Вторая за вчерашний день

Директор Ван совершенно не заметил странного настроения Чжан Цяо и лишь продолжал цокать языком от восхищения:

— У Юного мастера отменный аппетит! Представляешь, столько ест и не толстеет. Что и говорить, великий человек! — произнеся это, директор Ван наконец сообразил. — Ты спрашиваешь о её увлечениях, потому что хочешь сделать ей подарок?

Чжан Цяо кивнул:

— Симяо спаслась лишь благодаря Юному мастеру и господину Вану. Они спасли не только нашу Симяо, но и всю семью. Мы должны от всего сердца отблагодарить их обоих. Подарок сделать легко, но вот что именно подарить — тут я в замешательстве. Хочется, чтобы подарок пришёлся Юному мастеру по душе!

Директор Ван потрогал свои волосы и дал самый добросовестный совет:

— А ты пополни ей карту для столовой. Закинь тысяч сто-восемьдесят, не ошибёшься. Ей как раз хватит на еду на ближайшие два года.

Чжан Цяо с непередаваемым выражением лица посмотрел на директора Вана. Его величественный образ в глазах Чжан Цяо рухнул. Оказывается, этот директор не только суеверен, но ещё и жаден!

Подобрав слова, Чжан Цяо решительно отверг его предложение:

— Подарок на сто или двести тысяч — не проблема, но кто же пополняет карту для столовой на сто тысяч? На эти деньги можно лет десять-восемь питаться! Да и кто вообще дарит деньги на столовую?

— А что не так с картой? Неважно, что за вещь, если она придётся Юному мастеру по душе, это хороший подарок, — директор Ван, опасаясь, что Линь Циньинь станет требовать от него бесплатного питания, изо всех сил расхваливал свою идею Чжан Цяо. — Разве можно мерить аппетит Юного мастера обычными мерками? Что такого, если человек с великими способностями ест немного больше? Говорю тебе, Юный мастер вчера сказала мне, что собирается жить в общежитии, и специально спросила, чем можно перекусить после вечерних занятий. Она же будет есть минимум четыре раза в день! Думаешь, сто тысяч за два года — это много?

Видя, что Чжан Цяо всё ещё колеблется, директор Ван хлопнул себя по груди:

— Не волнуйся! Когда она через два года выпустится, я верну ей всё, что останется на карте. Так пойдёт?

Эти деньги на карте для столовой и впрямь никуда не денутся, к тому же Чжан Цяо понимал, что директор уж точно не станет наживаться на Линь Циньинь — в конце концов, эта мелочь не сравнится с ценностью его волос.

Поразмыслив, Чжан Цяо согласился пополнить карту для столовой в качестве подарка.

Директор Ван втайне вздохнул с облегчением. Вопрос с питанием Юного мастера решён, и она не будет требовать от него бесплатных обедов. Какую крупную сумму он сэкономил для школы! Вот это находчивость!

Когда карту пополнили, занятия как раз подошли к концу. Сегодня была суббота, и у второкурсников не было вечерних дополнительных уроков. После звонка ученики, закинув рюкзаки на плечи, по двое и по трое выходили из классов. У школьных ворот уже выстроился ряд роскошных автомобилей, ожидавших детей.

Как только занятия закончились, Чжан Симяо быстро собрала рюкзак, подбежала к Линь Циньинь и стала ждать её. Выйдя из класса, Симяо взяла Циньинь за руку, а другой обвила её локоть, вся сияя от радости.

Линь Циньинь, глядя на нескрываемое счастье на лице Чжан Симяо, была в недоумении. Почему это Чжан Симяо вдруг так к ней привязалась? Только потому, что она её спасла? Но она спасала многих, и никто так себя не вёл!

Заметив взгляд Линь Циньинь, Чжан Симяо тут же улыбнулась ей, но руку, обвившую её локоть, не отпустила.

«Ну и ладно, хочет обниматься — пусть обнимается», — безразлично подумала Линь Циньинь и отвернулась.

— Линь Циньинь, я слышала, ты говорила учителю Юй, что со следующей недели будешь жить в общежитии? — напряжённо прошептала Чжан Симяо. — Я тоже хочу жить в общежитии, мы могли бы жить в одной комнате?

— Можно! — кивнула Линь Циньинь. Ей ещё не доводилось жить с кем-то в одной комнате, но если уж делить с кем-то кров, то пусть это будет Чжан Симяо. Девушка казалась доброй и довольно милой, с ней наверняка будет легко ужиться.

Услышав согласие, Чжан Симяо тут же радостно рассмеялась и обняла руку Линь Циньинь ещё крепче, словно боясь, что та убежит.

Линь Циньинь, за которой, словно живой кулон, увязалась Чжан Симяо, вышла за школьные ворота. Чжан Цяо и Дин Хун уже ждали у входа и, увидев Линь Циньинь, тут же поспешили к ней.

У ворот было многолюдно, поэтому Чжан Цяо и Дин Хун не могли почтительно называть её Юным мастером и обратились по имени:

— Ученица Линь Циньинь, большое спасибо тебе за Симяо. Наша семья хотела бы нанести вам визит, когда вам будет удобно?

