0062: Ты пожалеешь, а я — тень
Внезапный взрыв застал всех врасплох. Даже элитные шиноби, присутствовавшие здесь, не ожидали такого подвоха. И произошло это именно в тот момент, когда они расслабились после ухода Каэдамы Цукасы, — взрыв раздался из иссохшего мумифицированного тела, лишенного всякой жизненной силы.
В пределах базы грохот прозвучал особенно оглушительно.
«Каэдама Цукаса умудрился провернуть это прямо у нас под носом?!» — мысль мелькнула у многих. — «Но как? Когда он успел подложить взрывную печать внутрь трупа?»
Один из шиноби «Корня» погиб на месте. Другой, находившийся чуть дальше, метра на полтора, отделался легкими ранениями.
Лицо Данзо стало мрачным, как грозовая туча.
Вот уж действительно человек с невероятно сильной жаждой мести. Он только что сравнивал Цукасу с Орочимару в его семнадцать лет. Теперь же стало ясно: Цукаса куда беспощаднее.
Орочимару угрожал словами и жестами, предупреждал. Цукаса же действовал иначе. Весь эксперимент он улыбался, изображая полную готовность к сотрудничеству. А едва переступил порог — тут же нанес удар.
Это было уже не предупреждение. Это была прямая атака.
«Скорее всего, это было призывающее дзюцу, — аналитично заметил Дзинаи. — Он подготовил множество печатей. Вполне возможно, использовал труп как катализатор для призыва взрывной печати. Согласно донесениям, чаще всего он использует как раз неприметное призывающее дзюцу — будь то зомби или ниндзя-оружие».
Это означало, что мастерство Цукасы в призывающих техниках достигло значительных высот.
Данзо холодно окинул взглядом лежащего на каменном полу израненного шиноби «Корня» и тут же отдал приказ: «Уберите это место. Быстро. Представьте произошедшее как последствие неудачного эксперимента с ниндзюцу».
«Данзо-сама, — спросил Дзинаи, — мы не будем пытаться задержать Каэдаму? Открытое нападение на высшее руководство деревни… Никакой дисциплины, ни капли уважения к Конохе. Такой человек — опаснейший элемент, балансирующий на грани ниндзя-предателя. Его нужно либо взять под наш контроль, либо… ликвидировать, пока не поздно».
«Как задерживать? — Лицо Данзо вновь обрело ледяное спокойствие. — Он может сбежать с помощью пространственной техники. По всей Стране Огня он наверняка закопал не один труп-маяк».труп-маяк».
«В деревне есть свои пространственные шиноби. Можно отозвать Намикадзе Минато. Узумаки Кушина тоже владеет техниками печатей клана Узумаки. Силы этих двоих, подкрепленные нашими тайными техниками «Корня», позволят справиться с Каэдамой без труда».
«Нет необходимости, — отрезал Данзо ледяным тоном. — Намикадзе Минато — ученик ученика Сарутоби. Если он начнет действовать, Сарутоби обо всем узнает». Он меньше всего хотел, чтобы в это дело вмешивались люди из окружения Хокагэ.
Техники Цукасы были слишком ценны. Эффект, порождаемый сочетанием Шидон и Кисё Тэнсэй, был неотразим. Не смог устоять Учиха Мадара. Не смог Чёрный Зецу. Не смог и Данзо.
«За всю историю шиноби мира не было ниндзя, подобного Каэдаме Цукасе. Разные запретные техники в его руках обретают идеальную гармонию, а цена их использования сводится к минимуму».
Данзо понимал, что система Шидон наверняка таит в себе какой-то риск — у любого дзюцу есть риск, вопрос лишь в его масштабе. Но он еще недостаточно изучил Шидон, чтобы понять, где именно кроется эта угроза.
Группа вышла из лаборатории. И в этот момент к Данзо поспешно подошел еще один шиноби «Корня»: «Данзо-сама! Хокагэ-сама прибыл к входу. Мы не смогли его задержать».
««Корень» — это корень Конохи, существующий, чтобы питать великое Дерево! — лицо Данзо исказила ярость, голос зазвучал жестко и громко. — Зачем задерживать Хокагэ?!»
В направлении его взгляда показалась невысокая фигура, неторопливо входящая в помещение.
«Данзо, я рад, что ты так думаешь, — прозвучал голос. — Но я был бы еще раднее, если бы твои дела соответствовали твоим словам».
