0273: Безумные награды за победу
Все, кто находился в «Цукуёми Пустоты», изначально вели жаркую дискуссию о Турнире гениев мира шиноби — событии, абсолютно беспрецедентном в истории.
— Судя по правилам, это, по сути, просто другая версия экзамена на чуунина, верно? Только на этот раз она охватит всех гениев мира шиноби.
— Возраст не старше 20 лет? И требование — быть генином? Если к 15 годам ты всё ещё не стал чуунином, тебя вряд ли можно назвать гением, а тут до 20... это действительно...
— Заткнись! Ты забыл? В 16 лет господин Хокаге был никому не известным генином Конохи. А кем он стал теперь?
— Хм! Логично. Хотя я не думаю, что среди нынешних великовозрастных генинов найдётся кто-то, кто сможет сравниться с господином Хокаге, но кто знает? Может, и вправду существует гений, которого все упустили из виду.
Многие из тех, кто не соответствовал требованиям, смотрели на это с горящими от зависти глазами. Это было невиданное доселе событие! И, судя по всему, оно должно было пройти в «Цукуёми Пустоты»? Это означало, что мировое соревнование из реальности переносилось в мир гендзюцу, где его мог увидеть каждый.
Хотя многие в глубине души были готовы к такому, ведь они уже тренировались и сражались в «Безликом Цукуёми», момент, когда реальность и иллюзия переплетались ещё теснее, всё равно вызывал трепетное чувство сопричастности к истории.
Более того, «Цукуёми Пустоты» уже охватил весь мир шиноби. Это означало, что каждый мог войти в этот иллюзорный мир. Ни один так называемый экзамен в истории не транслировался на весь мир шиноби!
Конечно, под «каждым» подразумевались лишь шиноби. Те, кто не мог производить чакру, не имели права даже на получение учётной записи, не говоря уже о всевозможных удобствах этого иллюзорного мира.
Иными словами, в мире, которым правил Каэдама Цукаса, только шиноби считались людьми, имеющими право стать пушечным мясом и расходным материалом. Что до простолюдинов — они и за людей-то не считались, будучи лишь инкубатором для рождения новых шиноби.
Впрочем, в наши дни даже жизнь шиноби висела на волоске. В череде непрекращающихся высокоуровневых битв только шиноби уровня Каге имели шанс спастись от ударных волн. Те, кто был на уровне Супер-Каге, могли оказать хоть какое-то влияние. А для ниндзя рангом ниже Каге не быть стёртым в порошок ужасающими последствиями сражений уже было величайшей удачей.
— Эй, смотрите скорее на последнее объявление! Награды просто безумные!
Вокруг воцарилась мёртвая тишина, которую нарушало лишь тяжёлое дыхание. На световом экране перед ними холодные строки текста перечисляли дары, за которые любой шиноби был готов отдать всё.
— Те, кто войдёт в топ-50, смогут выбрать в качестве награды любой Кеккей Генкай... То есть, можно получить даже Мокутон или Шаринган, я правильно понимаю?
— Не факт, что все выберут наследие этих двух кланов. Некоторые уже тайком обменивали баллы на эти Кеккей Генкай в «Цукуёми Пустоты». Но, честно говоря, Шаринган не даёт мгновенного прироста боевой мощи, нужно постоянно увеличивать число томоэ. А о сложности пробуждения Мангекьё и говорить нечего. Даже в клане Учиха это удавалось лишь единицам, что уж говорить о нас?
— Верно. Если представится такой шанс, Мокутон куда ценнее Шарингана. Стихия Дерева значительно повышает физическую силу и способность к самоисцелению — уже одно это очень практично. А ниндзюцу Мокутона можно будет обменивать на баллы одно за другим.
— Ха, наивные. Обладать Кеккей Генкай Стихии Дерева — не значит уметь им управлять. Если бы всё было так просто, в Конохе каждый второй владел бы Мокутоном. Эта невероятная жизненная сила, о которой ходят легенды, — неужели вы думаете, что обычное тело способно с ней совладать? Вы что, не знаете, что все эти древние, передающиеся из поколения в поколение Кеккей Генкай происходят от Ооцуцуки?
Не в каждом шиноби текла кровь Ооцуцуки. Без поддержки соответствующих генов насильственное овладение неподконтрольной силой, как ни посмотри, было самоубийством.
На этом фоне Шаринган выглядел куда более надёжным вариантом.
Многие сразу отказались от идеи наследственных Кеккей Генкай, обратив внимание на те, что не передавались по крови, например, Стихию Шторма или Стихию Лавы.
Некоторые даже нацелились на Кеккей Тота. Эта штука была куда мощнее Мокутона или Шарингана, которые они не смогли бы раскрыть на полную. Проверив информацию, они обнаружили, что Кеккей Тота тоже можно было получить, но для этого нужно было войти в пятёрку лучших.
Награды для тех, кто входил в двадцатку лучших, были ещё более ошеломляющими, не говоря уже о россыпи различных секретных техник, запретных дзюцу и оружия ниндзя.
