0243: Явление Божественной техники
Наруто прославился.
Люди всегда возлагают большие надежды на гениев, особенно на гения уровня Наруто, выходца из прославленного клана Сенджу, ключевой фигуры нового поколения из главной ветви клана и естественного кандидата на пост главы клана.
Если бы Наруто всего лишь победил широко известного Хьюга Неджи на территории клана Хьюга, этого было бы недостаточно, чтобы вызвать такой фурор. В конце концов, это всего лишь драка нескольких детей. Несопоставимо с тем, как Каэдама Цукаса внезапно извлёк чакру у стольких людей.
Но вскоре всё изменилось, когда из Резиденции Хокаге официально обнародовали новую информацию об Ооцуцуки Хамуре.
— Эй, смотри, опубликовали новую ценную информацию! В «Цукуёми Пустоты» тоже всё обновилось!
— Что?! Ооцуцуки Хамура — родной брат Мудреца Шести Путей и прародитель клана Хьюга?!
— Так вот оно что! Этот Ооцуцуки Тонери тоже его потомок, родственник клана Хьюга? Тот самый, что сражался с Хокаге-самой в Стране Молнии, из-за чего страна раскололась на части, а Деревня Облака была уничтожена!
— Надо же, какая связь... Значит, на Луне целый клан? Их отношения с Хьюга, по сути, как у Сенджу и Узумаки — кровные узы, одна и та же родословная!
— Ха, тогда Деревня Облака получила по заслугам! Сами связались с этими лунными жителями и навлекли на себя Ооцуцуки Тонери!
— А этому Ооцуцуки понадобилось вырвать глаза у члена клана Хьюга, чтобы получить Тэнсэйган... Хм, хоть я и не понял до конца, как это работает, но глаза клана Хьюга, выходит, и вправду особенные?
Дело раскрыто. Вот почему Четвёртый Райкаге был так безумен и, не считаясь с потерями, похитил юную Хинату. Вот где собака зарыта.
Три великих додзюцу. Риннеган и Шаринган — звенья одной цепи, идущей от Мудреца Шести Путей. А Бьякуган, который все так долго игнорировали, на самом деле так же силён, просто относится к другой ветви эволюции.
Тэнсэйган, обладающий силой, сравнимой с Риннеганом!
Эта информация была подобна разорвавшейся бомбе, она полностью перевернула общественное мнение, хотя Каэдама Цукаса и так уже неоднократно его корректировал.
Люди постоянно пытались заговорить с членами клана Хьюга — не столько чтобы выведать секреты, сколько из чистого шока и любопытства.
И тут выяснилось, что... сами члены клана Хьюга были ошарашены. Прочитав информацию об Ооцуцуки и Тэнсэйгане, они точно так же лишились дара речи.
Наш Кеккей Генкай настолько же древний и могущественный? Ничем не уступает Учиха?
Тэнсэйган! У любого члена клана Хьюга при виде этого слова перехватывало дыхание, и он впадал в крайнее возбуждение. Кто не мечтает о том, чтобы в его жилах текла кровь, дарующая величайшую силу?
И неважно, что они понятия не имели, как пробудить этот самый Тэнсэйган.
— Хм, и что с того? Этот ваш Тэнсэйган... кроме того Ооцуцуки Тонери, кто-нибудь ещё им обладает? Сами Хьюга его получить не могут, у них нет силы, сравнимой даже с Мангекьё Шаринганом.
Одноглазый Учиха Инаби был в ярости. Высшая родословная мира шиноби не потерпит вызова со стороны другого клана, обладающего додзюцу, и он терпеть не мог, когда кто-то упоминал подобное.
Особенно если учесть, что он уже давно перестал считать клан Хьюга ровней.
В такой момент клан Хьюга внезапно оказался в центре внимания, а победа Наруто над Хьюга Неджи тут же приобрела совершенно иное значение.
— Клан Сенджу — такой же древний род, как и Учиха, в эпоху Воюющих Государств они были равны. Нет ничего удивительного в том, что новое поколение Сенджу одолело сильнейшего гения Хьюга.
— К тому же Неджи из побочной ветви, ему ведь уже больше четырёх лет? В этом возрасте ему наверняка уже поставили печать «Птица в клетке», и он может лишь подчиняться приказам главной ветви.
Хината к тому же лишилась глаз и стала бесполезной — если только Хокаге-сама, победивший Тонери, не вырвал его глаза и не сохранил их, чтобы, возможно, вернуть их Хинате.
Но, учитывая ярость той битвы, в которой рушилась сама земля, вероятность этого была крайне мала.
Многие сокрушённо вздыхали. Неджи был на год старше Наруто и всё равно проиграл. В глазах сплетников это бросало тень на репутацию клана Хьюга.
В конце концов, если говорить о самом клане Хьюга, он никогда не славился выдающимися шиноби. Элитный джоунин — вот их потолок. Воскрешённый Хьюга Тенджин был неплох, но не успел проявить себя, как Хамура, которому он пришёлся не по нраву, использовал его в качестве сосуда для воскрешения, окончательно уничтожив.
