Глава 57.0

Глава 57 Друзья

Молодого человека, пришедшего навестить больного, звали Цинь Вэньюань, и он был хорошим другом принца Пинцзя.

Несмотря на то, что он находился в хороших отношениях с принцем Пинцзя, его личность была непроста. Он племянник Цинь Юньчуаня, младшего наставника наследного принца.

«Цзиньцай, что именно произошло в тот день?» —Цинь Вэньюань задал вопрос, который крутился у него в голове.

Когда он впервые услышал об этом, он вообще не поверил.

Цзиньцай тоже осторожный человек, как он мог выбежать на улицу голым?

Но это случилось.

Принц Пинцзя разгневался и сказал: «Меня обманули».

«Против тебя строят заговор?»

«В тот день все вышли посмотреть на парад выдающихся учёных, поэтому кабинет был совершенно пуст. Я был с Ханьфаном, когда внезапно раздался громкий хлопок, смешанный со вспышками огня. В панике мы побежали не туда и выскочили прямо через главную дверь. Возвращаться было поздно...»

Принц Пинцзя всё больше злился, говоря это. «В моём кабинете никогда не хранились петарды. Кто-то, должно быть, намеренно поставил меня в неловкое положение, выбрав именно этот момент для взрыва!»

Цинь Вэньюань помолчал немного, а затем спросил: «Цзиньцай, ты знаешь, кто замышляет против тебя заговор?»

Принц Пинцзя медленно покачал головой. «Не могу представить, кто мог бы причинить мне вред. Но это должно быть направлено на меня, а не на Ханьфана».

Принц Пинцзя почувствовал себя немного неловко, когда подумал о Мяо Ханьфане, владельце кабинета.

После такого происшествия родители наверняка не отпустят Ханьфана так просто, но, к сожалению, новизна происходящего еще не прошла.

«У Ханьфана хорошие отношения со всеми вокруг. К тому же, даже если он кого-то обидел, им незачем втягивать меня в это, если они хотят отомстить владельцу небольшого кабинета. Но что касается того, кого я мог обидеть, то я никого не могу вспомнить. Очевидно, что в последнее время ничего не изменилось…»

Принц Пинцзя внезапно замер, выражение его лица изменилось.

«Цзиньцай, о чем ты подумал?»

Принц Пинцзя посмотрел на своего друга с тяжелым выражением лица: «Если что-то и отличается от обычного, так это то, что я только что обручился».

Выражение лица Цинь Вэньюаня слегка изменилось: «Цзиньцай, ты хочешь сказать... что это особняк графа Хуайань устроил заговор против тебя?»

Принц Пинцзя промолчал.

Цинь Вэньюань нахмурился и покачал головой. «Это бессмыслица. Женщина, которая обручилась, уже считается частью семьи мужа. Разрыв помолвки имел бы серьёзные последствия. Если особняк графа Хуайань тобой недоволен, зачем вообще соглашаться?»

«Может быть, он что-то обо мне узнал?»

Цинь Вэньюань был ошеломлен вопросом.

Принц Пинцзя закашлялся так сильно, что на глаза навернулись слёзы. С покрасневшими глазами он сказал: «Теперь, когда брак расторгнут, а я в таком состоянии, нет смысла говорить об этом. Вэньюань, больше сюда не приходи. Если кто-нибудь узнает, это вовлечёт тебя».

«Цзиньцай, не говори так».

Принц Пинцзя закрыл глаза и больше ничего не сказал.

Видя удрученный вид своего друга, Цинь Вэньюань был крайне обеспокоен, но, что бы он ни говорил, принц Пинцзя хранил молчание.

Всего через два дня после того, как Цинь Вэньюань покинул особняк маркиза Пинцзя, распространилась новость о смерти сына маркиза Пинцзя.

Когда он получил эту новость, Цинь Вэньюань играл на цине*, стоя лицом к банановым деревьям за окном.

Струна внезапно оборвалась и порезала ему палец.

(*Цинь - общее название ряда струнных музыкальных инструментов, распространённых в Китае.)

«Принц Пинцзя... умер?»

Слуга, пришедший доложить, не осмелился взглянуть на бледное лицо и ответил, опустив голову.

Цинь Вэньюань пошатнулся и надавил рукой на инструмент, издав резкий звук.

«Молодой господин, вы в порядке?» Слуга поспешил вперёд и поддержал его.

Цинь Вэньюань оттолкнул слугу и вышел.

«Молодой господин, куда вы идете?» — спросил слуга.

