Будущее наяву (1)

Ровине представили хорошего кузнеца, и она тут же увязалась за ним: ей не терпелось взяться за работу.

— В кольцо ещё бриллиант хочется вставить…

— Ого, брачное предложение? Бриллиант в кольце-кастете — похоже, нынешние бойцы даже помолвочные подарки выбирают с размахом! Очень одобряю!

— Тогда прошу…

— Положись на меня…

…Разговорчик, конечно, звучал подозрительно, но учитель как-нибудь с этим разберётся.

Хван повернул голову. Владычица морского народа, похоже, уже поняла, что он хочет к ней обратиться, и смотрела прямо на него. Хван поймал её взгляд и без предисловий спросил:

— Я хочу услышать: то, что я сейчас собираюсь сделать, закончится успехом или провалом?

В вопросе не хватало самого главного, но ответ всё равно прозвучал.

— …Провалом.

— Вот как.

Хван мягко улыбнулся.

— Но это не «пророчество».

Будущее, которое она видит, изменчиво. В отличие от абсолютного пророчества, оно может сколько угодно раз переписаться.

А если взглянуть иначе, это ещё и возможность проверить, способен ли он изменить будущее, увиденное ею.

Крепко удерживая осколок души Дана, Хван подозвал главу дворфов.

— Мне хотелось бы отдохнуть одному. Не найдётся ли подходящего места? К слову, я собираюсь опробовать несколько видов чародейства, так что прошу учесть и это.

— Чародейство? Хм… тогда лучше на открытом воздухе, чем в каком-нибудь ненадёжном помещении! Я приставлю к тебе проводника!

* * *

Проводник привёл его на уединённую поляну.

Здесь в равной мере соседствовали инь и ян. Было так тихо, словно даже ветер замер. Оглядевшись, Хван учтиво улыбнулся.

— Благодарю.

— Не знаю, что ты там задумал, но удачи тебе. Обратную дорогу…

— Я запомнил, можете не беспокоиться.

— Вот ведь смышлёный юноша!

С лёгким восхищением дворф ушёл.

Хван дождался, пока тот отойдёт на приличное расстояние, лишь потом устроился на земле и достал талисман. Похищенный без всякого предупреждения ворон прожигал его сбоку сердитым взглядом, но Хван и бровью не повёл.

— Кое-чему можно научиться и просто наблюдая.

— …

— Это тоже урок, расширяющий кругозор. Смотрите внимательно.

Сейчас он собирался наложить проклятие на такую цель, о которой обычный человек и подумать бы не посмел.

Сразу браться за это было бы неосмотрительно. Для разминки стоило начать с чего-нибудь лёгкого.

— Для начала, пожалуй, легонько проклянём Ровину и Альтаира.

Вообще-то он собирался проклясть только Ровину, но тогда Альтаир мог бы обидеться. Раз уж проклинать, лучше покончить сразу с обоими.

— Кар-р…?!

— Не будь вас здесь, я включил бы в список и вас. Вам повезло.

Хван беззастенчиво улыбнулся.

…То есть, если бы ворон не согласился на похищение так послушно, его бы тоже прокляли. Дьявольская сволочь. Ворон прищурился.

— Ничего серьёзного. Просто проклятие невезения на неделю.

И всё же ворон внимательно следил за неторопливым уроком. Какой бы мерзкой личностью ни был этот демонический глава Ассоциации чародеев, всё, чему он учил, рано или поздно могло пригодиться.

Дан знал: урок, который глава Ассоциации проводит лично, для других стоил бы на вес золота.

— Итак, вот волосы Ровины и Альтаира. Берём их вот так…

Но как он вообще раздобыл их волосы?

И не чьи-нибудь, а двух глав Ассоциаций с отличным чутьём…

Хван, не собираясь отвечать на немой вопрос Дана, положил чёрную вьющуюся прядь на левый талисман, а тёмно-синюю — на правый. Затем невозмутимо продолжил объяснять:

— Чем ценнее жертва, тем сильнее любое чародейство. Если взять кровь, которую используют чаще всего, то по силе она идёт так: кровь животного, чужая кровь, кровь самого исполнителя заклятия. Чем дальше, тем сильнее. И чем больше крови, тем выше эффект.

