Мечта рушится (5)

— Всё-таки главное — экипаж, который повезут отдельно, сзади. Правда, отец?

Не обращая внимания на растерянность собеседника, которого сбила её мгновенная смена тона, Ровина невозмутимо похлопала его по плечу и резко развернулась к Рэйвену.

Рэйвен, как и следовало ожидать от человека, мягкого к своим ученикам, улыбнулся ей в ответ и кивнул.

— Да. Для начала нужно проверить, подготовили ли исследовательский комплекс без малейших упущений.

— Слышали?

— Экипаж будет трясти. Если материалы опрокинутся, выйдет неприятно, так что прошу проверить и это.

— У грешника не должно быть ни единой щели для побега. С охраной всё надёжно?

Работа тут же закипела снова.

Рэйвен посмотрел на детей, которые вертелись рядом с рабочими и звонко сыпали замечаниями, а потом обратился к стоявшему рядом человеку:

— Спасибо.

— Что вы, не стоит благодарности.

Скорее уж это ему было за что благодарить.

Даниэль легко принял слова Рэйвена и указал на людей, стоявших в стороне. Судя по виду, это была охрана.

— Как видите, в этом путешествии вас будут сопровождать искусственно пробуждённые.

— …

— Они понадобятся для исследования.

«Охрана» — только на словах. На деле это означало участников клинических испытаний. Разумеется, с их собственного согласия.

— Есть риск, что в пути кто-нибудь из них обратится в монстра, но… с вами это не станет проблемой. Поэтому я и включил их в состав.

— Понял, спасибо. Постараюсь вернуть их целыми.

— Большего я и желать не могу.

— …Похоже, тут уже почти всё готово.

Дети, кажется, закончили проверку и теперь осматривали экипаж изнутри. Рэйвен шагнул к ним.

— Можем отправляться сразу?

— …Пусть удача сопутствует вам в пути.

Приняв эти слова за согласие, Рэйвен тихо усмехнулся и подошёл к экипажу.

Пока он бегло проверял снаружи и изнутри, рыжеволосый мужчина незаметно отступил назад и тихо приблизился к нынешнему главе Республики.

— Господин Даниэль.

Перед Даниэлем вдруг протянули пачку документов.

Он без особого интереса опустил на них взгляд — неужели опять какой-нибудь договор? — но, разобрав содержание, широко раскрыл глаза.

Хван не обратил на его реакцию внимания и кивком указал на бумаги.

— Это мы заберём с собой.

— Где вы… вообще это взяли?..

Перед ним был план мирового завоевания, пропитанный честолюбием прежнего Вождя.

Наглый до невозможности план, где даже земли иных рас значились территориями, которые нужно растоптать и отнять. А когда Даниэль увидел шокирующую запись о том, что в Империю и Эсперанес уже внедрены шпионы, взгляд у него дрогнул.

— До победы революции мы однажды обчистили дворец Вождя.

Времени было мало, ничего по-настоящему полезного они тогда унести не успели, но Хван решил: если найдётся хоть что-то, чем можно будет похвастаться перед другими государствами и тем самым помочь учителю, надо взять хотя бы это.

— До революции?..

Они добыли это сами, а значит, право собственности принадлежало главам Ассоциаций. Даниэль почувствовал, как по спине пополз холодный пот, и провёл рукой по лицу, стараясь выглядеть спокойным.

— …Чего вы от меня хотите?

— О, значит, вы восприняли это именно так?

— Иначе невозможно.

Если эти документы всплывут, Республика станет врагом всего мира. Отношения с иными расами, у которых ещё оставался шанс восстановиться, снова пойдут прахом, а с Империей и Эсперанесом, куда уже заслали шпионов, всё будет кончено окончательно.

Можно свалить вину на прежнего Вождя и уйти от удара. Но для этого, пока документы не стали известны, нужно срочно отозвать отправленных шпионов. Если шпионы останутся на местах, никакие обвинения в адрес прежнего Вождя уже не помогут.

Иными словами, ключ сейчас лежал в руках главы Ассоциации чародеев. Этот человек мог прямо сейчас взять один артефакт связи и разослать содержание документов по всему континенту.

— Я не собирался вам угрожать.

Но Хван покачал головой.

— Я лишь сообщил вам, как есть.

— …Тогда прежде всего придётся найти артефакты связи, привязанные к каждому шпиону.

