом произнёс Итачи.
— Но... почему братик не опроверг его сразу? Если им нельзя верить...
— То, что им нельзя верить, не означает, что это ложь. Если противник использует сокрытую правду как оружие, то верить нельзя, даже если это правда. Поддаться его словам — значит уже наполовину проиграть, — ответил Итачи, не оборачиваясь.
На самом деле, услышав слова Чёрного Зецу, он не удивился. Многие его сомнения разрешились.
Разумеется, Итачи размышлял о природе Мангекьё Шарингана, особенно после того, как пробудил эти глаза и убедился, что каждое их использование ухудшает зрение.
Более того, Шисуи, с которым он был в хороших отношениях, как старший товарищ, поделился с ним некоторой информацией.
Что же до пересадки глаз кровного родственника, то Итачи это не волновало. Он бы никогда на такое не пошёл. Если бы в будущем Саске попросил отдать ему глаза, он, вероятно, согласился бы без колебаний.
— Саске, — продолжил Итачи, — не забывай, у тебя есть я. Если дело дойдёт до этого, мы с тобой можем просто обменяться глазами.
Глаза Саске загорелись, и его сердце наполнилось светом.
Да! Так проблема решается! Если они обменяются глазами, то оба получат Вечный Мангекьё Шаринган!
— В будущем мы с братом оба пробудим Риннеган! — воодушевлённо выкрикнул Саске, преисполнившись уверенности.
«...»
Чёрный Зецу был сбит с толку. Он на мгновение замолчал. За тысячу лет своего существования он ни разу не видел, чтобы кровные родственники обменивались глазами.
Мангекьё Шаринган сам по себе был редкостью, а чтобы его одновременно пробудили двое близких родственников — ещё большей. А чтобы они ещё и поняли, что пересадка глаз дарует вечную силу... За тысячу лет таким примером был лишь Учиха Мадара.
Он хотел сказать, что слияние силы глаз — процесс непростой, иначе Обито не лишился бы своих, но потом вспомнил, что Саске, скорее всего, является реинкарнацией Индры и несёт в себе его чакру...
Ш-ш-ш!
Подкрепление продолжало прибывать. Даже если бы Итачи из осторожности не стал атаковать первым, Чёрный Зецу понимал, что пути к отступлению отрезаны. Его авантюра полностью провалилась.
Даже попытка поссорить Итачи и Саске провалилась.
Уголки губ Конан дёрнулись. Хоть она и не произнесла ни слова, Чёрный Зецу, ощущавший малейшие её движения, ясно понял, что она над ним насмехается.
Первым на месте оказался Шисуи со своей техникой мерцающего тела. Даже с одним глазом он обладал силой на уровне Каге, и этого было более чем достаточно, чтобы справиться с искалеченным Чёрным Зецу.
— Похоже, тебе некуда бежать. Не думал, что ты ещё жив, Чёрный Зецу, — сказал Шисуи, взглянув на красное Сусаноо Итачи, а затем мрачно обратился к врагу.
Прибывало всё больше людей. На место подоспели и другие члены клана Учиха. Они с изумлением уставились на Сусаноо Итачи, и на их лицах отразилась бурная радость.
— Итачи, он уже...
— Называй его «господин»! Одиннадцать лет! Снова одиннадцать лет, и он пробудил Мангекьё Шаринган! Достоин звания сильнейшего гения своего поколения! Так и должно было быть, у Итачи определённо есть все данные для этого!
— Хмф, враги охотятся за гениями нашего клана, проклятые твари! Впрочем, учитывая, сколь благородна наша кровь, желание чужаков заполучить её вполне понятно.
— Странно, а что здесь делают эти двое мальчишек, Саске и Наруто? Их втянули в это? Или же...
Прибывшие на подмогу шиноби, оправившись от шока, инстинктивно начали анализировать ситуацию.
Чёрный Зецу вдруг холодно рассмеялся, привлекая всеобщее внимание:
— Вам действительно повезло заполучить Саске, реинкарнацию Индры, да ещё и Наруто, реинкарнацию Ашуры. Их благородное происхождение определяет их безграничный потенциал! Это величайший дар, оставленный двумя сыновьями Мудреца Шести Путей!
Индра? Ашура? Сыновья Мудреца Шести Путей?
Все понимали, что Чёрный Зецу говорит это намеренно, преследуя какую-то скрытую цель, но такой неслыханной информации не найти было даже в «Цукуёми Пустоты»!
