Отдых как во сне (1)

На пустую шутку Даниэль тихо рассмеялся.

Да какая, в сущности, разница, что у этой штуки внутри? Как ни крути, это подарок, который дали ради меня.

Он с приподнятыми уголками губ опустил куклу себе на колени.

— Что ж, внушает спокойствие. Буду беречь.

— Вот и хорошо.

Между ними повисло тёплое, почти домашнее чувство.

В тишине Даниэль опустил взгляд. Пальцы, до того рассеянно теребившие куклу, постепенно замедлились, а вскоре и вовсе замерли.

— …Если подумать, господин Рэйвен, от вас я только и делаю, что получаю помощь.

Голос прозвучал тяжело.

— Польщён, что ты так считаешь.

— Потому что это правда.

Помощи было так много, что даже прошлое столетней давности почти стёрлось за ней из памяти.

Ему вспомнились владения фей. Тогда Рэйвен не отмахнулся от его людей, не высмеял их, хотя они были всего лишь мятежниками, а отнёсся к ним всерьёз. Протянул руку, желая помочь, в конце концов снял с него проклятие, да ещё и дал защитный предмет на тот же случай.

Даниэль поднял голову. Его взгляд встретился с чистыми зелёными глазами, смотревшими прямо на него.

— ?

— …

В оболочке незрелого бога, который изо всех сил старался оставаться человеком, проступал юноша. Даниэль уже видел его в прошлый раз.

И вдруг подумал:

«Я, наверное, не смогу ненавидеть этого человека до конца».

Понимание его выбора никак не отменяло гнева.

И всё же теперь, похоже, даже этот гнев он не сможет выразить как следует.

«Хотя я и раньше не собирался».

Даниэль закрыл глаза.

Ровина, всё это время переводившая взгляд то на Даниэля, то на куклу, только теперь придвинулась к Рэйвену вплотную.

— Отец, а мне подарка нет?

— Как это нет.

Шутка, в которой наполовину звучала правда, могла бы поставить в тупик, но у Рэйвена всё уже было приготовлено. Он улыбнулся и достал из-за пазухи чёрного медвежонка.

Ровина заметила аккуратно огранённые оранжевые камни на месте глаз, и её собственные глаза округлились.

— А это Альтаиру.

Альтаир, которому внезапно вручили тёмно-синего волчонка, застыл как вкопанный. Вместо дешёвых пуговиц в глазах куклы ярко поблёскивала пара чистых аквамаринов.

— …Изначально у него, кажется, были не такие глаза.

— Верно. Я их заменил.

Стоило выдаться свободной минуте, Рэйвен принимался менять куклам глаза. Наложить лёгкое заклятие невосприимчивости к проклятиям оказалось нетрудно, так что больше всего времени ушло именно на эту возню.

Протягивая Дану воронёнка, Рэйвен сказал:

— Я задержался потому, что искал камни, похожие на ваши глаза. Как ни старался, таких же не нашёл.

Когда-то, вскоре после воссоединения с учениками, он жил в их особняках и получил от них взятки… нет, подарки. Камни нашлись среди них, так что сами по себе были высочайшего качества, но всё равно Рэйвен долго сомневался: ни один не казался ему достаточно хорошим.

— Всё же я выбрал самые похожие. Ну как?

— …

— Нравится?

Нравится?

Да что это вообще за вопрос…! Ровина с растроганным лицом обняла сразу и медвежонка, и Рэйвена.

— Отец, я правда буду хорошо с тобой обращаться…

— Да, спасибо… нет, погоди. Малыш, это случайно не признание в любви на новый лад?

— Буду жить тихо, без срывов контроля, буду хорошей…

— Мне вполне хватит, если ты просто не будешь признаваться мне в любви…

Ровина сделала вид, будто не слышит, и потёрлась щекой о его плечо. Рэйвен несколько раз похлопал её по спине и повернул голову. Его взгляд скользнул по Альтаиру, бережно прижимавшему к себе куклу, по Дану, который ошеломлённо смотрел на воронёнка в руках, по Обманщику, откровенно вытягивавшему шею в надежде, что на него тоже обратят внимание, — и вдруг забегал по комнате, уловив неладное.

— Кстати…

Рэйвен несколько раз оглядел комнату и склонил голову набок.

