Самый священный день (8)

— С какой это стати?

Когда всех остальных придавило так, что они даже слова свободно вымолвить не могли, вмешался единственный, кто ещё оставался способен двигаться.

Прекрасный, словно яд, мужчина остановил Тьерри острой улыбкой. На слова высокочтимого Посланника бога канцлер Республики молча обернулась.

— Потому что такова роль канцлера, избранного Небесной кровью.

— …

— Тем более вы и есть тот Посланник бога, который избрал Небесную кровь. Вам следовало бы закрыть на это глаза.

Она говорила так, прекрасно зная, что этот самый «Посланник бога» встал на сторону Революционной армии.

— …Ага.

За ровным голосом проступала враждебность. Рэйвен заметил тёмное чувство в её спокойном взгляде и тихо усмехнулся.

Теперь не понять было уже невозможно. Она вовсе не «искренне» поддерживала Небесную кровь.

— Значит, ты меня ненавидишь?

Она просто хотела встать по другую сторону от Посланника бога.

— …

Тьерри не стала возражать. Да и что возразишь, когда сказали правду?

Она ненавидела «Посланника бога». Ненавидела «бога». Он выбрал Небесную кровь, создал этот ад, а потом вдруг явился и разрушил план человека, который пытался хоть как-то выжить в устроенной им реальности. Как после такого можно было его любить?

— Посланник бога, как видно, на редкость переменчив.

— …

— Вы хоть понимаете, сколько всего рушится от одного вашего вмешательства?

Сто лет назад — Небесная кровь. Теперь — Революционная армия.

Пусть его и называли Посланником бога, он был всего лишь одним существом. Но по его воле судьба целой страны, жизни бесчисленного множества людей переворачивались и сотрясались вот так. А раз он даже не придерживался одного выбора, в божественной воле не оставалось и разумного основания.

Поэтому Тьерри дерзнула пойти против воли бога. Дерзнула разгневаться, встать по другую сторону от бога и показать человеческую волю.

— Наши жизни не должны зависеть от одного вашего ничтожного выбора.

Когда Революционная армия поднялась, она приготовилась на случай, если этот хвалёный Посланник бога снова вмешается.

Это оказалось несложно: готовить множество путей не требовалось. Если он сделает последовательный выбор, значит, в нём можно будет усмотреть какой-то смысл; тогда, следуя этому смыслу, надо оставить Небесную кровь наверху. Если же выбор окажется иным, значит, даже события столетней давности не имели никакого убедительного смысла и были всего лишь прихотью; тогда надо встать против него.

И в конце концов это всё равно приводило к служению Небесной крови. А если Посланник бога вовсе не вмешается, ей останется лишь выполнить то, что положено «канцлеру», и наблюдать.

Следовательно, Тьерри нужно было только одно: как и прежде, всемерно служить Небесной крови.

«Если бы Революционная армия теснила их одной лишь собственной силой, я бы не стала заходить так далеко».

Не поведи себя Посланник бога подобным образом, она не разыграла бы спрятанную карту. Просто наблюдала бы за «доказательством» Даниэля.

— …Вот почему ты встала на сторону Небесной крови.

Рэйвен тихо выдохнул.

Если честно, это не давало покоя. Судя по знакомому лицу, она, похоже, была той самой Тьерри, которую я знал, но почему она сделала такой выбор? Если бы она, как сказал Даниэль, молчала и только наблюдала, это ещё можно было бы понять. Но я не понимал, почему она сама вышла на это смертельно опасное место и открыто вмешалась.

«К тому же она не привела людей, чтобы убить врагов. Значит, Небесной крови она всё-таки не служит по-настоящему».

Конечно, небеснокровных было много, и вывести из-под действия ритуального круга одних только их могло оказаться тяжело. Но неужели нельзя было добавить хотя бы одного солдата с мечом?

Да хотя бы она сама, раз сейчас свободна, могла бы взять кинжал и начать резать придавленных. Это нанесло бы противоположной стороне серьёзный урон. Пусть я не стал бы смотреть на это молча, но одного-двух она успела бы убить, застав нас врасплох.

«Обычно даже после перерождения люди сохраняют характер, похожий на прежний, и делают похожий выбор».

Случаи, когда выбирают полную противоположность, почти не встречались.

