Глава 95.1

Линь Циньинь с невозмутимым видом смотрела на своих одноклассников, на чьих лицах сменялись самые разные выражения. Два года она дарила им защитные талисманы, так почему же они до сих пор смотрят на неё так, словно видят подобное впервые?

Учителя же пребывали в ещё большем замешательстве. Линь Циньинь поступила в школу как королева вступительных экзаменов. В первый год её успеваемость упала, но, перейдя в следующий класс, она начала усердно навёрстывать упущенное, и её оценки взлетели вверх, словно на ракете. Да, она часто отпрашивалась с уроков по неизвестным причинам и тайком ела на занятиях, но в глазах учителей старшей школы оценки решали всё. Поэтому Линь Циньинь всегда считалась у них послушной и усердной ученицей. Однако сегодня её образ как-то не вязался с привычным.

Учитель физики Чэнь Ган взглянул на Юй Чэнцзэ, который молча закрыл лицо руками, и громко рассмеялся:

— Ученица Линь Циньинь у нас с юмором! Только вот с жёлтой бумагой играть не стоит, это дурная примета.

Линь Циньинь тоже хихикнула:

— Учитель Чэнь, не думала, что вы такой суеверный!

«Прежде чем называть меня суеверным, может, отложишь кисть, которой рисуешь талисманы?!» — мысленно возмутился Чэнь Ган.

Увидев, что обстановка стала неловкой, Ли Яньюй решил вмешаться. Он снял с шеи свой защитный талисман и положил на стол:

— Юный мастер, мой талисман как раз истёк. Отличный повод бесплатно получить новый!

Этот бумажный защитный талисман нужно было менять каждые три месяца, так что за два года Ли Яньюй сменил их почти десяток. Чэнь Ган с любопытством взял талисман и смерил Ли Яньюя взглядом:

— Ты же из-за границы вернулся, и тоже в такое веришь?

— А ведь они и вправду действуют, — ответил Ли Яньюй и тут же принялся рекламировать Линь Циньинь. — Эй, вы даже не представляете, сегодня Линь Циньинь устроила распродажу невиданной щедрости, так что пользуйтесь моментом. Кому нужен талисман — берите талисман, кому погадать — просите погадать. Линь Циньинь — известный мастер. Один её защитный талисман сейчас стоит пять тысяч без торга, да и то не факт, что купишь, — всё зависит от того, захочет ли она его рисовать. А гадание — если у вас есть сомнения или вы запутались, спешите! Две с половиной тысячи за сеанс, и очередь на несколько месяцев вперёд. А если захотите без очереди — готовьте десятки тысяч.

В зале стало ещё тише. Учителя и ученики смотрели на Ли Яньюя с недоверием. Твоя реклама выглядит слишком фальшиво.

Ли Яньюй цокнул языком и покачал головой:

— Ну вот, вы не верите. Вам разве не любопытно, почему волосы нашего директора вдруг стали такими густыми? Вы не заметили, что у него на шее висит?

Уже начавший лысеть Чэнь Ган посмотрел на шнурок от талисмана Ли Яньюя и понял, что он точь-в-точь такой же, как у директора. Учитель замер в изумлении:

— Неужели директор тоже носит защитный талисман?

— Прямо в точку! — Ли Яньюй приобнял Чэнь Гана за плечи. — Наш директор поначалу поскупился и взял каменный, но эффект оказался настолько хорош, что жена наконец разрешила ему раскошелиться на нефритовый. Он только что заполучил его у Линь Циньинь за триста тысяч.

— Я тоже хочу, чтобы волосы выросли! — сглотнул Чэнь Ган. — Но триста тысяч — это слишком дорого. А каменный сколько стоит?

Линь Циньинь показала три пальца:

— Тридцать тысяч. Но я же сказала, что сегодня дарю подарки, так что всё, кроме нефрита, — бесплатно! — Она потянула на себя рюкзак и высыпала на стол гору камней. Чэнь Ган взял один, повертел в руках и с сомнением произнёс: — Камень как камень, ничего особенного.