— Это... вечная жизнь?! Не возможность воскреснуть или продлить жизнь, а именно вечная жизнь?!
— Эй, ты смотришь на базовые награды для топ-20. А если войти в десятку, все эти награды суммируются с предыдущими! Даже представить страшно, насколько сильным станет тот, кто получит всё это!
— Десятка лучших получит пару Риннеганов?! А пятёрка — часть квоты на чакру Божественного Древа! Что ещё за Божественное Древо?
Кто-то тут же воспользовался функцией поиска в иллюзорном мире и с ужасом обнаружил, что база данных незаметно пополнилась новой информацией.
— Десятихвостый, поглотив чистокровного Ооцуцуки, может трансформироваться в Божественное Древо, способное высосать всю природную энергию планеты?!
— Мир, лишённый природной энергии, в конце концов потеряет всю жизненную силу, и всё поглотят бескрайние пустыни и лава... Десятихвостый?! Тот самый, что появился в Стране Рисовых Полей?!
— Так вот оно что... В прошлом Мудрец Шести Путей подчинил Десятихвостого и разделил его на девять частей. Так и появились девять Хвостатых Зверей! Неудивительно, что они могут бесконечно возрождаться и никогда не умирают!
Квота на чакру Божественного Древа, способного уничтожить целый мир... Любой, у кого было хоть немного воображения, затаил дыхание. Это было не просто наградой, а кратчайшим путём в далёкое будущее, ключом к тому, чтобы занять своё место в новой эре, которую единолично планировал Каэдама Цукаса.
— Это... это точно соревнование для генинов? Да тут любой Каге с ума сойдёт от таких наград, а их раздают генинам? Чёрт, ведь это нужно всем...
Отдельные шиноби, не соответствующие условиям участия, не скрывали своей зависти. Ещё недавно они гордились повышением до чуунина. «Любая из этих наград способна создать могущественного шиноби уровня Каге, так ведь?»
А теперь их раздавали оптом — были бы талант и сила.
Награды за первые три места повергали в ещё больший шок. Помимо суммирования всех предыдущих призов, победители дополнительно получали родословную Ооцуцуки.
Ничто не заставляло сердца биться так учащённо, как слово «Ооцуцуки».
В последние годы регулярно появлялась новая информация об этом клане, а периодически вспыхивавшие ужасающие битвы, в которых целые страны стирались с лица земли, горы обращались в пыль, а экосистемы рушились, в основном были противостоянием Каэдамы Цукасы и Ооцуцуки.
Мир полагал, что Цукаса выигрывал большинство этих сражений или, по крайней мере, не проигрывал, иначе он не смог бы поддерживать видимость стабильности в мире шиноби.
Да, пусть Страна Земли, Страна Молнии, Страна Рисовых Полей и многие другие страны были практически уничтожены, а их обширные земли за короткое время стали непригодными для жизни, но, по крайней мере, мир шиноби не рухнул окончательно.
Ооцуцуки действовали столь активно, но так и не смогли успешно вырастить своё древо — и это было тому лучшим доказательством.
В этот миг, как в реальности, так и в иллюзорном мире, во всех уголках земли разносились подобные обсуждения и потрясения. Список наград стал тяжёлым молотом, который сокрушил всякую сдержанность и воспламенил самые глубокие желания.
Даже те, кто враждебно относился к Каэдаме Цукасе и Конохе, не могли не ухватиться за брошенную им петлю, сплетённую из бесконечного соблазна и неведомой опасности, и добровольно просунули в неё свои головы.
— Предварительный этап — онлайн-соревнование, назначенное через пять дней. Времени достаточно. Мобилизуйте всех генинов для участия. Запомните: всех.
В Деревне Скрытого Тумана, единственной из великих деревень, не подвергшейся атаке Конохи, Третий Мизукаге с закрытыми глазами отдал равнодушный приказ.
Остальные присутствующие в зале заседаний переглянулись.
— Господин Мизукаге, вы уверены, что всех генинов? — не удержался и спросил Ягура. — По общеизвестным причинам, у нас сейчас осталось около четырёх тысяч генинов, но подавляющее большинство из них на самом деле...
Советники и главы кланов, присутствовавшие на собрании, молчали. Все понимали, что хотел сказать Ягура.
Подавляющее большинство генинов на самом деле были жертвами, предназначенными для Конохи.
Война так и не прекратилась полностью, лишь масштабы и частота столкновений постепенно снижались. Коноха могла не нападать, но Туман не мог не готовиться.
Пусть четыре тысячи человек и казались немалым числом, но всего несколько лет назад, на пике своих сил, Туман, собрав все ресурсы Страны Воды, безумно нарастил численность генинов до двадцати тысяч. Большинство из них были насильно призванными простолюдинами — любого, кто мог произвести хоть каплю чакры, записывали в шиноби, а затем отправляли на поле боя, где они становились материалом для техник Конохи.
Возможность Конохи повсеместно предлагать воскрешение и продление жизни была построена на крови и костях других деревень.
Как бы ни было тяжело Туману, приходилось терпеть. Ради выживания, ради продолжения рода нужно было терпеть. Продержаться год — уже хорошо.
