Полная луна (8)

Отряд наёмников Лофти, выполняя просьбу Рэйвена, обратил внимание на Врата: и навыки подтянуть, и настоящего боевого опыта против монстров набраться.

В конце концов, именно с монстрами им чаще всего и предстояло иметь дело. Да и чтобы подготовиться к будущему, которое видел командир, нужно было научиться уверенно справляться с Вратами.

Так что, закрыв очередные Врата, они сбились в кучку и устроили совет. На повестке стоял следующий пункт назначения.

— Куда двинем?

— Лучше бы туда, где ещё не бывали...

— Для начала давайте уберёмся из Республики. Тут Юг, что ли, поэтому жара невыносимая.

— Точно. Мы же весь Юг уже вдоль и поперёк исходили.

— Тогда остаётся только одно место.

Единственная страна, где они ещё не были.

Эсперанес.

В глазах бойцов вспыхнул азарт.

— Говорят, эсперанессцы — воинственный народ?

— Да, я тоже такое слышал.

— Значит, придётся как следует подготовиться...

Что они сейчас несут?

Клеттер, тот самый боец, который предложил Эсперанес как вариант, недоумённо вскинул брови.

— Кажется, вы что-то очень сильно не так поняли. Мы туда не драться идём.

— Не драться?!

— А я хотел сразиться с эсперанессцем!

— С каких пор мы на людей охотимся?!

На Врата! На монстров они охотились!

Клеттер схватился за шею сзади. Бойцов ничуть не волновало, что у товарища сейчас опасно подскочит давление; они только покачали головами.

— Кто знает. Раз они воинственный народ, можно ненароком нарваться.

— А ещё до этого, может, придётся подраться, когда будем нелегально пересекать границу. Так что лучше подготовиться, верно?

— Вот именно. Эсперанес ведь закрытая страна, значит, и пробраться туда непросто. Без пары оглушённых людей нас, небось, и не пустят.

И ведь тут они были не совсем неправы.

Республика тоже была закрытой, но её земли закрытыми назвать было нельзя; с Эсперанесом же всё обстояло иначе — он был заперт даже рельефом. Территория маленькая, так что нелегально попасть туда и ни с кем не столкнуться почти невозможно.

«Ещё и нынешний Вождь Республики не настолько закрыт — это тоже облегчило нам нелегальный въезд».

Хотя, если честно, после того как они громко ходили по стране и закрывали Врата, назвать это тайным проникновением было трудно. Просто Лофти в своё время помогли революции, а теперь не вредили Республике — наоборот, приносили огромную пользу, — вот на них и закрывали глаза.

С Эсперанесом всё было иначе. Клеттер замолчал.

Экарт Лофти, выслушав разговор от начала до конца, величаво кивнул.

— Значит, и правда лучше как следует подготовиться.

Раз уж командир сказал, возражать было нечего.

Бойцы радостно закивали и принялись проверять оружие. При виде их настроя, больше подходившего для того, чтобы кого-нибудь закопать, Клеттер вздохнул.

— Ладно. Если уж закапывать, так как следует.

— А? Закапывать? Ты же говорил, что наши противники не люди?

— Это неважно, пропустим.

— По-моему, очень даже важ—

— Короче, даже если столкновение случится, вы же понимаете: закончить всё нужно максимально тихо и быстро. Кто вздумает тянуть, потому что захотелось ещё подраться, — того самого оглушу и утащу. Имейте в виду.

Если пустить в ход голову, деньги и время, можно было найти способ попасть туда проще... Но Клеттер тоже был Лофти.

В мире ведь обычно как: если достаточно долго ломиться телом напролом, всё как-нибудь да решается. Так зачем же мучить голову планами?

Так Лофти и двинулись к Эсперанесу без всякой подготовки.

— Если ваша цель — попасть в Эсперанес, я могу вам помочь.

К счастью, их успел заметить Ставе, который уже давно следил за их передвижениями, и предсказуемой каторги удалось избежать.

— Зачем вы это сломали?

— А человека зачем до кровавой каши избили?

— Вы вообще... можете хоть немного вести себя спокойно?

— Нет.

— Я же сказал: не можем.

— Вы что, бойцовые петухи?! Прекратите уже!

— Хватит!

Зато перед самим Ставе разверзлась дорога страданий в несколько раз длиннее.

