Моей ненавистной любви (3)

Четвёртый герой Империи Эпохи мифов.

Такого быть не могло, и всё же сомнений не оставалось: это лицо было точь-в-точь как на портрете из книги тысячелетней давности.

— На человека он точно не похож… Если уж относить к какой-то категории, то скорее к «богу»…

Что ж, раз существует даже искажённый полубог, в том, что мёртвый стал богом, тоже нет ничего странного.

Холодные карие глаза внимательно изучали фигуру в артефакте связи. Стигма особенно долго всматривался в цвет, который кого-то ему напоминал, а затем понял, какую область накрывает его барьер, и тихо протянул:

— А-а… Значит, он пришёл вместо Рэйвена.

Его прислал Рэйвен.

То место входило в сектор, за который должен был отвечать Рэйвен; значит, этот человек наверняка был с ним связан.

В небе возник огромный щит — такой, что его можно было разглядеть отсюда невооружённым глазом, — и рухнул вниз. Изображение яростно затряслось, а следом дрожь докатилась даже сюда. Стигма негромко рассмеялся.

— Будь я там, на его фоне от меня бы вообще ничего не осталось.

Пожалуй, хорошо, что он оказался именно здесь.

Душа, лишённая подвига и славы, неистовствовала среди монстров. Некоторое время Стигма не отрываясь смотрел на это дивное зрелище, а потом тихо пробормотал с лёгкой улыбкой:

— Герой Эпохи мифов снова вернёт себе имя.

Как и я… нет, куда сильнее, чем я.

— Но это не значит, что мне можно сложить руки и позволить себя затмить.

Он выдернул копьё, стоявшее рядом, и метнул его.

Копьё, в которое легла вся сила пробуждённого, со свистом рассекло воздух и насквозь прошило сразу двух монстров. Стигма взял другое копьё, воткнутое неподалёку, и посмотрел вниз.

Сейчас он стоял на высокой часовой башне в центре деревни. Всё владение было как на ладони; Стигма окинул его взглядом, оценил обстановку и метнул следующее копьё.

— Принесите ещё копий.

Он думал, что взял с запасом, но этого явно не хватит.

Портал, ведущий сюда, уже открыт, значит, с доставкой проблем не возникнет. Что ж, посмотрим, сколько он сможет продержаться, пока не кончатся все копья.

Стигма выдернул ещё одно из множества копий, расставленных вокруг, и бросил. Едва древко коснулось его ладони, копьё уже сорвалось вперёд, одно за другим пронзило нескольких монстров и вонзилось в землю.

Люди, которым только что спасли жизнь, подняли головы. На фоне неба, перекошенного борьбой дня и ночи, стоял мужчина.

— Это же…

Короткие зелёные волосы развевались на ветру.

— …Стигма…

Имперский пёс, предавший родину. Тот самый, кого они столько проклинали.

Почему он здесь?.. Оцепенев от растерянности, они только и могли, что смотреть на человека на часовой башне. И тут он пошевелился.

Протянул руку в сторону —

С неба обрушился грохот.

— …Что?!

Они успели увидеть лишь, как он вытянул руку.

Дождь из копий хлынул с бешеной силой. Никто толком не разглядел броска, но копья уже свистели мимо и пронзали монстров. То, что одно из них промчалось совсем рядом, они осознали только после того, как на них брызнула кровь.

Монстры вокруг полегли за считаные мгновения. Нет — если судить по тому, как место, куда падал копейный ливень, медленно смещалось, словно туча, гонимая ветром, монстры погибали уже по всему владению. Жители стояли между тварями, поваленными точными ударами, и не знали, что делать. Они лишь смотрели на хозяина этих земель.

Да. Он был лордом владения Вита.

Сколько времени прошло после этого? Дождь из копий наконец стих.

Тишина продержалась недолго. Из всё ещё открытых Врат снова полезли монстры, и молчание рассыпалось.

Похоже, копья закончились. Мужчина выхватил меч с пояса, пронзил голову летающего монстра и вместе с ним сорвался вниз. В воздухе он без сожаления выдернул клинок, а один из вампиров подхватил его и замедлил падение.

Благодаря этому лорд без единой царапины приземлился перед жителями. Он оглядел оцепеневших людей и чуть нахмурился.