Все знали, что Мудрец Шести Путей был из рода Ооцуцуки, а кланы Сенджу и Учиха происходили от него. Одна лишь эта информация вызвала огромный ажиотаж и заставила Учиха задирать нос так, словно на их лицах было написано слово «крутизна».
А теперь появилась ещё более шокирующая новость: Саске и Наруто — реинкарнации сыновей Мудреца Шести Путей?
— Неужели в этом мире и правда существует реинкарнация? — тут же спросил одноглазый Инаби.
— Ха, — усмехнулся Чёрный Зецу, — если даже Чистые Земли реальны, а души умерших могут возвращаться в мир живых и воскресать, почему реинкарнация должна быть невозможной? С чакрой Индры можно обрести глаза, которые никогда не ослепнут...
БУМ!
Тело Шисуи окутало зелёное Сусаноо. В тот же миг красное Сусаноо Итачи тоже нанесло удар. Два меча обрушились на Чёрного Зецу, превратив его в фарш — вместе с телом Конан.
На этот раз Чёрный Зецу был мёртв окончательно.
— Зачем убивать, не дав ему договорить? Это информация, которой может не владеть даже господин Хокаге! — в ярости воскликнул Инаби. Потеряв глаз, он и без того был не в лучшем расположении духа, а теперь его характер стал ещё более несносным.
— Говоришь, не владеет даже господин Хокаге... Ты правда так думаешь? Он — человек, много раз сталкивавшийся с Ооцуцуки. Неужели он не знал бы таких элементарных вещей?
Голос Шисуи тоже стал холодным. Больше всего ему не нравилось видеть, как члены его клана продолжают витать в облаках.
— То, что этой информации нет в «Цукуёми Пустоты», не означает, что господин Хокаге её не знает! Возможно, у него есть далеко идущие планы, о которых мы не подозреваем.
Инаби не осмелился открыто спорить с Шисуи, и уж тем более оскорблять Каэдаму Цукасу, поэтому лишь понуро опустил голову.
Если бы на этом всё и закончилось, то в целом исход был бы благополучным. Наруто и Саске получили боевой опыт, их истинная природа была раскрыта, что, несомненно, потрясёт мир ниндзя, а Итачи продемонстрировал всем свой необычайный талант, приумножив величие клана Учиха.
Но именно в этот момент появился Нагато.
Открылся портал, и из него вышел Нагато. Он сразу же увидел растерзанное тело Конан, и его глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит. Чакра вокруг него взбесилась, превратившись в яростный порыв ветра.
— Этот парень... это же Нагато, обладатель Риннегана!
— Отлично, наконец-то мы снова видим Риннеган, эта благородная кровь течёт в жилах нашего клана...
— Заткнись, идиот! Не видишь, что-то не так? Та женщина была его товарищем, а теперь она мертва!
Присутствующие замялись, но всё же приготовились к бою. Они не были уверены, можно ли считать Нагато союзником Конохи. Если и нет, то у них определённо были партнёрские отношения.
Не так давно Нагато и Мадара провели некоторое время в Конохе, и многие видели, как они стояли на крыше Резиденции Хокаге, взирая на деревню.
— Вы, ублюдки! Как вы посмели... Я снова потерял товарища... — прорычал Нагато. Его Риннеган, казалось, выкатился из орбит, и в нём закипала колоссальная сила додзюцу, во много раз превосходящая мощь Мангекьё Шарингана.
Итачи тут же прикрыл Саске и Наруто, заключив их в своё Сусаноо.
— Не спеши! — крикнул Шисуи. — Конан была под контролем Чёрного Зецу. Если бы мы его не убили, её жизнь была бы хуже смерти! К тому же, мёртвых можно воскресить, это не так уж и важно. Её убил я, и я заплачу за её воскрешение необходимые очки.
Натиск Нагато резко прекратился. Его сердце разрывалось от горя и ярости, но в то же время... горе было уже не таким острым, а ярость — не такой всепоглощающей. Он только сейчас вспомнил, что в нынешнюю эпоху жизнь и смерть перестали быть чем-то важным, особенно когда такое происходит в Конохе...
— Проклятье!
Нагато застыл в нерешительности, и его охватило чувство глубокой тоски. Обладатель великого Риннегана, который ещё несколько лет назад мог бы править миром шиноби, сейчас чувствовал себя совершенно бессильным.
Он смотрел на растерзанное тело Конан, и ему всё ещё хотелось взорваться от гнева, но он растерянно огляделся. А что он мог сделать? Устроить здесь резню?
