Глава 51.1

Учителя проверили работы с ежемесячного экзамена всего за два дня. Результаты Линь Циньинь, занявшей первое место, повергли в шок преподавателей вторых классов старшей школы: кроме политологии, по всем предметам у неё были высшие баллы!

Затесавшись среди коллег, учитель политологии сгорал со стыда. Только из-за его предмета Линь Циньинь потеряла баллы. Он чувствовал, что всех подвёл!

Прогресс Линь Циньинь за последнее время был виден невооружённым глазом. Математику и физику ей подтянул во время летних каникул Цзян Вэй, так что преподаватели этих предметов не заметили особых перемен. Зато учитель химии преисполнился чувством гордости.

Чтобы повысить успеваемость, многие учителя в школе в частном порядке занимались с самыми усердными учениками, но обычно разбирали лишь текущий материал. И только он один начал заниматься с Линь Циньинь с самых основ химии за среднюю школу. Поначалу он даже сомневался, не заплатил ли директор за фальшивую королеву вступительных экзаменов.

Однако оказалось, что он зря волновался — способности Линь Циньинь к обучению были просто поразительными. Он объяснял очень быстро, затрагивая лишь ключевые моменты, но Линь Циньинь за короткий срок усвоила программу трёх лет. Она всё схватывала на лету, и такому таланту к учёбе оставалось только позавидовать.

Лишь Ли Яньюй, знавший Линь Циньинь лучше всех, молча наблюдал за оживлёнными коллегами. В других предметах он не разбирался, но вот о реальном уровне английского Юного мастера ему и говорить не хотелось. Впрочем, сочинение на этот раз Юный мастер написала и вправду отличное. Содержательное, без единой грамматической ошибки, да ещё и с парой удачно вставленных идиом, которые сделали текст гораздо живее.

Главное, оно не было списано из какого-нибудь сборника — по крайней мере, он никогда не видел этого сочинения и не нашёл ни единого повода снять балл.

Учителя, столпившись, наперебой расхваливали ученицу, когда на лестнице показался директор Ван. Услышав шум, он специально заглянул к ним и с улыбкой спросил:

— Что обсуждаете так весело?

— Мы тут говорим о Линь Циньинь из класса «два-один», — с завистью в голосе протянула учительница Ли, классный руководитель соседнего класса «два-два». — Она на ежемесячном экзамене набрала почти высший балл. — Глядя на безупречные оценки, она покачала головой: — Не зря наш директор привлёк её стипендией. Сразу видно королеву вступительных экзаменов, какая база! В прошлом году её успеваемость скакала, но стоило ей взяться за ум, как она тут же всех догнала.

При имени «Линь Циньинь» директор Ван прямо расцвёл:

— А ну-ка, дайте взглянуть на Юно…

Юй Чэнцзэ, видя, что разгорячённый директор вот-вот проговорится, поспешно сунул ему в руки работу по математике, чтобы сменить тему:

— Директор, взгляните на эту контрольную. Каждая задача решена с кристальной ясностью, ни одного лишнего шага. Смотреть на её работу — одно удовольствие.

Директор Ван уставился на сложные математические задачи и хмыкнул. Он не мог решить ни одной!

Но то, что он ничего не понимал, ничуть не мешало ему петь дифирамбы Линь Циньинь:

— Вы только посмотрите, какая чистая работа, ни единого пятнышка! И почерк какой — лёгкий, воздушный, словно с налётом неземного изящества!

Юй Чэнцзэ, слушая это, даже засомневался, не ту ли контрольную по математике он ему дал. Похвалы директора звучали так несуразно!

Заметив растерянные взгляды учителей, директор кашлянул:

— А принесите-ка мне её работу по литературе. Высший балл по литературе — редкость. За сочинение, небось, ни балла не сняли, так хорошо написано?

При упоминании об этом лицо учителя литературы скривилось. Он с неохотой сходил за работой и протянул её директору:

— Взгляните сами!

Директор Ван, увидев работу по литературе, обрадовался — уж это-то он поймёт:

— Ого, какой у Линь Циньинь прекрасный почерк, сразу виден почерк мастера! Пожалуй, не уступит и знаменитым каллиграфам! А вы посмотрите, какие глубокие тексты в заданиях на понимание — и литературный, и прикладной, а у неё ни одной ошибки!

Учитель литературы ошарашенно смотрел на директора, а в голове у него теснились шальные мысли: уж не родственница ли Линь Циньинь жене директора? Что-то он расхваливает её без меры. Сравнивать написанное гелевой ручкой с творениями великих мастеров каллиграфии… Не боится, что они из могил выскочат и зальют ему лицо чернилами?

Ли Яньюй не удержался и тоже заглянул в работу. Хм, так и знал — задания с выбором ответа. Иначе Юный мастер неизвестно что бы натворила! С виду она совсем не походила на человека, способного анализировать прикладные тексты.

— А посмотрите на диктант по цитатам из классики, как хорошо написано! — продолжил директор, указывая на одну из строк. — Я вот эту фразу из «Лунь Юй» наизусть не помню, а она не только запомнила, но и написала без ошибок!

Учитель литературы совсем опешил. Ученики это проходят по программе, конечно, они должны знать наизусть! Директор, вы сколько лет назад окончили школу, чтобы тягаться знаниями со старшеклассниками? Не слишком ли вы о себе возомнили?

Продолжая расхваливать, директор внезапно запнулся и, смутившись, спросил, указывая на работу:

— А этот отрывок из древнего текста, он откуда?

Вопрос составлял сам учитель литературы, так что он ответил не глядя:

— Это отрывок из «Цзинь Шу: Биография Лу Чжи»!

Директор Ван восхищённо покачал головой:

— Прекрасно! Я о таком даже не слышал. Звучит очень мудрёно!

Ли Яньюй и Юй Чэнцзэ одновременно прикрыли лица руками. До чего же неловко! Юного мастера здесь нет, так что от вашего подхалимажа, директор, волос на голове не прибавится. К чему всё это?

Добравшись до сочинения, директор, сыпавший неловкими комплиментами, снова замер: Линь Циньинь написала его на классическом литературном языке. Пробежав его от начала до конца, директор не осмелился дать комментарий. Что он мог сказать, если даже не все иероглифы разобрал?

Видя молчание директора, учитель литературы со стыдом пояснил:

— Мы всем отделением литературы читали это сочинение. Линь Циньинь использовала классический язык мастерски и точно по теме, цитировала каноны, приводила множество отсылок к «И-цзин». Её познания в древней литературе невероятно глубоки. Сочинение оказалось настолько сложным, а некоторые иероглифы — редкими, что нам пришлось выделить двух учителей для поиска информации и составления комментариев. Мы даже пригласили городского эксперта по древним текстам для проверки. В итоге все трое поставили высший балл.

Подумав о том, что он не понял сочинение, написанное ученицей, учитель литературы совсем сник:

— Вообще-то, в последние годы на государственных экзаменах бывают ученики, которые нестандартно подходят к сочинению и пишут его на древнем языке. Но это слишком рискованно, я считаю, что традиционный подход надёжнее.

Ли Яньюй тоже вытянул шею, чтобы взглянуть. Для него, вернувшегося из-за границы, этот древний текст был и вовсе тёмным лесом. Почему-то у него возникло предчувствие: заставь они Юного мастера писать сочинение по правилам, она бы и половины баллов не набрала. Уж слишком она не походила на человека, который будет послушно следовать инструкциям.