Всё это ставило клан Хьюга, оказавшийся в центре общественного внимания, в очень неловкое положение.
— Прошу прощения, господин глава клана, отец. Это я виноват в том, что проиграл Сенджу Наруто, и навлёк всё это на нас. Честь клана пострадала из-за меня одного.
На собрании клана Неджи склонился до земли.
Присутствующие старейшины смотрели на него. Некоторые старики безжалостно его отчитывали — критиковать поражение молодого поколения свысока, со стороны, всегда было лёгкой и приятной работой, ведь им самим не приходилось выходить на поле боя.
— Довольно! Замолчите все! — безэмоционально произнёс Хьюга Хиаши. — Неджи сделал всё, что мог. Наруто — дитя тех двоих, неудивительно, что он обладает таким талантом.
Цунаде и Като Дан, как ни крути, были шиноби уровня Каге. А клан Хьюга? Ни одного.
В эпоху правления Каэдамы Цукасы небольшие группы, не имевшие в своих рядах никого уровня Каге, уже не считались элитой и не шли ни в какое сравнение с кланами вроде Учиха, где то и дело появлялись Мангекьё и Риннеганы.
Хизаши, глава побочной ветви, молча наблюдал за всеми, мысленно усмехаясь.
Раньше поражение Неджи от Наруто не было бы таким уж важным событием, но теперь всё изменилось. Все узнали, что у клана Хьюга такая могущественная родословная, способная сравниться с Учиха. Планка взлетела до небес, и у некоторых тут же поднялись и запросы.
Требования к Неджи, признанному гению клана, выросли — ведь им самим для этого нужно было лишь шевелить языком.
— И о чём же вы думали раньше? Упорно ставили Неджи печать «Птицы в клетке», уничтожая потенциал его Бьякугана, подавляя его развитие! Разве не все вы это одобрили? Так почему же теперь вы смеете его упрекать?
Хизаши встал и, не скрывая гнева, под изумлёнными взглядами заговорил всё громче и громче:
— Клан собственными руками уничтожил своего сильнейшего гения!
— Хизаши... — Хиаши попытался его остановить, но не смог.
— Хизаши, ты ставишь под сомнение устои клана? Так было сотни лет!
— Времена изменились! Вы, дряхлые старики, даже получив шанс на продление жизни, способны лишь повторять свои замшелые взгляды! Но Неджи другой, он молод, его ждало блестящее будущее! Он мог бы достичь высот Тонери или, по крайней мере, сравниться с Учихой Итачи, но вы всё разрушили! — усмехнулся Хизаши. — В эпоху, когда воскрешение стало обыденностью, мёртвый член побочной ветви может избавиться от проклятой печати. Вы ведь давно это знаете, не так ли? Печать «Птица в клетке» утратила свой смысл! Только вы, косные консерваторы, цепляетесь за неё, позволяя клану гнить изнутри!
Все были потрясены вспышкой Хизаши, включая поднявшего голову Неджи.
В клане Хьюга, со строгими правилами и закрытыми традициями, где даже каждое движение было строго регламентировано, вольнодумство было абсолютно недопустимо.
Тем более когда бунтовал глава побочной ветви, чья воля обычно рассматривалась как воля всех её членов.
— Хизаши, ты зашёл слишком далеко. Оставь нас, — произнёс Хиаши.
— Хмф. Если клан не изменится, он окончательно отстанет. Враги становятся всё сильнее, а мы продолжаем душить собственных гениев! — холодно бросил Хизаши. — Скажу вам правду. О Тэнсэйгане я знал уже много лет. Мне лично рассказал об этом Хокаге-сама.
— Что?!
— Хизаши, как ты смеешь! Почему ты не сообщил клану о столь важном деле раньше?!
Несколько старейшин тут же вскочили на ноги. Кроме одного, который был из главной ветви, все остальные были старейшинами побочной, и сейчас даже они не могли сидеть спокойно, настолько были поражены.
— Потому что клан ещё не был готов.
Хизаши помог Неджи подняться, и они вышли из зала.
— Отец... — растерянно пробормотал Неджи.
— Не обращай внимания, Неджи. Ты — гений, которого загубил этот клан, — сурово произнёс Хизаши. — А про Тэнсэйган забудь. Тебе не стоит об этом думать.
Клан не мог пожертвовать глазами всех своих членов ради призрачного шанса создать Тэнсэйган. А то, что Тонери получил его, забрав Бьякуган Хинаты... это было невозможно проверить. Чтобы подтвердить эту теорию, пришлось бы вырвать глаза у самого Хиаши?
Неджи решительно кивнул:
— Наруто сильнее меня, но не настолько, чтобы я не мог его победить. Он кое-что знал о Бьякугане и Мягком кулаке, а я о нём не знал ничего. Это и стало главной причиной моего поражения. В следующий раз я выиграю.
Он должен был смыть этот позор во что бы то ни стало. Считая себя первым в своём поколении, он не мог смириться с поражением от Наруто, который был на год младше.
Если уж Наруто так силён, то насколько же силён Саске, которого Неджи считал своим настоящим соперником и на которого было обращено столько внимания?