Он хочет, чтобы я прямо сейчас всё уладил, а сам готов сделать вид, будто ничего не было? С каменным лицом, пряча скачущие эмоции, Даниэль спокойно продолжил:

— Благодарю, что предупредили…

— Нет.

Хван и в этот раз покачал головой.

— Я бы хотел, чтобы вы ничего не предпринимали.

— Что это значит?..

— Я сообщил вам об этом исключительно из вежливости. А вам, господин Даниэль, достаточно жить так же, как тогда, когда вы ничего не знали.

Если шпионов отзовут, забирать эти документы уже не будет смысла. Глава Ассоциации чародеев мягко улыбнулся — и в этой улыбке был нажим.

— Взамен я хотел бы, чтобы вы отдали мне жизни шпионов.

— …Республике это не причинит вреда?..

— Разумеется, нет. Не доверяете мне — доверьтесь учителю.

Рэйвен, который ненавидел войну, не пожелал бы не только того, чтобы Республика стала общим врагом, но даже того, чтобы её положение пошатнулось. А его слепо преданные ученики, конечно, последуют его воле.

— …Тогда достаточно.

И снова приходилось отказаться от чьих-то жизней.

Наверное, от жизней очередных жертв, которым Небесная кровь не просто жестоко промыла мозги, но ещё и выпустила в мир с ошейником под названием «договор».

Что выбрать — «долг» или «реальность»? Но ещё до того, как Даниэль успел по-настоящему измучиться этим разрывом, ум, привыкший считать выгоды и потери, уже вынес решение: что будет лучше для Республики.

— В конце концов, не будь вас, мы могли бы узнать об этом куда позже.

В худшем случае — когда шпионов обнаружили бы в чужой стране. Тогда пришлось бы переживать уже не об их жизнях, а о чём-то куда большем.

По сравнению с этим нынешняя цена была ещё щадящей.

— Делайте как сочтёте нужным.

— Вы выбрали правильно.

Получив желанный ответ, Хван улыбнулся и повернулся.

Как раз в этот момент грешника, приведённого под строгим надзором, посадили в задний экипаж. Ровина, уже устроившаяся в переднем, забарабанила по стенке: мол, вы идёте или нет.

Даниэль подошёл следом за Хваном, взялся за дверцу экипажа и окинул взглядом тех, кто сидел внутри.

Он поручал им грешника, от которого могла зависеть война между Союзом иных рас и людьми, но в его голосе не прозвучало ни тени тревоги.

— Прошу, позаботьтесь обо всём.

***

Ставе, вопреки ожиданиям, рассказал вполне связную историю.

Он объяснил, что за это время произошло с преемниками Аурели и почему они ему помогают. Объяснил в своей обычной манере — нахальной, раздражающей, словно нарочно цепляя нервы каждым словом.

Разумеется, что-то он наверняка утаил, а где-то и солгал. Но Эдардо сопоставил услышанное с тем, что выяснил сам, примерно понял общую картину и после короткого раздумья произнёс:

— Неожиданно.

Он думал, Ставе втянет их так глубоко, что они уже не смогут выбраться.

Но, как тот и утверждал, называя это своеобразной заботой, несмотря на всю работу вокруг старейшин Эсперанеса, младшие всё ещё стояли там, откуда могли уйти, если захотят.

Возможно, они сами оказались достаточно умны, чтобы не попасться в ловушку. Но надеяться на такой удобный вариант было бы слишком наивно. Ставе всю жизнь находился там, где на него охотились, и всё же выжил, а затем прибрал к рукам скрытую власть. Значит, вернее было считать, что этот коварный змей сам их пощадил.

«Похоже, это и правда была его версия заботы».

Произносить это вслух Эдардо не хотелось, но смысл, видимо, дошёл и без слов: Ставе улыбнулся.

— Они ведь младшие «Аурели».

— …И всё же это не меняет того, что ты использовал моих младших.

Он поманил их наживкой — мол, всё ради Эдардо — и двинулся рушить старейшин Эсперанеса. Нескольких он действительно уже выбил, так что теперь их настороженность наверняка достигла предела.

До сих пор, благодаря усилиям Ставе, младшие не попадались им на глаза. Но если со временем нервы старейшин натянутся ещё сильнее и на этом натянутом нерве окажутся Эль и Лете…

«Но эти дети стараются что-то сделать ради меня. Ради меня, а не ради кого-то другого».

