Глава 91.2

Линь Циньинь откусила половину тарта, и её глаза засияли:

— Этот тарт очень вкусный. Где ты его купил?

Цзян Вэй хмыкнул:

— Где ж так рано утром найдёшь горячие тарты? Я сам их испёк.

— Не думала, что у тебя есть такие таланты! — с похвалой посмотрела на него Линь Циньинь. Цзян Вэй тут же возгордился и выпятил грудь, но тут она добавила: — Испечёшь завтра ещё? Кстати, я ещё люблю десерт под названием Сюэмэйнян. Умеешь готовить?

Цзян Вэй услышал, как заскрипели его зубы:

— Умею!

Линь Циньинь радостно улыбнулась:

— Мне с манго и дурианом.

Цзян Вэй готов был себя ударить. Ну почему он не может держать язык за зубами? Сказал бы, что не умеет, и всё!

Линь Циньинь доела вторую половину тарта и, повернувшись к Цзян Вэю, спросила:

— А что ты ещё умеешь готовить?

Цзян Вэй, только что коривший себя за болтливость, снова не сдержался:

— Я умею готовить любые десерты, что продаются в магазинах.

Линь Циньинь радостно кивнула:

— Тогда ещё торт «Чёрный лес».

Цзян Вэй мысленно дважды шлёпнул себя по губам. Вот болтун!

Съев два тарта и сэндвич, Линь Циньинь погладила живот и отправилась в комнату для гаданий. Вскоре с беспокойством позвонил Толстяк Ван, чтобы узнать, разобрался ли Цзян Вэй с сегодняшними записями.

— Наверное, всё в порядке, — неуверенно ответила Линь Циньинь. — В любом случае, сколько придёт, столько и приму. — Помолчав, она погладила сытый живот и решила похвалить Цзян Вэя: — Сэндвичи и тарты у Цзян Вэя отменные. А ещё он умеет готовить шоколадный торт и Сюэмэйнян. Просто великий кондитер, которого погубила математика!

Толстяку Вану стало грустно. Ему показалось, что он, не умеющий готовить десерты, вот-вот впадёт в немилость.

——

После гадания у Линь Циньинь Ван Инь привела Гого домой. В дверях их встретила свекровь и с тревогой спросила:

— Ну как? Что сказал сегодняшний мастер?

Раньше Ван Инь, возможно, без утайки обсудила бы с ней этот вопрос, но теперь, зная, что все беды сына навлекли поступки свекрови, у неё не было ни малейшего желания разговаривать.

Видя, что Ван Инь молчит, старушка Чжэн не удержалась:

— Я сегодня снова ходила к мастеру Цяню. Он сказал, что день рождения Гого всё ближе, и нужно скорее проводить ритуал, иначе будет поздно.

Ван Инь похлопала Гого по спине, проводив его в комнату, и только потом повернулась к старушке Чжэн:

— Мама, мне кажется, вы слишком доверяете этому старику по фамилии Цянь. Я сегодня всё хорошенько обдумала и считаю, что он просто мошенник, который похищает детей. Нам не следовало ему верить.

— Кто сказал, что он мошенник?! — в сердцах выпалила старушка Чжэн. — Мастер Цянь — человек со способностями! В прошлом году один одержимый пришёл к нему за помощью, и я своими глазами видела, как он одним взмахом руки сотворил пламя и изгнал из того человека злого духа!

Улыбка Ван Инь стала ледяной:

— Так вы знали этого мастера ещё с прошлого года? Разве вы не в парке водно-болотных угодий «Семь лотосов» его впервые встретили?

Старушка Чжэн поняла, что в спешке проговорилась, и, неловко переминаясь с ноги на ногу, принялась тереть руки, запинаясь:

— Видела как-то раньше, да забыла. Только потом вспомнила.

Ван Инь бросила на неё долгий взгляд и, не сказав больше ни слова, ушла в спальню. Старик Чжэн не выдержал, затащил жену в их комнату и понизив голос спросил:

— Что это за история с мастером Цянем?

