Увод клиента

Нахмурившись, Линь Циньинь доела лапшу, вымыла посуду и взглянула на часы — было всего девять утра. Она решила отправиться в Книжный Дворец, который всплыл в её памяти как место, где хранится множество книг, в поисках изданий по искусству прорицания.

Линь Циньинь жила в старом районе, довольно далеко от Книжного Дворца — целых десять остановок на автобусе. Сидя в салоне и глядя на проносящиеся за окном пейзажи, она невольно изумлялась. Прошла всего лишь тысяча лет, а смертные, что раньше передвигались лишь в конных повозках, теперь покоряют небеса и морские глубины, зная обо всём на свете. В такую эпоху всеобщего прогресса и искусство прорицания, казалось, тоже должно было совершить качественный скачок.

Сойдя с автобуса, Линь Циньинь вошла в Книжный Дворец. Её тут же окутала прохлада, прогоняя летний зной. Воспоминания подсказали, что это устройство, способное и охлаждать, и обогревать, называется кондиционером, и такой аппарат есть в большинстве домов. Но в её нынешнем доме его не было — семья была слишком бедна.

В Книжном Дворце было семь этажей, а книг — целое море. Линь Циньинь бродила по нему целый час, но так и не нашла того, что искала. Она закрыла глаза и вновь обратилась к памяти изначальной владелицы, но и там не нашла никаких упоминаний об искусстве прорицания.

В этот момент мимо Линь Циньинь прошёл полноватый мужчина лет тридцати с небольшим. Он держал в руке мобильный телефон и, не обращая внимания на косые взгляды окружающих, громко в него говорил:

— Я в Книжном Дворце! Что за слова такие, почему это я не могу книги покупать? Я тебе так скажу: гадание — это тоже наука. Без профессиональных терминов никого не одурачишь.

Линь Циньинь тут же сунула книгу, которую держала, обратно на полку и, петляя, последовала за мужчиной к стеллажу в дальнем углу. Подняв голову, она увидела ряд изданий с таинственными, многообещающими названиями, и в её глазах вспыхнула радость.

Толстяк сунул телефон в карман, наугад вытащил с полки книгу, нахмурившись, полистал её и с досадой засунул обратно:

— На вэньяне, ничего не разобрать.

В трёх метрах от него Линь Циньинь тоже с сожалением вернула книгу на полку. Она взяла другую и быстро её пролистала.

Содержание напоминало букварь для младенцев, и Линь Циньинь не могла скрыть своего недоумения: «В этом мире всё шагнуло вперёд, так почему же искусство прорицания настолько деградировало? То, что здесь написано... Да об этом знали не то что внешние ученики Школы Божественных Предсказаний — любой уличный гадатель моего времени знал куда больше! Неужели традиция прорицания прервалась?»

— О, а вот эта хороша! — Толстяк наконец нашёл подходящую книгу и восторженно рассмеялся, словно отыскал сокровище. Линь Циньинь заглянула ему через плечо и увидела, что это всего лишь пересказ на современный язык, полный нестыковок и грубых ошибок. Она одарила толстяка неописуемым взглядом.

— Чего уставилась? Это наука, между прочим! — Толстяк задрал подбородок и хвастливо качнул головой. — Это сокровище, оставленное нам предками. Как только я его освою, смогу предсказывать судьбу и определять волю Небес. Такие глубокие материи не для понимания простых смертных вроде тебя.

Линь Циньинь взглянула на книгу в его руках и усмехнулась:

— В таком случае, я тоже умею предсказывать. Судя по твоему лицу, сегодня тебя ждёт кровавая беда. Побереги лоб.

— Ты как разговариваешь, девчонка? За такие слова и побить могут, не знала? — проворчал толстяк, но тут у него в кармане зазвонил телефон. Ему стало не до перепалки с Линь Циньинь. Он выхватил аппарат и громко рявкнул: — Алло, чего ещё?