— Почему вы всё ещё здесь? Почему не эвакуируетесь?

— …Почему вы вообще здесь?

Пёс, который служит сильным. Пёс, который лижет сапоги власти. Почему он?..

— Приказ Его Величества. Он велел мне защитить это владение.

— …

— Его Величество не желает жертв среди мирных жителей. А я, как вассал, должен исполнить его волю.

Подданные Империи не знали, каким человеком был молодой император их страны.

Они не знали, как много он думает о подданных Империи; насколько широко понимает само слово «подданные»; как старается стать достойным императором.

«Значит, надо им показать».

Поэтому Стигма подчеркнул, что действует по приказу императора. Чтобы стать героем для владения Вита и окрестных земель, ему хватило бы одной подавляющей силы. Но заслугу за человечность следовало оставить императору.

Он указал рукой на приближающийся отряд.

— Они отведут вас в пункт эвакуации. Идите за ними.

— …

Жители, с растерянными лицами, повернулись прочь.

Император, который не забыл о них и думал о них. И Стигма Примиро, который подчинился приказу этого императора, хотя здесь его оскорбляли так часто, что от одной памяти тошнило.

«Я думал, он просто потомок врага, разрушившего нашу родину. Беспомощный ничтожный человек, которого прижал полубог и который ни на что не способен…»

Среди тех, кто вёл их в пункт эвакуации, были и представители иных рас. Мир перевернулся, повсюду царил хаос, а иные расы не заперлись в своих владениях, а пришли сюда помогать с эвакуацией мирных жителей. Разве это не означало, что с ними заключили мирный союз? С теми самыми иными расами, что были не просто замкнутыми, а ненавидели людей настолько, что дошли до объявления войны.

Пока жители уходили с тяжёлыми, сложными выражениями на лицах, Стигма прокрутил меч в руке и встретил поток монстров.

Только что полегло столько их сородичей, но твари будто уже успели это забыть. С горящими глазами они снова бросались на добычу.

— Что поделать. Глупым и жадным остаётся только умереть.

Пробуждённый, которого так и не признали, взмахнул мечом так, словно наконец засиял.

***

Ровина без колебаний пустила в ход силу вампира.

Сначала особой нужды в этом не было: сил хватало. Но чем дальше, тем неумолимее накатывали волны монстров, и, чтобы исполнить желание отца и при этом самой остаться в живых, ей пришлось вытаскивать из себя всё до последней крупицы.

Как сейчас.

— Ха… ха-а…

— Эй, ты там в порядке?

— Не помню, чтобы мне когда-нибудь так не хватало выносливости…

Мир перед глазами кружился. Дыхание сбивалось; зрение то белело, то возвращалось.

Через Врата, как назло, лезли только твари, с которыми было особенно неудобно возиться, и силы уходили быстрее, чем она рассчитывала. Да сколько же тут воздушных монстров? Все воздушные монстры Бездны, что ли, сюда слетелись? Ровина заскрежетала зубами и с обиженным видом уставилась вперёд.

«Чёрт. Так я отца разочарую».

В самом конце нельзя показать себя жалкой. Красные глаза, уже плохо ловившие фокус, медленно скользнули в сторону.

«…Придётся использовать запасной вариант».

Если она и дальше будет просто держаться, то скоро сама станет обузой. Либо вырубится от истощения, либо сорвётся в срыв контроля. Ни то ни другое нельзя показывать ни при каких обстоятельствах. И Ровина потянулась к способу, чьи побочные эффекты оставались неизвестны.

Хруст.

Монстр испустил дух.

Такая картина давно стала привычной до тошноты, но в этот раз в ней было что-то другое.

— Что за…

Вампир, который проверял состояние человека с примесью их крови, застыл.

Человек — пусть даже с вампирской кровью, но всё же человек — вцепился зубами в загривок монстра и пил его кровь.

Ровина заметила потрясённые красные глаза, сглотнула кровь, наполнившую рот, и сказала:

— Вы же питаетесь в основном кровью монстров?

— Это правда, но…

Тысячу лет назад, когда иные расы Бездны переселялись в земной мир, это действительно стало одной из причин, по которым вампиры остались в Бездне.

