Глава 34.2

Чжан Симяо охватила паника, сердце заколотилось так, словно готово было выпрыгнуть из груди. Видя, что водитель едет всё быстрее, Чжан Симяо не выдержала:

— Куда мы едем? Это не похоже на дорогу к моему дому.

— Я решил объехать, — совершенно спокойно ответил водитель. — Когда я ехал по Центральному проспекту, там столкнулись четыре машины. Пробка мёртвая. Если бы мы поехали там, потеряли бы как минимум час. Небольшой крюк будет быстрее.

Это объяснение её немного успокоило. Центральный проспект был четырёхполосной дорогой, где и в обычное время постоянно были пробки, а в ветреную и дождливую погоду движение и вовсе замирало.

Машина остановилась на светофоре, и у водителя вдруг зазвонил телефон. Увидев, что до зелёного ещё девяносто секунд, водитель ответил на звонок. Неизвестно, что ему сказали на том конце, но он ответил с нетерпением:

— Я на работе, везу школьницу. Как только отвезу её, сразу домой… Что значит сейчас? Я же не могу выкинуть её на обочину! Ну почему ты такая…

На полуслове он вдруг запнулся, посмотрел на телефон и с досадой ударил по рулю:

— Чёрт, сел!

Бросив погасший телефон на приборную панель, водитель обернулся и смущённо спросил:

— Могу я одолжить ваш телефон? Жена только что звонила, и он сел на полуслове. Если не перезвоню и не объяснюсь, боюсь, сегодня домой не попаду.

Видя, как торопится водитель, добрая Чжан Симяо протянула ему свой телефон.

На лице водителя, взявшего телефон, мелькнула радость. Он уже собирался набрать номер, но светофор сменился на зелёный. Мужчина положил телефон на колено и нажал на газ.

За перекрёстком машин стало гораздо меньше. Водитель вдавил педаль в пол, разогнавшись до шестидесяти, и на этой скорости проскочил ещё два перекрёстка. В обычную погоду такая скорость была бы нормальной, но в дождь Чжан Симяо стало страшно. Она вцепилась в спинку переднего сиденья, пытаясь разглядеть что-нибудь знакомое через лобовое стекло, но видела лишь незнакомые здания.

У Чжан Симяо перехватило горло:

— Водитель, нам, кажется, пора сворачивать.

Водитель дважды хихикнул, и от этого звука по спине пробежал холодок:

— Не торопись, уже почти приехали.

— Тогда верните мне телефон! — дрожащей рукой Чжан Симяо потянулась вперёд. — Мне нужно позвонить отцу, чтобы он встретил меня у ворот жилого комплекса.

— Хорошо! — Водитель потянулся к колену, но вдруг резко нажал на газ. Телефон соскользнул на пол. — Ой, — со злорадством воскликнул он, — упал. Подниму, когда остановимся.

Тут Чжан Симяо окончательно поняла, что водитель замыслил недоброе. Но телефона у неё не было, двери были заблокированы центральным замком, а на дороге уже не было фонарей. По обеим сторонам не виднелось ни зданий, ни тем более проезжающих машин.

Чжан Симяо в страхе крепко обняла себя и со слезами в голосе взмолилась:

— Дядя, пожалуйста, отвезите меня домой! Я заплачу вам больше!

Водитель, не оборачиваясь, пошарил у себя за поясом, вытащил острый нож и с лязгом бросил его на приборную панель. При виде сверкающего лезвия Чжан Симяо подавила рвущиеся наружу рыдания и в ужасе широко распахнула глаза.

Из-под ног водителя раздался знакомый рингтон. Чжан Симяо поняла — это перезванивают родители. Если бы она только не отдала ему свой телефон, она бы не оказалась в таком положении.

Слёзы раскаяния беззвучно покатились по щекам. Подняв глаза, она встретилась в зеркале заднего вида со взглядом наблюдавшего за ней водителя. От его ледяных глаз сердце Чжан Симяо замерло, и она невольно сжалась в комок.