— Есть работа? — Глаза мужчины загорелись, он тут же понизил голос и, прикрыв рот рукой, заговорщицки зашептал: — Какая? Женщина хочет погадать для дочери? Отлично, придержи её, я сейчас буду. Как всё сделаю — с меня пятьдесят.

Повесив трубку, толстяк самодовольно подмигнул Линь Циньинь:

— Видала? Эта штука помогает мне деньги зарабатывать. А ты думала, я тут шутки шучу!

С этими словами он, позабыв о книге, сунул её на полку и бросился к выходу.

Линь Циньинь вспомнила, как сама просидела со своим столиком для гаданий два часа и не дождалась ни одного клиента. Она решила последовать за толстяком, чтобы посмотреть, в чём же секрет его ремесла.

Место, где гадал толстяк, оказалось недалеко от Книжного Дворца. Петляя по окрестным переулкам, Линь Циньинь минут через семь-восемь вышла вслед за ним на не слишком широкую улицу. По её обочинам теснились старые дома и многочисленные лоточники: кто-то продавал циновки и летние шляпы, кто-то — чашки и миски, а кто-то просто сидел с табличкой, предлагая свои услуги в качестве подёнщика. Толстяк же был единственным на этой улице гадателем — «мастером»!

Увидев возвращение толстяка, торговец, который уже долгое время развлекал разговором какую-то женщину, с облегчением выдохнул и тут же замахал ему рукой:

— Мастер Ван, наконец-то вы вернулись! Эта дама хочет, чтобы вы ей погадали.

«Мастер Ван» тут же преобразился: напустив на себя вид мудреца, он вальяжно, вразвалочку, подошёл к ней:

— Это вы хотели, чтобы я вам погадал?

Женщина с сомнением оглядела толстяка и недоверчиво спросила:

— А вы точно гадаете?

Услышав, что в его профессионализме усомнились, мастер Ван тут же вскипел:

— Ещё бы! Да вы на этой улице у кого угодно спросите — все знают мастера Вана! Мои соседи даже дату свадьбы просили меня рассчитать. Стали бы они ко мне обращаться, если бы я был неточен?

Звучало убедительно. И впрямь, соседи не стали бы обращаться к кому попало и зря тратить деньги. Выражение лица женщины заметно смягчилось. Она достала телефон, открыла фотографию и протянула её мастеру Вану:

— Я хочу погадать для дочки. Вот, посмотрите, это она.

На снимке была очень красивая и утончённая молодая женщина лет двадцати пяти с длинными волосами и очаровательной улыбкой.

Мастер Ван, глядя на фото, искоса изучал и саму женщину. Одета просто, в руках авоська с овощами и фруктами. Во взгляде никакой тревоги. «Похоже, шла с рынка, увидела мой столик и решила погадать из любопытства, — прикинул он. — У таких обычно не бывает срочных дел». Приняв во внимание возраст девушки на фото, мастер Ван сделал самое популярное в таких случаях предположение:

— Вы, должно быть, хотите узнать про её брак.

Женщина на мгновение замерла, но тут же пришла в себя:

— И как у неё с браком?

Мастер Ван уселся на складной стульчик и достал из коробки шариковую ручку:

— Давайте бацзы вашей дочери!

Женщина продиктовала ряд цифр. Мастер Ван записал их на листке и принялся что-то бормотать, перебирая пальцами и время от времени заглядывая в потрёпанную книгу с выпадающими страницами. Минуты через три-четыре он погладил свои усики и многозначительно кивнул:

— Кое-что я уже разглядел. Но чтобы рассказать о предсказании подробно, придётся заплатить. Госпожа, один сеанс стоит триста.

— Триста? — Женщина засомневалась. — А вы можете предсказать, сколько у неё будет детей?

Услышав это, мастер Ван рассмеялся:

— Госпожа, вы забавная. Дочь ещё замуж не вышла, а вы уже о детях беспокоитесь. Не рановато ли? Конечно, я могу и это посчитать, но придётся доплатить ещё двести!

