0217: Чакра Индры? Кажется, у меня её немного есть

Применение техник запечатывания против «Лимбо: Граничная Тюрьма» Мадары — не просто какая-то фантазия, а, напротив, чрезвычайно эффективный метод.

Количество теней, которое Мадара мог создать, имело свой предел. Даже став джинчуурики Десятихвостого, он мог использовать не более четырёх.

В оригинальной временной линии Наруто с помощью Стихии Магнетизма Однохвостого и двух теневых клонов сумел намертво сковать одну из теней, тем самым уменьшив их доступное количество.

Тогда Мадара не заставил тень просто исчезнуть, как развеивают теневого клона, и не смог отозвать её, чтобы избежать запечатывания. Единственное, что ему оставалось — это найти возможность высвободить руку, разбить печать и освободить свою тень. Уже один этот факт говорил о многом.

Каждая запечатанная тень — это реальная потеря для Мадары, ведь создать новую из ничего он не мог.

— Каэдама Цукаса, ты… — на губах Мадары появилась лёгкая улыбка. — Твой талант к анализу раз за разом превосходит мои ожидания. Какая жалость, что ты не стал моим наследником.

Пока Цукаса прилагал усилия, Бог Смерти начал тянуть тень на себя. Другие не могли видеть его, но Риннеган позволял это сделать. В итоге Мадара и Нагато лишь молча наблюдали, как огромный призрачный силуэт Бога Смерти поглощает тень, заглатывая её в своё брюхо.

— Оставим эти бессмысленные разговоры, — небрежно бросил Цукаса. — Тебе не подвластны техники управления временем, чтобы вернуться в прошлое. К тому же для тебя я, не принадлежащий к клану Учиха, в любом случае не мог бы стать наследником... да и мне не нужно доказывать свой талант таким образом.

— Хмф, и то верно.

На самом деле Мадара ощущал, насколько сложной стала ситуация. У Каэдамы Цукасы просто не было слабых мест, и он был невероятно силён в одиночном бою. А если он ещё и бросит в атаку всю свою орду зомби, то даже Мадаре придётся несладко.

Значит, продолжать бой было бессмысленно. Хотя Мадара и не думал, что действительно может проиграть Цукасе до такой степени, чтобы быть полностью разгромленным или запечатанным.

— Быть Хокаге — одна морока. Нужно отчитываться перед подчинёнными, заниматься всякой скукой. В своё время Хаширама из-за этого был готов порвать со мной… Что ж, хорошо.

Едва слова Мадары стихли, как он тут же создал Завершённую форму Сусаноо. Колосс высотой в двести метров внезапно возник на территории клана Учиха. Даже не сделав ни одного движения, он практически превратил земли клана в руины.

Одна лишь его синяя ступня, опустившаяся на землю, оставила глубокую вмятину. Внезапный грохот и землетрясение заставили людей невольно раскрыть рты.

— Это тоже Сусаноо?!

— Судя по обрывочным данным из Страны Рисовых Полей, там упоминалось сражение гигантов. Но ведь кроме того таинственного Десятихвостого, других хвостатых зверей там не было. Теперь становится ясно, что, возможно, это был…

— По сравнению с этим чудовищем, Сусаноо Хокаге-самы и Обито-самы — просто детские игрушки…

— Это сила Мадары-самы! Нет, возможно, получив Риннеган, он обрёл невообразимую мощь глаз, что и позволяет ему поддерживать Сусаноо такого размера.

Этот исполин был не просто огромен — он обладал пугающей, но в то же время притягательной эстетикой. Гигант, облачённый в тяжёлые доспехи Карасу-тэнгу и вооружённый гигантским мечом-тати, одним своим видом вызывал удушающее чувство страха.

Если такой гигант придёт в движение, то всего один горизонтальный удар сметёт пол-Конохи, а ударная волна сотрёт всё на своём пути.

Цукаса поднял голову, глядя на этого исполина. Честно говоря, каждый раз, когда он видел Завершённую форму Сусаноо, он не мог сдержать восхищённого вздоха. Эта штука была настоящим символом силы, неопровержимым доказательством мощи, превосходящей уровень Каге.

Если посмотреть на всех по-настоящему сильных персонажей, то кажется, что почти все они так или иначе владели навыком пилотирования Гандамами. Разве что Ишики да Обито в форме Мудреца Шести Путей обходились без этого. Но первый обладал запредельным тайдзюцу и мог одним ударом разнести Завершённое Сусаноо, а второй владел Сферами Поиска Истины, для которых «абсолютная защита» была что детская забава — им обоим не нужны были битвы «Гандамов».

Все остальные — Момошики, Тонери, Наруто и Саске — были способны создавать исполинские аватары собственными силами.

Вся Коноха погрузилась в хаос. Любой, у кого были глаза, мог видеть Завершённое Сусаноо. Учитывая предыдущие волнения, все поняли, что в деревню вторгся могущественный враг.

Некоторые даже сразу решили, что это невиданное ранее Сусаноо — техника самого Хокаге, ведь его аватар тоже был синего цвета.

