Глава 271.0

Глава 271. Война начинается

Гуань Чанлян, защитник Бэйди, был подстрекаем к мятежу правителем Ци.

В результате его восстания армия Ци легко захватила весь город Чжоу.

Срочный доклад, который был доставлен императору Тайаню через расстояние в восемьсот ли, заставил его лицо выглядеть еще холоднее, чем первый сильный снегопад за пределами дворца.

Ввиду того, что в последнее время произошло так много событий, императорский двор был фактически готов к войне, но внезапная капитуляция Гуань Чанляна перед врагом была неожиданной, а последствия — неприемлемыми.

Император Тайань срочно созвал важных чиновников из различных ведомств и мобилизовал войска для подготовки к северному походу. Этот поход был запланирован давно, включая кавалерийский батальон, проходивший обучение, и главнокомандующим был назначен высокопоставленный генерал Сюй Цзин.

Однако прежде чем северная экспедиционная армия выступила в путь, поступили срочные новости о том, что на границе между Да Чжоу и Юй Лю вспыхнул конфликт.

В это же время отряд императора Пинлэ, скрывавшийся на юге, внезапно появился. Пока близлежащий городок ещё не успел отреагировать, они молниеносно захватили его и под лозунгом восстановления ортодоксальности* набрали ополчение для укрепления своей силы.

(*прямое мнение; правильное учение, строгое придерживание принятого направления, мировоззрения)

Некоторое время династия Чжоу была окружена врагами и находилась в шатком положении. В частности, два северных военачальника привели своих личных солдат на сторону Северной Ци, что нанесло больший удар по сердцам людей, чем кровавые беспорядки.

Император Тайань, который обычно держал свои эмоции при себе перед министрами, разбил две чашки подряд, чтобы дать выход своему гневу.

Хотя война ожидалась и к ней готовились, когда этот день наконец настал, оказалось, что никакой подготовки будет недостаточно.

Сердца людей часто бывают неожиданными.

Ситуация на севере была ужасной, и министр кадров предложил: «Принц Цзин* много лет охранял север и хорошо разбирается в местных генералах. Учитывая нынешнюю ситуацию, я считаю, что было бы разумно, если бы Принц Цзин остался на севере и присоединился к генералу Сюй в сопротивлении врагу...»

(*Принцы, они же Ваны - братья императора, будут написаны с большой буквы. В частности: Принц Цзин = Цзин Ван, при этом принц Цзин = Ци Шуо)

Хотя Принцы находятся в Пекине уже более десяти лет, старые придворные чиновники все еще помнят, что когда Принц Цзин был на севере, народ Ци вел себя относительно спокойно, а трения и беспорядки не были серьезными.

Император Тайань долго думал над этим и принял предложение.

Положение на севере было слишком тяжёлым. Армия Ци наступала, словно сломанный бамбук, и моральный дух армии Чжоу был нестабилен. Им нужен был человек, хорошо знающий местность и обладающий авторитетом, чтобы взять на себя командование. Без сомнения, наиболее подходящим кандидатом был Принц Цзин.

С тех пор как вспыхнуло восстание, император Тайань стал более решительным и быстрым и немедленно вызвал Принца Цзина во дворец.

«Интересно, почему мой царственный брат позвал меня сюда?» — уважительно спросил Принц Цзин.

Император Тайань посмотрел на своего младшего брата, который был на несколько лет моложе его.

Он все еще помнил, что когда Принц Цзин впервые приехал в Пекин, у него была тонкая талия и стройная спина, но позже он заметно располнел, и нравился ему все больше и больше.

Присмотревшись сегодня, он обнаружил, что он худее, чем он думал.

«Пятый брат похудел».

Лицо Принца Цзина выражало горечь: «Когда начинается война, солдаты истекают кровью, а люди страдают. Думая об этом, этот брат не может есть».

Император Тайань вздохнул: «Мне жаль, что я заставил волноваться моего пятого брата».

Сердце Принца Цзина дрогнуло, и его охватило смутное подозрение. На его лице не отразилось никакого утешения: «Именно в такие моменты, мой царственный брат, тебе следует расслабиться. Ты — опора нашей Великой Чжоу».

«Опора Великой Чжоу?» — самоуничижительно усмехнулся император Тайань. «С такой опорой как всё может быть настолько хаотичным? Взять, к примеру, моего старшего брата. Я и не думал, что он ещё жив, даже собирал войска под знаменем восстановления ортодоксальности...»

Сказав это, он пристально посмотрел на Принца Цзина.

