Будущее наяву (6)

«Всё-таки члены королевского рода. Я решил, что случилось нечто важное, и принял их…»

Не война. Не отчаянное положение, когда судьба страны висит на волоске. Нет, они явились к богу-хранителю ныть из-за такой мелочи. От накатившего головокружения полубог Эсперанеса крепко сжал переносицу.

— С какой стати я должен сообщать вам даже такое?

— Что? Но ведь вы же бог-хранитель нашего королевства…!

— Верно, бог-хранитель. Именно бог. А богам не пристало вмешиваться по пустякам.

Неужели он должен собственноручно докладывать им о каждом обнаруженном шпионе?

Глаза, хранившие бездну лет, недоступную человеческому разумению, холодно потемнели. Полубог медленно добавил, будто вынося предупреждение:

— И, судя по твоим словам, вы так ничего и не поняли. Я не бог-хранитель вашего королевского дома. Я — «бог-хранитель Эсперанеса».

Проблемы Эсперанеса и проблемы королевского дворца — не одно и то же. Вторые, в конце концов, остаются внутренним делом Эсперанеса.

Конечно, полубог не мог сказать, что ему безразличен королевский дом, унаследовавший кровь того, кого он любил. Но провозглашённый им статус был именно таков.

Это было не просто предупреждение. В его словах крылся и намёк: пойманный шпион служил не чужой стране, а одной из внутренних сил. Но этим глупцам, разумеется, такое было не понять.

Полубог Эсперанеса надавил пальцами на висок и махнул рукой.

— Не приходите ко мне, пока Эсперанесу и впрямь не будет грозить опасность.

— ……

— Чем чаще вы просите встречи из-за подобной ерунды, тем сильнее вы мне опротивеваете.

Члены королевского рода удалились, не скрывая тревоги и недовольства.

От этого зрелища голова разболелась ещё сильнее. Полубог выдохнул и поднял глаза. Далёкий, нечеловеческий взгляд впился в один из углов.

— Что тебе понадобилось в моих владениях?

— А ты, похоже, уже порядком ими разочарован.

Из стороны неспешно вышел Обманщик — белокосая ошибка. Он держался с такой бесстыжей непринуждённостью, что трудно было поверить: ещё мгновение назад он таился здесь, как подозрительный вор. На губах, как всегда, играла его лукавая улыбка; на вопрос он отвечать не стал и заговорил о другом.

— Может, просто объявишь об отставке и заживёшь спокойно?

— ……

— Ты ведь сам говорил: богам не следует существовать в реальности. Лучше от тебя им, похоже, всё равно не становится. Так что заодно брось и должность бога-хранителя…

— Щенок.

Густой от усталости голос оборвал его.

Полубог, только что сидевший на ветви огромного дерева, в следующее мгновение уже стоял перед Обманщиком. Он навис над ним своей могучей фигурой и выпустил ранг бытия, давя одной только высотой собственного существования.

— Твои слова звучат так, будто ты объявляешь войну и собираешься хозяйничать здесь без помех.

— ……

— Не слишком ли дерзко для того, кто самовольно вошёл в чужие владения?

Не просто же так этот тип уговаривал его отказаться от роли бога-хранителя. Наверняка надеялся, что после исчезновения хозяина сможет перекроить эти земли на свой вкус. В Империи он уже вытворял подобное, так что догадаться о его намерениях было нетрудно.

— Ха.

Щенок, значит?

Обманщик не отступил и тоже поднял свой ранг бытия.

— Ты уже наполовину списанный старый хлам…

— ……

— Интересно, понимаешь ли ты, что после твоего заявления о собственном безумии большинство эсперанесцев считает тебя полубогом на грани падения?

Человеческая вера становится силой бога.

Но что тогда делает недоверие, обращённое к полубогу, который после мрачных слов заперся от всех и отверг каждого посетителя?

— ……Даже так эти владения всё ещё мои.

Как бы он ни ослаб, он не настолько пал, чтобы молча смотреть, как здесь разгуливает какая-то ошибка.

Полубог выжал из силы, подточенной недоверием, ещё больше. Достаточно, чтобы задавить наглую мощь ошибки; настолько резко, что та едва не треснула.

— Не зарывайся, щенок. Пусть мы и «одинаковые» полубоги, моя история длиннее и глубже твоей. Если ты забыл эту разницу, не значит, что небо поменяется местами с землёй.

