Вычитка

Девушка недовольно надула губы:

— Что, такая жадная? Неужели так сложно назвать марку крема!

— Да не жадная она, это правда! — вздохнула соседка. — Я потом проходила мимо её комнаты, и оттуда как раз выходила моя знакомая. Я тут же схватила её и начала расспрашивать. Так вот, моя знакомая сказала, что эта Линь Циньинь не только солнцезащитным кремом не пользуется, она вообще никакой косметикой не пользуется. Просто умывается холодной водой, вытирается полотенцем и выходит.

Уголки губ девушки опустились:

— Да уж, когда сравниваешь себя с другими, только и остаётся, что злиться!

Линь Циньинь, объект всеобщей зависти, вышла из строя. Инструктор Чжэн ещё раз оглядел её, затем посмотрел на трёхметровую яму с водой и двумя верёвками и с любезным видом предупредил:

— Если ты собираешься шлёпнуться в яму с водой, чтобы получить освобождение, то советую даже не пытаться. Ничего другого обещать не могу, но новую форму я тебе найду, хоть сто комплектов. Можешь падать в яму сколько угодно, всегда будет во что переодеться.

Линь Циньинь посмотрела на яму и непонимающе нахмурилась:

— Зачем в неё падать? Я же могу просто перепрыгнуть?

Инструктор Чжэн не сдержал смешок, разозлившись на её слова:

— Ну давай, попробуй!

Он подвёл Линь Циньинь к стартовой линии и указал вперёд:

— Беги отсюда, проходи все препятствия и возвращайся тем же путём.

Инструктор Чжэн привёл их сюда, чтобы сломить их дух. Он был уверен, что даже самый высокий и сильный парень не сможет пройти эту полосу, не говоря уже о Линь Циньинь. Поэтому он ничего не объяснял и не показывал — пусть бежит как хочет, пусть делает что вздумается!

Линь Циньинь даже не приняла стартовую позу, но как только инструктор Чжэн скомандовал: «На старт, марш!», она рванула с такой скоростью, что тот опешил. Она бежала не медленнее солдат, тренирующихся каждый день.

Первым препятствием была яма с водой и двумя верёвками. Нужно было, ухватившись за толстые верёвки, перелететь на другую сторону, находившуюся в пяти метрах. Подбежав к краю, Линь Циньинь действительно протянула руку, но не обе, а одну. Слегка потянув за верёвку, она легко и без малейших усилий приземлилась в безопасном месте.

Инструктор Чжэн на мгновение замер. Он не ожидал, что у этой девчонки есть пара трюков в запасе и что её физическая подготовка так хороша.

Но удивление на этом не закончилось. Дальше шла серия невысоких стен высотой в метр. Линь Циньинь на миг замешкалась, а затем подпрыгнула, подняв обе ноги одновременно, словно запрыгивая на ступеньку, и перескочила через стену. Затем подбежала к следующей и снова прыгнула…

Наблюдавшие за ней инструкторы застыли в ошеломлении. Она, конечно, прошла, но они-то преодолевали это препятствие как барьер, а не прыгали обеими ногами. С другой стороны, её способ казался даже сложнее.

Линь Циньинь не видела выражения их лиц и, естественно, не догадывалась об их мыслях. Подбежав к высокой стене, она оттолкнулась носком, и её тело взмыло вверх. Легко оперевшись рукой о край, она перемахнула через препятствие. Пятиметровое бревно она пересекла, не сбавляя скорости, словно бежала стометровку. Но больше всего всех ошеломил последний ров. По правилам нужно было спрыгнуть в двухметровую яму и выбраться из неё, но Линь Циньинь одним махом перепрыгнула через двухметровый ров…

Подошедший посмотреть Цзян Вэй невольно прикрыл лицо рукой. «Юная шифу, кажется, ты слишком много показала».

Добежав до финиша, Линь Циньинь должна была просто вернуться по боковой дорожке, но эта глупышка, не разобравшись в правилах, снова перепрыгнула через ров и прошла всю полосу препятствий в обратном порядке. Возможно, она вошла в раж, потому что, преодолевая пятиметровую яму с водой в последний раз, она даже не коснулась верёвки, а просто перепрыгнула её одним прыжком. Подбежав к инструктору Чжэну, она радостно спросила:

— Инструктор, я ведь заработала два дня выходных?

Глядя на Линь Циньинь, чьё дыхание оставалось ровным и на лице не было ни капли пота, инструктор Чжэн рассеянно кивнул. Когда он пришёл в себя, Линь Циньинь уже весело вприпрыжку уходила.

Инструктор Чжэн почувствовал, что его картина мира пошатнулась.

Студенты-зрители и вовсе усомнились в реальности!

***

Линь Циньинь, напевая, покинула тренировочную площадку. Цзян Вэй поспешил за ней и тихо сказал:

— Юная шифу, то, что ты сейчас показала, — это уровень спецназа.

Линь Циньинь не знала, что такое спецназ, но по названию поняла, что это что-то крутое. Она беспомощно вздохнула:

— Я бы и рада быть скромнее, да вот только сила не позволяет!

В конце концов, она уже достигла стадии Создания Основ, а это означало, что она официально вступила на путь бессмертия. Что ей эта полоса препятствий, она и по воздуху летать умела. Но Линь Циньинь понимала, что в этом мире можно гадать и заниматься фэншуй, но делать что-то, что выходит за рамки человеческого воображения, нельзя. Она не хотела навлекать на себя лишние неприятности.