— Где Хван?

***

Выйдя прогуляться, Хван направился к ближайшему от его нынешнего места дворцу.

Ближайшему к бывшему штабу Революционной армии. Иначе говоря — к самому окраинному дворцу; скорее всего, его использовали для приёма гостей.

Раз это всё-таки дворец, пейзаж там наверняка хорош. А если судить по назначению, то ему, пусть и в некотором роде почётному гостю, туда входить не запретят. Лучшего места для прогулки было не найти — так он и решил.

«Забавно, конечно, заходить туда, где нет хозяина».

Он вспомнил Даниэля, оставшегося не во дворце, а в штабе.

Тот говорил, что из-за риска потерять документы не стал их переносить без нужды и потому сам ходит между дворцом и бывшим штабом Революционной армии.

Ещё хорошо, что расстояние между ними невелико; иначе ему пришлось бы изрядно намучиться.

«Правду говорят: под носом не видишь. Кто бы мог подумать, что штаб в столице, ближе всего к дворцу, однажды так пригодится».

Впрочем, он наверняка был полезен и в других смыслах.

Если Революционная армия собиралась что-то устроить, то уж конечно здесь, в столице, где жили небеснокровные. Добившись цели, здесь же было удобно и прятаться.

Хван вошёл в дворцовый сад. Похоже, с назначением дворца он угадал: стражники, знавшие лицо почётного гостя, не стали его останавливать.

Он шёл ещё какое-то время, потом остановился в подходящем месте и поднял голову. Тёмно-серые глаза осмотрели окна этаж за этажом и вскоре замерли на знакомом знаке рода.

«Так и думал».

Знал, что они будут здесь.

Знак рода, к которому он когда-то принадлежал.

Ситуация сейчас такая, что даже королевство должно было отправить послом если не главу высокого дома, то хотя бы наследника. Любопытно, кто пожаловал.

«Пожалуй, приём действительно стоит посетить».

Если учитель пойдёт, он и так собирался идти.

Бесполезное любопытство подняло голову. Хван тёмным взглядом уставился на родовой знак, а затем развернулся.

.

.

.

Когда Хван, вдоволь нагулявшись по невероятно роскошному саду, созданному остатками Небесной крови, неспешно вернулся, у входа в здание уже стояли Рэйвен и остальные.

— Хван.

— …Учитель?

Рэйвен, прижимавший к себе рыжего лисёнка, улыбаясь, подошёл ближе.

Лишь тогда Хван вспомнил, что ушёл из места, где находился учитель, не сказав ни слова. Он невольно замялся, но вместо вопроса, куда его носило, ему в руки мягко уложили куклу.

— Это…

— Подарок.

— …На ней заклятие.

Не вредоносное — скорее защитное; от лёгкого проклятия такая вещь вполне могла уберечь. Хван повертел куклу, рассматривая её, и с запозданием заметил глаза. На миг он замер.

— Вы… вставили ей в глаза камни?

— Угу. Я искал камни, похожие на твои глаза. Эти тоже не совсем то, чего хотелось, но всё равно неплохо, правда?

— …Мне очень нравится.

Для него редкость — он ответил запинаясь и осторожно прижал куклу к себе. Потом, будто что-то вспомнив, резко поднял голову.

— Учитель, могу я кое о чём спросить?

— А? О чём?

— Вы, случайно… не подарили такие куклы… остальным?

— Подарил.

— …Понятно.

Им и так проклятия нипочём, а теперь наложить их станет ещё труднее.

В справедливости учителя Хван обвинять не мог, поэтому мысленно обвинил само существование остальных и проглотил вздох.

— Благодарю вас.

— Рад, что тебе понравилось.

— Не могло не понравиться. Кстати, вы только что вышли?

— Угу, а с тобой мне просто повезло столкнуться.

Рэйвен свежо улыбнулся: хорошо, что смог вручить подарок.

Повезло… Хван повторил про себя приятные слова и снова сосредоточился на учителе. Кажется, тот ещё не договорил: его голос продолжал звучать.

— Но как вышло, что Дан оказался там?

Вопрос означал: «Разве не вы его туда привели?»

Хван и Ровина ещё не успели ответить, как Альтаир, молча сосредоточенный на учителе, тут же произнёс:

— Мы тоже не знаем.