Принц Цзин нахмурился, когда император Тайань упомянул императора Пинлэ: «Как он смеет говорить о восстановлении ортодоксальности? Он чуть не разрушил Великую Чжоу...»

Реакция Принца Цзина была в основном направлена на то, чтобы успокоить императора Тайаня, но в его словах была и доля правды.

Всего за два года этот блудный сын, его старший брат потерял десять городов. Один из них даже был отдан во время мирных переговоров после победы в битве.

Узнав о результате переговоров, он едва поверил своим ушам. Если бы он сам не участвовал в битве, то счёл бы себя проигравшим. Он был так зол, что чуть не схватил меч, чтобы отрубить голову своему собственному переговорщику.

Особенно, когда он находился далеко на севере с большой армией под своим командованием, у него возникло желание поспешить в столицу и свергнуть блудного сына.

Но он просто подумал, что его семье будет комфортнее жить счастливо и свободно на севере.

В общем, с одной стороны, Принц Цзин был раздражен подозрительностью императора Тайаня, но с другой стороны, он также с пониманием относился к своему амбициозному брату.

Реакция Принца Цзина, несомненно, понравилась императору Тайаню.

«Пятый брат, ты меня действительно понимаешь!» — вздохнул император Тайань, понизив голос. — «Пятый брат, я хочу тебя кое о чём попросить».

Лицо Принца Цзина тут же посерьезнело. «Мой долг — разделить тревоги брата».

Император Тайань немедленно предложил Принцу Цзину отправиться на север.

Принц Цзин прекрасно понимал, что император Тайань долго разыгрывал эмоциональную карту, чтобы заставить его отправиться на север и усердно работать. Если бы он считал возможным отказ, он был бы бестактен.

Он не собирался отказываться.

На севере живут его старые друзья и подчиненные, люди, которых он когда-то защищал, и жители Ци, с которыми он имел дело много лет и которые были свидетелями его жестокости собственными глазами.

Если он будет цепляться за процветание столицы и ждать, пока Великая Чжоу будет уничтожена Ци, это будет адом на земле, и сожалеть будет поздно. Даже если эта поездка закончится самым худшим из возможных исходов, он, по крайней мере, сделал всё, что мог. Что же касается того, как объяснить отцу на том свете после потери царства, это дело его старшего и четвёртого братьев.

Принц Цзин немедленно высказал свое мнение.

Два брата завершили беседу в исключительно дружелюбной и гармоничной атмосфере. Принц Цзин вернулся во дворец, созвал свою семью и объявил, что отправляется на север сражаться с Ци.

«Ваше Высочество, ты направляешься на север, чтобы сражаться?» — услышав это, принцесса Цзин запаниковала. «Я слышала, что народ Ци занимает сильные позиции на севере, и наши понесли тяжёлые потери. Вашему Высочеству слишком опасно идти на войну. Не мог бы ты, пожалуйста, не идти?»

Видя, как покраснели глаза принцессы Цзин, Принц Цзин быстро обратился к императору Тайаню: «Такова воля императора. Если я не пойду, не будет ли это нарушением его приказа?»

«Но…» – принцесса Цзин не решалась, но выбора у неё не было. Она достала платок и вытерла слёзы. «Мы столько лет жили мирно, почему же всё стало таким хаотичным? Принц уже дедушка, как он может вынести тяготы войны…»

Принц Цзин был недоволен, услышав это: «Дети ещё не обзавелись семьями, поэтому мне ещё рано становиться дедушкой. Многие генералы моего возраста участвовали во многих сражениях».

Ему всего лишь чуть за сорок, почему он не может пойти на поле боя!

Глаза принцессы Цзин, красные от слез, пристально посмотрели на него: «Почему кажется, что Его Высочество согласен?»

«Кхм-кхм, это неправда. Это императорский указ, и мы ничего не можем с этим поделать». Принц Цзин быстро подмигнул своим троим детям, давая им знак попытаться убедить ее.

Ци Хуань молча отступил назад.

Его слова не были бы приняты всерьез, поэтому он лучше передаст важную задачу убеждения других своему старшему брату и младшей сестре.

Ци Шуо заговорил: «Мы все понимаем, что мать беспокоится об отце. Не только ты, но и мы, братья и сёстра, тоже беспокоимся, что отец уйдёт воевать на север».

Принцесса Цзин несколько раз кивнула, думая, что Шуо'эр поступает благоразумно.

«Я буду сопровождать его в этой северной экспедиции. Я буду защищать его и не позволю тебе волноваться».

«Хмм...хмм?» — отреагировала принцесса Цзин и повысила голос: «Шуо'эр, что ты сказал?»