Цзян Вэй последовал за Линь Циньинь в общежитие. Одеяла на кроватях были заправлены довольно аккуратно, хотя большинство из них и не соответствовали уставу. Зная привычку Линь Циньинь ничего не делать, Цзян Вэй указал на самую небрежно сложенную постель и спросил:

— Юная шифу, это твоя кровать?

— Совсем не угадал! — Линь Циньинь смерила его презрительным взглядом. — Что с того, что у тебя исключительная удача? Что с того, что у тебя особое телосложение? В гадании у тебя нет ни капли таланта, ты совершенно не сможешь унаследовать моё искусство. В прошлом ты бы даже не считался моим личным учеником.

Цзян Вэй не знал, смеяться ему или плакать:

— Юная шифу, я на четыре или пять лет старше тебя. Даже если бы у меня был талант, я бы не смог стать твоим преемником.

К счастью, Линь Циньинь и не рассчитывала, что Цзян Вэй будет учиться гаданию. Мальчик с энергией чистого ян, Гого, — вот кого она выбрала в преемники. Линь Циньинь указала на свою кровать:

— Моя у окна.

Цзян Вэй посмотрел на идеально ровную, без единой складки простыню и на одеяло, сложенное по всем правилам, и замер от изумления. Он с недоверием посмотрел на Линь Циньинь:

— Юная шифу, не виделись всего неделю, а твои бытовые навыки так выросли!

Линь Циньинь виновато потёрла нос и достала из-под простыни несколько камней. У Цзян Вэя помутилось в глазах, а когда он моргнул, то с изумлением обнаружил, что идеально заправленной кровати как не бывало. На простыне были следы лежания, а одеяло было не сложено, а просто скомкано.

Цзян Вэй потерял дар речи. Использовать камни, чтобы создать иллюзорное построение, лишь бы не заправлять кровать… Такая шифу — одно сплошное беспокойство!

Линь Циньинь кашлянула:

— Слишком сложно это, заправлять кровать. Я не могу научиться!

Цзян Вэй смиренно подошёл, чтобы убрать постель. Разглаживая простыню, он тяжело вздохнул:

— Юная шифу, что бы ты делала, если бы не умела создавать магические построения?

Линь Циньинь хихикнула:

— «Когда у мастера есть дело, ученик должен выполнить его за него». Так что я могу положиться только на тебя!

***

История о том, как Линь Циньинь божественным образом преодолела трёхсотметровую полосу препятствий, принесла ей громкую славу на тренировочной базе. Не только студенты смотрели на неё с восхищением, но и инструкторы не могли удержаться от обсуждений в кулуарах, признавая, что физическая подготовка этой девушки просто невероятна.

Инструктор Чжэн от других инструкторов узнал, что Линь Циньинь отлично справлялась и с базовыми упражнениями, и ему не терпелось увидеть её в деле в других дисциплинах. Но в армии слов на ветер не бросают — он сам подарил ей два дня отдыха, и как бы ему ни хотелось, приходилось ждать окончания её «отпуска». Остальные студенты до смерти завидовали Линь Циньинь, особенно когда после целого дня на солнцепёке, с красными и лоснящимися лицами, они стояли в очереди в столовую и видели свежую и отдохнувшую Линь Циньинь. У каждого из них на душе было кисло, словно они съели по лимону. Все они первокурсники, так почему же разница так велика?

На самом деле Линь Циньинь не отдыхала в общежитии. Она нашла тенистое место на горе за тренировочной базой, установила там Духовный массив для сбора энергии и медитировала. Духовной энергии здесь было больше, чем в других местах, к тому же присутствовала энергия дракона. Хотя это место и не шло ни в какое сравнение с её прошлой жизнью, по нынешним меркам оно считалось настоящим сокровищем фэншуй.

Цзян Вэй приехал сюда в основном для того, чтобы присмотреть за студентами своей группы. Днём, пока они были на тренировках, у него было свободное время, поэтому он медитировал в массиве, установленном Линь Циньинь. Когда подходило время, он выходил, показывался на людях, делал всё, что от него требовалось, и ничего не упускал.

Под руководством Линь Циньинь Цзян Вэй делал огромные успехи. Один день такой практики был равен месяцу его самостоятельного развития. Такими темпами меньше чем через три месяца его развитие превзойдёт развитие Толстяка Вана.

Видя это, Линь Циньинь не могла не вздохнуть. По сравнению с обычными людьми Толстяку Вану очень везло, но рядом с Цзян Вэем он выглядел просто ничтожеством.

Цзян Вэй учился в аспирантуре и, будучи помощником куратора, не мог забывать и о собственной учёбе. Проведя выходные на тренировочной базе, он вместе с другими ассистентами уехал на автобусе в университет на занятия. А для Линь Циньинь два коротких дня отдыха закончились, и она с унылым видом была возвращена инструктором Чжэном на тренировочную площадку.

Линь Циньинь была очень недовольна и пыталась спорить:

— Вы же сказали, два дня отдыха. Полные два дня закончатся только сегодня в одиннадцать утра.

Инструктор Чжэн был в растерянности. У Линь Циньинь была отличная физическая подготовка, но она была такой ленивой… Разве можно такую брать в армию?

Примечание автора:

Линь Циньинь: Кто сказал, что я согласна пойти в армию? Это же помешает моему гадательному бизнесу! Я отказываюсь!