— Даже если ты убьёшь нас, это бессмысленно. Мы скоро воскреснем, — мрачно произнёс Шисуи. — К тому же, нас здесь много, и мы сможем продержаться до прибытия более сильных шиноби. В итоге это лишь задержит воскрешение Конан.
Нагато стиснул зубы.
— Где Каэдама?! Пусть выходит и немедленно воскресит Конан! Я знаю, он видит всё, что здесь происходит!
Но Каэдама Цукаса не ответил.
В это время он уже находился на Луне. Разместить там Людей Божественного Древа было его главной задачей.
«Хм, в деревне произошла небольшая, незначительная заминка...»
Каэдама Цукаса уже видел всё от начала до конца. Кровавая луна в небе была продолжением его взора, но душевные страдания Нагато его не интересовали.
Решит ли Нагато ждать или впадёт в ярость и устроит резню — говоря прямо, в нынешнюю эпоху это не имело никакого значения. Все мёртвые будут воскрешены. А что до тех, кто ищет смерти, — если Цукаса захочет, он может сделать так, что они не найдут покоя даже после гибели, и их души никогда не попадут в Чистые Земли.
На его нынешнем уровне лишь Ооцуцуки и Десятихвостый заслуживали серьёзного внимания. С натяжкой можно было бы добавить к ним Наруто и Саске, ведь эти двое в любой момент могли получить от Мудреца Шести Путей усиление и одним махом достичь его уровня.
«С таким количеством Людей Божественного Древа я скоро смогу взрастить полноценный вирус... Таким образом, на фронте Ооцуцуки у меня есть Тонери, а на фронте Десятихвостого — Люди Божественного Древа».
Цукаса посмотрел вниз на этих существ с пустыми лицами. У него был неплохой план. Раз Ооцуцуки и Десятихвостый могут поглощать друг друга, крадя гены для дальнейшей эволюции, он был не против вмешаться и внедрить в этот процесс свой вирус.
Превратить этот двойной цикл во вражду железного треугольника могло принести Цукасе дополнительное развлечение и новые перспективы. Однако для этого требовалось время, чтобы вырастить мощный зомби-вирус, способный адаптироваться к существам уровня Шести Путей, а это было чрезвычайно сложно.
— А-а-а-а-а!
Люди Божественного Древа подняли головы и увидели парящего в небе Цукасу. Они тут же издали странные визги и, пошевелив тем, что у них было вместо мозгов, немедленно начали новое деление. Их число снова увеличилось, перевалив за двадцать, из-за чего уровень их интеллекта окончательно рухнул.
— Хех, отлично. Понимаете, что вас перенесли в незнакомое место, инстинктивно чуете неладное и думаете, что для победы надо стать сильнее?.. Этим вы окончательно себя погубили.
Цукаса тут же начал распылять вирус. Хоть большая его часть оседала лишь на поверхности тел этих существ, даже если хоть один вирус проникнет внутрь, это уже будет ценно.
В случае успеха Цукаса обретёт эксклюзивную силу для прямого противостояния Ооцуцуки и Десятихвостому.
«Теперь можно не обращать на этих тварей внимания. С их-то мозгами, действуя лишь на инстинктах, они не додумаются использовать додзюцу, чтобы сбежать с Луны. Если я не буду их атаковать, они так и останутся здесь стоять столбами».
Цукаса немедленно покинул Луну, оставив этих созданий в качестве рассадника для взращивания вируса. Можно сказать, они своими руками положили начало прологу к погребению всего рода Десятихвостого.
Проблема в этой временной линии была предварительно решена. Теперь Цукасе нужно было спешить разобраться с ситуацией в мире Ограниченного Цукуёми. В битве двух Джигенов и одного Десятихвостого лучшим исходом, конечно, было бы уничтожить всех троих разом, хотя надежды на это было мало.
Вскоре после ухода Цукасы...
За пределами Луны, на безопасном расстоянии, появилась призрачная фигура. Мудрец Шести Путей с серьёзным выражением лица наблюдал за происходящим.
«Люди Божественного Древа... Даже мне, чтобы уничтожить таких существ, потребуется время. Я и не предполагал, что Десятихвостый обладает такой способностью».
Мудрец Шести Путей тоже был удивлён. Его беспокоило то, что Цукаса бросил этих существ на Луне.
Хотя Кагуя и была запечатана, но что, если произойдёт что-то непредвиденное?