Полная луна (6)

[Надолго меня не хватит.]

Барьер бога-хранителя можно было развернуть только вокруг Рэйвена.

Окажись он в центре кольца крепостных стен, защита хотя бы сносно накрыла бы их целиком. Но сейчас Рэйвен стоял у самого края. Чтобы взять его за центр и очертить круг, в который войдут все стены, барьер приходилось растягивать куда шире, чем если бы он находился посередине.

— Сколько, по-твоему, продержишься?

[……Пять минут.]

— Понял.

Справлюсь.

Добравшись до нужной точки, Рэйвен, как и раньше, выбрал подходящее место и поставил опорный узел. Разрыл землю, опустил талисман, капнул кровью и снова засыпал. Только на это ушло три минуты.

Теперь оставалось связать всё и запустить… Он восстановил в голове расположение каждого узла и начал стягивать их один за другим. Спешка спешкой, но вязать кое-как было нельзя. Даже если круг нужен всего ненадолго, он должен быть плотным, без единой щели, достаточно прочным, чтобы не рассыпаться после нескольких запусков, если только его не повредит что-то извне — например, если заденут главный опорный узел.

[Малыш, осталась минута.]

— ……Ещё чуть-чуть…

Только закончить…

Кровь горячим комом рванулась вверх по горлу.

Этого он ожидал. Когда так без меры заимствуешь силу бога-хранителя, иначе и быть не могло. Но если кровь попадёт куда не следует и собьёт чародейство, будет совсем некстати. Рэйвен проглотил её и заставил себя сосредоточиться ещё сильнее.

[Тридцать секунд.]

— ……Готово?

На всякий случай он проверил ещё раз.

Теперь достаточно запустить, и всё. Для надёжности лучше воспользоваться талисманом, как делают обычные чародеи.

Убедившись, что ошибок нет, он достал другой талисман. Левая рука была испорчена, приходилось обходиться одной правой, и пальцы несколько раз промахнулись.

[Десять секунд.]

Бог-хранитель начал отсчёт.

По воле Рэйвена талисман завис в воздухе, вошёл в резонанс с опорным узлом и низко загудел.

[Пять, четыре, три, два…]

— ……Запуск.

Щёлк!

Он щёлкнул пальцами.

[…Один.]

Дзинь!

Огромный барьер разлетелся. Монстры, наконец получившие шанс добраться до добычи, радостно взревели и рванули вперёд.

Бум!

Грохот!

Но тут же налетели на новую прозрачную преграду и снова замерли.

Люди, которые, увидев, как полупрозрачный барьер разбился, торопливо перехватывали оружие, уставились на монстров, так и не сумевших до них дотянуться.

— Опять?.. — пробормотал кто-то.

Канна прищурилась. В отличие от прежнего барьера, это явление было ей знакомо, и ответ нашёлся без труда.

— Ритуальный круг.

То, над чем всё это время работал мистер Рэйвен, — круг наконец запустился.

— Наконец-то.

С возможностями мистера Рэйвена, раз уж круг заработал, он должен выдержать какое-то время. Почувствовав, что появилась передышка, Канна Лайнер оставила тыл Ровине, развернулась и бегом направилась туда, где был Рэйвен.

Мужчина с длинными чёрными волосами стоял лицом к лицу с незнакомцем, у которого были такие же чёрные волосы и зелёные глаза.

— Мистер Рэйвен.

— Канна?

— Вы завершили круг… нет, а прежний барьер тогда что… нет…

Вопросов было слишком много.

Она несколько мгновений выбирала, с чего начать, а потом указала пальцем на основательно вооружённого мужчину.

— Кто… этот господин?

— А, он?

Чёрные волосы и зелёные глаза.

Рэйвен обернулся к мужчине, чьи цвета повторяли его собственные, и широко улыбнулся.

— Герой.

***

— Старший брат.

Однажды Рэйвен принял решение.

— Я сделаю тебя героем.

Своего бога-хранителя, Круэла, он решил сделать героем.

— Ты говорил, что тебе не жаль утраченной чести, а мне вот очень жаль.

То, что ты потерял из-за меня, должен вернуть я.

Он вернёт Круэлу честь и подвиги. Снова поднимет его имя туда, наверх.

[Малыш, я…]

— Ты сам сказал, что будешь уважать мой выбор.

[……]

— Значит, уважай и этот.

Сделать так, чтобы его имя знали все — и знали с доброй стороны.

Вот его выбор. Рэйвен, что случалось нечасто, упрямо поднял глаза на Круэла. Круэл тоже своевольничал под предлогом заботы о нём. Почему ему нельзя?

