Жестокая судьба, жестокая любовь (6)

Холодный ветер полоснул по коже, словно лезвием.

Погода была такая, что лишний раз носа из дому не высунешь, но передний двор особняка почему-то кишел людьми. Вернувшийся Рэйвен оглядел работников, которые торопливо таскали ящики, и озадаченно склонил голову.

— И что здесь творится…

Стоявший среди этой суеты Альтаир с артефактом связи в руке уловил тихий голос и резко обернулся. Без труда отыскав учителя, он тут же оборвал связь, сунул артефакт за пазуху и направился прямо к нему.

— Учитель, вы вернулись.

— Да. Ничего не случилось?

— Нет. С вами тоже всё благополучно?

— Угу.

— …

— Что такое?

— Нет, ничего.

Альтаир покорно покачал головой, но взгляд так и не отвёл от Рэйвена.

«Не могу точно понять, но он сильно изменился».

Будто сам воздух вокруг него стал тяжелее.

Альтаир лишь не подал виду: на миг его всё-таки подавило. Безмерная сила, бездонное ощущение присутствия — настолько мощные, что даже привыкший к нему пробуждённый на мгновение оказался ошеломлён. Такая перемена не могла появиться на пустом месте.

Но если учитель сам не собирался говорить, Альтаир не имел права допытываться. Он сделал вид, что ничего не заметил, и сосредоточился на Рэйвене, который уже задал другой вопрос. За спиной учителя стоял незнакомец, но Хван заранее рассказал Альтаиру о «поручении», так что тот не обратил на него ни малейшего внимания.

— А ты знаешь, почему здесь столько народу?

— А.

Небесно-голубые глаза только теперь скользнули по окружающим.

— На прошлом совещании дворфы говорили, что собираются наладить массовое производство оружия. Я вспомнил, что у меня на складе тоже накопилось немало мечей, и решил раздать их туда, где они пригодятся.

— Вот как?.. Не знал, что ты собираешь мечи… Видимо, я был слишком невнимателен.

— Нет, все они подарены мне. Выбросить я их не мог, вот и держал на складе. Их не настолько много, чтобы снять нагрузку с дворфов, но каждый достоин называться прославленным мечом. Если передать их подходящим командирам, это поможет усилить войска, поэтому я и решил сейчас всё разобрать.

Сказав, что большинство мечей получено от дворфов, а значит, за качество он ручается, Альтаир подозвал проходившего мимо работника и велел показать содержимое ящика. Рэйвен окинул взглядом мечи, набросанные как попало, затем достал несколько и вынул из ножен.

Раз они лежали на складе, значит, их фактически забросили, но лезвия у всех были на редкость опасные.

[…бог-хранитель Круэл добавляет, что все они действительно прославленные мечи.]

«Кстати… а меч брата ведь не был прославленным?..»

Тысячу лет назад дворфы ещё находились в Бездне, да и их мастерство не успело развиться до нынешнего уровня. Тогда, кажется, даже у императора не было прославленного меча.

…Хотя, конечно, всё потому, что император к таким вещам не стремился.

[бог-хранитель Круэл отвечает: это был не прославленный меч, а клинок уровнем ниже.]

«…Попросить один? Если попрошу, он ведь даст».

[бог-хранитель Круэл улыбается и говорит, что всё в порядке.]

Это было всего лишь сообщение, но Рэйвен словно ощутил на себе тёплый взгляд. Смутившись, он повертел меч в руках.

— Разобрать их — дело хорошее… но свой меч ты оставил?

— Мой меч при мне.

Альтаир легко постучал по оружию у себя на поясе.

Это был особый меч, который дворфы, когда-то впервые пересёкшиеся с ним и получившие от него помощь в Бездне, выковали в благодарность точно под руку своего благодетеля.

Даже ножны выглядели так, словно были созданы исключительно для Альтаира. Рэйвен сразу всё понял, кивнул и осторожно провёл пальцем по клинку.

«Ну… всё к лучшему».

Раз уж своё он тоже надёжно приберёг.

Остальные, как Альтаир и сказал, лучше пустить в дело и тем самым поднять общий боевой потенциал.

— Но это ведь не твой особняк…

— Я приказал перенести сюда всё, что было на складе. Сам осмотрел и рассортировал.