Ведь чем больше крови теряешь, тем опаснее для «жизни».

— Следом по силе идут голова животного, жизнь другого человека и часть тела исполнителя заклятия.

— …

— Ах да, под частью тела здесь подразумевается необратимое увечье, которое не восстановится до конца жизни.

Часть тела исполнителя заклятия ценится выше чужой жизни… Ворон нахмурился.

Заметив это, Хван завернул каждую прядь в свой талисман и ответил на беззвучный вопрос:

— Чародейство даёт силу, равную ценности принесённой жертвы. Что легче: отрубить себе руку или пожертвовать жизнью совершенно чужого человека?

Чужой жизнью пожертвовать легче. А если выбрать в качестве этого «чужого» преступника, то и вина почти не мучит.

— Отказаться от самого себя куда труднее, чем кажется.

— …

Ворон несколько раз стукнул клювом по земле.

Размеренные стуки сложились в другой вопрос.

[Магический камень тоже можно использовать как жертву для чародейства, слышал.]

— Разумеется, если отдать магические камни высокого качества и в достаточном количестве, можно добиться похожего эффекта и без подобных жертв… но если речь уже заходит о жертве уровня человеческой жизни, обычных магических камней не хватит и близко.

Заменить жизнь — не мелочь.

— Думаю, магических камней понадобится столько, чтобы их общая стоимость вдвое превышала всё имущество исполнителя заклятия и человека, чья жизнь поставлена на кон.

— …

— И чем больше людей дорожит тем, чья жизнь должна стать жертвой, тем выше её ценность. Чтобы уравновесить чаши весов, магических камней понадобится ещё больше.

Даже на птичьей морде проступил ужас.

Хван с интересом отметил, сколько разных выражений способно появиться на лице птицы, а затем поджёг оба талисмана вместе с волосами и добавил:

— Впрочем, нынешний случай совсем пустяковый, так что в плату хватит крови, которой я начертал талисманы.

Пепел осыпался. Это означало, что попытка дала результат — удачный или нет.

Глава Ассоциации чародеев стряхнул остатки пепла и тихо вздохнул.

— …Ну и невыносимые же люди.

— ?

Проклятие не сработало? Услышав внезапное бормотание, ворон склонил голову набок.

Голос Хвана прозвучал так, что было не понять, восхищён он или раздражён:

— Я ожидал чего-то подобного, но всего один день.

Проклятие удалось. Просто цель оказалась такой, что эффект лег слабее.

— Планку занизил?

Хотя он и так заложил с запасом, этого, похоже, оказалось недостаточно.

Изначально проклятие должно было продлиться неделю, а в итоге закончится всего через день.

Может, стоило взять жертву посильнее? Хван лениво подумал об этом и покачал головой. Если разминка превратится в полноценную тренировку, до «настоящего» дела он уже не доберётся.

— Теперь сосредоточьтесь. Вот это — настоящее.

Хван хлопнул в ладони, привлекая внимание своего единственного зрителя.

— Есть жертва, которая действует сильнее всех перечисленных. Самая ценная из тех, что чародей может отдать. Её нельзя заменить даже магическими камнями.

Даже если сгрести все магические камни, какие только существуют в этом мире.

— Душа исполнителя заклятия.

Не «жизнь».

Жизнь можно отдать и чужую, но душу способен принести в жертву только тот, кто сам искренне этого желает. И только собственную.

— Потерять жизнь и потерять душу — не одно и то же. Потерять жизнь значит просто умереть. Следующая жизнь или что-то ещё — посмертие всё равно существует.

Иначе говоря, остаётся «шанс».

— А вот если потерять душу, на этом всё. Потеря души равносильна развеянию, поэтому, если уж использовать такую жертву, то только в самом конце, когда иного пути не осталось, и с величайшей осторожностью.

— …

— Не то чтобы я собирался использовать её сейчас. Я объяснил лишь затем, чтобы вы знали, так что не делайте такое лицо.

Улыбнувшись, Хван достал из кармана белый волос.

— А теперь попробуем проклясть одного наглого полубога.

— …?!

— Мразь, которая посмела мучить моего учителя.