Они прекрасно могли жить, питаясь кровью чудовищ — то есть монстров. И солнце их, в отличие от других рас, не манило, так что они не видели особого смысла выходить под незнакомый свет, ступать на незнакомую землю и привыкать к новой жизни.

— Но, кажется, ты говорила, что по сути ты человек…

— Но вампирская кровь во мне всё равно есть. И часть способностей тоже.

Если срыв контроля считать способностью — значит, способность.

Ровина с силой высасывала кровь, будто собиралась не оставить ни капли.

От обычных оранжевых глаз не осталось и следа. Алые зрачки опасно метались на грани разума и безумия. Вдруг главная боевая сила потеряет рассудок? Остальные с тревогой следили за ней.

Под множеством взглядов эта недовампирша отбросила в сторону высохшего монстра и, словно оправдываясь, добавила:

— К тому же отец сказал: терять бдительность нельзя.

— …Сомневаюсь, что он имел в виду именно это, — пробормотала одна фея.

Ровина сделала вид, что не услышала, и уже повернулась к монстрам, но вдруг замерла. С её телом происходило что-то странное.

— Это ещё…

— Что случилось? Всё-таки побочный эффект?!

— Нет, не то…

Взгляд, до этого направленный вперёд, поднялся выше. В алых глазах отразились монстры, кружащие в небе.

С наземными тварями справлялось множество бойцов, и сейчас их стало заметно меньше. А вот воздушных монстров могли сдерживать только вампиры, носители птичьих осколков души или люди с выдающимися физическими возможностями, поэтому их по-прежнему хватало. Сама Ровина тоже чаще бралась за сравнительно лёгких наземных монстров, а не за неудобное небо.

Но сейчас…

— …Кажется, я могу их достать.

В спине что-то хрустнуло.

Затрещали кости.

Раздался сухой треск.

— !?

— Да что за бред опять…

Со всех сторон посыпались потрясённые возгласы.

И было от чего. Из человеческой спины вдруг вырвались крылья. Под стук костей они прорвали одежду и раскрылись — крылья летучей мыши.

Узнав знакомую форму, вампир дрогнул взглядом.

— Человек… и у неё выросли крылья, которых не было…

— Может, потому что я попробовала основной рацион вампиров? На вкус так себе, зато… как бы это сказать… сил будто стало совсем по-другому.

— Мутация? Нет… это эволюция?

Вампир, не будучи главой, не мог до конца распознать это явление и растерянно забормотал:

— Если это эволюция, значит, я вижу то самое явление, которое, как говорят, возможно только у людей…

— Слушай, я, честно, тоже в шоке и понимаю твоё потрясение, но сейчас вроде не время, да?

— …

— Возвращаемся. В небе слишком много летучей дряни.

Эта перемена ошарашила и её саму. Но раз в нынешней ситуации от неё была польза — какая разница?

Ровина широко усмехнулась, оттолкнулась от земли и взмыла в небо.

— Кстати, ты летать-то умеешь?

— Ува-а-ак?!

— …Не умеешь.

…И рухнула вниз.

Глава Ассоциации бойцов, прокатившись по земле, сердито засопела и вскочила. Вампир покачал головой.

— У тебя появился орган, которого раньше не было. Ты не можешь сразу им пользоваться…

— В такой ситуации получить идеально подходящую функцию — и не суметь ею воспользоваться?! Что за бред? Будто дали и тут же отняли!

— Человеку, кажется, нужен примерно год, чтобы начать ходить. Пожалуй, тебе потребуется примерно столько же…

— Новорождённые телята и оленята сразу на ноги встают!

Это что ещё, только я не могу?!

— Если брать за пример зверей…

— Эй, зашвырни меня туда!

— …Что?

— Раз так, буду учиться на практике!

— …В нынешней ситуации это, пожалуй, может сработать.

В небе и правда сильнее всего не хватало бойцов.

Раз уж сама Ровина решила учиться даже так, мешать было бы странно. Вампир подхватил её и взлетел. Другие вампиры сдерживали бросившихся на них монстров, а он поднялся так высоко, что все они остались далеко внизу.

— Справляйся.

И разжал руки.

Падая без всякой страховки, Ровина рассмеялась.

— Угу!