Вторая за вчерашний день

Пропустив их в дом, мать Циньинь с удивлением посмотрела на дорогие подарки в их руках:

— Вы же просто одноклассники, зачем столько подарков? Это как-то неловко…

Поставив пакеты у входа, Дин Хун с благодарностью сказала:

— Ничего неловкого. Несколько дней назад, в тот дождливый вечер, водитель чёрного такси увёз нашу Симяо за город. К счастью, Линь Циньинь заметила неладное и спасла её, иначе последствия были бы невообразимыми.

Чжан Цяо поддакнул:

— Когда я мчался туда, я был в отчаянии. Но, приехав на место, увидел, что наша Симяо стоит за спиной ученицы Линь Циньинь, укрытая тёплой одеждой, которую та специально для неё принесла. Я просто не знаю, как её благодарить.

Тут до матери Циньинь дошло:

— Так вот почему Циньинь в тот вечер вернулась поздно ночью! Она поехала спасать вашу дочь. А нам ничего толком и не рассказала.

Раз подарки предназначались Линь Циньинь, мать оставила их на усмотрение дочери. А у Линь Циньинь и в мыслях не было отказываться. В прошлой жизни, кто бы к ней ни приходил с просьбой, будь то глава великой секты или простой заклинатель, никто не являлся с пустыми руками. Она привыкла принимать дары.

Семью Чжан усадили на диван. Чжан Цяо огляделся: квартира Линь хоть и была небольшой, но очень чистой. На подоконнике и журнальном столике стояли горшки с сочно-зелёными растениями, а рядом с ними были небрежно разбросаны несколько камней, что выглядело весьма художественно.

Дин Хун, заметив цветы и камни, тут же начала рассыпаться в комплиментах:

— Эти камни расположены так непринуждённо, но в этом есть какая-то особая красота. Сразу видно, что вы умеете создавать уют.

Мать Циньинь усмехнулась:

— Это всё Циньинь натворила. Она их разложила и запретила нам трогать. Я, когда подоконник протираю или цветы поливаю, делаю это с предельной осторожностью, даже прикоснуться боюсь.

Чжан Симяо вспомнила, как в тот вечер Линь Циньинь один за другим швыряла камни, и с любопытством спросила:

— А что будет, если случайно задеть?

Линь Циньинь встала и небрежно убрала один камушек с подоконника. Примерно через минуту в комнате, где до этого была комфортная температура, внезапно стало промозгло. Ледяные сквозняки начали забираться под одежду.

Мать Циньинь, инстинктивно запахнув воротник, внезапно вспомнила, что раньше в это время года дома всегда было так же сыро и холодно. На улицу можно было выйти в лёгкой одежде, а вернувшись домой, приходилось накидывать тёплую кофту, иначе становилось мучительно зябко. В этом году температура в квартире всегда была приятной, и она совсем забыла об этом.

Линь Циньинь положила камень на место. Промозглая сырость постепенно рассеялась, и в комнате снова стало тепло и уютно. Теперь не только Чжан Цяо и Дин Хун сидели с открытыми ртами, но и родители Циньинь были потрясены.

Линь Сюй лишь слышал от дочери, что она сильна в прорицании, фэншуй и магических построениях, но не имел об этом чёткого представления. Теперь он воочию убедился, на что способна его дочь. Неудивительно, что люди готовы платить по сто-двести тысяч за её услуги.

А Чжан Цяо, который до сих пор сомневался в рассказе Чжан Симяо о камнях, вызывающих Небесный гром, не понимал, как обычные камни могут обладать сверхъестественной силой. Теперь он увидел это своими глазами, но всё равно не мог понять: как это возможно?

— Юный мастер, что это такое?

Линь Циньинь улыбнулась:

— Восемь триграмм и циклические знаки, божественные механизмы и тайны духов. Если вам интересно, можете купить книги вроде «И-цзин», «Ци Мэнь Дунь Цзя» или «Построение девяти дворцов и восьми триграмм» и изучить их. Возможно, и вы освоите пару магических построений.

Такие маленькие построения для регулировки температуры на самом деле не из Мира совершенствующихся. Как только заклинатель ступает на путь бессмертия, ему становятся нипочём ни жара, ни холод, и подобные построения ему без надобности. Эти знания Линь Циньинь почерпнула в прошлой жизни, когда её ученики собирали для неё книги по Искусству прорицания из мира смертных. Обладая могучим божественным сознанием и фотографической памятью, она запоминала всё, что видела.

Хотя Чжан Цяо и не понял принципа, это не помешало ему осознать, насколько могущественна Линь Циньинь. Недаром директор Ван постоянно называл её «Юный мастер». Она и вправду была мастером, да ещё и таким, что умеет лечить облысение!

Потрогав свою редеющую макушку, Чжан Цяо с надеждой попросил:

— Юный мастер, я бы хотел попросить талисман для роста волос.

Линь Циньинь достала из сумки резец:

— За двести тысяч или за двадцать?