Круэл смотрел в такие же, как у него самого, глаза. Потом вздохнул.

[Хорошо.]

***

Прежде чем перейти в комнату Канны Лайнер для разговора, Рэйвен отпустил бога-хранителя — и тут же его вырвало кровью.

То ли потому, что он до предела вытянул силу бога-хранителя, но рвало его так, будто он вот-вот умрёт.

Зато вместе с прочим вышла и та кровь, которую он проглотил. В каком-то смысле польза: желудок отдельно очищать не пришлось.

[Малыш.]

— ……Кхм.

«Я понял, что ты хочешь сказать. Только не ругайся».

Рэйвен нарочно отвёл взгляд. Стоило Канне увидеть кровь, как она перепугалась, схватила его и доставила в комнату; теперь он занимал её кровать.

— Да его кровью вырвало чуть ли не на целое ведро!

— Но… кроме видимых ран, ничего подозрительного нет.

— Вы хотите сказать, что рвать кровью — это нормально?!

— Нет, конечно…

Врача, которого герцогиня клевала вопросами, становилось даже жалко.

Рэйвен не выдержал и осторожно приподнялся.

— Эм…

— Не вставайте!

— Верно, отец. Лежи.

И Ровина положила ладони ему на плечи и мягко, но неумолимо уложила обратно.

Оказавшись нос к носу со зверюгой, Рэйвен застыл. Ровина прожигала взглядом своего отца, похожего на оленя, а потом повернулась к Канне.

— И ещё, госпожа Канна, вы, похоже, не знали: после призыва этого существа отца всегда рвёт кровью.

— Этого существа?..

— Ага. Дух-хранитель, кажется? Или бог-хранитель.

— Бог-хранитель.

— Говорит, бог-хранитель.

Ровина гордо расправила плечи. Канна Лайнер ненадолго подперла подбородок и повторила про себя незнакомое название.

Бог-хранитель. У мистера Рэйвена есть такое существо…

«……Вполне может быть».

Это же мистер Рэйвен. Раз уж полубог называет его отцом, чему тут удивляться, что бы ещё ни обнаружилось.

— Значит… с телом и правда всё в порядке?

— Да. По крайней мере, внутренних травм или болезни нет.

— ……Раны тоже не пустяк… Но всё же хорошо.

Она приняла объяснение быстро.

Отпустив врача, который сделал всё возможное, Канна плавно опустилась на пол.

Она встала на колени у кровати, где лежал Рэйвен, и склонила голову, словно возносила благоговейную молитву. Молчание продлилось недолго; затем её голос, уже вернувшийся к обычному состоянию, медленно прозвучал в комнате.

— Благодаря вам мы живы.

— Да брось. Не стоит так торжественно.

— Вы спасли не только меня. Вы спасли всех, кто здесь находится, так что торжественность здесь как раз уместна.

— ……

— Вы снова… стали моим благодетелем.

Она подняла голову.

Полные решимости глаза смотрели прямо на Рэйвена. В них будто горело само солнце — такой живой, сильный взгляд невольно притянул его.

— Помните, что я сказала вам в детстве?

— ……Как я мог забыть.

Рэйвен мягко прищурился.

Тогда она плакала, потому что из-за обстоятельств рода не могла стать рыцарем. Он её утешил, и девочка заявила: раз так, она станет главой рода, которым будут восхищаться все рыцари. А потом сказала: «И тогда я стану рыцарем для вас!»

Ах, стоит вспомнить — и женщина перед ним снова кажется удивительно милой. Рэйвен улыбнулся и добавил:

— Рассчитываю на тебя, рыцарь.

Тот самый ответ, которым он когда-то встретил её дерзкое заявление.

Лицо Канны Лайнер вспыхнуло. На миг её взгляд заметался от смущения и жгучей неловкости, но вскоре она снова упрямо зафиксировала его на Рэйвене, отступила и опустилась на одно колено.

— Пусть это было заявление ребёнка, я не собираюсь легкомысленно относиться к словам, которые однажды произнесла.

Слова рыцаря следует держать.

— Здесь и сейчас я принесу клятву.

Лицо Рэйвена застыло.

— Подожди…

— Я, Канна Лайнер, признаю Рэйвена своим господином и буду ему служить.

— Не нужно заходить так далеко…

— Клянусь всю жизнь следовать ему и его приказам, пока они не противоречат воле Его Величества императора, даже ценой собственной жизни.

Вот ведь, всё-таки.

Рэйвен тяжело выдохнул.