— А? Почему не там, а здесь?..

— Хотел лично встретить вас, учитель.

— А-а.

По сути, Альтаир распоряжался чужим передним двором как собственным, но никого из них двоих это не волновало. Рэйвен просто принял всё как есть и мягко улыбнулся.

— Уже и до такого додумался. Молодец.

— …Это потому, что вы хорошо меня учили, учитель.

— Да чему я тебя там учил…

Альтаир как раз собирался что-то ответить тихо пробормотавшему учителю, когда вдруг раздались голоса:

— О, командир?

— Вы вернулись!

— Давно не виделись!

— Как здоровье?!

Откуда-то примчались бойцы Лофти.

Рэйвен вздрогнул от внезапного шума; палец, которым он гладил лезвие, соскользнул. К счастью, Альтаир успел быстро забрать меч из рук учителя, прежде чем тот порезался, вложил клинок в ножны и бросил обратно в ящик. Потом недовольным взглядом обернулся к отряду наёмников Лофти.

Тем временем мужчины уже окружили Рэйвена, подхватили его под рёбра, словно зверёныша, и, подняв в воздух, принялись разглядывать со всех сторон.

— Кажется, ран нет!

— И глаза живые!

— Выглядите даже лучше прежнего!

— …Опустите.

…Это не глаза живые. Это в них, похоже, убийство блестит.

Эти звери с их чутьём не могли не заметить, как изменилась аура учителя. Видимо, рядом с учителем у них начисто отшибало инстинкт самосохранения.

Рэйвен, которого вертели туда-сюда как куклу, наконец сверкнул глазами. Альтаир молча отвернулся к работникам, которые по-прежнему таскали ящики.

Судя по всему, вмешиваться не требовалось.

— И-и! Командир!..

— Вы нас убить хотите?!

— У-успокойтесь! Для начала опустите эту жуткую штуку у вас в руке…

— Успокоиться? Отлично. Этот кинжал как раз зовут «Спокойствие».

— Что? С каких это пор?!

— Уже тысячу лет.

Слегка применив силу, Рэйвен вырвался из их рук и уставился на бойцов, сжимая «Спокойствие». Он был похож на кота, который распушил шерсть и в одиночку встал против стаи бродячих псов, поэтому командир отряда Экарт Лофти несколько раз кашлянул и незаметно вклинился между ними.

Смеяться здесь было ни в коем случае нельзя.

— Командир.

— Что?

— Не уделите мне немного времени? Я хотел поблагодарить вас.

Рэйвен озадаченно моргнул.

К счастью, его внимание тут же переключилось на Экарта.

Выполнив главную обязанность командира отряда — спасти своих бойцов, — Экарт широко улыбнулся и указал на угол двора. Разговор не был тайным, так что достаточно было просто немного отойти.

— Тогда сюда…

— Какая ещё благодарность ни с того ни с сего…

Рэйвен всё же послушно пошёл за ним, а потом взглянул так, будто спрашивал, достаточно ли они отошли.

Благодарность не была ложным предлогом, и Экарт спокойно заговорил.

— Благодаря приглашению на ваш приём в честь дня рождения к отряду наёмников Лофти стали относиться иначе.

— Да?

— Да. Раньше ведь ходили слухи, будто мы прокляты.

Даже после того как в отряд пришли новые бойцы и угроза расформирования миновала, осадок никуда не делся.

Когда они, совмещая это с тренировками, ходили закрывать Врата, люди сперва благодарили их. Но стоило услышать название «отряд наёмников Лофти», как отношение менялось: они начинали кричать, что Врата открылись здесь, наверное, из-за них.

Если так реагировали даже простолюдины, что говорить о дворянах.

— …Так или иначе, теперь дворяне стали держаться с нами дружелюбнее. А раз изменилось отношение дворян, изменились и взгляды простолюдинов.

Дворяне, надеясь угадать настроение Рэйвена и урвать хоть крошку выгоды, сменили тон. Слуги разнесли эти перемены дальше, и простолюдины, услышав о них, тоже стали смотреть на отряд наёмников Лофти иначе.

— Всё благодаря вам, командир.

…Экарт Лофти дорожил именем «Лофти». Это был и отряд, и его собственная фамилия; а ещё — свидетельство доброй воли деда и дядей к младенцу, у которого не было никого.