Будь на их месте кто-то другой, Линь Циньинь, скорее всего, отказалась бы. Но, взглянув на стоявшую рядом Чжан Симяо, которая смотрела на неё с надеждой, она почему-то не смогла отказать.

В конце концов, дружба — одно из семи чувств и шести желаний, и ей тоже хотелось узнать, каково это — иметь хорошего друга.

— Завтра утром мне нужно на занятия по английскому в «Синьдунфан», а днём — перевозить вещи в школу. Давайте сегодня вечером, в восемь тридцать, — Линь Циньинь достала телефон, добавила Чжан Симяо в WeChat и отправила ей свой домашний адрес.

Услышав, что Линь Циньинь ходит на курсы в «Синьдунфан», Дин Хун восхищённо воскликнула:

— Симяо говорила мне, что на последнем экзамене по английскому ты единственная в классе получила высший балл! С такими результатами ещё и дополнительно заниматься… Какая тяга к учёбе!

Линь Циньинь:

— Хе-хе…

На душе кошки скребли. Говорить не хотелось!

——

Линь Циньинь возвращалась домой на велосипеде. Проезжая мимо семейного магазинчика, она остановилась и привычно достала из холодильника своё любимое мороженое. Поедая его, она сообщила родителям, что вечером придут гости.

— Придёт моя одноклассница с родителями!

Мать Циньинь очень обрадовалась. Линь Циньинь с детства была погружена в учёбу, у неё почти не было друзей, и это был первый раз, когда она приводила домой одноклассницу.

— Тогда нам нужно скорее подготовиться! — Мать Циньинь крикнула Линь Сюю, чтобы тот отобрал лучших фруктов, а затем протянула дочери большой пакет для покупок. — Иди посмотри, что из закусок тебе нравится, бери всё, а мама оплатит.

Линь Циньинь ничего не смыслила в бизнесе и не понимала, почему она должна платить за еду в собственном магазине:

— Разве это не всё равно что перекладывать из левого кармана в правый?

— Это для удобства учёта и инвентаризации. Ты просто ешь, об остальном не беспокойся.

Линь Сюй, упаковывая фрукты, рассмеялся:

— Раньше, когда ты после школы брала здесь что-нибудь перекусить, твоя мама заставляла платить меня. Вся моя заначка ушла на это. Сегодня платит мама, так что бери побольше!

Линь Циньинь не особо понимала этих тонкостей с заначками, но возможности набрать побольше вкусняшек была очень рада. Она обнаружила, что люди в этом мире довели стремление к разнообразию вкусов до крайности. Не только основные блюда были восхитительны, но и так называемая «вредная еда» была такой, что невозможно остановиться.

Глядя на полки, заставленные закусками, Линь Циньинь ощутила себя невероятно счастливой. Открыть родителям маленький супермаркет было самым правильным решением!

——

Раз вечером ожидались гости, мать Циньинь закрыла магазин на час раньше обычного. Она вымыла, нарезала и разложила фрукты, а также вскрыла несколько пачек закусок и высыпала их в тарелки. Она не боялась, что что-то пропадёт — сколько бы ни было, Линь Циньинь всё съест.

Как только всё было готово, семья Чжан Симяо из трёх человек подъехала к дому.

Номера на старых домах в этом районе уже стёрлись. Чжан Цяо подъехал к нужному зданию по навигатору, но, не будучи уверенным, решил спросить у пожилых людей, вышедших на улицу после ужина подышать свежим воздухом:

— Простите, это третий дом?

— Да, третий, — ответила одна из старушек, и вся группа невольно уставилась на пакеты в их руках. — А вы к кому?

Чжан Цяо с пониманием отнёсся к любопытству стариков и с улыбкой ответил:

— К Линь Циньинь.

Старушка, жившая под квартирой Линь Циньинь, указала наверх:

— Вон там, на третьем этаже, где свет горит.

Чжан Цяо поблагодарил её, открыл багажник, и вся семья принялась выгружать подарки. Каждый был так нагружен, что едва мог всё удержать.

Когда троица с вещами скрылась в подъезде, старушки тут же сбились в кучку:

— Видели? Всё такое дорогое принесли! Я даже заметила пакеты, в которые нефрит и украшения кладут. Это же кучу денег стоит!

— Семья Линь как-то незаметно разбогатела. И магазин открыли, и гости к ним ходят такие представительные.

— Может, в лотерею выиграли?

— Да ну, если бы выиграли, давно бы уже дом купили и съехали. Кто ж тут останется? Зимой холодно, летом жарко, весной и осенью сырость. Мне уже это всё поперёк горла.

Так разговор старушек плавно перетёк на неудобства жизни в старом районе, а о том, зачем приходила та семья, они уже и забыли.

Семья Чжан Симяо, нагруженная подарками, поднялась на третий этаж. Услышав шаги, мать Циньинь открыла дверь. Дин Хун тут же вежливо спросила:

— Здравствуйте, это квартира Линь Циньинь?

Мать Циньинь с улыбкой посторонилась, пропуская их внутрь:

— Да, пожалуйста, входите! Циньинь после школы сказала нам, что к ней в гости придёт одноклассница.