— Ещё чего! Ах ты мошенник! — взвизгнула женщина и со всего маху огрела мастера Вана авоськой по голове. Неизвестно, что было в сумке, но удар рассёк ему кожу на лбу, и тут же выступили капельки крови.

Мастер Ван привычным движением достал из кармана салфетку и прижал ко лбу. В его голосе послышались плаксивые нотки:

— Не хотите гадать — не надо, зачем же драться!

— Буду бить тебя, мошенника! — Женщина, глядя на его разбитый лоб, на миг почувствовала укол совести, но тут же подавила это чувство. Она упёрла руки в бока и грозно ткнула в него пальцем: — Ты, обманщик, меня решил надуть? Совсем не соображаешь, умеешь гадать или нет? А давай полицию вызовем, пусть они рассудят!

При упоминании полиции мастер Ван тут же сник. Прикрывая голову, он замахал руками:

— Ладно-ладно, не надо! Считайте, мне сегодня не повезло. Не будете гадать — так уходите.

Женщина бросила взгляд на его лоб, крепче сжала свою сумку и развернулась, чтобы уйти. И в этот самый миг за её спиной раздался звонкий голос:

— Подождите, пожалуйста!

Женщина машинально обернулась. Её окликнула девушка, с виду школьница. Женщина смерила её подозрительным взглядом:

— Тебе чего надо?

Линь Циньинь подошла к женщине, вгляделась в её черты и ясным голосом произнесла:

— Судя по вашему лицу, ваши Дворец Дракона и Врата Супружества омрачены, а Дворец Детей поражён. У вас не должно быть детей.

Торговец, стоявший рядом, толкнул мастера Вана локтем и прошептал:

— А где этот Дворец Дракона?

— Почём мне знать? — закатил глаза мастер Ван. — Знал бы я столько, давно бы уже свой салон открыл, а не сидел бы тут на солнцепёке.

Он вспомнил, как эта девушка в Книжном Дворце держала в руках книгу по чтению лиц. Решив, что она просто пытается применить на практике только что прочитанное, он, движимый сочувствием, потянул Линь Циньинь за рукав и по-доброму посоветовал:

— Не говори ерунды, она ведь дерётся. Если тебе лицо разукрасит, будешь выглядеть куда хуже меня.

Линь Циньинь стряхнула руку мастера Вана и, глядя на побледневшее лицо женщины, продолжила:

— Изначально судьба даровала вам сына и дочь, но оба умерли в три года. На этом ваша связь с потомками прервалась. Однако вы человек великодушный и накопили немало добрых заслуг, за что и обрели приёмную дочь. Хоть вам и не суждено иметь родных детей, вам даровано счастье материнства.

Тут Линь Циньинь протянула руку:

— Могу я взглянуть на фотографию вашей дочери?

Женщина, всё ещё в оцепенении, достала телефон, нашла снимок и протянула его девушке. Линь Циньинь мельком взглянула на фото и вернула телефон.

— У вашей дочери хорошая судьба. В детстве были трудности, но повзрослев, она пошла по гладкой дороге. Брак у неё счастливый. В этом году она родила двойню — мальчика и девочку, верно?

Женщина всплеснула руками и взволнованно схватила Линь Циньинь за руку:

— Вот ты, девочка, всё точно говоришь! Значит, ты наверняка знаешь, о чём я хочу спросить?

Линь Циньинь улыбнулась:

— Вы хотите найти её биологических родителей.

— Именно! — Женщина яростно выхватила из рук мастера Вана листок с записанными бацзы и, обернувшись к Линь Циньинь, расплылась в заискивающей улыбке: — Будьте добры, юная... мастер, погадайте мне.

Линь Циньинь взглянула на листок в её руке, затем сняла с плеч рюкзак, достала оттуда сложенный вдвое кусок картона и протянула женщине.

Мастер Ван с любопытством вытянул шею и увидел надпись: «Гадание, тысяча за сеанс!»

Он цокнул языком, глядя на Линь Циньинь с нескрываемым восхищением: «Вот это да! А девчонка-то куда хватче меня будет!»