Глава 70.2

Хотя Линь Сюй и Чжэн Гуанъянь знали, что их дочь способна за себя постоять, её чрезмерная наивность всё равно их беспокоила. Они тайком попросили Толстяка Вана присматривать за ней и, если станет опасно, немедленно возвращаться. Негоже, чтобы в канун Нового года случилось что-то плохое.

Толстяк Ван тут же согласился. Взяв у Линь Циньинь набитый до отказа рюкзак, он сел за руль внедорожника и направился прямиком в Циндао.

Чжан Кай забронировал для мастеров, их ассистентов и учеников целый этаж — более тридцати люксовых номеров — в роскошном отеле неподалёку от своего жилого комплекса. Так он хотел показать, что ценит гостей, а заодно обеспечить им уединение и безопасность.

Толстяк Ван получил приглашение последним, когда мастер фэншуй из Гонконга уже прибыл в Циндао. Чжан Кай как раз ехал встречать его в аэропорт, когда ему позвонил друг и настойчиво порекомендовал Юного мастера Линь Циньинь из Цичэна, расписывая её способности как нечто божественное.

За последнее время Чжан Кай и сам немного изучил тему фэншуй и пришёл к выводу, что это невероятно глубокая область, требующая знаний и опыта. Поэтому к словам друга о совсем юном мастере он отнёсся скептически. Но раз уж он пригласил больше дюжины мастеров, то одним больше, одним меньше — неважно. На забронированном этаже всё равно оставались свободные номера. Так он и позвонил Толстяку Вану, пригласив его с Юным мастером в Циндао.

Дорога от Цичэна до Циндао занимала более четырёх часов. Когда Толстяк Ван и Линь Циньинь подъехали к отелю, было уже шесть вечера — как раз время ужина.

Чжан Кай знал, что у талантливых людей часто бывают странности в характере, а приглашённые мастера, к тому же, были конкурентами. Чтобы избежать неприятностей, он арендовал в отеле небольшой ресторан на пятьдесят-шестьдесят человек, где можно было заказывать по меню или брать еду со шведского стола. Этот зал предназначался исключительно для мастеров.

Хань Чжэнфэн из Гонконга слегка покачивал в руке бокал с вином и с некоторым презрением оглядывал своих коллег в ресторане. Ему казалось, что Чжан Кай, хоть и не поскупился на вознаграждение, был излишне осторожен. Он, Хань Чжэнфэн, окончил факультет фэншуй в одном из гонконгских университетов — настоящий специалист с профильным образованием. После выпуска он посвятил себя изучению фэншуй и нумерологии, обустраивал фэншуй-формации для многих звёзд и богачей и считался в Гонконге очень известным мастером.

По прибытии он поинтересовался именами других приглашённых. Лишь об одном, неком Чжан Цидоу из Гуандуна, он что-то слышал. Но Хань Чжэнфэн был уверен, что и тот ему не ровня. Об остальных он не слышал ровным счётом ничего.

Было очевидно, что и Чжан Кай больше всех ценил именно Хань Чжэнфэна. Он не только лично встретил его в аэропорту, но и, разобравшись с делами в номере, поспешил вернуться в ресторан и сел напротив него.

Заметив такое отношение, Хань Чжэнфэн удовлетворённо улыбнулся. Виллу стоимостью в десятки миллионов он уже считал своей.

— Прошу прощения, мастер Хань, что заставил вас ждать, — с виноватой улыбкой сказал Чжан Кай. — Задержался в номере на телефонной конференции.

— Ничего страшного, — ответил Хань Чжэнфэн, отпив вина. — Я днём изучил в номере материалы, которые вы мне предоставили. С точки зрения фэншуй, в самих виллах серьёзных проблем нет. Полагаю, господин Чжан, когда вы начинали строительство, то уже приглашали кого-то для оценки. Чтобы понять, в чём именно дело, нужно будет завтра осмотреть всё на месте. В конце концов, на фэншуй влияют и очертания гор, и течение вод — по фотографиям этого не увидишь.