Поэтому, что бы ни говорили люди, Экарт гордился Лофти. И всё же каждый раз, когда до него доходили эти слухи, он втайне содрогался от собственной беспомощности. Будь я хоть немного способнее. Бессмысленное «если бы» и вина, прилипшая к нему тенью, сжимали горло.

А человек перед ним решил всё это до смешного легко. Причём даже не знал и не задумывал. От этого накатывала горькая пустота, но благодарность от неё не становилась меньше.

— …Рад, если я хоть чем-то помог.

— Что за обидные слова. Сколько всего вы мне дали.

— И столько же отнял.

«Разве не я отнял у него всех самых дорогих? Деда, дядей — всех».

Рэйвен горько усмехнулся.

В этом смысле Экарт Лофти оставался для Рэйвена больным местом.

— Поэтому, если возникнет другая трудность, хоть самая пустяковая, скажи. Я как-нибудь разберусь.

— …Вот уж ощущение, будто за спиной у меня надёжный бог-хранитель.

Теперь он, кажется, понимал, что чувствовали эсперанесцы.

…И как они ломались — тоже. Экарт едва заметно улыбнулся.

— Пожалуй, неплохо, если у Лофти появится бог-хранитель.

— Тогда…

— Мои бойцы будут только поклоняться, ничего не желая взамен.

— …?

Разговор явно свернул куда-то не туда.

Рэйвен решил было, что от него ждут роли вроде «бога-хранителя», и стал прикидывать, как это устроить, но осёкся и поднял взгляд. Встретив его странные до невозможности зелёные глаза, Экарт легко улыбнулся.

— Нашему богу останется только принимать.

— …Ты же сказал «бог-хранитель». А теперь — только принимать?

— Получать поклонение и не отдавать ничего. Разве не в этом роль бога?

Хоть воздвигни перед ним горы редкостей и проведи пышный ритуал, хоть просто помолись про себя, роль человека всё равно одна: просить, молить и снова просить, а не требовать. Бог только слушает. Отвечать — не его дело.

— Эти люди и без того твердят, что хотят заняться содержанием благодетеля, так что будут только рады и станут служить вам как полагается.

Всё хорошее они припишут милости бога, всё дурное превратят в испытание от бога и будут славить своего юного бога.

— …Я не совсем это имел в виду…

— С остальными проблемами мы справимся сами. Нельзя же во всём полагаться на бога.

Достаточно того, что командир просто рядом. Это уже огромная поддержка.

Так Экарт мягко дал понять, что просить у него помощи они не станут, но вдруг уловил шум и повернул голову. Передний двор гудел уже совсем иначе.

— Это место… немедленно…

— Старшему братцу… беспокоиться… незачем…

— Опа, а это кто?..

Люди, будто спасаясь бегством, разбежались в стороны. На освободившемся пространстве Альтаиру противостоял беловолосый мужчина. Увидев его, Экарт прищурился.

— Полубог?..

— Что?

Рэйвен резко обернулся. Обманщик, похоже, как раз смотрел в их сторону; встретившись с ним глазами, он мягко улыбнулся и помахал рукой.

— Отец!

Одним-единственным шагом он пересёк пространство и оказался перед Рэйвеном, легко приложил руку к груди и шутливо поклонился.

— Я пришёл за вами.

— …?

Ты? За мной? Зачем?

Пока Рэйвен, сбитый с толку, застыл на месте, Экарт посмотрел на него так, будто спрашивал, была ли у них такая договорённость. Заметив, что первый ученик смотрит на него с тем же вопросом, Рэйвен быстро взял себя в руки и уставился на Обманщика.

— Что ты вдруг такое несёшь?

— С самого начала у меня была договорённость со старшими братцами и сёстрами.

Он указал большим пальцем на особняк.

Брови Альтаира резко сошлись; поздно выскочившие Хван и Ровина тоже, похоже, поняли, что происходит, и скривились. Но Обманщика это нисколько не волновало. Не сводя глаз с Рэйвена, он протянул руку.

— Из-за всяких дел всё сильно отложилось, но теперь, как ни крути, моя очередь.

— …

— Ну что, отец, пойдёмте во дворец. Я вас сопровожу.