Старушка Чжэн могла скрывать правду от сына и невестки, но не от собственного мужа. Побледнев, она выложила всё, о чём мастер Ян велел ей молчать:

— Я ведь иногда ходила слушать лекции… так вот, это были лекции мастера Яна. Он и вправду очень сильный. Я видела, как он лечил людей, как из ничего создавал огонь и воду. У него настоящие способности. В тот раз, когда Гого кашлял и не пошёл в садик, как раз была лекция мастера Яна. Тебя дома не было, а я не могла оставить Гого одного, вот и взяла его с собой.

Искоса взглянув на мужа, старушка Чжэн с тревогой продолжила:

— Мастер Ян, как только увидел Гого, тут же вскочил. Он долго осматривал его руки, а потом попросил меня остаться и сказал, что с телом Гого не всё в порядке.

Старик Чжэн с трудом сдержал гнев:

— Он наговорил чепухи, а ты поверила?

— Это не чепуха! — заволновалась старушка Чжэн. — Он сказал, что у Гого постоянно повышенная температура, он легко «загорается», боится жары, но не холода.

Старик Чжэн закатил глаза от злости, но старушка поспешно добавила:

— И ещё! Он сказал, что наш Гого весь состоит из огня, и если ничего не делать, он не доживёт до пяти лет. Он просто сгорит заживо! И чтобы я поверила, он даже извлёк из тела Гого огонёк и показал мне!

Лицо старика Чжэна было мрачнее тучи:

— Ты же сама говорила, что этот старик умеет создавать огонь. Откуда ты знаешь, что пламя появилось из тела Гого?

— Когда он создавал огонь, он использовал жёлтую бумагу. А когда извлекал пламя из Гого, то просто поводил пальцем по его ладошке, — старушка Чжэн утерла слезу и с обидой сказала: — Ты думаешь, я хотела в это верить? Я согласилась отдать ему часть своей жизни, лишь бы Гого выжил. Всего-то и нужно, чтобы Гого пробыл с мастером три года, что в этом плохого? А невестка, посмотри на неё, только и делает, что смотрит на меня косо. Она совсем о Гого не думает.

Старик Чжэн и сам растерялся:

— Если всё так, почему ты сразу не рассказала сыну и невестке? Зачем было так всё усложнять?

— Мастер сказал, что небесные тайны нельзя разглашать, слишком многим знать не положено, — обиженно ответила старушка Чжэн.

Старик Чжэн тяжело вздохнул:

— Подождём, когда сын вернётся, обсудим с ним.

Ван Инь позвонила Чжэн Гуанлэю, и тот вернулся домой, не дожидаясь конца рабочего дня. Родители тут же затащили его в свою комнату. Выслушав обе версии, Чжэн Гуанлэй склонялся к тому, чтобы верить жене. Ещё в тот день, когда он спорил с мастером Цянем, ему показалось, что у того нехороший взгляд и нечистые помыслы. А юный мастер, которого нашла жена, уже был довольно известен в Цичэне. Чжэн Гуанлэй за это время навёл справки: все, кто упоминал юного мастера, отзывались о ней с похвалой, говорили, что она сделала много добрых дел.

Видя, что сына не переубедить, старушка разволновалась и тайком спустилась вниз, чтобы позвонить мастеру Яну. Она рассказала, что сын с невесткой не согласны на ритуал продления жизни и уже начали обращаться к другим мастерам.

Ян Цинхэ, услышав, что жирный куш, за которым он следил целый год, вот-вот перехватят, тут же забеспокоился. Он как раз уехал в другой город на поиски одного вспомогательного ингредиента, и его не было в Цичэне. Но когда главная добыча ускользает, кому есть дело до второстепенных снадобий? Проклиная себя за то, что уехал в такое неподходящее время, он велел старушке Чжэн как-нибудь удержать сына с невесткой и пообещал, что немедленно вернётся и будет у них послезавтра утром.

Услышав, что мастер Цянь приедет лично, чтобы убедить её сына и невестку, старушка Чжэн с облегчением вздохнула. Она упрямилась не из желания поспорить с невесткой, а потому, что искренне боялась, что Гого не переживёт свой пятый день рождения.

Линь Циньинь и Ян Цинхэ назначили визит на один и тот же день. Чжэн Гуанлэй, опасаясь, что сына могут похитить, специально взял отгул и ждал дома. Около девяти часов утра Ян Цинхэ и Линь Циньинь, один за другим, почти одновременно прибыли к дому семьи Чжэн.