Глава 49.1

Линь Циньинь с сияющей улыбкой протянула банковскую карту и сказала:

— Сто тысяч.

Ян Дашуай без промедления перевёл деньги. Эта цена не казалась ему высокой. Если бы не вмешательство Линь Циньинь, то сегодня вечером шкатулка с её тёмной магией наверняка бы повлияла на его разум, и в будущем, как отец и дед Ли Сыюй, он бы расстался с жизнью, не дожив и до сорока лет.

Он помнил отца Ли Сыюй — высокого, статного и очень красивого мужчину, который часто играл с их ватагой полувзрослых мальчишек. Все дети, что жили тогда в этом районе, очень его любили. Ян Дашуай никак не мог поверить, что такой хороший человек мог так внезапно уйти из жизни.

Глядя на подавленную Ли Сыюй, сидевшую на кровати, Ян Дашуай не удержался и спросил:

— Твой отец… он действительно умер?

От этого вопроса сердце Ли Сыюй пронзила острая боль. Она с горечью кивнула:

— Мой папа внезапно заболел, когда мне было четырнадцать. Врачи не могли найти причину болезни, говорили только, что его органы начали стремительно отказывать, и никакое лечение не помогало. Всего за месяц отец похудел с восьмидесяти килограммов до сорока пяти, от него остались лишь кожа да кости. А потом его не стало. — Взглянув на Линь Циньинь, Ли Сыюй медленно добавила: — Он умер, не дожив до своего сорокалетия.

Ян Дашуай сочувственно вздохнул. Хороший был человек, жаль только, что ему на пути встретилась мать Ли Сыюй.

— Я всегда думала, что папа умер от какой-то неизлечимой болезни, а оказалось, что это шкатулка вытянула из него всю энергию ян, — Ли Сыюй растерянно смотрела на семейную реликвию, и её сердце переполняли смешанные чувства. — Дашуай, я действительно собиралась сегодня вечером помазать эту шкатулку твоей кровью. Я просто хотела быть с тобой, но я правда не знала, что это причинит тебе вред.

Видя, что Ян Дашуай молчит, Ли Сыюй настойчиво спросила:

— Если бы я не использовала эту шкатулку, а просто встретила тебя как старая соседка и одноклассница, у меня был бы шанс?

Ян Дашуай вздохнул и твёрдо повторил:

— Ли Сыюй, послушай меня внимательно: у меня уже есть девушка. Кроме того, я не знаю, действительно ли твоя семья не догадывалась о тёмной силе этой шкатулки, но для меня ответ не важен. Твоей матери стоит пойти на могилу к отцу и всё ему объяснить.

Глядя в большие глаза Ли Сыюй, так похожие на глаза её отца, Ян Дашуай презрительно усмехнулся:

— Ли Сыюй, как ты думаешь, твои родители полюбили бы друг друга, если бы не эта шкатулка?

Ли Сыюй потеряла дар речи. Её мать никогда не рассказывала о том, как начинались их отношения с отцом. Но она знала: если бы они любили друг друга по-настоящему, её мать ни за что не прибегла бы к помощи этой шкатулки.

Увидев, что Ли Сыюй не находит слов, Ян Дашуай презрительно хмыкнул и покинул её квартиру вслед за Линь Циньинь.

Проводив Линь Циньинь, Ян Дашуай позвонил риелтору по номеру из объявления, наклеенного внизу на подъезде. Не прошло и пяти минут, как приехал сотрудник агентства. Ян Дашуай подписал договор о продаже и, передав ему ключи, сказал:

— Наймите клининговую компанию, пусть выбросят всё, что внутри, а потом сделают уборку. Расходы вычтете из суммы продажи.

— Выбросить всё? — ошеломлённо переспросил риелтор.

Ян Дашуай без тени сожаления развернулся и ушёл, бросив на ходу:

— Да, не оставляйте ни одной вещи.

К чёрту эти детские воспоминания! Сплошной кошмар!

—

Из дома Ли Сыюй они вышли уже в полдень. Заработав на учёбу, Линь Циньинь была в прекрасном настроении и с несвойственной ей щедростью угостила Толстяка Вана обедом, а заодно заплатила ему за аренду на год вперёд.

Толстяк Ван уже хорошо сдружился с Линь Циньинь и успел изучить её характер. Юный мастер бывала по-настоящему скупа, но когда дело доходило до необходимых трат, она не жалела ни гроша.

Пусть Толстяк Ван и не годился для гаданий, зато в решении бытовых вопросов ему не было равных. Поскольку Линь Циньинь была несовершеннолетней, он зарегистрировал на своё имя компанию по культурному обмену, чтобы было что предъявить в случае внезапных проверок.

В их студии было две комнаты: одна служила гадальным кабинетом для Линь Циньинь, другая — офисом для Толстяка Вана. Слава Линь Циньинь росла, желающих попасть на приём становилось всё больше, и записывать всех в телефон было неудобно — легко кого-то упустить. Поэтому Толстяк Ван купил новый компьютер, поставил его в офисе и завёл полноценный учёт записей.

С офисом Толстяка Вана всё было просто: письменный стол, стул, кожаный диван на троих да чайный столик из красного дерева. Но он не знал, какой стол нужен для гаданий, поэтому не решился обставлять вторую комнату на свой вкус и, воспользовавшись приходом Линь Циньинь, попросил Юного мастера дать указания.

Линь Циньинь посмотрела на два иероглифа «Гадание», висевшие на стене. Толстяк Ван заплатил за них пять тысяч юаней. Она брезгливо нахмурилась:

— Этот каллиграф пишет куда хуже меня.

Толстяк Ван уже слышал от неё эту жалобу и с улыбкой предложил:

— Может, мне купить тушь, кисти и бумагу, чтобы Юный мастер лично написала пару иероглифов?

— Не стоит. Если я напишу сама, то эти пять тысяч будут потрачены впустую. К тому же, покупка кистей и туши тоже стоит денег! — Юному мастеру, вынужденной самой зарабатывать на нефрит для совершенствования, приходилось быть очень приземлённой. В бытность главой школы она и то меньше заботилась о делах своей обители.

Всё это из-за проклятой бедности!

Толстяк Ван уже привык к внезапным приступам скупости Линь Циньинь и очень естественно сменил тему:

— Юный мастер, сегодня вы пока будете гадать в соседнем офисе. А вы скажите, как обставить этот гадальный кабинет, и как только я всё сделаю, вы сюда переедете.

Взглянув на пустую комнату, Линь Циньинь почему-то вспомнила бамбуковую хижину из прошлой жизни, где она изучала Искусство прорицания.

— А есть бамбук, который можно выращивать в помещении?

Толстяк Ван на мгновение задумался и тут же ответил:

— Есть бамбук в больших кадках. Только какой сорт и какой высоты нужен Юному мастеру?

— Высотой с человеческий рост, восемнадцать кадок, — ответила Линь Циньинь. — Когда купишь, скажи мне, я сама их расставлю.

Толстяк Ван сразу понял — она собирается установить магическое построение. Ему было лишь любопытно, какого рода построение Юный мастер разместит в гадальном кабинете.

— Кроме бамбука в кадках, нужно что-нибудь ещё? Стол, стулья, диван — какого фасона желает Юный мастер?

— Нужны бамбуковый стол и бамбуковые табуреты, — подумав, сказала Линь Циньинь. — Невысокие, как для чайной церемонии. Остальное я подготовлю сама, можешь не беспокоиться.