Дошло до того, что они даже отменили политику кровавых междоусобиц в «Кровавом Тумане». Это слишком сильно сокращало людские ресурсы. Уж лучше было отправлять слабых шиноби на поле боя живыми в качестве жертвы.
— Пока неизвестно, какими будут задания на экзамене, — холодно ответил Третий Мизукаге. — Если будет этап на выживание, то достаточное количество пушечного мяса поможет гениям нашей деревни истощить силы врагов. Даже если они смогут лишь потянуть время, это уже будет ценно.
Сколько человек выживет после экзамена? Ему было всё равно, абсолютно всё равно. Деревня Тумана и так доживала свои последние дни, без какого-либо будущего. Сначала нужно было пережить этот этап, а потом думать о следующем.
Ао окинул взглядом окружающих с их суровыми лицами и, почувствовав холодок в сердце, тихо спросил:
— А что, если никто из наших не сможет занять высокое место...
— Этого не будет. Пусть молодёжь Конохи и начала использовать «Цукуёми Пустоты» на несколько лет раньше нас и даже практиковалась в том «Ограниченном Цукуёми», у наших генинов не может не быть шанса.
— Верно. Братья Мангецу и Суйгецу Хозуки, Чоуджуро, Хаку Юки, Кенбей, Ринго Амеюри, Кимимаро Кагуя... столько гениев! Не может быть, чтобы мы не получили ни одного места!
— Эм? Но никто из них не генин...
— Молчать! Найдём предлог и публично лишим их званий чуунина и джоунина, вот и всё. Они снова станут генинами, и это не будет нарушением правил!
— Верно. Мы не претендуем на первые три места, но за четвёртое и пятое можем побороться.
— За первые три тоже можно! Сколько всего генинов в молодом поколении Конохи? Учиха Итачи, например, точно не сможет участвовать, Коноха же не настолько бесстыдна. Так что единственные, кого стоит опасаться, — это Наруто и Саске, так?
— Говорят, эти двое — реинкарнации сыновей Мудреца Шести Путей, их потенциал безграничен. Но им, кажется, всего лет одиннадцать-двенадцать. В таком возрасте, каким бы великим ни был талант, у него есть предел. Гении нашей деревни могут с ними потягаться.
Может, мы и не можем победить Каэдаму Цукасу, но неужели мы не справимся с вами, Наруто и Саске?
Однако Ягура и остальные всё ещё сомневались. Ключевым вопросом было не содержание экзамена и не награды, а то, зачем Каэдаме Цукасе вообще понадобилось устраивать такой турнир.
Не мог же он просто хвастаться тем, что «Цукуёми Пустоты» теперь охватывает весь мир?
Отбросив все невозможные варианты, самым вероятным оставалось одно...
— Снова генины, снова молодые... Наруто и Саске определённо входят в число целей Каэдамы Цукасы. Возможно, не единственных, но они точно составляют значительную часть его плана, — проанализировал Ао.
Вскоре приказ был отдан в Деревне Тумана, и другие деревни поступили так же. Все пришли в движение. Те, кто считал себя гениями, намеревались блеснуть на этом всемирном празднике шиноби.
Самое главное — это занять место в грядущей новой эре. В будущем войн между странами и деревнями, подобных трём предыдущим мировым войнам, уже точно не будет. Вместо этого будет противостояние лагеря Каэдамы Цукасы и лагеря Ооцуцуки.
Информация о том, что клан Ооцуцуки намеревается посадить Божественное Древо и уничтожить мир шиноби, уже начала распространяться. И хотя не все в это верили, сомнения закрадывались в души.
Это означало, что у людей, по сути, не было выбора. Они могли лишь встать на сторону Каэдамы Цукасы и надеяться, что в созданном им мире найдётся место и для них.
И этот турнир гениев был шансом. По крайней мере, он показывал, что Цукаса готов предоставить им жизненное пространство и возможность проявить свои таланты.
Огромный мир шиноби оживился. Повсюду сновали люди, пытавшиеся разузнать новости. «Цукуёми Пустоты», как онлайн-мир гендзюцу, процветал как никогда. Но этот, казалось бы, абсолютно стабильный мир вдруг содрогнулся от едва заметной дрожи.
— Что происходит? Мне показалось, или этот иллюзорный мир...
— Наверное, снова создают новую область. Такое уже бывало. Каждый раз, когда появляются новые горы и океаны, бывает такая дрожь.
Большинство не обратило на это внимания. Но постепенно, когда всё больше людей убеждалось, что дрожь исходила из заблокированной области, соединяющейся с «Ограниченным Цукуёми», они поняли, что что-то не так.
Уже не было секретом, что в «Ограниченном Цукуёми» был запечатан один из Ооцуцуки. А теперь оттуда исходили аномальные толчки. Неужели этот Ооцуцуки собирался вырваться на свободу?
— Хе-хе-хе, Ооцуцуки Ишики, ты скоро умрёшь!
Тёмная личность была вся в крови, но на его лице застыла ужасающе свирепая улыбка.