Телефон звонил без умолку. Водитель резко затормозил, нагнулся, подобрал его и, не глядя, швырнул в окно. Проливной дождь заглушил мелодию звонка. Увидев отчаяние в глазах Чжан Симяо, водитель расхохотался и снова завёл машину.

«Чёрное такси» неслось сквозь дождь и наконец остановилось под заброшенным железнодорожным мостом. Водитель открыл дверь, и Чжан Симяо в тот же миг воспользовалась моментом, чтобы тоже распахнуть свою и броситься наружу.

Она уже почти выбежала из-под моста, но шаги преследователя раздавались прямо за спиной. Чжан Симяо даже чувствовала его тяжёлое, прокуренное дыхание — казалось, он вот-вот схватит её.

В тот миг, когда отчаяние почти одолело её, из-под дождя в тоннель вдруг вошла девушка с зонтом. Чжан Симяо недоверчиво распахнула глаза. Это была Линь Циньинь.

Стоило Чжан Симяо на миг отвлечься, как водитель схватил её, зажал ей рот одной рукой, а другой обхватил за талию и потащил обратно к машине.

Линь Циньинь передала мокрый зонт стоявшему позади Толстяку Вану и, холодно усмехнувшись, достала из кармана горсть камешков:

— А ты совсем страх потерял.

Водитель окинул взглядом Толстяка Вана и Линь Циньинь: один толстый, вторая хрупкая. Вместе они всё равно не выглядели так, будто смогут с ним справиться. Водитель ущипнул за руку вырывавшуюся Чжан Симяо и нагло посмотрел на Линь Циньинь:

— Слышь, девчонка, вали отсюда по-хорошему, а то дедуля и тобой сейчас займётся!

Чжан Симяо изо всех сил пыталась оттащить руку водителя, но его лапища, словно веер, намертво зажимала ей рот.

— Передо мной осмелился назваться дедулей? Молнии не боишься? — Линь Циньинь взяла камень и метнула в водителя. Тот инстинктивно увернулся, но, обернувшись, увидел, что камень упал в полуметре от него. Он тут же разразился наглым хохотом: — Да я могу на месте стоять, а ты всё равно в меня не попадёшь.

Линь Циньинь молчала. Один за другим из её руки вылетали камешки, падая то ближе, то дальше и окружая водителя. Чжан Симяо в отчаянии смотрела на действия Линь Циньинь и отчаянно махала ей рукой. Самой ей было не сбежать, но у Линь Циньинь ещё был шанс уйти.

Когда в руке у Линь Циньинь остался последний камень, она сжала его и крикнула Чжан Симяо:

— Я считаю до трёх, и ты бежишь ко мне!

Чжан Симяо никак не отреагировала. Она совершенно не верила, что Линь Циньинь сможет попасть в этого ублюдка, и не верила, что ей самой удастся вырваться.

— Раз! Два! Три!

На счёт «три» камень со свистом вылетел из руки Линь Циньинь и в то же мгновение угодил водителю прямо в глаз. Тот взвыл от боли и, инстинктивно отпустив Чжан Симяо, согнулся пополам, зажимая глаз.

В голове у Чжан Симяо помутилось. Она услышала резкий крик:

— Беги!

Она инстинктивно бросилась на голос и, оказавшись в тёплых, хоть и хрупких, объятиях, обмякла. Глядя на обнимавшую её Линь Циньинь, она всхлипнула и разразилась громким плачем.

Линь Циньинь похлопала её по спине, взяла у Толстяка Вана тёплую кофту на флисе и накинула на плечи Чжан Симяо.

Водитель несколько раз вскрикнул, зажимая глаз. Один глаз, опухший и красный, как слива, был плотно зажмурен, а второй свирепо смотрел на Чжан Симяо, прижавшуюся к Линь Циньинь. Он развернулся и выхватил из машины тот самый нож.

Услышав звук, Чжан Симяо обернулась, и у неё тут же подкосились ноги. Она толкнула Линь Циньинь:

— Беги! Звони в полицию!