Но он выбрал её сам, так что пенять было не на кого.

***

Шумные типы... С чего вдруг Лофти вспомнились? Интересно, как они там.

Как бы то ни было, похоже, всё уладилось. Рэйвен подобрал отключившийся артефакт связи и снова спрятал его за пазуху. Как раз вошла Ровина; заметив это, она тихонько подошла ближе и спросила:

— Отец, теперь мы возвращаемся в столицу?

— Не знаю. Я как раз думаю...

— Не хочешь возвращаться?..

Третья ученица склонила голову, явно удивившись.

— У Дана ведь скоро день рождения. Разве не лучше поздравить его лично?

Рэйвен замер.

— ...Точно.

Неужели уже пора?

Он заново прикинул даты. Сколько раз за это время сменились времена года? А когда Рэйвен вспомнил, что со дня их встречи с Даном прошёл почти год, на его лице появилась слабая улыбка.

— Да. Вот это нельзя пропустить.

— ...!

— Возвращаемся в столицу.

Помнил ли об этом сам Дан — неизвестно. Но Рэйвен помнил обещание, которое дал ему.

***

Пока Рэйвен связывался с главой вампиров, Ровина вышла наружу и связалась с Даном. Даже не по видеосвязи — просто односторонней передачей. Не дав собеседнику возможности ответить, она сразу сказала:

— У тебя ведь скоро день рождения?

Тук.

После внезапного вопроса, за которым могло скрываться что угодно, на той стороне сперва настороженно молчали, но затем из артефакта связи донёсся тихий удар пальцем.

Значит, да. Оранжевые глаза, убедившись, что память её не подвела, загорелись.

— Приём устроишь?

Молчание.

— Устроишь?

На этот раз ответа не последовало.

Неужели он собирается просто пропустить? Ровина недовольно сжала артефакт связи, уставилась на невидимого собеседника и твёрдо произнесла:

— Устрой.

Молчание.

— Не устроишь — я устрою за тебя.

Тук.

Согласие прозвучало так неохотно, что сомнений не оставалось.

Лицо по ту сторону, наверное, сейчас страшно перекосилось. Но её это не касалось.

«Теперь моя очередь».

Ровина собиралась вернуться в столицу и наконец принять отца в своём особняке.

***

Стигма не стал откладывать месть.

Не потому, что обстоятельства не позволяли, и не потому, что времени совсем не было. Просто это дело было для него слишком важным, чтобы откладывать его из-за одной лишь занятости.

«Да как они посмели втоптать мою честь в грязь?»

Он едва не стал предателем. Едва не умер позорной смертью.

Возмутительно. Только благодаря императору всё и осталось на уровне «возмутительно»; иначе от ярости у Стигмы полопались бы все сосуды в глазах.

Впрочем, даже если отбросить чувства, Стигма был не из тех, кто оставляет безнаказанным того, кто посмел его задеть.

Поэтому, едва выяснив, кто стоит за всем этим, он связался с Эдардо.

— Надо же. Думал, человек, который за всю жизнь ни разу не обратился бы ко мне по личному делу, так и не обратится. А ты всё-таки связался.

— ...У меня есть для тебя предложение.

Не хотелось. Но в способностях Эдардо сомневаться не приходилось, а для чистого дела лучше было действовать вместе с ним. Стигма не стал отвечать на насмешку; он держал голову прямо и сразу перешёл к сути.

— Я хочу убрать того, кто осмелился поглумиться над Его Величеством. Не поможешь?

Значит, моя помощь всё же нужна.

Это называлось предложением, но суть была очевидна. Ленивые золотые глаза без труда прочли мелкий расчёт, и на губах Эдардо появилась усмешка.

Правда, ход был простым для понимания, но не для отказа. Как ни посмотри, врага императора стоило убрать и ради собственной выгоды. После короткого молчания Эдардо спросил:

— Какую роль ты мне отводишь?

— Доносчик.

— То есть предлагаешь стать сообщником.

— Нет, так глубоко ввязываться ни к чему. Был бы ты обычным человеком — другое дело, но ты ведь глава разведывательной сети.

А-а.

Теперь Эдардо понял, чего от него хотят. Он оскалился и беззвучно рассмеялся.

— Риск всё равно есть. Плата за заказ?

— Не обижу.