Да как он вообще это достал?! Волос полубога, не кого-нибудь ещё, а именно полубога… Нет, прежде всего — человек вообще способен проклясть полубога?

У ворона от смятения едва не закрутились глаза.

— На этот раз за мерку возьмём пробуждённого… Альтаира и наложим проклятие невезения на месяц.

Так можно будет посмотреть, насколько сократится срок, и примерно прикинуть разрыв между пробуждённым и полубогом.

Из-за того что срок вырос настолько сильно, отдача при провале тоже станет мощнее, но всё равно это проклятие из лёгких. Серьёзных проблем быть не должно.

…Наверное.

— Порядок действий почти тот же. Разве что жертву нужно подготовить посерьёзнее.

Здесь ведь не раздобыть животной крови.

Хван без колебаний рассёк ладонь, и кровь закапала на талисман.

Каков учитель, таков и ученик: ворон, видя, как безжалостно Хван обходится с собственным телом, посмотрел на него холодно. Но ритуал это не остановило. В руках искусного чародея он шёл безукоризненно.

И вот, когда талисман наконец вспыхнул…

— Кх… кха!

Кап.

На землю упала кровь.

Не вышло. Отдача ударила сильнее, чем он ожидал. Хван зажал рот рукой и стиснул зубы.

— Проклятье…

Некоторое время чародейством он пользоваться не сможет.

Ему нужно было прийти в себя после того, как внутри всё как следует вывернуло.

«…Зато теперь я примерно понимаю уровень».

Провал не означал, что он не получил ничего. Благодаря этой попытке Хван смог хотя бы приблизительно оценить, какого уровня проклятие способен наложить на полубога Обманщика.

«Будь я с ним таким же, как с Ровиной и Альтаиром, даже этого бы не вышло».

Десять лет назад он действовал вполсилы — всё-таки они были учениками одного учителя. Теперь же Хван проклинал всерьёз, и только поэтому вообще смог добиться результата.

Потратив немного времени, чтобы восстановиться, Хван повернулся к ворону.

— Вот так при провале приходит отдача. Самый типичный пример — то, что я сейчас и показал. Внутри всё идёт вразнос, и исполнителя заклятия рвёт кровью.

Он даже в таком состоянии умудрялся вести урок…

Ворон от изумления раскрыл клюв. Хван большим и указательным пальцами сомкнул ему клюв и мягко улыбнулся.

Это было предупреждение.

— Прошу, пусть учитель об этом не узнает.

— …Кар.

***

— М-м…

— …

— Хм…

— Какая-то проблема?

— Да нет.

Глава дворфов всё ещё держал Дана за оба плеча. Теперь он обернулся к Альтаиру.

— Чтобы создать совершенное устройство, этот юноша, похоже, должен остаться со мной. Ты не против?

— Как хочешь.

Лишь бы не меня задерживали.

Дан, которого без спросу передали чужому… нет, другому дворфу, метнул в Альтаира острый взгляд. Но, как и прочие главы Ассоциаций, Альтаир не обратил на это никакого внимания.

— Кстати, для тебя тоже приготовлен меч…! А? Куда он делся?

Альтаир без малейших колебаний бросил Дана и исчез.

Издалека донёсся зычный, до невозможности дворфский голос:

— Ну, ничего не поделаешь. Меч отдадим потом, а пока сосредоточимся на тебе!

— …

— Давай вместе сделаем устройство, которое подойдёт именно тебе!

К счастью, внимание главы дворфов, похоже, вернулось к Дану.

Принеся Дана в жертву и вырвавшись из лап надоедливого собеседника, Альтаир стал ждать возвращения учителя, ушедшего вместе с Королём фей. Он потихоньку двинулся в ту сторону, куда они направились, но заметил цветник и остановился.

— …

Оглядев цветы, Альтаир протянул руку к стеблям.

* * *

Вернувшись после разговора с Королём фей, Рэйвен обнаружил первого ученика в цветнике: тот сидел среди цветов и был чем-то сосредоточенно занят. Рэйвен склонил голову.

— Альтаир?

— Учитель.

— Что ты делаешь? У тебя в руках…

— Дадите руку?

— …

— Это подарок.

На запястье лёг цветочный браслет.