Старался не только Неджи. Додай тоже прилагал все усилия.
— Вот так всё и обстоит. Деревня Облака уничтожена, Четвёртый-сама убит, Тонери побеждён. У меня не осталось иного выбора, кроме как примкнуть к вам.
Додай смотрел на стоящих перед ним людей. На его лбу выступил пот, а в глазах виднелись красные прожилки — было очевидно, что он давно не спал.
— Хм, какое диво. Не ожидал, что ты решишь к нам присоединиться... Это тоже было частью вашего плана? — с странным выражением лица прошипел Орочимару. — Главный стратег Деревни Облака перебегает от одного Ооцуцуки к другому. Забавно.
Додай покачал головой:
— Уточню: я знал о плане Четвёртого-самы отправиться на Луну, но о том, что было дальше с Ооцуцуки Тонери, я ничего не ведал.
Орочимару взглянул на Джигена, который лениво покачивал бокал с красным вином.
— Тебе следовало прийти ко мне раньше. До того, как Райкаге отправился исследовать Луну.
Брови Джигена слегка нахмурились. Тот факт, что он, обычно холодный и бесстрастный, позволил этому телу проявить эмоцию, говорил о том, что он был в ярости.
Какая потеря. Огромная потеря. Кто бы мог подумать, что на Луне скрывается Ооцуцуки с такой чистой родословной?!
Кто бы мог подумать, что Хамура, отпрыск Кагуи, не просто оставил на Луне своё потомство, но что эта кровь окажется настолько пригодной?!
Если бы он узнал об этом раньше, сперва отправился на Луну, схватил Тонери и скормил его Десятихвостому...
Тогда не было бы всех этих проблем! Никакой пересадки генов Шибая, никаких Людей Божественного Древа — ничего из этого не понадобилось бы! Эволюция Десятихвостого завершилась бы в один миг!
Даже Джигена сейчас охватило чувство омерзения, а его аура стала ещё более ледяной.
— Каэдама Цукаса опередил меня. Жаль, что Тонери не появился в моих планах раньше.
Джиген сжал бокал, и тот разлетелся на осколки. Красное вино потекло по его руке на пол.
Спустя мгновение Джиген холодно произнёс:
— Раз пришёл, оставайся. Удивительно, что ты вообще смог нас найти. Но тех сенсоров, что снаружи, придётся убить.
Додай побледнел:
— Постойте, господин Джиген! Без моих товарищей, которые днём и ночью прочёсывали местность, я бы никогда вас не нашёл! Они ещё могут пригодиться...
— Раньше могли. Теперь — нет. Ты поймёшь. Перед силой Божественной техники обычные сенсорные дзюцу — ничто. — Терпение Джигена стремительно иссякало, и он уже собирался встать.
В этот момент в зал вошла ещё одна фигура.
— Хм, а здесь оживлённо. Похоже, я как раз вовремя. Организация «Кара» набирает новичков?
Вошедший привлёк всеобщее внимание. Додай был в замешательстве — он совершенно не знал этого человека.
Глаза Орочимару блеснули, и он усмехнулся:
— Похоже, ты выкарабкался. Это было нелегко, Мизуки. Так ты обрёл Божественную технику?
— Конечно. Божественная техника «Когтяная Метка» — сильнейшая пространственно-временная техника. Теперь она полностью моя. Я чувствую, как пульс господина Шибая бьётся в моём теле.
Лицо Мизуки исказила зловещая ухмылка. Он выглядел дико и высокомерно. Пережив мучительную агонию и чудом выжив, он успешно адаптировался к пересаженному гену и обрёл силу, превосходящую все его представления.
Злоба, таившаяся в сердце Мизуки, вырвалась наружу, и теперь он не видел нужды её скрывать.
Лишь перед Джигеном он мог слегка склонить голову. Все остальные, даже Орочимару и Тензо, были для него никем.
— А где Тензо? Он должен был присматривать за тобой. Ты убил его? — Орочимару облизнул губы.
— Нет. Всё-таки он сосуд Джигена. Я не стал бы так просто его убивать. Просто вышвырнул его с базы с помощью «Когтяной Метки». Так, для острастки.
Мизуки злобно усмехнулся, его поведение было вызывающим, но никто из присутствующих не стал его упрекать.
Джиген равнодушно сказал:
— Тогда те ниндзя снаружи — на тебе. Убей их как можно скорее, а затем приступай к плану «Человек Божественного Древа» с Десятихвостым. Мы не можем вечно держать Джирайю и Оноки в заточении.
Додай хотел было что-то сказать, но промолчал. Он ломал голову, но так и не мог вспомнить, кто такой этот Мизуки и из какой он деревни. Ни один из известных ему молодых гениев не подходил под описание.
Мизуки протянул руку и коснулся пола. В тот же миг на камне появились чёрные следы, словно от когтей гигантского зверя.
Он шагнул вперёд, и его тело растворилось в этих чёрных метках.
— Это не займёт много времени. Готовьте Десятихвостого. Мне не терпится вернуться в Коноху и отомстить Ируке. Я заставлю всех, кто смотрел на меня свысока, горько пожалеть!