Просто запретить им всё подряд не хотелось.

Эдардо немного помолчал, обдумывая, и снова заговорил:

— Ты добиваешься абсолютного влияния в Эсперанесе. Ради этого и убираешь старейшин?

— Пока всё выглядит именно так.

— Мне всё равно, рухнут ваши старейшины или нет… но не по душе, что через освободившееся место ты приберёшь власть к рукам.

Это был добрый знак.

Эдардо почти склонился к согласию, но что-то всё ещё его удерживало; значит, он предлагал Ставе убедить его ещё немного.

Ставе прищурился и улыбнулся.

— Вред от старейшин и вред от меня, в сущности, одного порядка, разве нет? К тому же, по сравнению со старейшинами, которые действуют всерьёз, я ещё довольно мягок.

Назвать это мягкостью было трудно для человека, который уже не раз подсылал убийц, но Ставе держался уверенно.

Он ведь посылал их, заранее зная, что они провалятся.

Эдардо спорить не стал и зацепил другое.

— Если ты захватишь власть, кто знает, что случится потом.

После охоты и гончую пускают под нож.

— Так бы и было, не стой между нами «Аурель».

Будто вы сами этого не знаете.

— …

Эдардо замолчал.

Тишина вышла тяжёлой, но недолгой. Затем прозвучало предупреждение, в котором было разрешение — по сути, согласие на сотрудничество.

— …Эль и Лете не должны пострадать.

— Вы говорите не об «Аурели», а о «младших»?

— Да.

Пока он удерживает своё место в Аурели, удар по этой стороне он выдержит сколько угодно. В конце концов, он с самого начала создал эту сеть, чтобы защищать. В такие моменты она и должна становиться щитом.

— И ещё. По всем делам, в которых участвуют Эль и Лете, ты будешь без утайки сообщать мне, ради какой цели они затеваются.

— Чересчур вы их опекаете.

— На то есть причина.

***

Позже, вернувшись, Эдардо сказал Элю и Лете:

— Попробуйте действовать по-своему.

— …!

Он ведь уходил с таким видом, будто собирался разнести главного управляющего разведывательной сети Эсперанеса, а разрешение дал неожиданно легко. Золотые глаза расширились.

Их старший брат — пусть и не по крови — лениво улыбнулся.

— Вы стараетесь ради меня. Как я могу вам мешать?

— Брат!..

— И можно считать, что заодно вы наберётесь опыта как преемники.

Это было разрешение больше не скрываться и свободно использовать людей Аурели.

Если они будут помогать Ставе, им всё равно неизбежно придётся вмешиваться в управление Аурелью — расставлять людей и не только. Раз так, пусть уж попробуют как следует.

— Тогда считайте, что мы договорились…

Эдардо проверил артефакт связи, на который пришёл сигнал.

— Я ненадолго отлучусь.

— Снова?..

— Зовёт человек, которому невозможно отказать.

Его вызывал Киан Ардал, император Империи.

***

Главы Ассоциаций отсутствовали слишком долго.

Не то чтобы с ними могло что-то случиться, да и главное — раз во всех Ассоциациях было тихо, значит, серьёзных проблем не возникло. Но, возможно, потому, что когда-то они были её опекаемыми, Канна Лайнер никак не могла подавить слабую тревогу, даже пока остальные принимали всё как должное.

— Ваша Светлость.

— М-м?

— Вы остановились. Что-то случилось?..

— …Ничего.

Она поспешно взяла себя в руки и снова занялась бумагами.

Здесь, у самой Бездны, монстры сыпались при каждом удобном случае. Если уж заниматься документами, нельзя было упустить эту короткую передышку.

Канна читала дальше, пока взгляд не остановился на одной строке.

«Поведение монстров… какое-то странное».

Это был документ с числом монстров, уничтоженных за текущий месяц.

Она проверила цифры ещё раз — вдруг ошиблась, — а затем поспешно потянулась за записями прошлых месяцев.

«Так и есть…»

В какой-то момент их стало меньше, а теперь число снова выросло.

Нет, оно стало даже больше, чем прежде.

Когда количество только снизилось, это казалось естественным. Столько перебили — пора бы им уже начать редеть. Но раз теперь монстров стало больше, чем до того спада, это было явной аномалией.

— Нужно доложить Его Величеству.

— Что?..

— Выйди ненадолго.

Она достала артефакт связи, который бережно хранила до этого момента.