Значит, всё это…

— Я настолько тебе отвратителен, что ты захотела встать против меня?

Всё было из-за моего вмешательства.

Опять из-за меня.

— …Думайте как вам угодно.

Мужчина, которого называли Посланником бога, улыбнулся; его расколотый взгляд болезненно блеснул. Тьерри смотрела на него лишь мгновение, потом равнодушно ответила, повернулась к Вождю и людям Небесной крови и жестом велела им немедленно уходить.

— Неподалёку я заранее подготовила людей. Они не искусственно пробуждённые, и именно поэтому им, пожалуй, можно доверять. Они сопроводят вас.

Люди, превзошедшие человеческую норму одной лишь собственной работой над собой, — бойцы. Она держала их наготове. Подобрать тех, кто не пострадал напрямую от Небесной крови и потому не питал к ней особой злобы, оказалось нелегко. Но худшие зверства небеснокровных по большей части приходились на искусственно пробуждённых, так что хотя бы немного таких людей всё же удалось набрать.

Лишь тогда мутные глаза Вождя словно прояснились. Но бежать он не спешил.

— Как Посланник бога может…

— …Господин маршал.

— Почему вы на их стороне?!

Уже то, что существо из легенд столетней давности явилось перед ним вот так, потрясало. Но сильнее всего потрясало другое: явившись, оно встало не за него, а за мятежников.

И потому он мог только кричать, словно бился в последней судороге.

— Неужели ошейники искусственно пробуждённых тоже сняли вы?!

Да. Теперь всё сходилось.

Он никак не мог понять, каким образом какие-то мятежники сумели снять ошейники искусственно пробуждённых.

Одним лишь тем, что они заполучили исследовательницу, это не объяснялось. Ведь право расторжения было только у «Вождя».

Вождь и представить не мог, что исследовательница тайно получила то же право. Он убедился, что вмешался Посланник бога, и налитыми кровью глазами уставился на того, кто его отверг.

— Почему? Почему вы бросаете Небесную кровь, которую сами же избрали?!

— …

Тот, кто когда-то стоял на вершине, спрашивал того, кто был превыше всех.

В разговор, куда никто не смел вмешаться, единственный, кто имел право ответить, хранил молчание. На площадь опустилась удушающая тишина.

Не дождавшись ответа, Вождь шумно пытался отдышаться. В голове одна за другой вспыхивали и гасли самые мрачные догадки, и он никак не мог собраться с мыслями.

И вдруг.

«Революционная армия, поднявшая руку на Небесную кровь. Вмешательство Посланника бога».

…Революционная армия!

Мысль странным скачком ушла к тому, что голос, который только что подстрекал толпу, показался ему знакомым.

А когда заодно всплыл в памяти Дигни Рот, которого подозревали в «заражении», Рэйвен ответил:

— Тогда я и так едва склонился на вашу сторону.

И добавил:

— А теперь вы сгнили ещё сильнее. Вот и всё.

— Что за…!

— Нет времени с ним разговаривать! Немедленно уходите!

Тянуть время было только им во вред. Больше всего Тьерри не хотела слышать голос «Посланника бога» и потому снова поторопила небеснокровных.

Те, кто будто потерял рассудок, наконец очнулись и запоздало бросились бежать в суматохе. Теперь и Вождь не мог больше упорствовать; он развернулся. Даже в этот миг он не забыл отдать Тьерри приказ, словно собирался забрать с собой всё, что ещё можно было забрать.

— Главы Ассоциаций должны умереть. Обязательно.

Раз они всё равно стали врагами, отпустить их живыми наполовину означало получить в ответ вражду всех Ассоциаций.

Вместо ответа Тьерри коротко склонила голову, провожая их. Потом подняла взгляд, убедилась, что их спины исчезли, и повернулась… да так и застыла, вздрогнув.

Всё поле зрения заполнили странные зелёные глаза. Рэйвен за это время подошёл вплотную и склонился к самому её лицу.

Как и ожидалось, ограничения ритуального круга его, похоже, совсем не касались.

— Убьёте меня?

Давление от него было уже совсем иного рода, но она всё равно упрямо спросила.

То ли из-за её тона, то ли из-за самого вопроса Посланник бога на миг замолчал.

— …Тогда история снова запишет, что бог вмешался лично.

