Исправление ошибок
В ответ на предложение девушки Линь Циньинь решительно подвинула к ней один из подносов, и в её голосе зазвучали нотки радостного возбуждения:
— Добавьте мне, пожалуйста, ещё порцию чар сиу! И побольше соуса!
Работница: «…»
Чжан Симяо: «…»
«Папа, мне кажется, ста тысяч Юному мастеру на два года еды может и не хватить! Она за один раз съедает столько, сколько я за два дня!!!»
——
С самого начала учебного года в Международной старшей школе «Дунфан» царила суматоха. Едва всё вошло в привычное русло, как на горизонте замаячила Золотая неделя октября.
Это была последняя неделя перед праздниками. Одиннадцатиклассникам, конечно, не дали целую неделю отдыха — всего три дня. Но по сравнению с государственными школами, где давали лишь один выходной, они чувствовали себя счастливейшими из старшеклассников.
К этому времени Линь Циньинь наверстала программу по всем предметам, кроме английского, и вновь вернулась в состояние гениальной ученицы, которой всё даётся с лёту. Особенно вызывала зависть скорость, с которой она делала домашние задания. Контрольная по математике, на которую у других уходило два часа, в её руках превращалась в задачку уровня «1+2». Она решала её практически без пауз и раздумий, справляясь за двадцать минут.
К английскому языку Линь Циньинь тоже стала относиться серьёзнее — как-никак она заплатила сто тысяч за дополнительные занятия вне школы. Было бы обидно не учиться как следует за такие деньги.
Но английский — это язык, и освоить его в одночасье невозможно. Однако с тех пор, как Линь Циньинь узнала, насколько дорогим может быть изучение английского вне школы, она стала особенно ценить возможность учиться в её стенах!
Другие платили за обучение, а её приняли бесплатно. Если она выучит всё, что объясняет учитель, то, грубо говоря, она на этом заработает!
Учитель английского Ли Яньюй был до глубины души тронут, видя, как Линь Циньинь внимательно слушает на уроке. Юный мастер наконец-то взялась за английский! Это было просто невероятно.
— Линь Циньинь, прочитай, пожалуйста, второй абзац текста.
В порыве воодушевления Ли Яньюй вызвал её, но, увидев, как она с непроницаемым лицом поднимается с места, тут же пожалел. А что, если она не сможет прочитать? Не уронит ли он так престиж Юного мастера? Он не знал, злопамятна ли она, но, вспоминая, как директор Ван переживал из-за своих нескольких волосинок, Ли Яньюй решил, что стоит подстраховаться. Обижать Юного мастера никак нельзя. Вдруг и его в среднем возрасте настигнет облысение? Тогда она будет его единственной надеждой на возвращение былой привлекательности!
Он уже собирался найти предлог, чтобы позволить Линь Циньинь сесть, как из её уст полилась чистая и беглая английская речь. Ли Яньюй тут же собрался и стал внимательно вслушиваться в произношение. Что-то в нём показалось ему до боли знакомым — оно было точь-в-точь как на аудиозаписи к учебнику, даже паузы между словами были выдержаны с точностью до секунды.
Чтобы проверить свою догадку, после того как Линь Циньинь закончила второй абзац, Ли Яньюй попросил её читать дальше. Он помнил, что в записи третьего абзаца между двумя предложениями была заметная заминка длительностью в целых три секунды. При обычном чтении такая долгая пауза была не нужна.
Первое предложение, второе… и после нужной фразы Линь Циньинь действительно остановилась. Ли Яньюй мысленно отсчитал: «Раз, два, три!» — секунда в секунду! Линь Циньинь продолжила чтение. Если закрыть глаза и слушать, то, за исключением более мягкого голоса, её речь ничем не отличалась от аудиозаписи.
Ли Яньюй не знал, что и сказать о такой ученице. Она могла решить любую задачу в контрольной и слово в слово воспроизвести аудиозапись к тексту. Он и вправду не представлял, как её учить.
Линь Циньинь подняла взгляд от учебника на Ли Яньюя. Тот тут же одарил её лучезарной улыбкой:
— Очень стандартное произношение, видно, что ты заранее готовилась. Ученица Линь Циньинь в последнее время делает большие успехи!
Линь Циньинь с удовлетворением села. Хорошо, что к учебнику прилагалась аудиозапись, иначе она бы опозорилась.
Но…
О чём вообще был этот длиннющий отрывок? Почему его не перевели на китайский?! Она выучила только половину словаря и совершенно ничего не понимала!
Время у старшеклассников летело незаметно. Они либо сидели на уроках, либо шли на них. Учителя использовали каждую минуту, так что отвлечься и расслабиться было некогда.
К счастью, несколько дней пролетели быстро, и наконец наступили каникулы в честь Дня образования КНР. Три дня — срок короткий, но для бедолаг-старшеклассников это было настоящее счастье.