— Ну... ладно. Кто добыча? Тех, кто поглумился над императором, явно не один и не два.

Он был прав: за всем этим стоял не один человек. Дворяне объединились и разыграли свою партию.

Стигма с удовольствием перебил бы всех, но лучше других понимал, что так нельзя.

Значит, нужно целиться в того, у кого самый высокий статус и самый сильный голос. Если уж бить, то по голове. Когда голова слетит, бесполезное тело тоже присмиреет.

Стигма тихо опустил взгляд и холодным голосом произнёс имя цели:

— Маркиз Луине.

.

.

.

В особняк маркиза Луине ворвались силы императорского дворца.

Тяжёлые сапоги без разбора топтали вычищенный до блеска вестибюль, оставляя грязь. Перепуганных, оцепеневших домочадцев и слуг без жалости вытаскивали наружу и хватали всех подряд.

Маркиз, вышедший на шум, уставился на происходящее с ужасом.

— Что это... Немедленно прекратить! Вы хоть понимаете, чей дом переворачиваете?!

— Чей же ещё?

Топ.

В самый центр суматохи вошёл мужчина. Он шёл неторопливо, будто на прогулке, между солдатами, снующими по вестибюлю, и холодные карие глаза весело блестели.

— Дом предателя.

— Стигма...!

— Как удачно, ты сам вышел.

— Предатель? Что за бред ты несёшь!

— Даже встречать меня вышел. Какой послушный.

Неторопливая улыбка обратилась к маркизу.

От этого наглого тона, будто он не слышал ни слова, маркиз скрипнул зубами, но сперва нужно было понять, что происходит. Стоит только снять с себя нелепое обвинение в измене, и тогда этот тип ещё будет стоять перед ним на коленях.

На перекошенном от злости лице маркиз с усилием изобразил улыбку.

— Похоже, произошло недоразумение. Потрудись объяснить, что творится. Я, разумеется, не мог совершить измену.

— Ты пытался отравить Его Величество. Доказательств уже более чем достаточно, так что не утруждай себя оправданиями. Хорошо ещё, Его Величество цел. Надо же было осмелиться на такое...

— Яд?! Что за нелеп—

— Господин граф Примиро!

Из комнат маркиза выбежал солдат, обыскивавший особняк.

— За картиной в комнате маркиза найдена ещё одна учётная книга! Похоже на двойную бухгалтерию!

— Вот как...

Стигма принял у солдата бумаги и пролистал их, шурша страницами. Потом его взгляд плавно скользнул к маркизу. Прищуренные глаза изогнулись в улыбке.

— Кажется, у нас прибавилось ещё одно возможное доказательство.

— Это...!

— Важная вещь, сохрани как следует. Кто знает, вдруг здесь найдётся запись о покупке яда.

Не найдётся — сделают. Впрочем, даже без этой работы доказательств, чтобы казнить маркиза, хватало.

Стигма небрежно вернул учётную книгу солдату и снова двинулся к маркизу. Тот уже понял: дело принимает совсем дурной оборот, и лицо его побелело.

— Это подстава!

— Подстава, говоришь, когда есть и свидетель...

— Да как бы я посмел пытаться отравить Его Величество! Я вообще никакого яда не покупал!

— Забавно.

Через распахнутые двери вестибюля вошёл ещё один человек.

Первым бросались в глаза золотые волосы. Золотистые глаза, похожие на глаза хищника, впились в маркиза, будто в добычу.

Король теневого мира, а теперь ещё и глава единственной разведывательной сети Аурель, Эдардо усмехнулся, словно услышал нечто жалкое.

— По-твоему, мои сведения неверны?

— Во дворце уже держат служанку, которую ты подкупил. Имя... кажется, Эмили.

— Я её не знаю! Я же говорю, это подстава! Позвольте мне увидеть Его Величество! Я сам доложу ему!

Жаль, но Его Величество тоже на моей стороне.

Стигма покачал головой и медленно наклонился к маркизу, у которого уже подкосились ноги и который осел на пол. Стигма стоял спиной к роскошной люстре, и его тень накрыла маркиза целиком.

Он шепнул:

— Обидно?

На лице, скрытом встречным светом, отчётливо проступила издёвка.

— Я всего лишь вернул тебе то, что ты сделал сам. Так отчего же тебе так обидно?