Кроме того, немногие догадывались, что Каэдама Цукаса, благодаря своему «Цукуёми Пустоты», забирал себе частичку чакры каждого подключённого. Имея такой огромный запас энергии, резко увеличить Сусаноо до подобных размеров казалось вполне логичным.
Никто не сомневался, что Хокаге победит. Неважно, кто был врагом!

Мадара свысока смотрел на Цукасу.
— Ты сам всё видишь. Хоть ты и владеешь техникой воскрешения, но оживлять сразу слишком многих станет для тебя тяжёлым бременем. Почему бы не закончить этот бой здесь и сейчас? Так ты сохранишь лицо как Хокаге, а те, кто наблюдает издалека, не узнают о нашем разговоре.

У Мадары была своя гордость. Он мог позволить другим использовать себя, но лишь при условии, что у него самого всегда оставалась сила в любой момент перевернуть шахматную доску и поступить так, как ему хочется. Именно поэтому в оригинальной временной линии он подчинялся приказам Орочимару-Кабуто, сражался с Альянсом шиноби и даже специально демонстрировал мощь Риннегана.

Абсолютная уверенность, переходящая в самонадеянность, позволяла ему в свободное время вести себя так, будто он развлекается с букашками, и выслушивать слова слабаков с куда большей серьёзностью, чем обычный человек.

Цукаса покачал головой.
— Думаешь, ты уже победил? Кстати говоря, похоже, я так и не показал силу, способную сокрушить тебя, и из-за этого многие вещи становятся излишне хлопотными... Что ж, хорошо. Время пришло, я могу попробовать. Только сперва нужно сменить место.

Мадара холодно хмыкнул, не возражая. Он и не собирался использовать Коноху как заложника, чтобы шантажировать Цукасу. Он прекрасно понимал, что для того деревня — лишь расходный материал и инструмент для достижения целей. Потеря деревни причинит ему досаду, но не разобьёт сердце.

Один за другим они покинули деревню и углубились в лес Конохи.

Цукаса ударил ладонью по земле, и по ней разошлась огромная формула.

— Техника Призыва!

На поляне появилось хвостатое чудовище, заметно уступавшее размерами Сусаноо. Четыре хвоста извивались в воздухе, а зверь с опаской и недоумением смотрел на Мадару.

— Четырёххвостый, значит. Но одним им тебе со мной не справиться, — холодно произнёс Мадара. — Что дальше? Выпустишь и Девятихвостого? Даже если ты соберёшь их всех, им не одолеть меня.

Четырёххвостый был в полном замешательстве. Его так внезапно призвали — и сразу против Завершённого Сусаноо? Да, он перешёл на сторону Цукасы и даже помог уговорить других хвостатых сотрудничать, но кто же знал, что его первым заданием станет битва с Учихой Мадарой?
— Если честно, я его не одолею, — сказал Четырёххвостый.

Цукаса стоял у него на голове.
— Я и не рассчитывал, что ты его победишь, — спокойно ответил он. — Твоя задача — лишь выиграть для меня немного времени. Я как раз хочу воспользоваться этой возможностью, чтобы доказать свою состоятельность. После этого я, скорее всего, шагну на следующую ступень и доведу прочность этого тела до предела.

— Какая редкость, — в голосе Четырёххвостого слышался сарказм. — Ты ведь всегда относился к чужим телам как к расходникам. Не замечал, чтобы ты так заботился о каком-то одном.

Он лишь присягнул Цукасе, а не попал под действие гендзюцу, став его рабом. К тому же среди хвостатых Сон Гоку никогда не отличался покладистым характером.

— Ты ошибаешься, Четырёххвостый. Даже это тело, которое я использую сейчас, по своей сути является лишь временным расходным материалом. У него неизбежно есть предел. Когда я выжму из этого сосуда всё до последней капли, он ничем не будет отличаться от других трупов.

Безразличие, с которым Цукаса говорил даже о самом себе, заставило Четырёххвостого замолчать.

И Цукаса не лгал. На создание тела, которым он сейчас пользовался, ушли годы кропотливого труда. Сперва был эксперимент с клетками Хаширамы, ставший жертвенным сосудом для Нечистивого Воскрешения, затем — идеальный клон Хаширамы и, наконец, глаза Индры, полученные из Шкатулки Высшего Блаженства. Лишь всё это вместе позволило Цукасе добиться успеха.

С того момента он избавился от жалкого тела землянина, состоящего всего лишь из каких-то тридцати триллионов клеток, и обрёл по-настоящему высшее тело в этом мире шиноби. Это дало ему основу для всех последующих действий — по крайней мере, теперь его было не так-то просто убить. А в сочетании с техникой Кишо Тенсэй он окончательно освободился от оков жизненной силы.

Но это не означало, что он считал это тело своей конечной точкой. Как такое возможно? Он, играющий с вирусом нежити, рассматривал любое тело лишь как ресурс для расхода.

— С появлением «Цукуёми Пустоты» такие понятия, как «тело» или «основа», перестали быть для меня чем-то необходимым. Сейчас ты не понимаешь, но поймёшь в будущем. Спустя годы ты осознаешь, какое верное решение принял для себя и остальных хвостатых, присягнув мне.