За Деревом желаний Эсперанеса стояла вера, копившаяся целую тысячу лет. Пусть недоверие и грызло её, точно червь, — такой мощи хватало, чтобы придавить одну тонкую ошибку, внезапно выскочившую из ниоткуда.

— ……Все люди живут Обманом.

Обманщик приподнял уголок губ. Пусть по рангу бытия он явно уступал, на лице проступила самоуверенная улыбка.

— Ради добрых намерений или ради собственной выгоды они лгут и обманывают других. История этих людей длиннее и глубже той, что ты накопил. Вот мой исток.

Он нарочно подстроил тон под полубога, словно передразнивая его.

— Думаешь, меня просто так зовут ошибкой? Опрокидывать очевидные истины — вот что такое ошибка.

— ……Должен ли я понимать это так, что ты хочешь со мной схлестнуться?

— Ну что ты.

Обманщик легко рассмеялся, будто ничего и не было, и поднял обе руки.

— Раз бог-хранитель этой земли не намерен меня терпеть, что мне остаётся?

Такого исхода он и ждал.

«Я ведь не зря из всех шпионов дал раскрыть человека именно его. Разрешения я попросил из вежливости; особого значения оно всё равно не имело».

И потому Обманщик, белая ошибка, покорно отступил.

А затем прямиком отправился к Ставе.

— Шпиона раскрыли, слышал?

— ……!

Ставе, похоже, только что получил эту весть. Он стоял с застывшим лицом, сжимая артефакт связи, а теперь медленно опустил руку.

— Давно не виделись.

— ……Давно не виделись. Чем обязан столь ценному визиту полубога?

Ставе встретил его без малейшего признака растерянности и с безупречной вежливостью, однако почти сразу всё понял.

Вряд ли этот полубог явился именно сейчас, в столь удобный момент, к человеку, которого видел всего один раз. Если вспомнить его первые слова, можно было предположить: к раскрытию шпиона, внедрённого в королевский дворец, он тоже приложил руку.

Сомнения тут же подтвердились. Обманщик мягко улыбнулся и указал на артефакт связи, который Ставе только что держал.

— Судя по всему, ты потерял немало своих людей, внедрённых в Эсперанес. С этой проблемой я мог бы помочь.

— Если позволите уточнить, что именно вы называете помощью…

— Внедрить твоих людей заново. И, возможно, немного поддержать их силой.

Подумай сам.

Коварный Обманщик постучал пальцами по столу.

— Нынешние члены королевского рода до неприличия зависят от полубога.

Иначе стали бы они, едва узнав о шпионе, вприпрыжку бежать к богу-хранителю?

— Но их бог-хранитель отвернулся от них.

— ……

— А я — другой полубог.

— ……Вы хотите занять освободившееся место.

— Именно. К тому же я умею различать правду и ложь. А значит, сейчас я нужен им больше всех.

Члены королевского рода Эсперанеса привыкли опираться на полубога. Теперь, узнав о шпионах, они должны были подозревать всех вокруг и дрожать от тревоги. Появление нового полубога, способного отличать правду от лжи, наверняка показалось бы им спасением.

Они стали бы спрашивать его не только о шпионах. Всякий раз, когда нужно проверить, достоин ли кто-то доверия, они обращались бы к новому полубогу. Постепенно они начали бы полагаться на его глаза сильнее, чем на собственное суждение, и в конце концов одного слова полубога хватало бы, чтобы решить, кто верный слуга, а кто изменник.

— По моему слову в королевском дворце могут остаться одни твои люди.

Исток Обманщика — Обман, поэтому он без труда различал правду и ложь. Но именно потому, что его исток — Обман, он мог и не сообщать правду такой, как она есть.

Обманщик был полубогом, который лгал так же естественно, как дышал.

— Разве такой ход может не сработать?

— ……План… весьма заманчивый.

Но он никак не объяснял, зачем Обманщику было сначала раскрывать его шпионов, а потом предлагать помощь с новой сетью.

И не было никакой уверенности, что его ложь не обернётся против самого Ставе.

Помощь полубога была соблазнительна, но хвататься за приманку сразу казалось слишком подозрительным. После короткого молчания Ставе произнёс нечто скорее отрицательное. Самое тревожащее место само вырвалось вопросом:

— И всё же разве бог-хранитель Эсперанеса позволит это?