Чжан Цяо опешил:

— А что, есть разница в цене? А какой у директора Вана?

— У него за двадцать тысяч, из камня. Духовной энергии в камне немного, поэтому для восстановления нормального объёма волос потребуется около трёх месяцев.

Линь Циньинь выбрала гладкий круглый камень и положила его на стол, а затем достала из своей комнаты шкатулку с нефритом. Это были необработанные круглые пластины нефрита хорошего качества, которые отец Цзян Вэя помог ей достать по своим каналам. Они стоили намного дешевле, чем готовые изделия в магазинах.

— Можно сделать талисман и из нефрита. Волосы восстановятся за три-пять дней, к тому же он обладает общеукрепляющим эффектом, — Линь Циньинь перебрала нефритовые пластины в шкатулке. — В зависимости от качества, цена от двухсот тысяч.

Чжан Цяо пришёл в возбуждение:

— Юный мастер, а если я хочу, чтобы волосы стали густыми уже к завтрашнему дню?

Линь Циньинь ответила:

— За триста тысяч подойдёт.

Чжан Цяо взглянул на шкатулку с нефритом и его взгляд тут же упал на гладкий белый диск. Он уже хотел протянуть руку, но Дин Хун оказалась быстрее и схватила приглянувшийся ему камень:

— Юный мастер, а можно сделать талисман для красоты и омоложения?

Линь Циньинь кивнула:

— Разумеется. Духовная энергия из нефрита будет питать тело, подтянет кожу и уменьшит морщины, что, естественно, приведёт к омолаживающему эффекту. Но если вы хотите, например, сделать двойное веко, тут я бессильна.

Дин Хун была в восторге. У неё были красивые черты лица, но с возрастом кожа потеряла упругость, а мышцы обвисли. Делать какие-либо операции вроде нитевого лифтинга она боялась, а косметика не могла остановить старение. Каждый день она с тоской смотрела на себя в зеркало и не ожидала, что найдёт решение здесь.

В эффективности она не сомневалась. Магические построения Юного мастера могли даже молнии призывать.

Дин Хун протянула нефрит:

— Юный мастер, сделайте мне, пожалуйста, талисман.

— Но это я его выбрал! — возмутился Чжан Цяо.

Мать Циньинь ошеломлённо смотрела, как супруги чуть не поссорились из-за куска нефрита. В итоге Линь Циньинь сама подобрала им подходящие камни, основываясь на их ауре.

Одному — для роста волос, другой — для красоты и молодости. Супруги Чжан были деловыми людьми, и денег у них хватало. В общей сложности они потратили шестьсот тысяч на два нефритовых талисмана.

Чжан Цяо бережно принёс нефрит домой, вечером после душа положил камень в красный мешочек, повесил на шею и с нетерпением лёг спать.

На следующее утро он проснулся в шесть часов и сразу бросился к зеркалу. Его некогда редеющая макушка действительно покрылась густыми и чёрными волосами. Если бы не слегка обвисшие мышцы на лице, можно было бы подумать, что ему тридцать.

Глядя на себя, помолодевшего лет на десять, Чжан Цяо до зуда в кулаках хотел кому-нибудь похвастаться. Но сегодня было воскресенье, в компании выходной, старые друзья сидели по домам — похвастаться было некому.

Пока он сокрушался, в дверь постучала привыкшая к ранним подъёмам Чжан Симяо:

— Папа, мама, я хочу жить в общежитии, — и, боясь, что они не согласятся, быстро добавила: — Линь Циньинь тоже будет жить в общежитии, мы договорились, что будем в одной комнате.

Услышав, что она будет жить с Линь Циньинь, Чжан Цяо и Дин Хун тут же согласились. Правда, вопрос с общежитием нужно было решать с классным руководителем, чтобы узнать, есть ли свободные места.

Дин Хун собиралась в понедельник связаться с учителем Юй, но Чжан Цяо уже втихаря радовался. Наконец-то нашёлся человек, перед которым можно похвастаться! У директора Вана, с его каменным талисманом, волосы росли куда медленнее!

Вообще-то, для решения вопроса с общежитием не нужно было беспокоить директора Вана, такие мелочи решал хозяйственный отдел. Но он никак не мог понять, почему отец Чжан Симяо непременно настаивал на встрече в школе.

За последние несколько дней директор Ван и Чжан Цяо успели неплохо познакомиться. Глядя на лысину Чжан Цяо, директор испытывал особое чувство превосходства, ведь его собственная шевелюра уже прикрывала кожу головы.

Директор Ван жил недалеко от школы, поэтому после завтрака в назначенное время он пришёл пешком.

Едва войдя на территорию школы, он увидел семью Чжан Симяо, ожидавшую его у недавно возведённой Пагоды Вэньчан. Он поспешил к ним.

Услышав шаги, Чжан Цяо с сияющим лицом обернулся и небрежно провёл рукой по своим густым чёрным волосам.

Директор Ван замер.

«…………»

Чёрт побери!