— Мы случайно заметили, что он сюда пришёл, и пошли следом! Он всё время торчал у Лофти, так что уже одно то, что он добрался сюда, было странно, но место, куда он пришёл, оказалось ещё страннее.

Ровина с опозданием добавила пояснение, и Рэйвен посмотрел на Дана. Младший ученик, спокойно стоявший рядом, пожал плечами с видом человека, который ничего не знает, и уставился куда-то вдаль.

«Мне, конечно, любопытно, что он там делал…»

Но если он не хочет говорить, незачем вытягивать силой.

Если спросить учеников, они, может, прямо и не расскажут, зато потом наверняка тайком шепнут на ухо. Но Рэйвену не хотелось узнавать настолько сильно.

Поэтому вместо расспросов он сказал другое:

— Завтра я собираюсь заглянуть к отряду наёмников Лофти.

— …!

— Передашь им заранее?

По Дану было отлично видно, что желания у него ни малейшего, но он всё же кивнул.

***

Обычно Дан действовал скорее с отрядом наёмников Лофти, чем с главами Ассоциаций, и в самом отряде жил как младший — незаметно, будто его и нет. Но при этом он был главой Ассоциации носителей осколков души.

Он стоял на одном уровне с другими главами Ассоциаций, а потому, что случалось редко, отправился лично встретиться с главой Республики и без каких-либо препятствий добрался до Даниэля. Там он протянул ему два документа.

…По пути, правда, наткнулся на остальных глав Ассоциаций, и спутников у него насильно прибавилось, но суть от этого не менялась.

— Это…

Даниэль не растерялся от документов, внезапно оказавшихся перед ним, и спокойно просмотрел содержание. Затем поднял глаза.

Его взгляд мельком скользнул по остальным главам Ассоциаций, которые с любопытством заглядывали через плечо, и остановился на человеке с невозмутимым лицом. Под стать его ровному виду Даниэль бесцветным голосом изложил правду:

— Один — торговая лицензия…

Документ с названием «Торговый дом носителей осколков души» содержал просьбу разрешить торговому дому, принадлежащему Ассоциации носителей осколков души, работать на территории Республики.

Подписать его было нетрудно.

Проблема заключалась в другом документе.

— А второй — заявление в Ассоциацию носителей осколков души.

Иными словами, предложение войти в Ассоциацию носителей осколков души.

Сам Даниэль, конечно, тоже был носителем осколка души… Проведя кончиками пальцев по бумаге, он медленно шевельнул губами.

— Похоже, вы хотите, чтобы я вступил в Ассоциацию носителей осколков души.

— …

Дан лишь пожал плечами.

— Торговую лицензию я подпишу. Но вот это, боюсь, невозможно.

Именно такой реакции Дан и ожидал.

Главным была торговая лицензия, а заявление в Ассоциацию — всего лишь проба на удачу. Дан без сожаления забрал отклонённый документ и кивнул.

— Пока это только лицензия, но в зависимости от качества и цены товаров, которые будет распространять торговый дом, Республика сможет заключить с вами и прямой договор.

Если так и выйдет, лучше и быть не может.

Дан молча проследил взглядом за пальцами Даниэля. Тот подписал лицензию, приложил к ней печать Вождя, выгравированную на кольце, подтвердив документ официально, и протянул обратно.

— Судя по всему, вы решили проложить новый путь.

Даниэль и сам знал, что в Ассоциации носителей осколков души людей до смешного мало по сравнению с другими Ассоциациями. Впрочем, иначе и быть не могло: сами носители осколков души встречались слишком редко.

Как такой же носитель осколка души и как человек, который тоже прокладывал новый путь, Даниэль коротко выразил поддержку:

— Буду ждать результатов.

Дан с довольным лицом принял лицензию. Остальные главы Ассоциаций смотрели, но это было неважно.

Он с самого начала на это и рассчитывал.

«О торговом доме всё равно скоро узнают».

А когда узнают название, не посмеют трогать его бездумно.

Дан знал, что главы Ассоциаций не желают краха Ассоциации носителей осколков души.

…Может, из-за следа, который оставила Лив, но они хотели, чтобы имя Ассоциации носителей осколков души продолжало существовать. Дан это знал.