— Поэтому я и хочу кое-что тебе предложить.

Вот в чём была суть.

Обманщик широко улыбнулся и протянул руку. В сузившихся от улыбки глазах чёрные белки и красные зрачки смотрели прямо на Ставе.

— Заключи со мной договор.

— ……!

— Если я заключу договор не с кем-нибудь, а с эсперанесцем, и буду лишь следовать воле связанного договором, «бог-хранитель Эсперанеса» не сможет тронуть меня без причины.

В конце концов Обманщик станет одной из сил, которыми пользуется эсперанесец. Не вмешательством извне, а внутренним делом Эсперанеса.

— Заключить договор с эсперанесцем и свободно ходить по Эсперанесу, не опасаясь запрета бога-хранителя.

— ……

— Вот моя цель.

Обманщик понимал, как устроены люди вроде Ставе. Не зная чужой цели, такой человек не станет необдуманно брать кого-то за руку. Нужно было бросить ему нечто достаточно убедительное.

Но Ставе этим не удовлетворился и задал новый вопрос:

— И что вы собираетесь делать после этого?

— В конечном счёте это тоже пойдёт тебе на пользу…

— ……

— Хочу попробовать пустить Эсперанес под откос.

Редкий случай: Обманщик знал цель человека перед собой. Обычно его не интересовало, к чему стремится жалкий смертный и что делает на своём пути, но теперь было иначе.

Пока он находился вдали от Рэйвена, Обманщик держал Эсперанес в поле зрения и размышлял.

Он разобрался в характере отца, присмотрелся к связанному с ним Эдардо, а затем — к человеку Эсперанеса, связанному с Эдардо: к Ставе.

И ему на редкость повезло. Этот человек оказался почти идеальным союзником.

— Так что, чем действовать порознь, не лучше ли взяться за руки? Тебе ведь тоже будет неприятно, если я начну шевелиться сам по себе и случайно испорчу твои планы.

Это угроза?

Под улыбкой Ставе незаметно нахмурился.

— У вас есть какая-то особая неприязнь к Эсперанесу?

— Да нет. Просто мне как раз нужно место, где можно остановиться…

Пространство мёртвых у него, конечно, было, но если уж где-то задерживаться, лучше выбрать место, где время можно провести со смыслом.

— А если смотреть на здешнее положение, будет лучше, если власть возьмёшь ты.

Обманщик смотрел на Ставе.

На человека, которому нашлось место в увиденном им пророчестве.

— ……Впрочем, моя главная цель — спокойно здесь жить, так что я не собираюсь вмешиваться слишком активно. Не стану, например, исполнять просьбы убить кого-нибудь. Всё, что напрямую делит жизнь и смерть и трогает судьбу, относится к сфере желаний.

— Значит, договор отличается от «желания».

Ставе прекрасно знал, что этот полубог натворил во время войны со Священным королевством.

Он заставил врагов загадать желание, пообещал исполнить его — и исполнил наоборот, закончив войну победой. Это переменчивое, непредсказуемое существо исполняло желания наоборот.

К тому же оно умело отличать правду от лжи, а значит, притворное желание тоже не сработало бы.

Ставе понимал: уж желаний у него просить нельзя ни в коем случае. Поэтому осторожность была неизбежна.

— Чего вы ждёте от меня, когда я возьму власть?

— Ничего.

Обманщик пожал плечами.

— Я же сказал: хочу пустить Эсперанес под откос.

— ……

— Делай что хочешь.

Место, где он задерживался, неизбежно шло прахом, так что одной его жизни здесь уже хватало, чтобы цель «испортить» была достигнута. А после прихода Ставе к власти всё и без просьб сдвинется в нужном направлении. Значит, вмешиваться не понадобится.

Он протянул руку.

— Ну как, заключишь договор?

Я понемногу помогу тебе достичь цели, а ты просто позволишь мне свободно оставаться в Эсперанесе.

«……Внедрить шпионов заново — тоже работа».

Если этот полубог поможет хотя бы вполсилы, любое дело пойдёт легче, чем прежде.

Ставе с подозрением посмотрел на протянутую руку, а затем пожал её.

— Рассчитываю на вас.

Договор был заключён.