Глава 189.0
Я стал расспрашивать Хэй Сяцзы, и он в общих чертах рассказал о делах в той деревне. У нас всё никак не было возможности толком поговорить о планах Второго дяди, поэтому мы перекинулись лишь парой фраз.
Время поджимало, да и Толстяк рядом не переставая ёрзал и чесал в затылке, так что разговор вышел скомканным. В общих чертах дело обстояло так: Второй дядя, изучая местный фольклор, наткнулся в Миньнани на деревню, где несколько поколений жителей страдали от одного и того же недуга. Проверки воды и почвы ничего не дали, а попытки местных властей переселить людей раз за разом проваливались. Деревня эта располагалась как раз в одном из мест, которые Второй дядя считал возможными «оками» гробницы царя Южного моря, поэтому он и попросил Хэй Сяцзы отправиться туда на разведку.
Прибыв на место, Хэй Сяцзы столкнулся там со съёмочной группой, снимавшей документальный телефильм. Между ними произошёл какой-то конфликт, подробностей я не знаю. Говорят, съёмки возглавляла женщина, которая на дух не переносила Хэй Яньцзина. Эту часть он опустил. Хэй Яньцзин обнаружил в деревне множество следов гробницы царя Южного моря, очень похожих на те, что видели мы: тотемы в виде глаз, статуи Лэйгуна. Осколки камней с этими изображениями были разбросаны повсюду — в родовом храме, в конюшнях и даже в кладке некоторых каменных стен.
Хэй Сяцзы предположил, что жители деревни либо участвовали в строительстве гробницы царя Южного моря и были потомками народа Государства Западного моря Упавших Облаков. Их язык жестов и письменность отличались от общепринятых, что делало общение с чужаками почти невозможным. А старинные каменные ступы в деревне вполне могли остаться со времён возведения усыпальницы.
Либо же эти люди когда-то проникли в подземную речную систему Государства Западного моря Упавших Облаков и вынесли все эти предметы оттуда. Хэй Сяцзы был уверен, что в деревне непременно должны быть зацепки. Но главным вопросом оставалось, не связана ли их болезнь немоты с тем, что их предки некогда побывали в Государстве Западного моря Упавших Облаков.
На мой взгляд, вторая версия звучала правдоподобнее.
После некоторых изысканий они выяснили, что в деревне существует особый ритуал. Дело в том, что младенцы здесь неизбежно немели и теряли способность плакать после первого в своей жизни раската грома. Поэтому, когда рождался ребёнок и приближалась гроза, каждая семья проводила специальную церемонию. Хэй Сяцзы захотел принять участие в этом ритуале и заснять его для архива, но ему отказали.
Он испробовал все возможные способы и в конце концов сумел проникнуть на церемонию. Там он и узнал её истинную цель: в родничок на голове младенца вставляли серебряное кольцо, не давая костям черепа срастись и оставляя в нём отверстие. По словам местных, без этого дети никогда не смогут покинуть деревню. Уйти могли лишь те, у кого в черепе было это отверстие.
Тогда же Хэй Яньцзин заметил и другую странность: как только в небе начинало греметь, все жители деревни будто впадали в оцепенение — они замирали на месте и слушали гром.
Их поведение точь-в-точь напоминало то, что я видел в лесу у людей Босса Цзяо.
Руководительница съёмочной группы считала это диким пережитком прошлого, но Хэй Яньцзин был уверен: раз никто не мог покинуть деревню с её суровыми условиями, на то должна быть веская причина. Они перерыли горы архивов и в записях о потомках жителей деревни нашли единственное исключение. Девочка, родившаяся в деревне, застала три года засухи. К тому времени, как прогремел первый гром, она уже подросла, её череп сросся, и вставить серебряное кольцо было невозможно.
В трёхлетнем возрасте, когда она пасла коров, её и застала первая в жизни гроза. Но эта гроза не только не лишила её дара речи, но и явила ей диковинное видение, которое раскрыло многовековую тайну Деревни немых.