Цинь Вэньюань сделал вид, что ничего не слышит, и пошел все быстрее и быстрее, чуть не врезавшись в кого-то лоб в лоб.

У этого человека было квадратное лицо и серьёзный вид. Это был Цинь Юньчуань, младший наставник наследного принца.

«Второй дядя», — остановился Цинь Вэньюань.

«Вэньюань, куда ты идёшь?»

«Я... я пойду прогуляюсь», — Цинь Вэньюань отвернулся, избегая встречаться взглядом с Цинь Юньчуанем.

Цинь Юньчуань нахмурился: «Ты хочешь пойти в особняк Пинцзя?»

Голос Цинь Вэньюаня дрогнул от рыданий. «Мы с Цзиньцаем дружим с детства. В том году умер мой отец. Я прятался и плакал один, когда случайно упал в обрушившуюся яму. Именно Цзиньцай нашёл меня и поручил кому-то спасти. Теперь, когда он мёртв, как я могу не проводить его?»

Цинь Юньчуань молча выслушал племянника и вздохнул: «Раз ты упомянул отца, я не могу тебя отпустить. Когда твой отец умер, он больше всего переживал за тебя и велел мне вырастить из тебя талант. Люди склонны строить догадки, и многие видели, что случилось с маркизом Пинцзя. Учитывая твой возраст и внешность, если ты пойдёшь плакать у его гроба, слухи поползут уже на следующий день».

В этот момент Цинь Юньчуань похлопал племянника по плечу и сказал: «Вэньюань, если ты хочешь чего-то добиться в будущем, ты не должен ввязываться в подобные слухи. Сохрани в сердце дружбу с принцем Пинцзя».

«Второй дядя...» — пробормотал Цинь Вэньюань, со слезами на глазах глядя вслед удаляющемуся Цинь Юньчуаню.

После двух дней скорби Цинь Вэньюань позвал своего слугу и сказал: «Пойди и узнай, не околачивались ли какие-нибудь особенные люди около Пиньфанчжая в день парада выдающихся ученых или незадолго до этого».

Слуга расспрашивал два-три дня, но ничего не нашел.

Цинь Вэньюань не хотел сдаваться, поэтому он впервые после смерти принца Пинцзя вышел из дома и направился на ту улицу.

На улицах по-прежнему кипела жизнь, но дверь кабинета с табличкой «Пинфанчжай» была закрыта, и вид у него был унылый и мрачный.

Цинь Вэньюань стоял на улице, некоторое время глядя на дверь кабинета, затем огляделся.

В поле зрения показался чайный домик.

Это был двухэтажный чайный домик, ничем не примечательный на вид. Единственное, что привлекло внимание Цинь Вэньюаня, – это отдельня комната на втором этаже, выходящая на улицу, с окном, выходящим на дверь кабинета.

Если бы он был там, он бы ясно увидел, что произошло у двери кабинета.

Эта мысль внезапно пришла Цинь Вэньюаню в голову, и он направился к чайному домику.

«Господин, пожалуйста, входите. Вы один?» — тепло поприветствовал его официант в чайной.

«Я один. Отднльный номер на втором этаже ещё свободен?»

«Вы пришли вовремя, господин. Ещё есть один свободный номер».

Официант проводил его наверх, но совсем не в то помещение, которое ему было нужно.

Цинь Вэньюань остановился в коридоре и указал туда: «Эта комната занята?»

«Прошу прощения, господин, но внутри несколько гостей пьют чай».

Цинь Вэньюань вошел в пустую комнату и, пока официант разливал чай, спросил: «В день парада выдающихся ученых здесь было довольно оживленно, не правда ли?»

Услышав это, мужчина обрадовался и даже засиял от радости. «Конечно. Я думал, что мне будет так скучно, что я усну, но я не ожидал увидеть такое грандиозное событие».

«Я думаю, что из комнаты по соседству удобнее всего наблюдать за происходящим», — спокойно сказал Цинь Вэньюань.

Официант улыбнулся и кивнул: «Вы правы, господин. Окно этой комнаты выходит на главный вход в кабинет. Если вы сядете у окна, то сможете насладиться чаем и понаблюдать за происходящим».

«Кому в тот день так повезло, что он пил чай по соседству?»

Этот вопрос напугал парня и он замолчал.

Цинь Вэньюань подвинул к нему серебряную монету.

Глаза официанта загорелись, и он быстро убрал серебро, сказав с улыбкой: «Значит, вы обратились по адресу, господин. Я случайно его помню».

"Кто это?"

«Это была девушка, так же, как и вы, она была одна».