Классный руководитель Юй Чэнцзэ с головной болью объявил о каникулах, не совсем понимая, как директор Ван собирается одновременно повышать качество обучения и давать ученикам такие длинные выходные. Эти дети только-только настроились на учёбу после летних каникул, а теперь из-за трёхдневного перерыва снова расслабятся.
Под стоны учеников Юй Чэнцзэ раздал десять вариантов контрольной по математике, не забывая при этом ворчать:
— На каникулах не расслабляйтесь. Как вернётесь — будет ежемесячный экзамен. В этот раз всё будет по-серьёзному, с рассадкой по разным аудиториям и рейтингом. Провалитесь — опозоритесь.
Юй Чэнцзэ ушёл, на смену ему пришёл Ли Яньюй. Он тоже задал кучу домашней работы и напомнил о ежемесячном экзамене, особенно подчеркнув:
— Хочу сказать пару слов о сочинении в экзамене по английскому. Хотя я и учу вас разным шаблонным фразам и универсальным предложениям, при написании нельзя полностью копировать сочинения из учебных пособий. Скажу честно, я видел немало таких пособий. Можете использовать одно-два предложения, но переписывать всё целиком — это уже слишком.
Линь Циньинь нахмурилась и достала из кармана черепаший панцирь. «Даже учебные пособия списывать нельзя? Похоже, придётся искать новый способ!»
В тот вечер, после очередного урока английского в «Синьдунфан», Линь Циньинь протянула Ян Дашуаю записку.
Ян Дашуай развернул её. На бумажке было одно слово: «Мечта!»
— Что это значит? — спросил он в полном недоумении.
— Вы не могли бы помочь мне написать сочинение по английскому для старшей школы? На эту тему, — с надеждой в голосе попросила Линь Циньинь.
Для Ян Дашуая это было проще простого, но…
— Моя мечта отличается от твоей. О чём мечтаешь ты?
Раньше мечтой Линь Циньинь было Вознесение, но теперь она смотрела на эту цель с сомнением. В этом мире она была слишком далека от неё.
В прошлой жизни, в мире с изобилием духовной энергии и неограниченным доступом к ресурсам своего клана, ей понадобилась тысяча лет, чтобы получить шанс на Вознесение через Грозовую скорбь. В этой жизни духовная энергия была скудной, о ресурсах для совершенствования и говорить нечего. Она не знала, сколько тысячелетий ей потребуется, чтобы дожить до момента Вознесения.
Впрочем, это было не так уж и важно. Прожить ещё несколько тысяч лет — тоже неплохо. Как раз будет время насладиться всем тем, чего она была лишена в прошлой жизни.
Линь Циньинь невесомо улыбнулась, и её взгляд стал немного отрешённым.
— Моя мечта — для начала прожить пять тысяч лет, а потом…
Ян Дашуай жестом прервал её и за две минуты набросал сочинение из сотни с лишним слов, после чего протянул ей.
Линь Циньинь застряла на первом же предложении и взмолилась:
— Учитель, о чём вы написали?
— Моя мечта — путешествовать по миру и стать тестировщиком путешествий, — бесстрастно ответил Ян Дашуай.
Линь Циньинь: «???»
«Я же совсем не это говорила!!!»
Увидев, что Линь Циньинь готова возразить, Ян Дашуай холодно усмехнулся:
— Если тебе не нравится это сочинение, можешь написать сама.
На лице Линь Циньинь расцвела лучезарная улыбка:
— Нет, у меня нет никаких претензий к этому сочинению. Оно написано превосходно.
Ян Дашуай высокомерно хмыкнул и собрался уходить. Линь Циньинь поспешно окликнула его, нерешительно прикусив губу. Ещё неделю назад Ян Дашуай мог бы заподозрить, что эта ученица в него влюблена, но после того, как она в записке спросила, не занимается ли он гаданиями, он оставил подобные фантазии.
— Что ещё? — спросил он с ноткой усталости в голосе.
— Хотите погадать? Могу предсказать всё что угодно: прошлое, будущее, удачу и несчастья, — Линь Циньинь снова протянула Ян Дашуаю записку со своим номером телефона. — Подумайте хорошенько. Если надумаете, можете прийти завтра в девять утра в Городской парк.
Ян Дашуай в растерянности взял записку.
— Мне не о чем гадать.
Линь Циньинь покачала головой и твёрдо сказала:
— Нет, в этот раз вам действительно стоит. Вы придёте завтра.
Глядя на удаляющуюся спину Линь Циньинь, Ян Дашуай подумал, что его ученица ведёт себя как-то странно. Совсем ещё ребёнок, а верит в такое.
Он небрежно засунул записку в словарь, размышляя о том, что на следующем уроке обязательно поговорит с ней. Нужно верить в науку, а не во всякую чушь. Это всё обман!
Он точно не пойдёт гадать!