Говоря грубо, даже если бы сейчас какой-нибудь «бог из машины» уничтожил Цукасу, стерев даже его душу, он бы не умер по-настоящему. Внутри «Цукуёми Пустоты» существовала его тёмная личность, которая, благодаря вторжению в мир «Ограниченного Цукуёми», могла переместиться во временную линию аниме.

Стоя одной ногой в реальности, а другой — в иллюзии, он пересекал две временные линии, и это означало, что часть его уже была неуничтожима.

Хлоп!

Цукаса сложил печати. Его куртка разорвалась, обнажив на спине клона Хаширамы.

Мадара слегка изменился в лице.
— Неужели ты собираешься…

— Верно. Прямо сейчас я обрету Вечный Мангекьё Шаринган!

Цукаса управлял руками клона Хаширамы на своей спине. Те вырвали два «глаза Индры» из лица клона и тут же вставили на их место два глаза Обито, которые всё это время не могли завершить слияние.

Мадара холодно наблюдал. Он, на самом деле, так и не понял, почему процесс слияния глаз Обито шёл так медленно. Но, судя по действиям Цукасы, он упустил какую-то важную деталь.

Но какую? Разве для получения Вечного Мангекьё не нужно просто пересадить глаза кровного родственника и подождать некоторое время? Сила глаз должна сливаться с каждой секундой, с каждым мгновением. Но Обито застрял. А Цукаса был уверен, что сможет решить эту проблему?
— Считая твои собственные глаза, это уже три разные силы. Но ты и Обито — не кровные родственники.

— Кровное родство не требуется.

Цукаса тут же ощутил острую, пронзающую боль в спине. Три разные силы глаз вступили в яростную борьбу. Но, в отличие от Обито, у Цукасы при себе была толика чакры Индры!

Глаза Индры, которые он получил по своему желанию из Шкатулки, хоть и не были оригиналом, но всё же содержали в себе его силу. За долгое время, что Цукаса носил их, остаточная чакра накопилась в его теле и теперь могла помочь в слиянии.

Цукаса действительно почувствовал, как силы глаз начали сливаться. Но это также означало, что скверна и грех, присущие глазам Индры, соединялись с новыми глазами. В конечном счёте, по мере их усиления, эта тьма становилась всё более ужасающей.

Стоило Цукасе хоть на миг ослабить ментальную защиту, и эта сила, подобная воплощению всех негативных эмоций человечества, могла бы осквернить его, превратив в безумца, жаждущего лишь разрушения.

— Мне уже давно любопытна одна вещь, — спросил Мадара. — Откуда Обито вообще взял глаза кровного родственника? У него ведь не осталось родни, не говоря уже о ком-то с Мангекьё Шаринганом. Это связано с тем «Ограниченным Цукуёми»?

— Ты ведь уже сам догадался, не так ли?

— Так это правда... Превратить ложь в истину. Изанаги?

Мадара был потрясён.

Он знал, что Изанаги — это техника, с помощью которой Мудрец Шести Путей создал девять хвостатых зверей и наделил их разумом. Сотворение из ничего, превращение правды в ложь и лжи в правду — всё это были аспекты запретной техники Изанаги.

Но использовать её, чтобы получить ещё одну пару Мангекьё Шаринганов? Такой трюк выходил за рамки понимания Мадары. Он никогда бы не подумал, что такое вообще возможно.

«Использовать одну старую пару глаз, чтобы материализовать в реальном мире иллюзорные глаза из мира гендзюцу?»

Вечный двигатель?

Мадара понимал, что всё не так просто, но у него не было времени размышлять над этим, потому что Цукаса уже начал действовать.

— Стихия Дерева: Техника Древесного Человека!

Из-под земли вырвался гигантский деревянный голем, встав напротив Сусаноо.

При виде этой знакомой техники лицо Мадары исказилось, и в его глазах вспыхнуло возбуждение.

— Отлично! Ты довёл силу клеток Хаширамы до такого уровня! А теперь ещё и Вечный Мангекьё Шаринган… Каэдама Цукаса, я, Мадара, признаю твою силу и твой талант!

Мадара был в восторге. Он словно вернулся в те страстные дни, когда сражался насмерть с Хаширамой. Для существа его уровня такие яркие моменты, когда он мог увидеть что-то столь знакомое, были невероятно редки.

— Не заблуждайся. Это лишь часть моей силы. Просто мне показалось, что победить тебя, используя ту самую мощь, которой ты так гордишься, оставит в твоей памяти более глубокий след. И хотя этот бой определит, кто из нас будет главным в будущем, я не то чтобы отчаянно нуждаюсь в твоей помощи.

Было бы неплохо её получить, конечно. Цукаса рассчитывал выставить Мадару на передовую, чтобы облегчить воскрешение Кагуи. Ведь её существование было реальной скрытой угрозой. А в характере Цукасы было, при малейшей возможности, самому вскрыть нарыв, чтобы, перетерпев короткую боль, устранить угрозу и взять инициативу в свои руки.