Глава 92.2

В глазах Ян Цинхэ тот, кто мог создавать огонь без талисманов, был величайшим мастером из всех, кого он видел. Но даже аура того мастера не была такой устрашающей, как у Линь Циньинь.

Ян Цинхэ понял, что столкнулся с настоящим экспертом, и от досады готов был расплакаться. Всю жизнь он был осторожен, а под старость решил пойти ва-банк и налетел на железную стену толщиной в десять метров. Кроме мыслей о смерти, в голове не осталось ничего.

Он попытался перевернуться и встать, но духовное давление прижимало его к полу так сильно, что он не мог даже поднять головы. Оставив попытки, Ян Цинхэ распластался на полу и покорно признался:

— Мне приглянулась энергия ян этого мальчишки. Я хотел сделать из него пилюлю, чтобы повысить своё Развитие.

Ван Инь ахнула. Хотя Линь Циньинь и предупреждала, что у старика дурные намерения, она не ожидала, что он окажется настолько злым и захочет превратить её сына в пилюлю. Чжэн Гуанлэй сжал руки в кулаки. Если бы Ян Цинхэ не лежал на полу полумёртвый, он бы непременно его избил.

Ван Инь и Чжэн Гуанлэй были в ярости, а старушка Чжэн — в шоке и неверии. Она подбежала к нему и пронзительно закричала:

— Ты же говорил, что мой внук долго не проживёт! Ты что, обманул меня?

Ян Цинхэ обиженно скривил губы:

— Ну, я не совсем тебя обманул. Даже если бы твой внук не умер от моей руки, рано или поздно его бы разорвало изнутри от собственной энергии ян. Так почему бы мне его не использовать?

Услышав это, Чжэн Гуанлэй поспешно зажал уши Гого, чтобы тот не слышал этих ужасных слов. К счастью, Гого было всего четыре года, и подобные разговоры его не интересовали. Он сидел, склонив голову, и играл со своим трансформером, совершенно не обращая внимания на то, что говорил Ян Цинхэ.

Старушка Чжэн, услышав слова Ян Цинхэ, не знала, радоваться ей или горевать. Она инстинктивно посмотрела на Чжэн Гуанлэя, но тот отвернулся, даже не взглянув на неё.

Увидев, что сын её игнорирует, старушка Чжэн принялась оправдываться:

— Видишь, он ведь не совсем обманывал…

Чжэн Гуанлэй, глядя на растерянность старушки, не почувствовал жалости — лишь холод в душе.

— Ты так хочешь, чтобы с твоим внуком что-то случилось?

— Нет, это не так, я не хотела! — старушка Чжэн в панике замахала руками. Она понимала, что сама впустила волка в дом, и знала, что сын с невесткой теперь разозлятся на неё и, возможно, даже отправят обратно в родную деревню. Но она так не хотела уезжать, она хотела и дальше растить внука.

Чжэн Гуанлэй глубоко вздохнул и не стал продолжать этот спор. Сейчас главным было разобраться с этим обманщиком Яном.

— Юный мастер, как вы считаете, что нам делать? — Чжэн Гуанлэй с головной болью посмотрел на лежащего на полу Ян Цинхэ. Держать его взаперти он не мог, но и отпускать было опасно — кто знает, не попытается ли он снова, раз уж в этот раз не вышло.

Линь Циньинь указала на его руку:

— У тебя же есть телефон? Звони в полицию!

— В полицию? — опешил Чжэн Гуанлэй.

Неужели о таких вещах сообщают в полицию?

Линь Циньинь тоже была немного в растерянии. Злобного культиватора, совершившего тяжкие преступления, можно было бы покарать Небесным громом. Но Ян Цинхэ, хоть и практиковал тёмные искусства, из-за своей трусости и осторожности совершал лишь мелкие проступки, обманывая стариков на их пенсии. Он замыслил похитить Гого и сделать из него пилюлю, но план провалился ещё до начала, и вдобавок его ударило собственным талисманом. Линь Циньинь даже совестно было вмешиваться.

— Звоните в полицию. Распространение вредоносных суеверий, попытка похищения ребёнка… за такое на несколько лет посадят, — сказала Линь Циньинь, убирая своё духовное давление. Ян Цинхэ наконец смог вздохнуть с облегчением и безвольно распластался на полу. Он именно потому и придумал этот план с обманом, что боялся попасть в розыск, но, похоже, тюрьмы ему всё равно не избежать.

Чжэн Гуанлэй со странным выражением лица посмотрел на Линь Циньинь. Юный мастер, конечно, обладала настоящей силой, но не было ли ей совестно с такой уверенностью говорить об обвинении в «распространении вредоносных суеверий»?

Чжэн Гуанлэй достал телефон и набрал номер полиции. Линь Циньинь тоже достала свой и написала сообщение в группу WeChat «Полиция и народ — одна семья». Когда-то Линь Циньинь сделала предсказание для молодого полицейского Ма Минъюя из паркового участка, благодаря чему тот вовремя сделал операцию на ранней стадии рака желудка и избежал беды. С тех пор у полицейских из паркового участка сложились отличные отношения с Линь Циньинь, и некоторые даже в частном порядке обращались к ней за гаданием.

Нескольких негодяев, попавших в руки Линь Циньинь, уже ударил Небесный гром. Полицейские сначала были в шоке, но потом привыкли. Услышав, что сегодня будет случай, который передадут им, а не Небесному грому, все пришли в восторг и, потирая руки, загорелись желанием поприсутствовать при этом.

Линь Циньинь назвала адрес. Один из полицейских, по имени Чжан Чжичжун, рассмеялся:

— А я в прошлом месяце как раз перевёлся в участок Фанкэ, это теперь наша юрисдикция! Мне как раз поступил вызов, я уже в пути.

В группе тут же началось бурление. Все наперебой требовали организовать «обмен опытом» с соседним участком.

Положив трубку, Чжэн Гуанлэй всё ещё беспокоился. Он тихо спросил у Линь Циньинь:

— Мастер, а если он выйдет из тюрьмы, не станет ли он снова преследовать моего сына?

— Он столько не проживёт, — цыкнула языком Линь Циньинь. — В его тело и так уже проникла энергия инь, жить ему оставалось недолго. А тут он ещё и сам себя молнией шарахнул. Если доживёт до освобождения — считай, повезло.

Лежащий на полу Ян Цинхэ, представив свою печальную участь, зарыдал в голос. Знал бы он, чем всё кончится, и десяти бы жизней не хватило набраться смелости для такого дела.

——

Полицейские прибыли быстро. Хотя Чжан Чжичжун и был морально готов, но, увидев распростёртого на полу Ян Цинхэ, всё равно вздрогнул и тайком отправил Линь Циньинь сообщение в WeChat: «Юный мастер, вы слишком жестоки!»

Линь Циньинь отправила в ответ невинный смайлик: «Он сам баловался с талисманами и взорвался. Я просто стояла рядом и ничего не делала».

Чжан Чжичжун осмотрел раны Ян Цинхэ и вызвал ему скорую. В ожидании медиков он начал опрос.

Чжэн Гуанлэй в деталях рассказал, как Ян Цинхэ обманул его мать. Полицейские, за исключением Чжан Чжичжуна, переглядывались. Им доводилось сталкиваться с похитителями детей, но чтобы кто-то использовал такой идиотский предлог — впервые. А ещё удивительнее было то, что это почти сработало.

Один из полицейских указал на Линь Циньинь и Цзян Вэя:

— А эти двое что здесь делают?

Чжэн Гуанлэй запнулся. Он только что вызвал полицию под предлогом борьбы с суевериями, не мог же он теперь сказать, что сам пригласил мастера.

Увидев смущение Чжэн Гуанлэя, Линь Циньинь достала леденец, сунула его в рот и с милой улыбкой сказала:

— А мы просто зашли поглазеть на представление!

— Да-да! — с облегчением подхватил Чжэн Гуанлэй. — Это дети моих родственников, узнали, что мою мать обманули, и пришли помочь.

Чжан Чжичжун с трудом сдержал смех и занёс данные в протокол, после чего сообщил Чжэн Гуанлэю и старушке Чжэн, что им нужно будет явиться в участок для дачи показаний. Что же до лежащего на полу…

Чжан Чжичжун взглянул на почерневшее лицо Ян Цинхэ, и ему стало не по себе. Задав основные вопросы, он бросил на прощание:

— В участке всё честно расскажешь!

Линь Циньинь слегка улыбнулась и вновь применила к Ян Цинхэ толику своего духовного давления. Тот тут же залился слезами и принялся клятвенно заверять:

— Обещаю всё честно рассказать, ни слова лжи не скажу!

Чжан Чжичжун усмехнулся:

— Люблю таких, с которыми легко работать.

Вскоре приехала скорая. Медики унесли Ян Цинхэ. Полицейские, напомнив о времени и месте дачи показаний, тоже уехали. В доме семьи Чжэн воцарилась тишина.

Ван Инь, обнимая Гого, взволнованно благодарила Линь Циньинь. Она слышала, что юный мастер очень точно гадает, но не представляла, что та обладает такими невероятными способностями.

— Юный мастер, огромное вам спасибо, — Ван Инь и Чжэн Гуанлэй низко кланялись.

Линь Циньинь погладила Гого по пухлой щеке и весело сказала:

— Ничего страшного, главное, что я оказалась рядом. Просто помните: ни в коем случае не позволяйте Гого снимать Нефритовый талисман, чтобы на него не позарились другие люди с нечистыми помыслами.

Супруги закивали. Линь Циньинь оставила им свой номер телефона и WeChat, чтобы они могли связаться с ней в любой момент, если что-то случится с Гого. Как-никак, это её будущий ученик, нельзя им пренебрегать.

Большая проблема семьи Чжэн была решена, но с семейными неурядицами им предстояло разбираться самим за закрытыми дверями. Уходя, Линь Циньинь не удержалась и посоветовала старушке Чжэн:

— Когда пойдёте в участок давать показания, расскажите, как этот старик выманил у вас деньги. Может, что-то удастся вернуть.

Старик Чжэн, который от гнева уже не мог говорить, с силой ударил по столу и принял решение:

— Как дадим показания, так сразу возвращаемся домой.