— …

— Пусть уже поздно, но больше я вмешиваться не буду. Решать, жить тебе или умереть, должен не я.

Эта дерзкая женщина заставила его кое-что понять до боли ясно.

Рэйвен отвернулся.

— Передай Даниэлю: отныне я буду тихо сидеть в штабе. И что мне жаль.

— …Вы это мне говорите? К тому же звучит так, будто вы уверены, что меня схватят.

— Ну, сказать ему лично было бы правильнее… но сейчас он, кажется, не в состоянии слушать.

Да и мне самому пока не очень хочется с ним встречаться.

Подхватив Хвана под мышку и взвалив Ровину на плечо, Рэйвен оглянулся на Альтаира. Первый ученик, вонзая меч в землю, шатко поднимался — на одной только решимости не стать обузой.

Судя по виду, максимум, на что его хватит, — это подняться. Ходить он точно не сможет…

— …Диди.

Рэйвен произнёс имя, от которого становилось паршиво.

Обманщик, бережно прихватив обмякшего ворона, тут же возник рядом. В детском облике он, как обычно, приветливо улыбнулся и заговорил первым:

— Вам нужна моя помощь, отец?

— Не мне. Похоже, она нужна Альтаиру.

К тому же я звал не «Обманщика», а «Диди».

— А-а.

Обманщик прекрасно понял, что это значит, и с сожалением прищурился в улыбке. Но уже через миг, будто ничего и не было, он подошёл к Альтаиру и бодрым тоном, нарочно действуя на нервы, спросил:

— Вас проводить, старший братец?

— …Пошёл вон.

— Какой грубый язык, старший братец. Сейчас вы вряд ли способны двигаться самостоятельно, старший братец. Так и останетесь здесь один, не сумев пойти за отцом, старший братец?

Чёрт бы его побрал.

От этого издевательского «старший братец» его мутило. Альтаир заскрежетал зубами. Он бы скорее сдох, чем попросил у него помощи, но понимал, зачем учитель позвал именно этого мерзавца.

…Стиснув челюсти, он взмахнул мечом.

Кланг!

Лезвие ударило мерзавца по голове и отскочило со звоном, какого от человеческой головы быть никак не могло. Альтаир с трудом удержал меч и процедил сквозь зубы:

— Мне… нужно, чтобы ты меня перенёс.

Это не учитель просил о чём-то Обманщика. Это Альтаир лично просил Диди.

Догадливый первый ученик понял, чего хотел учитель, и покорно подстроился под его волю.

…Пусть его гордость слегка… нет, очень сильно помялась. Но сначала учитель, остальное потом.

— Превосходный выбор, старший братец!

Обманщик широко, насмешливо улыбнулся и тут же взвалил Альтаира на плечо. Поскольку сейчас он был не «Обманщиком», а «Диди», он сохранял детский облик, и выглядело это ещё хуже.

Альтаир убедился лишь в том, что тот действительно идёт следом за учителем, и закрыл глаза.

Он ничего не сделал, а устал до смерти.

***

Достопочтенный Посланник бога отступил, заявив, что остальное оставляет людям. Когда он исчез, уведя с собой даже глав Ассоциаций — посторонних для этой страны, — площадь притихла уже иначе.

Даниэль, видевший всё от начала до конца, тихо нахмурился.

— …Божье лицемерие.

Как бы там ни было, раз уж дело началось, его нужно было довести до конца. Даниэль хмуро посмотрел на артефакт связи. Он был соединён с теми, кто вошёл во дворец.

Судя по всему, там тоже развернулся ритуальный круг: оттуда уже доносились голоса едва живых людей. Связь ещё не оборвалась, но теперь из артефакта лишь время от времени слышались стоны.

«Единственное утешение — похоже, этот неизвестный приём они применили только к Небесной крови».

Приём, позволяющий выйти из-под действия ритуального круга.

Врагов тоже обездвижило и придавило, так что бой, похоже, насильно перешёл в затишье. Тьерри сказала: под действие круга попали и мирные жители, но никто не умрёт. Значит, от самого ритуального круга смерти можно не опасаться. Однако если оставить всё как есть, дело окончательно увязнет.

«Нужно скорее схватить всех небеснокровных и арестовать сбежавшего Вождя…»

Нужен был способ переломить эту ситуацию.