Он смотрел на Канну — рыцаря настолько светлого и прямого, что внутри всё сжималось, — и с трудом проглотил вздох. После молчания его голос прозвучал чуть глухо.

— Обязательно было так?

— Таков рыцарь.

— ……Да, наверное.

«Зато мне нравится, что на первое место она поставила императора».

После того как императорская власть ослабла, эта традиция успела забыться, но изначально имперские рыцари, не выбравшие себе господина, служили Империи и императору. Позже, определившись с господином, они решали, кому отдавать первенство — ему или императору. И вот она помнит уже почти бессмысленную традицию и произносит её вслух. Как это назвать, если не упрямым старомодием?

Впрочем, она поступила правильно. Поставь она такого, как он, выше всего, получила бы одни убытки.

— Вам это неприятно?

— Нет. Просто… ты слишком похожа на человека, который будет держать клятву до последнего.

— Разве не так и должно быть?

— Люди остаются живы именно потому, что иногда не делают того, что «должно».

Когда понимаешь, что жизнь в опасности, можно отбросить клятвы и всё прочее, выбрав прежде всего собственную безопасность. В таких обстоятельствах большинство выбирает дорогу, ведущую к жизни. Но иногда встречаются другие.

Настолько прямые, что скорее сломаются, чем согнутся. Люди, похожие на ослепительные падающие звёзды.

Рэйвен знал рыцаря, который погиб, защищая своё «должно».

— Если ты выберешь клятву вместо жизни… мне будет немного тяжело это принять.

Он знал из истории такого человека: его господин сбился с пути и в конце концов поднял меч на Его Величество императора; рыцарь, зная, что умрёт, всё равно преградил ему путь и погиб.

— Но если рыцарь нарушит клятву, разве он останется рыцарем?

— ……Я знал, что ты так скажешь.

Рэйвен горько улыбнулся.

«Сам сказал, что прежде всего буду считать её рыцарем, — и теперь не могу отказать ей в клятве…»

В итоге ответ у него оставался только один.

Он спустился с кровати. Встал перед Канной, так же опустился на одно колено, сравнялся с ней взглядом и коснулся её лба своим.

От неё шло тепло. Рэйвен проигнорировал её испуганный вздрог, опустил глаза и благоговейно ответил:

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы твоя верность… не оказалась напрасной…

— ……

— Своим именем клянусь.

[Бог-хранитель Круэл сильно потрясён.]

В воздухе повисло ощущение не односторонней вассальной клятвы, а взаимного обета.

Канна Лайнер растерянно заметалась взглядом.

— Э-э, вам не обязательно было чем-то клясться…

Похоже, деталей она не знала, но инстинктивно поняла: он поставил на кон что-то большое.

И не ошиблась. Его посмертная душа была вверена Смерти, имя ■■ тоже было вверено Смерти. Значит, имя «Рэйвен» сейчас — самое ценное из всего, что он мог поставить.

Если он нарушит клятву, имя Рэйвен разобьётся, и люди снова его забудут…

— Ты поступила по-своему. Значит, и я могу позволить себе хотя бы это?

— ……

Канна крепко сжала губы. Рэйвен легко улыбнулся и поднялся. Он отодвинулся и сел на край кровати; только тогда Ровина, всё это время стоявшая с потерянным видом, тихо пробормотала:

— Я уж испугалась… подумала, ты сейчас предложение сделаешь…

— ……

***

Получив от Ставе сведения о тех, кто подставил Стигму, император Киан Ардал немедленно передал их Стигме.

— Как поступить, решай сам. Пока я смогу всё уладить, делай как сочтёшь нужным.

— ……Благодарю за безмерную милость.

Это было доверие императора.

Стигма молча смотрел на документы, казавшиеся тяжёлыми в руках, а затем осторожно убрал их. Благодаря императору прежней ярости он уже не чувствовал, но отомстить всё равно следовало как положено.

Он как раз собирался ненадолго отлучиться, чтобы изучить содержимое, когда…

— Ваше Величество, письмо из Эсперанеса!..

— Ваше Величество, некий барон Ставе срочно просит аудиенции. Что прикажете?

Две новости прозвучали почти одновременно.

Стигма, услышав о визите человека, которого следовало остерегаться, остановился.

«Сколько прошло с тех пор, как Его Величество согласился на сделку, а он уже ухватил дворянский титул…»

Барон Ставе. Нет, с таким противником расслабляться нельзя.

Его Величество надо охранять лично. Документы подождут. Стигма снова встал на своё место так, будто и не собирался уходить.