Слова мастера успокоили Чжан Кая. Он тут же поднял бокал и чокнулся с Хань Чжэнфэном:

— Слова мастера Ханя вселили в меня уверенность. Завтра вся надежда на вас. Я и вправду нанимал специалиста, когда начинал строить этот комплекс. В конце концов, мои клиенты — люди состоятельные, и для них фэншуй очень важен. Но кто бы мог подумать… — Чжан Кай беспомощно покачал головой. — Что всё обернётся такой катастрофой.

В уголках губ Хань Чжэнфэна появилась презрительная усмешка:

— Не в обиду будет сказано, но в материковом Китае уровень фэншуй, И-цзин и в целом эзотерики сильно отстаёт от Гонконга. У вас здесь мошенников больше, чем мастеров.

Хоть слова и прозвучали неприятно, в глубине души Чжан Кай был с ними согласен. Ведь мастер, которого он нанял для своего комплекса, считался в Циндао довольно известным и даже специально создал для вилл фэншуй-формацию «нескончаемого потока богатства». В итоге богатства он так и не увидел, зато паранормальных явлений было хоть отбавляй. Столкнувшись с этим, тот «мастер» просто растерялся и ничего не смог придумать.

Разрешение на предпродажу второй очереди уже было получено, но он не решался открывать продажи, боясь публичного провала и насмешек в деловых кругах. А без притока средств его финансовое положение становилось шатким, что грозило крахом всего проекта.

При этой мысли Чжан Кай с трудом сдержался, чтобы не выругаться в адрес того, кто изначально оценивал фэншуй. И хотя тот вернул ему гонорар в два миллиона, причинённый ущерб был несоизмеримо больше.

Чжан Кай согласно кивнул:

— Мастер Хань прав. Именно поэтому я и проделал такой долгий путь, чтобы пригласить вас. Фэншуй нашего комплекса теперь в ваших руках.

— Можете не сомневаться, я приложу все усилия, — Хань Чжэнфэн поднял бокал, приветствуя Чжан Кая, и уверенно улыбнулся. — В конце концов, там будет и моя вилла!

Хотя это прозвучало нескромно, Чжан Кая эти слова успокоили. Он поспешно поднял свой бокал и чокнулся с мастером:

— Наградой в этот раз станет лучшая вилла первой очереди, с самым удачным расположением. Мы наняли лучшую дизайнерскую компанию Циндао, чтобы превратить её в шоу-рум. Не буду скрывать, во время старта продаж каждый, кто видел этот дом, влюблялся в него и пытался через знакомых договориться о покупке. Я хотел оставить его для себя, поэтому так и не продал.

Чжан Кай тяжело вздохнул:

— На этот раз я действительно пошёл ва-банк!

Хань Чжэнфэн с улыбкой отпил вина. В этот момент официант распахнул двери ресторана, и в зал вошёл пухлый мужчина в сопровождении красивой девушки лет шестнадцати-семнадцати. Рядом с ними шёл сотрудник Чжан Кая.

Хань Чжэнфэн бросил взгляд на профиль и фигуру девушки, затем перевёл его на своего ассистента, сидевшего за соседним столиком, и недовольно скривил губы:

— Мастера с материка не блещут талантом, зато любят пожить в своё удовольствие. Как только совести хватает брать в ассистенты таких юных девушек.

Чжан Кай перед приглашением Линь Циньинь слышал от друга о ней, но не ожидал, что Юный мастер окажется ещё моложе, чем он себе представлял.

Только что Хань Чжэнфэн критиковал уровень мастеров материка, а тут появилась несовершеннолетняя девчонка, которая тоже смеет называть себя мастером. Чжан Кай мгновенно пожалел о своём поспешном приглашении. Если об этом узнают коллеги, то решат, что он от отчаяния готов нанять кого угодно, и поднимут на смех.

Но Чжан Кай не зря провёл в бизнесе несколько десятилетий. Хоть он и был раздосадован, выгонять гостей, которые уже приехали, было нельзя. Пришлось, скрепя сердце, объясниться с Хань Чжэнфэном:

— Эта юная леди и есть мастер, а мужчина рядом — её ассистент.