— Это обычная галька. Раньше я собирала её у реки Сяофу, но потом камни в том месте почти закончились, и там устроили пляж. Теперь камни мне присылает дядя, он собирает их в реке у себя. У них там камней много, думаю, лет на десять-восемь ещё хватит.

Вчера Чэнь Ган как раз водил дочку копаться в песке на пляже у реки Сяофу. Он даже слышал, как кто-то обсуждал, что раньше естественный берег был лучше, а теперь его превратили в очередной безликий пляж. Оказывается, все камни забрала Линь Циньинь!

Линь Циньинь выбрала камень, вырезала на нём талисман для роста волос и протянула Чэнь Гану. Хоть тот и сомневался, но не смог устоять перед искушением отрастить волосы и без колебаний надел талисман.

Ли Яньюй тоже выбрал понравившийся камень и с редким для него застенчивым выражением лица попросил:

— Юный мастер, а мне бы талисман для привлечения суженой.

Как только он это сказал, ученики разразились хохотом, а кто-то из парней даже присвистнул. Увидев, что его же ученики над ним подшучивают, Ли Яньюй вспылил:

— Что смешного? Это чтобы от мамы отвязаться!

Линь Циньинь цокнула языком и покачала головой:

— Учитель Ли, вы можете обмануть кого угодно, но не меня. Забыли, чем я занимаюсь?

Ли Яньюй хихикнул и, понизив голос, взмолился:

— Погадай мне, пожалуйста!

Линь Циньинь ответила:

— Судя по твоему лицу, твоя любовь уже на пороге, вот-вот расцветёт.

Услышав это, Ли Яньюй расплылся в такой широкой улыбке, что стали видны задние зубы.

Линь Циньинь протянула ему готовый талисман и с улыбкой добавила:

— К этому времени в следующем году жду от тебя свадебных сладостей.

Она даже время знает! На душе у Ли Яньюя стало ещё спокойнее. Он поспешно взял камень, надел на шею и сказал:

— Когда сделаю предложение, мне ещё нужно будет к тебе обратиться, чтобы выбрать дату свадьбы. Я заранее записываюсь, только ты с меня плату за то, чтобы пройти без очереди, не бери.

Глядя на непринуждённость Линь Циньинь, Юй Чэнцзэ понял, что больше нет смысла притворяться. Он подошёл и тоже взял камень:

— Юный мастер, я бы хотел попросить защитный талисман для сына.

Линь Циньинь взглянула на лицо Юй Чэнцзэ и сказала:

— Ваша жена не очень хорошо себя чувствовала во время беременности, поэтому ребёнок родился со слабыми лёгкими.

Юй Чэнцзэ кивнул:

— Ему исполнился год, и с тех пор он кашляет через день. Каждое лечение затягивается на десять дней, а то и на полмесяца. Я уже извёлся.

По-хорошему, врождённую слабость сына Юй Чэнцзэ лучше всего было бы исправить с помощью нефритового талисмана, который бы медленно питал его тело. Но, судя по лицу Юй Чэнцзэ, пять лет назад его семья столкнулась с бедой и в одночасье обеднела.

В Частной международной старшей школе «Дунфан» были высокие зарплаты и премии, но Юй Чэнцзэ содержал родителей-пенсионеров, а в последние годы ещё и женился, купил дом, завёл ребёнка — каждая статья расходов была немаленькой. Нефритовый талисман стоимостью в сотни тысяч был ему явно не по карману.

За эти годы Линь Циньинь стала лучше разбираться в житейских делах. Она ничего не сказала, лишь спросила бацзы ребёнка, вырезала на камне Талисман детского покоя, а затем, зажав его в ладони, начала медленно вливать в него духовную энергию, остановившись лишь в тот миг, когда камень был на грани разрушения. Она протянула наполненный духовной энергией камень Юй Чэнцзэ: