На тебя пал выбор, берберийский пират!

— В Северная Африке? — Талейран, казалось, не ожидал такого поворота и на мгновение опешил. — Кое-что знаю. Ваше Высочество, что именно вас интересует?

— Всё. Чем подробнее, тем лучше.

Талейран, прихрамывая, шёл рядом с Жозефом и, тщательно подбирая слова, начал:

— Северная Африка, в общих чертах, находится на южном побережье Средиземного моря. С запада на восток там расположены Марокко, Алжир, Тунис, Триполитания, Египет и ещё несколько государств. Ах, да, как бы это сказать? Кроме Марокко, остальные, пожалуй, нельзя назвать государствами в полном смысле слова. В зависимости от обстоятельств они могут в любой момент превращаться то в провинции Османской империи, то обратно в независимые государства...

Вдруг он понял, что наследный принц вряд ли хочет слушать эти базовые географические сведения, и, сменив тему, перешёл к политическому устройству:

— В настоящее время Марокко находится под властью династии Алауитов. Однако в последние десятилетия там часто вспыхивают восстания, идёт ожесточённая борьба при дворе. Их султаны, едва придя к власти, через несколько лет обычно погибают. Короче говоря, Марокко сейчас очень ослабло и вынуждено содержать казну за счёт пиратских набегов на торговые суда в Средиземном море...

Талейран быстро взглянул на наследного принца и, заметив его заинтересованность, продолжил:

— К востоку от Марокко находится Алжир — государство, основанное двести лет назад пиратами, или, если угодно, османским флотом — в общем, одно и то же. Эти пираты подчинили себе местное население — берберов, но столкнулись с мощным давлением испанского флота, поэтому добровольно согласились стать провинцией Османской империи в обмен на её поддержку. После этого Османская империя направила туда отряд отборных янычар. Спустя сто с лишним лет Османская империя утратила контроль над далёким Алжиром. Янычары, расквартированные там, стали правителями. Сейчас в Алжире существует совет, куда входят янычары, пираты и местные жители. Этот совет и избирает правителя Алжира. Ах да, их флот, то есть те, кого мы считаем пиратами, пользуется в Алжире огромной властью. Несколько правителей там были выходцами из пиратов.

Жозеф с улыбкой кивнул:

— Вы очень подробно рассказываете. Продолжайте, пожалуйста.

— Слушаюсь, Ваше Высочество. К востоку от Алжира находится Тунис — небольшая, но очень богатая страна, практически вся покрыта плодородными землями, изобилует продуктами. Однако двадцать лет назад в Тунисе закончился период почти полувековых непрерывных переворотов. Сейчас там правит паша, то есть губернатор, по имени Хаммуда-бей. Из-за прежних смут Тунис утратил былое процветание. К тому же Алжир участвовал в предыдущих переворотах в Тунисе, поэтому отношения между ними крайне плохие. Алжирцы часто совершают набеги на тунисскую границу. Впрочем, наши ткани, стекло, вино и другие товары в Тунисе очень популярны. Это наш крупнейший рынок в Северной Африке. Конечно, Тунис тоже одно из гнёзд берберийских пиратов. Наши торговые суда то и дело грабят. Флоту приходится часто ходить туда на зачистки. Нам ещё повезло — в Тулоне стоит мощная эскадра. А вот датчанам, сардинцам и американцам достаётся куда больше. Вы знаете, американцы, чтобы их не грабили, платят пиратам ежегодную дань в миллион ливров?

Жозеф нахмурился:

— Почему вы всё время упоминаете пиратов?

— Ах да, Ваше Высочество, — кивнул Талейран. — Средиземное море издавна было вотчиной берберийских пиратов. Раньше они были частью османского флота и занимались нападениями на торговые суда католических стран. Но потом Османская империя ослабла и потеряла контроль над своим флотом. Те моряки и превратились в пиратов. Они создали базы по всей Северной Африке и даже сами стали правителями — как в Алжире. Берберийские пираты прошли регулярную военно-морскую подготовку, поэтому они гораздо опаснее обычных пиратов. Они рыщут по Средиземноморью и нападают на все торговые суда, кроме тех, чьи страны уже заплатили им дань. Европейские державы ежегодно тратят немалые суммы на выкуп пленников, захваченных пиратами. Кстати, берберийские пираты совершают набеги и на европейские земли к северу от Средиземного моря, угоняют жителей в рабство и продают их в Северную Африку, Османскую империю или арабские страны. Испанский флот сотни лет борется с ними, но пираты пустили корни во всех странах Северной Африки — Триполитания тоже одна из их баз — и истребить их никак не удаётся.

При этих многократных упоминаниях «берберийских пиратов» Жозефа вдруг осенило. Лет через десять как раз начнутся знаменитые Берберийские войны — американцам настолько надоели грабежи, что они отправят в Средиземное море почти весь свой флот воевать с пиратами.

Но только несколько десятилетий спустя, при содействии Франции, пиратов удастся окончательно зачистить. А американцы за это время, бывало, тратили на выкуп пленников до 20% государственного бюджета!

Глаза Жозефа загорелись. Он возбуждённо хлопнул Талейрана по плечу:

— Спасибо за подсказку, аббат! Думаю, пора положить конец этому средиземноморскому бедствию.

До сих пор он был ограничен историческим маршрутом Наполеона в Северной Африке, то есть нацелен на Египет. Но для Египта у Франции пока не хватало сил, к тому же Османская империя была ещё сильна и, несомненно, оказала бы поддержку Египту — формально он оставался её провинцией.

А берберийские пираты открывали новую возможность.

Можно начать с них: громить их базы в Северной Африке, а затем превращать захваченные территории в трофеи.

К тому же борьба с пиратами — дело всеобщее. Особенно пострадавшие американцы, несомненно, поддержат такую инициативу. Испанцы, наверное, тоже подключатся.

В таком случае англичанам, если они захотят вмешаться, будет трудно найти предлог. Не скажут же они: «Мы против уничтожения берберийских пиратов»? Кроме того, это поссорит их с Америкой и Испанией. А с учётом того, что Франция и Россия объединяются против Османской империи, Россия тоже наверняка поддержит французские действия в Средиземноморье.

Если англичане всё же упрутся, может, даже удастся создать «антианглийскую коалицию». Вот это был бы куш!

Так, на просёлочной дорожке у Малого Трианона, постепенно вырисовывались контуры французской североафриканской стратегии.

Талейран же, напротив, был в недоумении:

— Ваше Высочество, силы берберийских пиратов велики. Для борьбы с ними нужны огромные средства. Нынешнее финансовое положение Франции, боюсь, этого не позволит...

Жозеф усмехнулся и покачал головой:

— Нет, аббат, на этот раз борьба с пиратами принесёт только прибыль, больших затрат не потребуется.

Он остановился и посмотрел на Талейрана:

— Возможно, вы согласились бы занять должность на дипломатическом поприще.