Рука Хань Чжэнфэна, резавшая стейк, замерла. Он невольно обернулся и встретился взглядом с Линь Циньинь. Её глаза были кристально чистыми, а от всей её фигуры исходила неописуемая аура духовной энергии, заставившая Хань Чжэнфэна на мгновение замереть. Даже его уверенность в победе слегка пошатнулась.

Однако Линь Циньинь лишь мельком взглянула на него и отвернулась, взяла тарелку у шведского стола и направилась прямиком к секции с морепродуктами. Когда она повернулась, Хань Чжэнфэн заметил в её незакрытом рюкзаке краешек пакетика с чипсами. Он тут же вздохнул с облегчением, решив, что слишком мнителен.

Он признавал, что Линь Циньинь — словно необработанный нефрит; одного взгляда на её ауру было достаточно, чтобы понять, что у неё есть талант. Вот только необработанный нефрит нуждается в огранке, чтобы стать произведением искусства, а он — уже давно прославленный мастер. В поединке с ним эта девчонка была обречена на поражение.

К Хань Чжэнфэну вернулась его уверенная улыбка. Он поднял бокал и отпил вина:

— Неплохой ребёнок. Когда это дело закончится, я мог бы подумать о том, чтобы взять её в ученики.

Чжан Кай не знал, что ответить. В конце концов, Линь Циньинь, хоть и была юна, уже самостоятельно бралась за работу и вряд ли захотела бы стать чьей-то ученицей. А вот ассистент Хань Чжэнфэна с обидой посмотрел на Линь Циньинь, не понимая, чем эта соплячка, у которой молоко на губах не обсохло, приглянулась мастеру. Он сам проработал ассистентом пять лет и до сих пор не стал его учеником, а эта девчонка уже его обошла.

Какими бы ни были способности приглашённых мастеров, Чжан Кай должен был соблюсти все правила приличия. Извинившись перед Хань Чжэнфэном, он подошёл с бокалом к Линь Циньинь и Толстяку Вану, чтобы поздороваться.

У Линь Циньинь в этой жизни не было опыта светских бесед, но в прошлой, когда она была главой Школы Божественных Предсказаний, она кое-что в этом понимала. Хоть она и передала управление школой ученикам, на крупных мероприятиях ей всё же приходилось появляться для поддержания престижа, так что держаться с важным видом она умела превосходно.

Толстяк Ван, как прилежный ассистент, представил Линь Циньинь Чжан Каю. Войдя в зал, он заметил, что Чжан Кай отнёсся к ней без особого энтузиазма, и потому особо подчеркнул:

— Многие, кто обращается к нашему Юному мастеру за гаданием или оценкой фэншуй, сомневаются в её способностях из-за возраста. Но ещё ни один не ушёл разочарованным. В Цичэне Юный мастер — это наш знак качества в мире фэншуй.

Услышав название «Цичэн», Чжан Кай лишь мысленно усмехнулся. Мастера фэншуй в его родном Циндао были так себе, так чего ждать от какого-то Цичэна, который во всём уступает Циндао?

Глядя на самоуверенный вид Толстяка Вана, Чжан Кай мысленно покачал головой. Возможно, у этих людей и были какие-то способности, но они явно не знали поговорки «за горами есть горы, а за людьми — люди». Оказавшись среди настоящих мастеров, они поймут, что были лишь лягушками на дне колодца.

Хоть в голове у Чжан Кая и роились мысли, на лице он сохранял вежливую и учтивую улыбку. Толстяк Ван не мог прочесть его мыслей, но от Линь Циньинь они не укрылись.

Взглянув на Чжан Кая, Линь Циньинь кивнула в сторону Хань Чжэнфэна:

— Это тоже приглашённый вами мастер?

— Да, — при упоминании Хань Чжэнфэна улыбка Чжан Кая стала заметно теплее. — Это мастер Хань Чжэнфэн. Я специально пригласил его из Гонконга. Несколько его фэншуй-формаций очень известны там.

— Раз уж это приглашённый вами мастер, то не помешало бы вам его предупредить… — очень серьёзно сказала Линь Циньинь. — Завтра ему грозит опасность упасть в воду.