Третий Хокагэ стоял, держа в зубах курительную трубку, и улыбался: «У тебя тут громко. Забеспокоился, решил проверить».
Визит высшего руководителя деревни в логово второго лица нарушал политическое статус-кво. Но если Хокагэ решился на это, значит, считал визит необходимым.
«Данзо, ты снимал повязку с головы. Что случилось такого, что потребовалось ее снять? Даже столкнувшись с врагом, не стоило заходить так далеко».
«Это не требует твоего вмешательства, — отрезал Данзо. — Я не делаю ничего, что вредит деревне».
Третий Хокагэ пристально смотрел на Данзо, наблюдая, как тот невозмутимо вновь заматывает голову.
Он слишком хорошо знал своего старого друга и «белую перчатку». С этим глазом явно что-то не так. Возможно, там скрыта какая-то постыдная техника, которую Данзо намерен использовать в критический момент.
Но неужели молодой Каэдама Цукаса уже заставил Данзо выкладывать такие козыри? Даже такие, о которых не знал сам Хокагэ?
«Молодой человек доставил тебе хлопот», — усмехнулся Третий Хокагэ.
«Хлопоты — не то слово. Но его действия действительно удивили. Все недооценивали его талант. Даже Цунадэ по-настоящему его не продвигала».
«Решил взять его под свое крыло? Сделать ключевым проектом «Корня»? — удивился Хокагэ. — Это необычно. Обычно ты предпочитаешь вербовать талантливую молодежь из известных кланов».
«Если бы такая возможность была, я бы взял его в «Корень», — без тени эмоций ответил Данзо, одним взглядом «читая» намерения Хокагэ. — Но ты не позволишь. У тебя есть Саннины, есть Намикадзе Минато и Узумаки Кушина. Тебе все еще мало?»
«Молодое поколение деревни растет и крепнет. Я, как Хокагэ, обязан проложить им путь, создать условия для роста. Разве не в этом одна из целей создания Деревни Скрытого Листа?»
Третий Хокагэ улыбнулся шире: «От имени Хокагэ я подписал приказ. Каэдама Цукаса повышается до специального джоунина и возглавит отряд на фронте. Человек, разработавший совершенно новую систему секретных техник, мастерски владеющий пространственными дзюцу, о котором Джирайя в отчете оставил шифрованную пометку «неприятный», — вполне заслуживает звания специального джоунина».
Всего восемь месяцев назад Каэдама Цукаса получил звание чуунина. А теперь — стремительное повышение до специального джоунина.
Даже во время Мировой Войны Шиноби, когда на первый план выходили носители уникальных техник, такая скорость продвижения поражала. Ведь Цукаса — не Намикадзе Минато, «чистый» во всех отношениях, с безупречным происхождением, ясной линией ученичества и доступом к Свитку Запретных Техник, где он мог изучать пространственные дзюцу.
Он всего лишь сирота войны, для которого когда-то стать генином было результатом долгой и отчаянной борьбы. Со стороны у него не было видимых выдающихся талантов.
И вот он явил миру неслыханные секретные техники Шидон, с головокружительной скоростью разрабатывая сопутствующие дзюцу, наполняя систему плотью и делая ее цельной. Становясь человеком, которого не так-то просто убить.
И это еще без учета того, что Третий Хокагэ не знал о владении Цукасой Кисё Тэнсэй, позволяющей ему в любой момент восполнять жизненную силу и компенсировать прежние физические и чакровые ограничения. Будь это известно, оценка была бы еще выше.
Убить Каэдаму Цукасу теперь под силу разве что элитному джоунину, да и то с огромным трудом. А чтобы гарантированно помешать ему сбежать, потребовались бы усилия шиноби уровня самого Хокагэ.
«Два успешно выполненных задания уровня А, плюс различные боевые заслуги… Повышение до специального джоунина вполне обоснованно, — Третий Хокагэ смотрел на Данзо. — Он же один из двух шиноби в деревне, владеющих пространственными техниками. Никто не станет оспаривать это решение. Не так ли, Данзо?»
Данзо усмехнулся. Он смеялся над тем, что Хокагэ совершенно не понимал истинной натуры Каэдамы Цукасы.
«Сарутоби, ты пожалеешь об этом!»
«Данзо, я — Хокагэ».
На этом вопрос был закрыт.